Слепцам Горгона нипочём

      Дом — это серое здание, стены покрытые штукатуркой и полуобваливающийся потолок, это бесконечный поток информации и рисунки на всех стенах, это тайны хранящиеся под протекающей крышей и скрывающиеся в глубинах подвала, это запах хвои из неоткуда, блоки дешёвых сигарет в карманах у каждого, кому перевалило за 13 и кофе. Дом — это дети, это убежище и крыло, которое поможет, подскажет и защитит. Или пережует и выплюнет — ему выбирать.       Кузнечик быстрым шагом преодолевает второй этаж, на лестнице вовсе срывается на бег, скакает во двор со всех сил, врезаясь в каждого нерасторопливого и собирая почти что все углы на себе. Выбегает во двор, глазами заискивая пару рыжих выделяющихся волос. Сегодня Смерть и Мертвеца выписали из Могильника, считай что праздник, такое не часто происходит, да и не известно надолго ли это. Глаза мальчика пробегают по макушкам у дальнего дерева, там Смерть, Мертвая и Мертвец сидят в ряд, компания как на подбор, а Рыжая удобно устроилась на ногах Мертвой. Кузнечик резво скачет в их сторону, по дороге врезаясь в Ведьму, извиняется перед крёстной, а та еле сдерживает улыбку, понимает к кому тот несётся, прогоняя его прочь.       —Вы чего тут расселись, сегодня же Ночь Сказок нужно нормально поужинать, — Кузнечик на бегу устраивает рядом со Смертью, оглядывая всех на признак изменений. Рыжая раздосадовано вздыхает, поднимает голову и коситься на Мертвую, та в свою очередь сидит уставившись в одну точку. Мертвая, по наблюдениям самого Кузнечика, почти всегда была в своём небытие, косилась в одну точку и молчала не моргая, а потом вздрагивала и бегала испуганными глазами по всему и всем вокруг, чем достаточно сильно напрягала не знающих её личностей. Он не знал что, или кого, Мертвая ищет глазами после своих трансов, но одним лишь этим взглядом её зелёных, почти изумрудных глаз, которые казалось светились изнутри в такие моменты, наверное можно было убить. А потом взгляд Мертвой всегда падал на Мертвеца и девчонка как-то судорожно выдыхала и успокаивалась. Мертвец сидел с какой-то старой, затёртой книгой, видимо стащил её из библиотеки, он медленно, почти с нулевым интересом просматривал страницы иногда показательно закатывая глаза. В голове Кузнечик называл Мертвеца актёром и если бы хватило смелости, возраста и статуса он бы точно переименовал друга. Смерть, сидящий по левую сторону, с закрытыми глазами подпирает дерево, он наслаждается свежим воздухом, шелестом листьев и травы, шумом домовцев — всем чего в Могильнике не сыскать. Смерть любил Могильник в отличие от остальных в Доме, те ненавидели эту обитель Пауков, а ему было уютно в своей неизменной белой палате, с Мертвецом на кровати у противоположной стены, иногда с Рыжей и Мертвой на тех что рядом. Могильник был знаком ему лучше чем сам Дом, что было слишком дико для других детей.       —Мы наблюдаем за солнцем, — после затянувшейся паузы отвечает Смерть.       —Ты сидишь с закрытыми глазами, Смерть, — озвучивает мысль Кузнечика Рыжая.       —Я наслаждаюсь витамином Д, а вы наблюдаете за солнцем, — оправдывается мальчик.       —Да, ты прав Смерть именно поэтому Рыжая почти что спит, а Мертвец сидит в тени, — глузливо добавляет Мертвая, пребирая руками копну рыжих волос.       —Да ну вас, — обижено буркает Смерть и встает с насиженного места под хохот Кузнечика и Мертвеца, который отвлекся от прочтения явно не самой увлекательной книги.       —Пойдемте в столовые, нужно всё-таки поужинать, — зевает Рыжая.       Мертвец соглашается с Рыжей, поднимается на ноги, выходя из тени и сверкая своей бледной почти что зеленой кожей, обычно о такой коже говорят описывая зомби в книгах о зомби апокалипсисах, но Мертвец был ещё жив и не укушен неразумным полумертвым существом, и то радовало.       По дороге в столовую Мертвец молчит и крутит в руках ту самую потертую книгу, колупая время от времени и без того разваливающийся корешок. Кузнечик выглядывает вперёд, взглядом пытается найти Смерть, переводит взгляд на пальцы друга на книге и думает о его первой Ночи Сказок. Говорят это незабываемые ночи, когда каждый открывает всем частичку своей души. Кузнечик ещё не бывал на таких мероприятиях со времен переселения из Наружности, но прожив с Вонючкой многое узнал и точно полюбил Ночи Сказок. В целом Кузнечику нравился этот Вонючка — от него много можно узнать, если пытаться понять и услышать конечно. Мальчики вошли в столовую, на прощание тепло улыбнулись друг другу и разошлись к разным столам, Кузнечик к Волку и Слепому, Мертвец в сторону мелькающей рыжей головы Смерти.       —Это что там Смерть и Мертвец, — воодушевленно спрашивает Волк, как только Кузнечик подходит к столу, — неужто выписали.       Кузнечику кажется что Волк очень обрадовался выписке приятелей из клятого Могильника, и возможно им даже удастся сегодня вечером собраться всем вместе.       Слепой, привычно завешенный шторой из своих черных как смоль волос меланхолично мешает ложкой суп и почти окунает в него же волосы. Он крутит ложку в руках, кажется даже не попробовав блюдо и неожиданно переводит свои серебряные глазницы прямо на Кузнечика и сразу же точно в сторону Смерти. Кузнечик уже привык к такому, хотя для него всё ещё остаётся загадкой как у Слепого получается так точно определить местоположение людей, которых слышать он вряд-ли мог.       