Некий Научный Рейлган СС3

Часть 1 Грохот взрывающегося пороха и визг ломающегося стекла сотряс их уши. У большого электробайка был полностью заглушен звук двигателя, поэтому он быстро скрылся в грохоте, вызванном мотоциклистами. Мисака Микото была одной из семи Уровней 5 Академгорода и сильнейшим электромастером. Если бы она пренебрегла всем остальным и сосредоточилась бы лишь на ловле мотоцикла, она смогла бы остановить их, прежде чем они смогли бы сбежать. Однако. — Гх, серьезно? Она все еще могла слышать звуки, с которыми стекло билось о пол. Снаружи стреляли из дробовика, и стреляли не раз. Если бы Микото не использовала магнетизм, чтобы собрать оборудование ресторана и сформировать большой щит, кто знает, сколько людей погибло бы. Атмосфера внутри ресторана полностью изменилась. Мир, который был нежно создан Сакибасу Юри, был стерт водоворотом грубого насилия. Крики и вопли других посетителей и персонала ощущались как когти, безжалостно царапавшие невидимый струп. Этот шум был настолько жестоким, что напомнил об инфразвуковом оружии. Видите ли, звук может создавать это мерзкое ощущение, когда его используют в негативном направлении. Ширай Куроко заговорила, осторожно смахивая осколки стекла со своей головы. Одновременно с этим она закрепила на своем рукаве отличительную повязку. — Уихару, начни с проверки на наличие травм. — Конечно. — Не позволь никому войти или уйти. Ситуация превышает полномочия Правосудия. Следи за всем, чтобы место преступление осталось нетронутым, пока не появятся взрослые из Анти-Навыка. Ширай часто предпринимала действия, выходящие за рамки ее полномочий, но члены Правосудия, подобные ей, вообще-то, должны были решать только проблемы между учениками в рамках своих школ. У них не было полномочий для расследования серьезной преступной деятельности, происходящей в городе. — Что…? Другая девочка в зимней форме Средней Школы Токивадай была поражена. Эта девочка была Сакибасу Юри. — Что произошло? Поскольку она была частью этой престижной программы развития эсперов, она должна была быть как минимум Уровнем 3, но, несмотря на распространенное заблуждение, более высокий уровень не обязательно делает вас сильнее в бою. Ее способностью распространялась лишь на точное измерение изотопов углерода. Было бы жестокостью бросить ее в бой против противника с дробовиком. Дрожь от страха была естественна. Уихару и Сатен, с другой стороны, совсем не казались напуганными, но это произошло из-за того, что все случилось слишком быстро, и они еще не полностью осознали ситуацию, чтобы ощутить страх. Это тоже было опасно. В этом смысле естественная и нормальная реакция Сакибасу Юри, возможно, ставила ее на шаг впереди. — Куроко. Микото коротко назвала имя своей кохай. Уихару и Сатен были здесь, но и в ресторане, и за его пределами было много зевак. Она прошептала Ширай на ухо, чтобы избежать ненужных волнений. — (Судя по тому, что я ощутила благодаря щиту, дробовик стрелял вовсе не во всех без разбора. Они явно меняли угол выстрелов, когда проезжали мимо, чтобы стрелять только в одну точку. В наш стол.) — (Модифицированный бесшумный байк и специальное огнестрельное оружие. Они не использовали свои способности, потому что у них их нет, или они опасались, что мы опознаем их при помощи Банка? Слишком много усилий. Дробовик выстреливает множество маленьких шариков, которые не соответствуют калибру оружия, так что трудно идентифицировать оружие так же, как пистолет или винтовку. …Я сомневаюсь, что они сделали это просто потому, что решили, что это отличная идея.) — (Давай поразмышляем над причинами, почему они могли нацелиться на нас. Конечно, я могу придумать бесчисленное количество причин, по которым кто-то решит бросить вызов Уровню 5.) — (Если мы пойдем дальше, то и я тоже заработала свое число недовольных своей деятельностью в Правосудии. Хотя немногие из них осмелятся нанести мне визит с дробовиком наперевес.) — (Тогда может дело в Стативари? Но в таком случае странно, что они не попытались украсть скрипку Сакибасу-сан. Не важно, насколько крепок футляр, случайный выстрел мог повредить скрипку внутри.) — (Также стоит отметить, что это произошло вскоре после того, как я уничтожила легенду скрипки.) Во всяком случае, прошло немного времени, прежде чем прибыли добровольцы-учителя из Анти-Навыка. Сначала приехали патрульные на специальной машине, сделанной из модифицированного спорткара, затем на большом микроавтобусе прибыла группа со специальными инструментами для криминалистики. К Ширай подошли мужчины в жестких пуленепробиваемых куртках. Скорее всего, ее выбрали из-за ее повязки на правом плече. — Я Маэда, а это Иноуэ. Мы берем это место под свой контроль, но нам нужна ваша подпись для официального отчета. Используйте этот планшет. — Ясно… — Как только все будет улажено, отправляйтесь на осмотр в больнице. Даже если в вас не попали, грохот выстрелов мог повредить ваши барабанные перепонки. Неужели они казались такими гнетущими только из-за того, что были взрослыми и учителями? Эти различия могут быть куда сильнее, чем думают некоторые люди. Для Ширай Куроко даже однолетняя разница между кохаем и семпаем казалась непреодолимой стеной, поэтому она не собиралась жаловаться этим людям, живущим в другом мире. Однако. Что-то заставило ее остановиться, когда она направила ручку к тонкому ЖК-экрану. — Также, Сакибасу Юри. Мы уже получили разрешение от Средней Школы Токивадай, поэтому, пожалуйста, садитесь в эту машину. — Эх…? — Как я и сказал, у нас уже есть разрешение. Мы также связались с вашим общежитием. Должен ли я вам объяснить? Я выполню требование по предоставлению объяснений несовершеннолетним: мы считаем, что вы являетесь важным свидетелем. Мы хотели бы попросить вас рассказать о некоторых подробностях этого инцидента. — Эх, эх!? Почему!? Важный свидетель!? Вы имеет в виду, что думаете, будто я преступница!? Она огрызнулась, но нельзя было не заметить ее беспомощность в языке тела. Ее ноги в черных гольфах нервно сжимались в коленях. Между тем, голос офицера Анти-Навыка начал звучать раздраженно. — Мы просто хотим поговорить. Стоит заметить, что ваш отказ делает вас лишь еще более подозрительной. — Ложь!! Ответьте на мой вопрос!! — Все, что мы можем, — это арестовывать и допрашивать подозреваемых. Именно прокуроры решают, что предъявить подозреваемому, и именно профессиональные судьи и народные заседатели выносят обвинительный приговор в открытом судебном заседании. Другими словами, я не могу ответить на ваш вопрос. — Я не это имела в виду!! Вы продолжаете уворачиваться от вопроса!! Почему, умм, я могу быть важным…!? — Стативари Айнсель. Плечи девочки с черными хвостами дернулись, когда она услышала это название. Ее дыхание стало прерывистым, а глаза расширились, поэтому взрослые продолжили говорить, внимательно следя за ней. — Мы слышали, что у вас есть знаменитая скрипка, которая продается на аукционе за сотни миллионов долларов. Мы также получили несколько свидетельств, в которых говорилось, что вы демонстрировали ее, куда бы вы ни пошли. И всего несколько часов назад вы не смогли получить желаемый результат на экзамене с помощью этой Стативари. — Да, но… — Почему же тогда вы делите трапезу с той, кто вас так унизил? Если у вас достаточно денег, чтобы купить Стативари, то вы легко можете нанять нескольких убийц. Так почему вы здесь? Может быть, для того, чтобы предоставить информации о местоположении цели? — Нет! Ум, я не..! — Это не более чем предположение. Итак, как насчет того, чтобы обсудить детали в запертой комнате? Рука офицера Анти-Навыка вытянулась, чтобы схватить ту саму тонкую руку, которая всего минуту назад играла на скрипке. И он двинулся с такой силой, что, вполне вероятно, мог бы сделать захват и нацепить наручники, попробуй она сопротивляться. Фактически, это выглядело так, будто он намеренно грубо относился к ней, чтобы она дала ему "оправдание", которое ему было нужно. Однако. Нет, возможно, это был естественный