Глава первая и единственная
3 октября 2022 г., 23:57
***
«Оупенспейс», что за слово такое дебильное. «Управа» еще ничего, даже «офис» не так противно звучит, но вот эти нововведения в главном управлении полиции по Санкт-Петербургу выводили майора Грома из себя. — Я смирился с электронной базой, я смирился с СЭДом, мать его, чтоб он сдох, но ментовку называть оупенспейсом – это прям удар ниже пояса, — Гром широкими шагами топтался вокруг стола Прокопенко. — Игорек, перестань, это прогресс, так тебе же и легче будет, бумажки хоть не в ручную подписывать, — Федор Иванович спокойно относился к нововведениям, ему был важен комфорт молодежи, даже если нужно будет новый язык учить. — Да зачем вообще эти бумажки? Мы преступников ловить должны, а не рапорты писать. — А вот если бы ты их по уставу задерживал, то не пришлось бы потом рапорты писать. Игорек, это я понимаю твои благородные стремления, но начальство на меня давит, — а начальство реально давило, угрозами сыпало, даже обещало управление закрыть, но это было скорее блефом, — ты лучше не спорь, приходи к нам с Ленкой вечером, мы пельмешек налепим, водочку откроем. Петьку своего прихвати, а то он тощий стал, как эти его героинщики. — Ага, вы только ему об этих ассоциациях не говорите, он же изведется, будет кислотой брызгать, доказывая обратное. — Да что он мне сделает, я же старый, у меня сердце, — Прокопенко, каждый раз, как его пытались довести, симулировал сердечные приступы. — Ой, не начинайте. Играйте на другую публику. — Ладно, иди дальше выполняй свой героический долг перед Родиной. У меня и без тебя посетителей куча. Гром вышел из кабинета под всеобщее молчание. Опять не уволили, хотя многие надеялись. Ребята из управления уже перестали спорить на деньги, какой смысл, иногда проигрывали до половины оклада. Гром прошел по верхней части, тьфу на него, блять, «оупенспейса» в сторону ГУНКа. Все равно делать нечего, а начинать новые отчеты совсем не хотелось. — Дядь, а можешь почаще к Прокопенычу ходить? Тут все замолкают сразу, хоть на 10 минут. Уже тошно от этого гогота. — Вы же сами говорите про этот оупенспайс. — Шутка не смешная, тренируйся лучше. Да в Мск нет такого, мы даже обедали все молча. — Кстати об обеде, Федор Иванович приглашает пельмени сегодня полепить. Ну и тебя хотят покормить, а то ходишь тощий, как узник лагерей, — Игорь хмыкнул, не обращал раньше внимание на то, что Хазин мелкий такой, а полгода назад ему об этом сказали и сразу захотелось Петьку накормить всем, что в магазине есть. — Ага, узник Азкабана. Ладно, давай сходим, а то вкусно поесть — не шаву — тоже хочется, — есть действительно хотелось, и чего-то домашнего, теплого. Потому что питались они в основном яичницей, кофе и святым духом за неимением еды в холодильнике, и на полках, и в кладовке. — Сегодня наводку прислали по жмурикам на верфи и барыгам, надо бы до конца недели их зажать, как раз раскрываемость квартальную поднимем, — никто такого же азарта, как у Пети, не разделял. Очередное внеочередное дежурство не входило в планы семейных коллег, но если Хазину прижало, то придется исполнять. Операция была назначена за час. Нужно было сделать это сегодня или уже не делать никогда. Клуб буквально кишил богатенькими студентами: там, чтобы только вещдоки увезти, два бобика подогнали. Петя хотел сам тихо пройти, а потом облаву выборочную устроить, но парни настояли, а то потом ищи свищи его по всем канализациям Питера. Это не клуб на Думской, там хоть засады и свои ребята через каждые пятьсот метров стоят. На верфи же много люков, каналов и свободной площади под ямы, но еще больше там барыг и порошка. Для засады объединяли по 3 человека. Чудесным образом и подкупом Димы Цветковым, Хазин оказался с Громом и Костей в одной машине. Для конспирации взяли хазинскую машину с дорогими московскими номерами: таких здесь больше чем, обычных раздолбанных Питерских тачек. Сидеть планировали долго, приехали заранее, чтобы не спалить машины. Засады были необходимы, но не любимы почти всеми: можно сутки просидеть, но никого не взять. Хорошо, что в машине Гром предусмотрительно «забыл» блок сигарет и пару бутылок воды. Два часа все смирно торчали в телефонах. На третий час играли в шарады, города и пытались вербально посадить всех врагов на бутылку. Хазин с Громом одновременно запустили руки в волосы, поправляя челку. Они уже настолько привыкли к жизни друг с другом, что не замечали, как перенимают повадки друг друга. — Эй, Дядь! У