Смерть сидит за столом у противоположной стены, отделенный от продолговатым столом старших. Мальчик громко и очень эмоционально иногда по привычке хватаясь за спину от болей что пронзают её, размахивая руками во все стороны, рассказывает что-то Мертвецу и Падали — низкорослый мальчик их возраста, с копной русых кучерявых волос на голове и темными глазами, которые кажется сожрал зрачок. Падаль будто чувствует взгляд Кузнечика нервно дёргается во все стороны, путается в своих волосах пальцами и склоняется к тарелке.       —На долго ли выписали, — задумчиво бурчит себе под нос Кузнечик.       —Что-что ты там бурчишь, — громко и очень пискливо произносит Вонючка заглядывая мальчику прямо в глаза, — дорогой мой, ты погромче говори я уже не молод не различу твоего монотонного бурчания.       Кузнечик лишь отмахивается и начинает пожирать рыбный суп, стараясь не уронить клешнями ложку.       Ночь Сказок, как же Кузнечик ждал этого, долго и упорно придумывая свою сказку после первого упоминания о такой традиции от Волка. В тот день Волк рассказал ему о традициях — Самой Длинной Ночи, Ночи Сказок, Монологов и Снов, а после того как Кузнечик спросил об этом у Слепого при Вонючке, тот не мог заткнуться следующие два дня распевая свои песенки постоянно и прерываясь только на сон, хотя Кузнечику казалось что Вонючка и во сне подвывал, и на прожевывание еды, за что все были очень благодарны.       Время в Доме идёт своим ходом, а учитывая ещё и полное отсутствие часов из-за огромной неприязни Вонючки к тем, ночь всегда подкрадывается очень быстро и незаметно. Все Чумные собираются в своей комнате, Вонючка поджигает какие-то благовония и пару свечей, расставляя всё в одному ему известном порядке, Волк тихо играет на гитаре, а Слепой сидит на подоконнике привалившись всем телом к окну, так что Кузнечик подумывает не вывалится ли его друг, остальные тихо переговаривают заваривая чай во всех чистых чашках, которые можно было найти.       Первую сказку отдают Вонючке, он рассказывает о сказочных существах и звучит всё настолько невероятно что у Кузнечика мозги вскипают от предвкушения. Роль следующего рассказчика Вонючка с гордостью передает Кузнечику.       Эта история об одном пирате и его завораживающих приключениях, но начинается она задолго до этого в одном густом лесу и сегодня я хочу рассказать вам именно её. Этот лес славился своей непроходимостью и разделял собой два враждующих поселения. Не смотря на все жуткие легенды которые ходили, лес был самым обычным — с обычными животными, с обычными полянами, да только больше был и гуще, настолько что потеряться там не составляло труда даже охотникам приученым к мастерству с рождения. Люди годами гадали как пройти лес, пускали в него мужчин из поселений, но те никогда не возвращались. Там в лесу, глубоко в зарослях между тремя вековыми дубами стояла небольшая хижина. Домик был совсем крохотным так что внутри еле вмещались две спальни и кухонька, но вокруг было невообразимой красоты место. В этом домике жил маленький мальчик со своей матерью, отца у него не было, тот по словам матери потерялся в лесу, как и все остальные мужчины вошедшие в него ранее. Мальчик всегда мечтал отправиться на поиски отца, уйти от грубой матери. Когда ему исполнилось 5 он впервые сбежал за границы дозволенного, в 12 почти смог переплыть речку чтобы попасть на другую сторону, по сказаниям ведущую к безграничному морю, но планы снова и снова обрывались — то ему сил не хватало, то мать отыскивала и возвращала мальчика домой. Когда мальчику исполнилось 15, в день его рождения, он проснулся совсем рано, небо озаряли первые лучи солнца, мальчик понял что либо сейчас, либо уже никогда. Он поднялся, так тихо что ни одна половица не скрипнула, поцеловал нелюбимую мать в лоб и подался в сторону речки. Речка та была с сильным, огромным течением, и казалось кончалась вот-вот за поворотом леса, обрываясь вниз водопадом. Мальчик добежав до речки делает первый неуверенный шаг в воду и замирает, но сразу опомнившись побежал всё дальше, срываясь начинает плыть, так быстро и усердно перегребая руками, опомнился он лишь когда ударился ногой о песочный берег и заметил что совсем уже плывет на мелководье. Мальчик оглянулся вокруг, местность ничем не отличалась от привычной. «Что же делать?» — подумал он. Сел на берегу мальчик и начал думать, глядя на водную даль, сидел он так настолько долго что солнце успело подняться до средины неба, а в животе заурчало. Решил мальчик идти по течению реки в поисках поселения людей. Шел мальчик, шел, не видал ни людей, ни живности. Темнеть уже стало как из неоткуда что-то цапнуло мальчика за плечо, развернувшись он увидел взрослого мужчину с козлиной бородкой и перевязанным глазом.              —Кто ты и откуда будешь, — спросил мужик.              —Я странник.              —Странник значит, — протянул тот, почесывая свою бородку, — куда путь берешь, странник?              —Ищу своего места, — кивнул мальчик.              —Тогда ты нашёл его, малый, пойдём-кас со мной.       Как оказалось на следующее утро Смерть снова попал в Могильник, а вместе с ним и Мертвец соврав Паукам об очередных покалываниях с левой стороны груди. Когда Кузнечик узнал об этом за завтраком сразу же побежал в ненавистный обитель друзей. В неизменной белой палате на стенах висели пару рисунков Родинки, а на односпальных кроватях у двух стен лежали Смерть и Мертвец, с сидящей Рыжей у первого и Мертвой у второго на кроватях. Обычное явление для этих четверых.