результат. Кто-то ударил офицера Анти-Навыка по тыльной стороне ладони. Но это была не Сакибасу Юри. Это была Ширай Куроко из Правосудия, которая стояла в шаге от него, слушая. Аура взрослого явно стала жестче от неудовольствия, но эта девочка не дрогнула. Она двинулась между взрослым и ребенком, словно защищая подозреваемую. Сакибасу была удивлена даже больше офицера Анти-Навыка. — Ширай…-сан? — Вывести ее из себя, чтобы она сделала первый шаг, и вы смогли бы арестовать ее за препятствие правосудию? Какой дешевый трюк. Это означает, что на самом деле у вас нет убедительных доказательств, вопреки вашим заявлениям. Конечно, нет. Вы бросились сюда, лишь мельком узнав об инциденте, поэтому у вас не было времени на сбор показаний. Стативари? Экзамен и свидетельства об ее демонстрациях? Уверена, что все, что вы сделали, это поискали термины в социальных сетях и блогах ее самой и ее окружения. Какое официальное следственное агентство обвиняет людей на основании слухов из сети? Это заставляет меня усомниться в вашей компетентности. — В Анти-Навыке мы собираем всю необходимую информацию и используем ее для достижения в высшей степени объективного заключения. — Ох, какие чудесно бессмысленные слова. Тогда знаете ли вы точную цену, по которой была куплена Стативари Айнсель, о которой идет речь? Все продолжают говорить "сотни миллионов", но действительно ли вы допросили работника аукциона, узнав все сведения: точную сумму, комиссию за обработку и посреднические услуги, о которых никогда не упоминают в новостях. О? Что такое? Похоже, вы начинаете нервничать. Значит ли это, что у вас нет ответа? — Вы знаете, на чьей вы стороне? Кроме того, у Анти-Навыка больше полномочий, чем у Правосудия. Простой ребенок не имеет права критиковать наши действия. — Не смешите меня. Я еще не подписала. Обычай или нет, я еще не передала право на расследование. — Это ни к чему не приведет. — Основная задача Правосудия — урегулирование конфликтов между учениками в наших школах. Если все это произошло из-за Стативари Айнсель или экзамена по выбору, то в основе инцидента лежит Средняя Школа Токивадай. Значит, это моя юрисдикция! Прошу прощения, но в какой школе преподаете вы? Я, конечно, не припомню вас в Токивадай. — Собираетесь прикрыть подозреваемую в серьезном инциденте с применением дробовика!? Когда саму чуть не застрелили!? — Это моя юрисдикция, поэтому я не собираюсь от нее отказываться. Отойдите, посторонние. Если вы продолжите настаивать на незаконном аресте и заключении ученицы Токивадай без предварительного сбора достаточных доказательств, тогда преступник, с которым я должна бороться, стоит прямо передо мной!! Последовал тихий вздох. Было два офицера Анти-Навыка. Другой, Иноуэ, легко стукнул Маэду по голове, глядя на Ширай Куроко. — Если вы так хотите, то решите проблему, не выходя за пределы полномочий члена Правосудия. И какой бы неудобной не была правда, которую вы обнаружите, вы обязаны сообщить ее нам. — …Конечно. — И помимо этого — я имею в виду, за пределами вашей школы, — мы проведем собственное расследование. Как только у нас появятся более веские доказательства против Сакибасу Юри, мы вернемся, чтобы поговорить с ней, так что имейте это в виду. На этот раз мы уступим требованиям Токивадай, но вы не сможете отклонить наш запрос, как только мы обнаружим неудобную правду в ходе нашего внешнего расследования. — С этим ничего не поделать. Кто-то вмешался голосом, напоминающим лай голодной собаки. Этот голос был полной противоположностью музыки скрипки и вызывал неприятное чувство у любого, кто его слышал. — Вы уже приняли решение насчет этого. Вы не прикрываете ее, потому что нет надлежащих доказательств. Вы просто хотите верить, что ваша подруга невиновна, не так ли? Ха! Невозможно провести объективное расследование с такой мыслью, уводящей вас в неправильное направление!! — Маэда. Это был конец. Пара из Анти-Навыка высказалась, поэтому они ушли. …Хотя Иноуэ тайком кивнул им, успокаивая Маэду. Во-первых, Школьный Сад был защищен собственной уникальной системой, поэтому даже Анти-Навык не мог так легко провести расследование, просто вытаскивая все ящика из стола и поднимая все ковры. Был слишком много технологий для развития эсперов, который нужно было держать в полной безопасности. Они никогда не ожидали, что это сработает. Если бы им повезло, их обвинений было бы достаточно, чтобы Сакибасу Юри пошла с ними. Но даже если бы им не повезло, они бы все равно отыскали способ арестовать ее и предъявить ей обвинение, если бы нашли хоть одну ниточку во время расследования, связывающую ее с местом преступления, маршрутом, по которому приобрелось оружие, или еще с чем. Анти-Навык растаптывал сердца людей и разрывал их в клочья просто поэтому. Эта девочка, наконец, сбежала от проклятия Стативари и начинала приобретать свой собственный звук, но они отвергли все это. Ширай Куроко тихо вздохнула. — Не волнуйся, Сакибасу-сан. Взрослые на самом деле не нацелены на тебя так сильно, как может показаться. Это просто часть их рутины: "хороший полицейский" и "плохой полицейский". Играя эти роли, они заставляют довериться "хорошему полицейскому", чтобы разрушить связи между нами. Помни об этом и не позволяй задеть себя. — Эх? Эх??? Девочка с завитыми черными хвостами ничего не понимала, поэтому Микото тоже махнула ей. — Другими словами, без твоей реакции они ничего не получат. У них нет никаких доказательств против тебя. Токивадай неприступен, поэтому Анти-Навык не может просто собрать все, что захочет, в коробку для вещественных улик. Однако, это все же повлияло на положение Сакибасу Юри. Рано или поздно выяснится, что она была главной подозреваемой Анти-Навыка. Было даже возможно, что взрослые намеренно сольют эту информацию в сеть, чтобы начать работать. Подозреваемый не равно преступник, но обычные люди на улицах и скучающие в сети люди обычно не обращают на это внимание. Если ничего не предпринять, люди начнут раскапывать о ней всю личную информацию, и все это появится на досках сообщений и сайтах, которые доступны каждому в мире. И даже если власти потом выступят со словами: "Ой, как неловко! Мы ошиблись! Извините за это!", — это онлайн-сталкерство со всего мира никуда не исчезнет. Никогда-никогда. Она была в подвешенном состоянии и висела на волоске. …Но это также означало, что она не была защищена официальной системой, предназначенной для защиты подозреваемых. Было множество способов и причин, из-за которых она могла, вполне вероятно, стать мишенью профессиональных СМИ и любителей, надеющихся выделиться в соцсетях. Снежок установили на вершине холма. Они должны были раскрыть правду и удалить все подозрения на ее счет, прежде чем снежок поколеблется и покатится вниз. Им нужно было работать быстрее взрослых. — Мы будем заняты… — сказала Микото. — Да, — согласилась Куроко. — Уихару, нам понадобится твоя информационная поддержка. — Да, да. — Ох, ох, ох, ох!! — нетерпеливо подняла руку Сатен. — Вы и на меня можете положиться в этом! Все сложилось гладко, будто это было был естественный результат. Никто не протестовал. Настоящий дробовик появился без предупреждения. Сложность приобретения специализированных предметов, таких как оружие и мотоцикл, предполагала, что им может противостоять не только один человек. Также было возможно, что это был достаточно умный преступник, решивший намеренно скрыть свою способность. Риск был довольно высоким. Даже сейчас малейшее открытие могло просто убить этих девочек. И все же. Сакибасу Юри были в центре всего этого, но ей казалось, что она оказалась в эпицентре бури. Она не могла прикоснуться к сильным ветрам, бушующим вокруг нее, и лишь могла ощущать себя брошенной и сбитой с толку. — Ум, ух, почему? Потому что Ширай Куроко был членом Правосудия? Потому что Сакибасу Юри была ученицей Токивадай? Нет. Ширай Куроко положила руки на бедра, выдохнула через нос и ответила. — Никому из нас не нужна для этого причина. Разве ты не такая же? Пришло