нас с тобой ментальная связь, ну типа мент-альная, — там не то что Игорь, половина наряда взорвалась смехом. Да, Петька каламбуры любил, чаще, конечно, непристойные. — Братан, в вашем случае мент-анальная только возможна, — Костя не сдерживался в выражениях по отношению к этим двоим, он в открытую стебался и издевался над парнями. — Цветков, вот не советую так о нас говорить, иначе всем расскажу, с кем ты спишь. Я предупредил, — все и так уже догадывались, но чем-то припугнуть Цветкова надо было, чтобы не выделывался так открыто. — Ой, испугал ежа голой жопой, все и так скоро узнают. Скажу, что заблудился в лабиринте с радужными стенами и потерял ориентацию, — из-за близкого общения, Костя начал перенимать хазинскую систему общения каламбурами, шутками и тупыми анекдотами. — Вооот, Игорек, учись каламбурить и шутить, а не хамить всем подряд, — Петя веселился, как-будто не бодрствовал последние 11 часов. Шипение в рации повторилось, и за окном появился один из доберов. Андрей постучал и попросил приоткрыть окно. — Вынеси его из клуба и сразу прихлопни! — Андрей давал очень четкие приказы. — А как же десерт? — Хазин не мог не язвить в ответ на такие установки. — Петр Юрьевич, сейчас есть дела поважнее. — Хотя бы десерт… — да, кота из «Шрека» он мог бы переплюнуть. — Думаю, мы успеем съесть десерт. — И кофе! — Ай ладно, и чашечку кофэ. Но потом вынеси его из города и сразу прибей! — операцию все-таки надо было завершить, лучше бы подходило слово «начать». Хазин в такие засады привнес новшества, нагло спизженные из американских фильмов про ментов, например, пить латте и есть пончики в засаде. Наряды за последнии сутки сменились уже раз пять, или больше. Хотелось просто домой, но что для Игоря важнее комфорта? Да все важнее комфорта! Вы вообще видели его квартиру? Но да, она в центре Питера, да, с огромным окном, да. Опять послышалось шипение в рации, уже в десятый раз за последнее время. Ребята просто переговаривались, договаривались об обедах и перекурах. — Они зашли, начинаем. — Ухх, понеслась пизда по кочкам, — Пете наконец дали отмашку. — Петь, не суйся! Выходи за меня. — О, давай прям сейчас распишемся, нас хоть в морг пустят друг к другу. — Ты совсем дурак? За мной пойдешь, с тыла закроешь — сейчас было совсем не до веселья, Игорь это хоть понимал. — Всем стоять, работает наркоконтроль! — классическая Петина фраза, въевшаяся уже в подкорку. Он начал вылавливать всех подозрительно шатавшихся парней. — Стоять, ты че тут ходишь-бродишь? Дрожжей наелся? Так давай мы тебе поможем, посидишь лет семь, может отпустит, — у Хазина рубильник в голове щелкал: как только он со своими доберманами на задержание влетал, сразу начинал хамство и клоунаду. Игорь все это время держался поодаль, прикрывал пути запасных выходов. — Сдаем документики, выворачиваем кармашки, господа, — Хазин руководил парадом, наслаждался этим мигом, пока люди дергались, пытались аккуратно скинуть граммы. — О, пакуйте человечка, Дядь, подсоби, — Гром сразу заявил, что досматривать не будет, ну не умел он по глазам определять, есть ли наркотики или нет. — Не, Петр Юрьевич, я пока здесь постою, с ребятами поболтаю о жизни, — Игорь вжал в угол каких-то подростков, их отдельная морока оформлять: родителей вызывать, инспектору по малолеткам докладывать. Волокита с оформлениями заняла еще часа 2, вымотав всех полицейских и ГУНКовцев. Доберы Хазина уже свернулись и грузились в фургон. Ребята из управления садились обратно по штатским машинам и отъезжали в сторону управления. Игорь, схватив Петю за куртку, повел его в сторону машины. Он мог бы еще пару часов без остановки допрашивать, обыскивать и заполнять бумажки, но по лицу майора было уже видно как он заебался. — Давай, Юрич, домой, по кроваткам и спать, — они могли не заезжать в управление, вот они, привелегии есть пельмени на даче у Генерала. Хазин сидел за рулем как самый бодрый, Цветкова они высади еще на Техноложке, а сами переулками поехали до дома. — Дядь, а знаешь, почему охранники всегда так грамотно говорят? — Гром не унимался, пытаясь переострить друга, парня, ну мужика своего, короче. — Игорь, вот вообще не до тебя, веришь? — Они следят за базаром, — мужчина не сдерживал слез от смеха. — Заканчивай уже, нужны годы тренировок, тонны теоретического материала и, может быть, ты постигнешь это изысканное искусство.***
Примечания:
Всем спасибо, все свободны. Моя больная фантазия удовлетворена, все каламбуры из головы вытрясены.