время для контратаки. Они примут этот вызов. И они не позволят взрослым отступить от их соглашения постфактум. Часть 2 Им нужно проверить, какая информацию у них есть. Ширай и другие хотели продолжить обсуждение этого дела, но у общежития Токивадай был строгий комендантский час, и они совсем не желали оставаться в семейном ресторане, где сновала куча офицеров Анти-Навыка, осматривающих место преступления. Так что для начала они решили найти место, где смогли бы устроиться и обменяться информацией. Сатен подняла руку, идя по дороге на закате. — Ох, ох, ох!! Если нам нужна секретная база, то я голосую за онлайн! Таким образом, мы сможем обмениваться идеями в любое время и в любом месте и даже разговаривать во время занятий!! — Н-но… Сакибасу, должно быть, все еще была потрясена тем, что произошло. Она, казалось, съежилась, держась за футляр для скрипки обеими руками, потерла свои черные ноги в коленях друг о друга и нерешительно возразила. — Я не знаю, как это точно работает, но разве взрослые не следят за всей деятельностью в сети? Я слышала, что системы, предназначенные для защиты личной информации, имеют несколько исключений, например, уголовные расследования и судебные дела. — Анти-Навык не станет избавляться от улик, поэтому, даже если они будут следить за нашими разговорами, это проблемой не станет. — … — Ладно-ладно. Уихару, сделай с этим что-нибудь. — (Вздох.) Мне просто нужно создать сервер, куда Анти-Навык пролезть не сможет, верно? Дайте мне немного времени. Вместо того, чтобы создавать что-то новое с нуля, было похоже, что она залезла в секретный ящик и вытащила то, над чем работала раньше. Ширай скептически посмотрела на нее, спрашивая, почему у нее есть это, но Уихару не смутилась. — Есть некоторые нюансы в его использовании, но как только привыкните, сразу же поймете, что он удобнее обычных сайтов. А пока я внесу наши телефоны в списки друзей друг друга. Электронные звуки заиграли из их карманов. Когда они проверили экраны телефонов, то обнаружили новый значок, который никто из них сам не добавлял. Уихару не могла даже знать номер или почту Сакибасу. Микото должна была знать об этом больше благодаря своей способности напрямую управлять электричеством, но даже она не была застрахована от этого. — …Уихару. — Кажется неправильным критиковать меня, когда я всего лишь безупречно выполнила задание, данное тобой, Ширай-сан. Ох, и, хоть его значок довольно очевиден, вы можете его скрыть. Люди часто шпионят за экраном телефона сбоку или сзади, поэтому на всякий случай я рекомендую удалить значок из меню. Однако. Сакибасу Юри дрожала, держа телефон обеими руками. — (Вах.) Она пристально посмотрела на экран, и ее щеки начали краснеть. Ее сердце колотилось так сильно, что ей казалось, будто она сама может начать подпрыгивать. — (Вах, вах. Друзья… У меня есть друзья в Интернете! И… и это то, что называют секретным сайтом!? Что мне делать, мама!? Я становлюсь плохой девочкой! (Дрожь, дрожь, дрожь!!)) — (Вздох.) Итак, что нам делать с этим приложением? Если тебя не устраивает, то я могу стукнуть Уихару и стереть это без возможности восстановления. Ум, Сакибасу-сан? — Нет, оставьте его!! Это сладкий нектар, о котором я никогда не дам узнать маме!! — ? Ширай выглядела озадаченной, но проблема была не в этом. Микото легко хлопнула в ладоши. — Ладно, сейчас пойдемте по домам. Мы не знаем, кто, но не забывайте, что есть настоящий преступник. Возвращайтесь в общежития до темноты, чтобы убедиться, что вы в безопасности. Это должно быть очевидно, но мы не можем прямо сейчас столкнуться с ними за поворотом. Давайте разбираться постепенно. — Поняла. Хорошо, мы можем встретиться в приложении, когда вернемся! — Хи-хи-хи. Как только я почувствую вкус этого сладкого аромата, пути назад уже не будет. Хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи. После того, как Уихару и Сатен вернулись в общежитие, Микото и остальные тоже направились в свое. Но оставаться с Сакибасу 24/7 для ее защиты, было нереально с их занятиями в школе. Вместо того, чтобы защищать ее, сражаясь и преодолевая угрозу, они должны были создать ситуацию, в которой нападавшему будет трудно предпринять что-либо. Ширай повернулась к Сакибасу. — Может, пойдем домой? — Ум? — Не удивляйся. Мы живем в одном общежитии Токивадай, так что нет смысла разделяться. — (Глоть. Ты… ты имеешь в виду совместную прогулку до дома? Прогулку с друзьями после школы по городу? Это путь плохой девочки? Кьях, не могу поверить, кьях, кьях!!) — Сакибасу-сан? Странная дрожь девочки не прекращалась. Она была так интенсивна, что можно было подумать, будто ее спина вот-вот расколется, и наружу вырвутся гигантские крылья. Они выбрали путь, где будет побольше толпы, и по дороги вели обсуждение. — Давайте вернемся к основному вопросу. — Да, оне-сама. — Как думаешь, кто был целью? Мы четверо или Сакибасу-сан? Когда Микото заблокировала дробовик, казалось, что все выстрелы были явно нацелены на их стол. В этом она была более или менее уверена. Помня об этом, Ширай рассмотрела несколько фрагментов информации. У Сакибасу Юри было достаточно денег благодаря карточной игре, которую она создала в юном возрасте, чтобы выкупить на аукционе всемирно известную скрипку, но этот мотив не объяснял время нападения. Если бы на девочку уже несколько раз нападали, она бы не жила такой беззаботной жизнью, разгуливая одна со Стативари, запертой в одном лишь футляре. Казалось, она игнорировала человеческую злобу и враждебность. В таком случае… — Время, да? Ширай пришла к этому выводу. Настоящий вопрос Микото заключался в том, была ли атака направлена против человека, победившего Стативари Айнсель, или против человека, защищенного ее легендой. Основание этого рассуждения было таким же, как и у Анти-Навыка, но Ширай не могла не учитывать эту скрипку. — Ум, — нервно присоединилась к разговору Сакибасу. — Я действительно считаю невероятным, что вам удалось разрушить легенду о Стативари, но, ну, разве это имеет большое значение? — …В этом и вопрос, не так ли? Слухи о том, что Ширай Куроко победила этот всемирно известный инструмент, распространились за пределы Токивадай и Школьного Сада через Интернет. Фактически, Анти-Навык почти сразу же узнали об этом. Речь шла об экзамене по выбору в одной школе, но это не имело значение, если ученики писали об этом соцсетях, блогах или на досках объявлений. Имея это в виду… — Я могла бы понять злость, если бы они свою ценность потеряли, но легенда Стативари уже попиралась и ранее. Например, когда исследователи показали, что ее длина волны почти неотличима от длины волны обычной скрипки. Но этого было недостаточно, чтобы пошатнуть их рыночную стоимость. Что бы там не вскрылось, на аукционах их все равно продают за сотни миллионов. Так какое значение имеет победа Куроко? А может, дело было не в прибыли. Например, возможно, была группа, которая возвела веру в легенду Стативари в культ и отказывалась позволять чему-либо вредить ее репутации. Микото продолжила идти мимо временной стены вокруг строительной площадки. — Не говоря о вере, может ли Стативари иметь еще какую-либо ценность помимо денежной? Она услышала тихий металлический удар. Она оглянулась, но там никого не было. Только тротуар рядом с толстой металлической стеной строительной площадки и простой металлической дверью, ведущей внутрь. — Хм? — Оне-сама??? — Хм… Что-то должно быть обеспокоило Микото, потому что она пошла обратно тем же путем, которым пришла. На двери использовался простой цифровой замок, какой можно было купить в магазине товаров для дома, но она смотрела не на него. Ее интересовал угол, примыкающий к перекрестку. — Странно. — Что? — Обычно используется прозрачный материал. — Ум? Сакибасу Юри с черными хвостами и Ширай Куроко с каштановыми хвостами синхронно склонили головы в замешательстве, поэтому Микото указала и объяснила. — Беспокоит же, когда не видишь, что они там внутри делают, верно? Поэтому часть стены специально делают прозрачной, чтобы можно было видеть. Думаю, обычно это всегда должно быть на углах. Это предотвращает жалобы и ненужное беспокойство. — Но…это же обычная металлическая стена, не так ли? Микото кивнула на вопрос Сакибасу. — Да и был ли только что вошедший человек строителем? Это место уже давно огородили, но строительство, похоже, все никак не заканчивается. И вы не слышите звуки, характерные для стройки, верно? — Хм? Но зачем кому-то туда пробираться? — Секунду. Здесь есть станция метро, — вставила Ширай, открывая карту на своем телефоне. Это была расширенная версия для Правосудия, а не обычная. — Ветка закрыта, но если здесь все еще есть объект, то можно бесплатно воспользоваться большим подземным туннелем, соединяющим станции. Это дает вам быстрый доступ ко всем источникам света и зданиям, и вы не промокните в дождливые дни. Само по себе это может показаться не таким уж и особенным. Это не было похоже на то, что за вами приедет роскошный автомобиль с водителем или что к вам прилетит частный вертолет или самолет в течение пяти минут после того, как вы отправите свое местоположение. Это была лишь небольшая роскошь, требовавшая ходить на своих двух. Для простоты использования хватит и подержанного самоката. Однако. Не это делало его таким желанным. Даже линейный поезд и космический корабль были бы не такими уж и особенными, если бы все имели к ним равный доступ. Монополизация услуги, к которой никто больше не имел доступа, доставляла небольшое чувство превосходства. И чем больше у вас подобного будет, тем сильнее вы почувствуете себя особенным человеком. Возможно, это было похоже на то, как местная знаменитость появилась в полностью забронированном ресторане, но ей все равно бы отыскали место в любое время. Возможно, это было похоже на использование частного лифта, который просто игнорирует все этажи, кроме нужного. Это волнение лучше всего можно сравнить с тем, чем чувством, которое возникает, когда вы получаете приглашение в частную группу в соцсетях. И это чувство существовало и до Интернета в виде салонов и секретных клубов. Даже в Токивадай было множество дискуссий, встреч и развлекательных мероприятий, которые вы могли посетить, только если вы принадлежали к клике Шокухо Мисаки. Ученицы, не знающие истинной природы этой девочки-интриганки, очевидно, очень хотели присоединиться. В этом случае вам нужно было получить приглашение от члена клики, поклясться в своей верности их Королеве, пройти проверку биографических данных и несколько тестов, прежде чем вы наконец получите "ключ" для посещения этих эксклюзивных мероприятий. Это не имело никакого отношения к тому, насколько были полезны эти предметы на самом деле. Это может быть сумка, наручные часы, кольцо, шуба, косметика, высокие каблуки, кредитка нестандартного цвета или старинный музыкальный инструмент. По-настоящему богатые и элитные люди хвастались, тайно обладая определенными "ключами", которые отделяли их от других людей и позволяли им участвовать в секретном сообществе. Если эта идея была достаточно распространенной… — Была ли Стативари "ключом" в этом городе? — Но, оне-сама, это не объясняет причину нападения. Независимо от результатов экзамена, Стативари — все еще Стативари. Айнсель принадлежит Сакибасу-сан, и это не повлияет на других владельцев Стативари. — Это зависит от того, как мы определяем эти "ключи", — поднесла руку к своему тонкому подбородку Микото. — Если доступ к специальным услугам предоставляется при владении Стативари, то, я думаю, ты права, Куроко. Но что, если доступ предоставляется, только если вы владеете скрипкой с лучшим в мире звуком? — Ах. Сакибасу Юри издала бессмысленный звук во время этих слов. Микото посчитала, что она права. — Сакибасу-сан. Нападение точно убило твой аппетит, но ранее ты хотела увидеть секретное меню, чтобы заесть свое разочарование, верно? — Д-да. Я часто хожу в этот семейный ресторан по выходным, и у менеджера всегда есть для меня специальное меню. Поэтому я всегда просила его, так что мне интересно, почему в этот раз они сделали вид, что не понимают, о чем я. Я не впервые заказывала там блины. Она выглядела совершенно сбитой с толку, поэтому, возможно, сама не понимала, как работает ресторан. Услуги были доступны только тем, у кого была "скрипка с лучшим в мире звуком". Но так как Сакибасу Юри всегда и везде носила с собой Стативари Айнсель, она даже не заметила, что ей дали доступ к чему-то особенному. Это секретное меню было отобрано у нее. Микото было немного любопытно, что это за особые блины, но эта девочка больше не могла заказывать блюда из-за этого меню В таком случае… — После того, как Стативари были сброшены со своего пьедестала, "ключ" принял иную форму. Даже если этого всего лишь второе место. Это значит, больше нельзя использовать "ключ", на который было потрачено сотни миллионов на аукционе. Так что дальше? Алмати? Гварнари? Неужели от отчаяния придется выложить еще одну гору денег на аукционе??? Кто бы это ни был, его бы исключили. Словно их аккаунт заблокировали. "Ключ", который они так старались заполучить, оказался бесполезен из-за чьих-то действий, и они были лишены доступа к специальным магазинам, известным группам в соцсетях и другим секретным связям, которые заставляли их чувствовать себя особенными. Это наверняка вызовет страх и разочарование. Неясно, кто это был, но они бы никогда не допустили поражения Стативари. Это было из-за секретного сервиса, права покупать новые продукты в известном магазине или группы в соцсетях, куда можно попасть только по приглашению? Что бы ни отняли у них из-за того, что ценность Стативари пошатнулась, они сделают все возможное, чтобы восстановить свое положение. Особенно, если они не имели больше других связей, которые им были необходимы, чтобы выделиться. Значит, они захотят стереть результат этого экзамена по выбору. Они сделают все возможное, чтобы устранить любого, хоть немного причастного к этому падению. Микото поправила челку, произнося свой вывод вслух. — Похоже, нам нужно еще немного исследовать эту скрипку. Это может сказать нам, сколько людей могло затаить злобу и сколько врагов у нас может быть. Часть 3 «Sa10> может, тогда заглянем в этот Аукционный Дом "Люстра"?» Когда они вернулись в общежитие Токивадай, это облачко с сообщение появилось на их телефонах. Вместо того, чтобы набирать текст, вы говорите в телефон, и программа распознавания голоса сама переведет вашу речь в слова. Пунктуация и даже смайлики добавлялись автоматически, где были необходимы, настолько были хороши технические навыки Уихару Казари. Честно говоря, она могла бы использовать это, как свой стартап, но некоторые гении использовали свои навыки только для развлечений и никогда не совершенствовали их, чтобы не превратить их в работу или обязанность. Однако… (Аукционный Дом "Люстра"?) Микото нахмурилась, потому что слышала это название ранее от Шокухо Мисаки. «Sa10> Это место, которое продает с аукциона широкий спектр товаров в Академгороде, хотя и специализируется на произведениях искусства и атиквариате. Я думаю, они предлагают и такие вещи, как редкие старинные рукописные манги и первую в мире швейную машину, и даже инструменты уровня Стативари. Да, об этом месте ходит много слухов, но я не могу войти в этот фантастический мир.» — Хочешь сказать…? «Sa10> Как вы все, наверное, догадались, они, по-видимому, специализируются на тех причудливых "ключах", дающих вам доступ к этому миру… хотя я и не могу подтвердить эти слухи. По сути, все, что продается в "Люстре", будь то вино или знаменитая картина, функционирует как один из этих "ключей". Если Стативари Айнсель имеет такую дополнительную ценность, то, возможно, это правда.» — Куроко. Ширай Куроко использовала то же приложение, но разговаривать напрямую с ней было быстрее, поскольку они были в одной комнате. Девочка с каштановыми волосами пожала плечами. — Они размещают много рекламы в сети, но отыскать их не так просто, ведь физическое местоположение Аукционного Дома каждый раз меняется. Официально зарегистрированное место приведет лишь к дешевой квартире. Вероятно, это мера безопасности для предотвращения краж и атак, но Анти-Навык явно обеспокоен тем, что они злоупотребляют системой, чтобы отмывать деньги. Гигантская организация была нематериальной, как мираж, возникший из-за жары. Магазин, продающий эти секретные "ключи", сам по себе был секретным клубом, попасть в который могли лишь немного избранные. Это было похоже на матрешку. Сколько сундуков с сокровищами им придется открыть, прежде чем они придут к истине? Но группе Микото не нужно было начинать с самого начала. Точно так же, как те, кто ощущал самодовольное превосходство в своем скрытом мире в Академгороде, они имели билет на короткий путь. — Давай свяжемся с Сакибасу-сан. Микото сразу же дала ответ. — Она купила Стативари Айнсель у "Люстры", так что у нее должна быть связь с этим секретным Аукционным Домом. Часть 4 — Ох, ох. Неужели это Сакибасу-сама. Вам понравилась скрипка, которую мы помогли ввести в вашу жизнь? На следующий день после школы их встретил седой пожилой мужчина в черном костюме. Его улыбка и вежливое обращение создавали вокруг него ауру дворецкого. Но его преувеличенная речь заставила Микото положить руку себе на бедро и вздохнуть. Они находились в Районе 6 Академгорода. Весь Район был, по сути, гигантским парком развлечения. Они сидели за круглым столом, напоминающим чайный, но этот стол располагался в центре большого перекрестка на главной улице, по которому проходил грандиозный парад. Этот Район был всегда настолько переполнен, что говорили, будто он станет безлюдным, только если наступит конец света. Они встречались с гигантской организацией, которая была нематериальной, словно мираж, возникший из-за жары. Оказалось, что у организации и вправду нет очевидной штаб-квартиры. Сакибасу Юри, должно быть, узнала старика, потому что ее плечи были менее напряжены, чем у Микото и Ширай. Девочка почесала щеку, отвечая. — Да, ну, я потерпела сильное поражение. Полагаю, вы уже знаете об этом. — Ха-ха. Так слухи все же оказались правдой. Рад это слышать. Старик нежно улыбнулся футляру для скрипки, который девочка с черными хвостами всегда носила с собой. Однако Ширай выглядела подозрительной. Именно она разрушила эту легенду, но… — Что вы имеете в виду? Разве разрушение легенды Стативари для вас не проблема? Вы, должно быть, получили значительную сумму гонорара за обработку, выступая в качестве посредника при продаже скрипки. Может быть, около 20 процентов от цены в сотни миллионов? Чем выше цена покупки, тем лучше для вас. Сатен задрожала при мысли о 20 процентах от сотен миллионов йен. Ширай охарактеризовала это как "действия посредника", но Микото, Сакибасу и сама Ширай знали, что приобретение, хранение, обеспечение безопасности и транспортировка такого известного инструмента сопряжены с большим риском. Что, если он окажется подделкой? Что, если его украдут до аукциона? Что, если его испортила влажность из-за протечки? Что, если он не стоил столько, сколько предполагалось изначально? Будь то драгоценный камень или картина, владение дорогим предметом действовало на нервы. Поскольку их ситуация доказывала, что это может поставить жизни людей под угрозу, этот бизнес не может быть легким способом заработка. Но старик в костюме не стал грубым из-за этих внутренних проблем, и лишь легкая горечь виднелась в его улыбке. — Я не могу отрицать, что мы должны учитывать наши финансовые интересы. Этого было недостаточно, чтобы потрясти его. Он сильно отличался от офицеров Анти-Навыка, встреченных ими вчера. — Однако вы не должны забывать, что продукты, которые мы продаем, являются инструментами. Какими бы они ни были и за какую бы цену они не продавались, мы ценим, когда они попадают в руки того, кто будет использовать их в полной мере. Я считаю, что Стативари Айнсель хотела бы быть использованной в серьезном соревновании с шансом проиграть, а нелегко выигрывать каждый раз, не оставляя соперникам и шанса. Вы и ваша скрипка приняли друг друга и стали союзниками, связанными искренним доверием. Я не могу раскрыть личность бывшего владельца, поскольку нашим продавцам гарантируется анонимность, но могу сказать, что я горжусь тем, что продал ее такому замечательному владельцу, как вы. — Ум, — нерешительно подняла руку Сатен. — Извините, но мы слышали, что все предметы, продаваемые "Люстрой", служат секретными "ключами". Вы также включаете это, говоря про использование их как инструментов? Если Стативари были чем-то вроде "ключей", а другой владелец отказался бы признать победу Ширай Куроко, поскольку это угрожало ценности его "ключа", то Аукционный Дом "Люстра" мог попасть в список подозреваемых. Особенно, если это было единственное место, где можно было получить Стативари. Хотя маловероятно, что "Люстра" раскроет какую-либо личную информацию о своих богатых клиентах, поскольку это доставит этим клиентам проблемы, аналогичные тем, которые возникают при выигрыше в лотерею. Однако старик покачал головой. — Мы не имеем ничего общего с "ключами", о которых вы говорите. — Что? Микото попросила разъяснений, но мужчина не выглядел оскорбленным. Фактически, он печально закрыл глаза. — Это схоже с тем, когда игровая компания не имеет прямого отношения к торговле с реальным деньгами, которые возникают при высокой популярности онлайн-игры. Эти транзакции выполняются на досках объявлений и в онлайн-сообществах отдельно от игровых серверов. И даже если это происходит на игровых серверах, одной компании трудно принудительно остановить их. — Вы хотите сказать, что это не "Люстра" занимается этими "ключами"; кто-то превратил ваши предметы в "ключи"? Старик кивнул на тщательно сформулированный вопрос Уихару. — В прошлом году наши цены быстро возросли более чем на 50 процентов. Нам это показалось странным, поскольку не было похоже, что продавцы специальными манипуляциями повышают цены… Вы можете найти такую точку зрения странной от того, кто зарабатывает на жизнь проведением аукциона, но инструмент — это не более чем инструмент. Любое значение, не связанное с его функциональностью, всегда приведет к искажению. Ненужная добавленная стоимость действует как проклятие и иногда может даже навредить. Я не знаю, какой невидимый человек завладел нами, но меня это очень огорчает. Микото тихо вздохнула. Она решила предварительно рассматривать сказанное стариком как доказательство. Если источник инфекции действительно был где-то в другом месте, а сама "Люстра" ничего плохого не сделала, то вскрытие здесь чего-либо делу не поможет. Никакие подстрекательства или уговоры не заставят его выполнять что-то, помимо его прямых обязанностей. Это означало, что он никогда не раскроет им информацию о своих клиентах. — Итак, мы снова вернулись к началу, да? Это еще один тупик. — Ум. Однако Сакибасу, похоже, пока не собиралась отступать. — Вы сказали, что было бы лучше, если бы ваши предметы попадали в руки людей, которые будут применять их с пользой, верно? Тогда вы не хотите, чтобы Стативари оказалась у кого-то, кто не будет ее использовать. Любой, кто купил одну из этих скрипок только ради "ключа", уже нарушает ценности "Люстры". Разве вы не желаете избавиться от этого разложения!? Старик не ответил. В их списке клиентов могут быть подозрительные люди, которых не стоит защищать. Но если из-за них они продадут весь список, то тогда они не смогут продолжать проводить аукционы. У Микото, Сакибасу и других не было никаких вещественных доказательств, подтверждающих их требования, и все клиенты отказались бы от участия, если бы их личную информацию разгласили на основе простых предположений. Это то же самое, что и выигрыш в лотерее. Никто не оставит свою личную информацию тому, кто не следует никаким строгим правилам и по прихоти раздает ее направо и налево. — Это ваш шанс. Вам не нужно рисковать! Мы сами обо всем позаботимся!! Поэтому, пожалуйста!! Это не имело ничего общего с тем, что хотел старик. Он не мог с этим согласиться. — Оставь, Сакибасу-сан. Продолжение этого лишь навредит. — Но… — Сакибасу-сан. — Я была так счастлива, когда получила Стативари Айнсель. Я больше не позволю историям и традициям заманить меня в ловушку, но моя жизнь определенно изменилась после того, как я впервые взяла этот инструмент в свои руки. Я почувствовала, как поднимаюсь ввысь. Вы сказали, что помогли с внедрением ее в мою жизнь, не так ли? Вы сказали, что гордитесь этим. Тогда вы должны понять. Я не могу быть единственной, кому действительно нужна знаменитая Стативари! Я говорю не об этих странных "ключах", и уж точно не о людях, которые ради защиты жалкой гордости достанут дробовик! Должно быть много людей, чьи жизни изменились бы, если бы они только могли получить Стативари и сыграть на них!! Разве вы не хотите, чтобы именно в такие руки попали ваши скрипки!? Разве это не единственная причина существования "Люстры"!? Однако. Все усилия были напрасны. Старик сохранял безупречную улыбку и оставался совершенно неподвижным. Сакибасу закусила губу, но он не мог пойти на компромисс в некоторых вещах. Так что, даже если он был полностью с ними согласен, он не может позволить этим девочкам попрать все усилия "Люстры". По крайней мере, они так думали. Но затем… — Я не могу передать список клиентов, который "Люстра" держит в строжайшей тайне. Это не подлежит обсуждению. Во-первых, Сакибасу-сама, ваше имя тоже в этом списке. Разве не этого они ожидали от него? Тогда почему он вообще решил сказать им это? — Однако анонимность не может быть полноценна, когда в игру вступает еще одна компания. Да, точно так же, как игровой компании трудно остановить поток реальных денег в онлайн-играх, потому что все происходит на досках объявлений других компаний. — Хм? О чем вы??? — Не обращайте на меня внимание. Я просто говорю сам с собой, — улыбнулся старик. — Лианан Ши, Титания, Там Лин, Пикси, Сирена… О какой бы Стативари ни шла речь, каждая из них продается за сотни миллионов. Особенно за последние полгода, когда цены выросли более чем на 50 процентов, чем мы прогнозировали. Как вы думаете, они просто пылятся в шкафу после покупки на аукционе? В большинстве случаев, не станет ли покупатель подыскивать различные способы защиты, нанимать больше частной охраны и приобретать дорогую страховку, чтобы подготовиться к непредвиденным обстоятельствам? — Ах. Сакибасу прикрыла рот ладонью. Старик посмотрел на нее, как на свою любимую внучку. — Это всего лишь дряхлый старик, говорящий сам с собой, поэтому, пожалуйста, не обращайте внимания. Тем не менее, даже среди крупнейших национальных страховых компаний, вероятно, лишь несколько способны предоставить страховку на скрипку за сотни миллионов. Я полагаю, таких в Академгороде одна или две. — Т-тогда, если мы расследуем их…!! — Они тоже делают свою работу. Судя по тому, что я знаю, они предоставляют невероятно превосходные услуги до такой степени, что ничего не раскроют о клиентах, даже если охраняемый предмет явно украденный. Они будут держать все в секрете и отклонят любые запросы на возврат украденного. Возможно, вы найдете что-то, если поищите в местах, специализирующихся на антиквариате и произведениях искусства подобного рода. Часть 5 Наступила ночь. Комендантский час давно прошел, но Мисака Микото переоделась в повседневную одежду и поправляла обувь, очевидно, готовясь улизнуть из комнаты общежития. — …Оне-сама. — Эй, ты тоже переодеваешься, так что не надо вести себя так, будто только я здесь плохой парень. Они хотели исследовать здание страховой компании. Они не использовали легальные способы, поэтому это было незаконно, даже если делалось на благо. Ширай Куроко из Правосудия обычно была той, кто останавливал подобное, но… — Мы стали мишенями, но компания все еще игнорирует мои запросы. Во всяком случае, похоже, что они даже в Анти-Навык слили их, чтобы ограничить наши действия. …Если они продолжат хранить молчание или даже встанут у нас на пути, осознавая, какой вред это принесет, их можно будет обвинить в умышленной халатности. Проще говоря, это особый случай, так что сдерживаться нет смысла. Старик из Аукционного Дома "Люстра" лишь словами помог им продвинуться вперед. Он не предпринял никаких реальных действий, таких как передача списка подозреваемых. Но даже это немногое, что он сделал, было сопряжено с риском. Он создал предлог, сказав, что "просто говорит сам с собой", но если другие решат, что так он намекнул на раскрытие личной информации клиента, он легко потеряет все заработанное им доверие. И все же он захотел им помочь. Он хотел дать Сакибасу Юри необходимый ей толчок, чтобы избавиться от коррупции, которая проникла в его бизнес. Они не собирались пускать его усилия по ветру. Микото подошла к окну их комнаты, а не к двери. — Ладно, пора прогуляться по ночному городу. — Что насчет Сакибасу-сан? — Спрашиваешь? Пока она в этом общежитии, на нее не нападет ни большой мотоцикл, ни дробовик. Они уже привыкли поступать так. Двое выпрыгнули из окна и приземлились в освобождающую ночь. На их телефоны пришло сообщение. «GK> Ваш пункт назначения — штаб-квартира "Национальной Основы Жизни" в Академгороде.» — Что за GK? — спросила Микото. — Чьи это инициалы? — Это значит вратарь, — объяснила Ширай. — Это Уихару. Они решили не обращать внимания на горячее сообщение Уихару о том, что такое ее и до слез довести может. «GK> Похоже, это единственное место в городе, которое специализируется на страховании дорогостоящих струнных инструментов. Скрипки сделаны из дерева, поэтому при неправильном уходе они легко повреждаются от влаги и масла пальцев. Это может легко исказить звук, поэтому компаниям тяжело с ними обращаться.» Они были проблемнее статуи из чистого золота, которая оставалась бы красивой и сверкающей даже через сто лет. Отрасль страхования была разнообразной, но страховки на предметы с высокой стоимостью обычно приносили прибыль, только когда ничего не случалось. Другими словами, для них было бы лучше, если бы клиент заплатил за страховку и за период ее действительности ничего не случилось, и компании не пришлось бы ничего выплачивать. Если такой инструмент, как Стативари, был бы утерян, компании пришлось бы выплатить полную стоимость. И если бы им пришлось выплачивать такое количество денег, кто бы там в бизнесе не участвовал, этой компании никогда бы не удалось продвинуться. Банки, страховые компании и компании, работающие с ценными бумагами, склонны судить людей по системе оценивания их недостатков. — Неужели ты не можешь пролезть внутрь со своими хакерскими навыками? «GK> Если бы их было так легко взломать, они бы никогда не выжили в страховой отрасли. Тот факт, что они все еще на плаву, доказывает компетентность их защит». Поэтому им пришлось действовать по старинке. Лучше всего просто самим войти в здание, найти сервер и подключить небольшое устройство с беспроводной антенной. — Они уже отказались раскрыть информацию даже через законные пути Правосудию, верно? Я надеюсь, они не усилили из-за этого свою безопасность. Но она была Рейлган, поэтому мысль о том, что она не сможет попасть внутрь, даже не пришла ей в голову. Нужное им здание располагалось в Районе 3, в котором в основном были административные офисы и штаб-квартиры. Поезда Академгорода останавливаются рано, поэтому Телепорт Ширай Куроко был очень полезен в такие моменты. Это значило, что нужно было держаться за нее спереди. — Э-хе-хе. Гех-хе-хе-хе-хе. — (Хм, может, мне стоит смастерить себе какое-нибудь летательный аппарат.) — Что, оне-сама? Разве не будет вежливее отреагировать посильнее, когда я так цепляюсь за тебя и трусь о тебя? По крайней мере, пожалуйста, не могла бы ты избегать мыслей об идеях, которые сделают меня совершенно бесполезной!! Тот факт, что ответная реакция лишь усугубит ситуацию, был широко известен в детской психологии. Хорошо это или плохо, Район 7 был местом, где смешалось куча всего, но Район 3 был местом, полностью заполненным только взрослыми. И это было не в смысле битком забитого торгового района. В сцене перед ними не было ничего подобного. Пейзажи, казалось, демонстрировали идеальное видение города, который хотел защитить достоинство взрослой жизни. Этот район офисов представлял собой собрание стеклянных небоскребов, спроектированных с помощью известных архитекторов и, возможно, не совсем логичными. Это характерное, но каким-то образом холодное впечатление, должно быть, было представлением образа взрослой жизни, которое они хотели показать детям. Проще говоря, в городском пейзаже отсутствовало желанное разнообразие. Они понимали, что не было ничего более мерзкого, чем видеть сексуальное напряжение между родителями, но к средней школе понимали, что ни один человек не может быть действительно отрезан от своих желаний. В округе совсем не было света. Элитные корпорации были сосредоточены на завершении своих проектов в отведенное время, поэтому им, видимо, не было нужды работать сверхурочно. Казалось, что в другом месте из-за этого могут быть проблемы, но люди, работающие здесь, вероятно, были счастливы и на работе, и дома. «GK> Нужно здание — это Блок 4 Здание 3. Здесь очень точная и скрупулезная нумерация, поэтому вы не заблудитесь, если просто будете следить за номерами». — Итак. Микото взглянула на упомянутый небоскреб. Он был высотой примерно с сорокаэтажное здание. Его форму…было трудно описать. В целом это выглядело как застекленное умное здание, но проблема заключалась в количестве стен. На уровне земли он казался квадратным, но, взглянув немного выше, можно было увидеть пять стен. По мере того, как вы будете поднимать голову, количество стен продолжит увеличиваться до шести, семи, восьми и более. На верхнем этаже было так много стен, что этаж больше походил на круг, чем на что-либо еще. Внутри явно могли работать более тысячи сотрудников, но такие ученицы средней школы, как Микото и Ширай, не были уверены, нужно ли страховой компании такое количество операторов. — Что ж, я могу телепортировать нас внутрь. …Хотя я бы предпочла, чтобы ты не привыкала к подобному, как к нормальному. — Куроко, мы не хотим, чтобы все выглядело так, словно забраться внутрь мог только телепортер. Используй голову. Это все равно, что визитку свою там оставить. Ты из Правосудия, поэтому ты должна быть более осторожной. — Оне-сама, почему ты так хорошо в этом разбираешься!? Вместо того, чтобы ответить своей протестующей кохай, Микото указала на пол недалеко от земли. Конкретно, на четвертый этаж. Здание штаб-квартиры "Национальной Основы Жизни" выглядело как воплощение в жизнь кошмарных идей известного архитектора, и все его поверхности были сделаны из стекла. Однако на этом полу была выпуклость с перевернутой наклейкой в виде красного треугольника. — Неважно, насколько безумен дизайн, здание все равно должно подчиняться законам и правилам, — сказала Микото. — На больших портовых складах или фабриках вдоль магистралей иногда можно увидеть металлическую дверь высоко на стене. Рядом нет ни лестниц, ни балкона, поэтому похоже, что кто-то может по неосторожности открыть ее и выпасть. Как думаешь, зачем нужны эти странные двери? — ? — Это запасные выходы. Они специально разработаны для пожарных, которые могут подниматься по лестнице своей машины. Однако эти дверцы иногда не так заметны. Взгляни на обычный универмаг и магазин электроники, и ты увидишь перевернутое треугольное окно над третьим этажом. Эти окна открываются, чтобы пожарные могли попасть внутрь. — Ох. Но разве они не могут просто пробить себе путь топором или молотком? — С такой высоты? Земля ограничена, а здания в Академгороде всегда полны народу. При пожаре всегда собирается толпа, поэтому нельзя просто обрушить на их головы дождь из осколков стекла. Микото взглянула на небоскреб и сердито вздохнула. Он выглядел как сплошная стеклянная поверхность, но на самом деле расположение окон было упорядочено. А те, которые были предназначены для ЧС, открывались, как дверь. — Их замки на удивление просты, потому что они не предназначены для людей, которые могут с легкостью получить доступ с земли или при помощи лестницы. И если они запрут их слишком сильно, то пожарные не смогли бы проникнуть внутрь во время ЧС. Неважно, сумеют ли они попасть туда. Если они вскроют аварийную дверь на четвертом этаже, никто не сможет прийти к выводу, что только телепортер мог попасть внутрь. Им всего лишь нужно было создать большое табу для детективных историй: преступление с применением нескольких правдоподобных методов. — Давай разделим наши усилия. Я использую магнетизм, чтобы пройти по стене и открыть дверцу на четвертом этаже, чтобы ты телепортировалась внутрь и… Микото замолчала. Не было ни света, ни звука. Но что использовали злоумышленники, стреляя из дробовика в семейный ресторан? Два человека ехали на электрическом мотоцикле, который стал еще более опасным из-за заглушки на двигателе. — Тц!! Микото коротко вздохнула, когда ощутила его приближение. Ей даже не нужно было отчаянно отпрыгивать назад. В этом случае движение без раздумий было бы более опасным вариантом. Она послала невидимую силу на 180 градусов перед собой. Этого было достаточно, чтобы металлическая масса весом в двести килограммов потеряла контроль, промахнулась, не задев ее и Куроко, и резко заскользила по асфальту. Оранжевые искры полетели вслед, словно хвост падающей звезды. Прямое попадание могло убить их. И это был не конец. С тяжелым звуком растяжение с упавшего мотоцикла поднялась черная фигура. На ней был шлем, закрывающий лицо, и мотоциклетный костюм. Толстые перчатки закрывали ладони. Не осталось даже миллиметра голой кожи, поэтому невозможно было судить об общем телосложении или даже о поле. Микото знала только одно: это был водитель, а человек сзади явно держал в руках дробовик. — Ох, ни за что!! Незадолго до оглушительного взрыва Микото и Ширай прыгнули влево и вправо соответственно. Они не съежились, и их колени не пронзила слабость. Фактически, Микото дала инструкции через их телефоны, так как выстрелы заглушали ее голос. — Куроко, иди в здание! Пускай Уихару-сан поможет тебе в извлечении данных, пока я отвлекаю их!! У нее не было времени на споры, поэтому она закрыла приложении. Они были севернее здания "Национальной Основы Жизни". Они хотели знать, какие клиенты имеют страховки на такую дорогущую вещь, как Стативари. Другими словами, им нужен был список подозреваемых. Они не смогли бы достичь этой цели, если бы вдвоем занялись этими нападающими в мотоциклетных костюмах. Этот громкий выстрел наверняка вызвал волнение, и после в небоскреб будет проникнуть намного сложнее. На небольшом расстоянии дробовик нацелился в сторону Микото. Но она подняла руку, прежде чем он успел выстрелить. Раздался тихий металлический звук, но из ствола ничего не вышло. Когда она знала, что грядет выстрел, справиться с внутренней работой оружия было проще простого. И она зашла еще дальше. Как только голубовато-белый свет вырвался из ее челки, высвободилось электричество в миллиард вольт. Это было одно из ее копий молнии. Взрыв походил на большое дерево, раскалываемое пополам. Оружие, которое держала фигура в мотоциклетном костюме, взорвалось изнутри, и вспышка света ударила прямо в центр туловища человека. Не имело значение, что на них была толстая кожа. Такой уровень изоляции не мог защитить от атаки, которая была сравнима с настоящим ударом молнии. Однако. От одежды исходил мерзкий запах, напоминающий запах горящей плоти, но фигура в мотоциклетном костюме не упала. Его плечи были вывернуты, но он все равно сделал шаг к ней. — Чт…!? Ее глаза расширились от удивления, но она все равно выпустила еще одно копье под высоким напряжением. Ее противник не мог увернуться, или он даже не пытался? Даже после второго и третьего прямого попадания он все равно не упал. Оружие развалилось, и его части рассыпались по земле, но у них все еще были запасные патроны. Одни только снаряды должны были быть бесполезными, но он все равно держал их в руках. — !? Раздался громкий взрыв. Они использовали копья под высоким напряжением Микото, чтобы активировать детонатор снаряда, и бесчисленные крошечные свинцовые шарики устремились в ее направлении. Она знала, что произошло. Она действительно знала… но что это было? Если снаряд для дробовика взорвется в ваших руках, разве этот взрыв не должен, как минимум, оторвать всю вашу руку!? И сейчас было не время заострять внимание на этой странности. На мотоцикле ехали два человека. Стрелок с оружием сидел на заднем сидении, а как насчет водителя? Куда пропал второй!? — Ах, и почему вечно какая-то хрень!? Микото ощутила давление, когда кто-то пригнулся и бросился к ней сбоку. Она не успела сдержаться. Казалось, словно ее окружение исказилось, а затем в воздух взмыла куча железистого песка. Это был ее меч из железистого песка, который мог свободно менять форму и был невероятно острым за счет быстрой вибрации. Это оружие могло разрезать металлическую колонну толщиной с ее туловище одним ударом, и она сразу же вонзила его в правое плечо второго человека, когда тот попытался схватить ее. Но ей не удалось заколоть его. С сухим звуком меч из железистого песка был отброшен в сторону. (Телекинез!? И при этом высокого Уровня!!) Она ахнула, но потом ее дыхание полностью замерло. Ей не удалось остановить жестокую атаку, поэтому фигура в мотоциклетном костюме прижалась к ней плечом и крепко обняла ее торс. Инерция прыжка продолжилась, так что ноги Микото оторвались от земли. Первобытный страх скрутил ее живот. Она не была на ринге для боевых искусств или на циновках для дзюдо. — Отлепись от меня!! Ей даже не нужно было превращать его в копье. Она послала из себя электричество в миллиард вольт на все 360 градусов, но это ничего не изменило. Она даже несколько раз вонзила концом своего меча из железистого песка в спину фигуры в мотоциклетном костюме. Это ничего не дало. После короткого ощущения парения Микото ударилась спиной о твердую землю. Шок, прошивший все ее тело, мало чем отличался от удара дзюдо. — ??? Ее зрение то исчезало, то появлялось. У нее были проблемы с дыханием, и ее разум начал отключаться, но мысли, которые у нее остались, были полны замешательства. И снова — было две фигуры в мотоциклетных костюмах. Пока один подверг себя опасности, чтобы повалить Микото, другой медленно приближался. Шлем, полностью скрывавший лицо, молча посмотрел в лицо девочки. Казалось, он не подтверждал свою победу или жестоко издевался над ней. Он просто протянул правую руку, обтянутую черной кожей. В пальцах был неиспользованный патрон для дробовика. Если детонатор рванет на такой близости, Микото запросто оторвет голову. — …!! Пока она лежала на земле, от ее живота раздался металлический звук. В правой руке она держала аркадную монету. №3 Академгорода была известна как Рейлган. Должна ли она использовать свою фирменную атаку на этой второй фигуре, придавившей ее, чтобы поразить первую фигуру, прицеливающуюся с патроном дробовика? Но как только она начала эти размышления… — Возьмите это!! Если не возражаете!! Стоявшую прямо фигуру в мотоциклетном костюме ударили чем-то тяжелом сбоку по шлему. Колебание тела новоприбывшей заставило качаться ее длинные черные хвостики. — Сакибасу-сан!? Она размахивала обеими руками бетонным блоком? Раздался глухой удар, но он произошел не из-за атаки. Размах тупого предмета со всей силы ударил по шлему сбоку, сбив его с шеи костюма. Шлем ударился об асфальт. Да. Внутри ничего не было. Отсутствие шлема не явило ни мужского, ни женского, ни какого-либо другого лица. Там была лишь пустота. Сакибасу выглядела пораженной результатом своей атаки. Для Микото же все встало на свои места. Теперь она поняла, почему ее копье молнии и меч из железистого песка были бесполезны и почему враг использовал дробовик таким образом, хоть это и было самоубийственно. Это объясняло, почему дуэт в мотоциклетных костюмах так безразлично относился к полученным повреждениям. К тому же меч из железистого песка Микото был отброшен Телекинезом высокого Уровня. Это означало… Это означало… Это означало… — Они были просто кожей, на которую Телекинез применили!? Если они даже не были живыми, то у нее не было причин сдерживаться. Она прижала правый кулак к животу второй фигуры и сосредоточилась на большом пальце. Она высвободила силу Лоренца, словно подбрасывая аркадную монету большим пальцем. Это был ее Рейлган. С оглушительным грохотом ужасающий луч света пробил живот второй фигуры, пронзил первую фигуру, у которой не было шлема из-за атаки Сакибасу, и заставил их взорваться изнутри. Оранжевый луч взметнулся в ночное небо, но его погасило не трение воздуха. Все, что осталось, — это обгоревшие остатки кожи и несколько углей. — Уф. Микото услышала сильный шум и сообразила, что Сакибасу выпустила бетонный блок. Нет, она выпустила из своего тела все напряжение. Она рухнула на асфальт и вцепилась в футляр для скрипки рядом с ней, подобно ребенку, который не может спать без своей любимой игрушки. Даже сейчас она элегантно и соблазнительно держала ноги под собой, что могло свидетельствовать об образовании Токивадай. Однако она, должно быть, беспокоилась о своей юбке, потому что она держала попу чуть выше земли. Опять же, от этого ее подол опасно трепетал. Сакибасу Юри вытерла пот со лба и заговорила дрожащим голосом. — Я хотела бы получить объяснение. Мне стало интересно, почему вы сбежали из общежития, а потом случилось это… — Ты и впрямь меня спасла. Микото имела в виду именно это. Однако. Мисака Микото беспокоилась и не ослабляла бдительность, но больше ничего не произошло. Мотоциклетные костюмы были лишь декорацией. Настоящая атака производилась Телекинезом, достаточно мощным, чтобы отбить ее меч из железистого песка напрямую. А поскольку рядом не было эспера, она могла предположить, что этот телекинетик был достаточно силен, что мог точно контролировать все даже из удаленного места. В конце концов, он косвенно управлял мотоциклом и стрелял из дробовика, манипулируя костюмом своей способностью. Микото могла собрать металлолом и создать из него гуманоидную фигуру, если бы она попыталась. Вероятно, она тоже смогла бы двигать его руками и ногами. Но смогла бы она использовать эту фигуру, чтобы точно играть на гитаре или скрипке? Точность этого эспера была на таком уровне. Он мог решить продолжить сражение. В конце концов, ему никак не вредило уничтожение мотоциклетного дуэта(?). Точные условия его способности были неизвестны, но было возможно, что он мог поднять машину и швырнуть в нее или захватить Сакибасу и насильно контролировать ее конечности, как с мотоциклетным костюмом. На самом деле, было труднее придумать причины, по которым он сбежит. У Микото оставалось несколько вопросов: • Казалось, что он поджидал перед штаб-квартирой "Национальной Основы Жизни", но как он отследил действия Микото и Ширай? • Его цель, похоже, заключалась в том, чтобы не дать Микото и Ширай получить список подозреваемых, то есть владельцев Стативари. Так почему он сдался и сбежал? • Кто был этот телекинетик? Ширай Куроко смогла бы проникнуть в здание "Национальной Основы Жизни", чтобы получить доступ к списку подозреваемых, но будет ли этого достаточно, чтобы выяснить правду? У Микото были серьезные сомнения в том, что такой могущественный эспер решит вот так сбежать. И в этот момент Сакибасу Юри взмахнула правой рукой и ловко схватила что-то указательным и средним пальцами. Это был кусок черной кожи, качающийся в воздухе и немного обгоревший. — Ну, в любом случае, мы должны просто продолжать работать. И я рада, что моя способность, наконец, пригодится. — Сакибасу-сан? — Моя способность — это Органическое Исследование. Она позволяет мне точно измерять изотопы углерода. В лунном свете девочка мягко прижалась губами к этой новой подсказке и чарующе улыбнулась. — Мисака-сан, вы знали, что ее также можно использовать для оценки кожаных изделий?