с любовью, Джульетта
11 июля 2025 г., 21:28
Примечания:
публичная бета открыта.
Любил ли я хоть раз до этих пор?
О нет, то были ложные богини.
Я истинной красы не знал доныне.
Шекспир. «Ромео и Джульетта»
Италия встречает свежестью и теплой погодой. В это время Верона особенно прекрасна: она цветет и пахнет, улицы переполнены замечтавшимися итальянцами, отовсюду звучит детский смех и уличная музыка. Верона прекрасна. Город трагической любви Ромео и Джульетты. Вечно живущий город, со своей аурой и своими тайнами. Но до Вероны добираться добрых два часа, а пока приходится дышать непривычным, старым и тяжелым воздухом инфраструктурного Милана. Тэхён ленивой походкой плетется позади Минхо. Жара неприятно бьёт в лицо, а они ещё даже из аэропорта не вышли. Мысленно Тэхён ставит первый дизлайк Италии. — Я арендовал машину, должны были уже подогнать, — бросает Минхо своему жениху, который идёт где-то сзади и смотрит себе под ноги, не обращая внимания ни на что вокруг. Хочется поскорее оказаться в квартире и спастись от этой жары. Омега не замечает впереди стоящего альфу и со всей дури в него врезается. Протирает глаза и собирается извиниться, как слышит вдруг: — Чёртовы итальянцы, смотри куда прёшь! — на чистом английском рявкает незнакомец и оборачивается на омегу. Высокий, красивый, темные волосы и голубые глаза — первое, что бросается омеге. А затем уже яркая малиновая рубашка, которая очень подходит к его цвету глаз и темные летние брюки. — Извини? Это ты встал посреди прохода! — ощетинивается омега и совсем забывает о том, что хотел извиниться. Какой хам! И кто его учил так обращаться с омегами… Альфа напротив ухмыляется и взглядом оценивает стоящего перед ним омегу. Красивый, большие оленьи глаза и выразительный взгляд. Такие омеги часто разбивают сердца. — Эти милые большие глазки тебе для чего? Чтобы смотреть под ножки, верно? А ты куда смотришь, прелесть? Или тебе так понравилась моя задница? — хохочет альфа. — Кретин, — бросает Тэхён и неприлично показав средний палец, ускоряет шаг и выходит из здания аэропорта, пытаясь догнать своего альфу. Настроение немного испортилось, но Тэхён не будет тратить время на мимолетный кадр. Тэхён находит своего альфу на стоянке, возле красного Альфа Ромео, который вежливо открывает пассажирскую дверь своему омеге, и следом садится за руль. Да начнётся итальянское путешествие! Только вот чего-то красивый кретин из головы уходить не спешит.***
Вместо двух часов ехали добрых четыре. Это и неудивительно: они прилетели как раз в трафик и пробки в Милане стояли невероятные. В общем, где-то час они выезжали с Милана. Под конец дороги кондиционер совсем перестал помогать, но чем ближе к Вероне они были, тем легче дышалось и чище становился воздух. Тэхён успел вздремнуть, прежде чем пара заехала в город. Архитектура Вероны завораживала. Стиль старого города, шумного за счёт туристов, но даже толпы туристов не могут убить его атмосферу и красоту. Их небольшая съемная квартира в центре города встречает уютом и прохладой. — Я в душ, — говорит Тэхён и скрывается за дверью. Минхо даже кивнуть не успел, он привык к тому, что Тэхён ненавидит чувство пыли и грязи на себе. Поэтому в вопросах уборки он перфекционист, и именно эта тема тоже часто становится причиной их ссор. Нельзя назвать Минхо неряхой или грязнулей, но такой чистоты он не придерживается, поэтому очень часто соседи могут услышать как Тэхён орёт на альфу за разбросанные носки. Минхо бесят его крики, Тэхёна — его разбросанные носки. Потом мирятся, а затем по новой и так уже пару лет. Ну, в общем, так и живут. Пока Тэхён смывает с себя тяжелый день, альфа разбирает чемодан. Его телефон неожиданно звонит и он полностью погружается в разговор и работу, забивая на багаж и забывая о своем омеге. Тем временем Тэхён выходит из ванной чувствуя себя намного лучше. Раздражение от неприятной встречи в аэропорту смыло водой и дало мыслям проясниться. В голове уже расписан план по тем местам, которые они обязаны посетить. Тэхён обожает всякие исторические места, а находясь в таком невероятном городе он не может упустить посетить выдающиеся места легендарного города. Да и к тому же это их свадебное путешествие и всё должно пройти идеально. Иначе зачем они здесь? — Si, certo, signore, io e il mio fidanzato verremo sicuramente! Grazie per questa opportunita, ciao! — Тэхён слышит обрывок разговора и заходит в спальню. — Кто звонил? — Франческо, — воодушевлено отвечает альфа. — Милый, представляешь, нас позвали на экскурсию в самый большой виноградник в коммуне! Это прекрасная возможность познакомиться с будущими поставщиками для моего ресторана и привлечь новых инвесторов для других проектов, — рассказывает Минхо, попутно бросая вещи обратно в чемодан. — Минхо, мы же договорились, что не будет никакой работы, — устало вздыхает Тэхён и понимает, что все построенные им планы коту под хвост. — Это не работа. Скажи же, что это невероятно романтично: ты, я, вино, вкуснейший итальянский сыр и невероятные виды на виноградники? К тому же это всего лишь в получасе езды отсюда. К ночи уже будем дома. Ну пожалуйста, соглашайся, уверен, тебе понравится! — упрашивает Минхо и Тэхён не может не согласиться. Лишь мило улыбается и кивает. Ведь дом Джульетты никуда не денется, не так ли? Но на самом ли деле проблема лишь в доме Джульетты?***
Всю дорогу Тэхён переписывался со своим братом, Намджуном, которому жаловался на то, что в такую жару не вперлись ему эти виноградники. Всё, что он хотел, это поесть итальянской пиццы, запить её колой, может быть заняться ленивым сексом и лечь спать. А всё потому что Тэхён плохо переносит перелёты, а его альфа, по-видимому, снова забыл про это, полностью включившись в работу. Работа альфы была ещё одной из причин их вечных ссор. Минхо в скором времени должен был открывать свой ресторан итальянской кухни в Сеуле и последние четыре месяца полностью пропал из жизни с омегой и посвятился работе. Тэхён очень скучает, хоть и понимает альфу. Собственный ресторан — это мечта Минхо ещё с университета. И поэтому сейчас, когда он вложил все силы и немало средств в реализацию мечты, Тэхён не смеет что-то говорить против. Да и бесполезно. За последние годы их отношения остыли и Тэхён часто ловит себя на мысли, что ему давно пора уйти. Многолетние отношения и эмоциональная привязанность всё никак не дают сделать этот шаг. Поездка на виноградники немного затянулась. Следом за вином, пару пригласили на дегустацию сыра. Минхо, конечно же, посчитал, что это отличная возможность найти поставщиков хорошего сыра. Тэхён лишь вздохнул и молча ехал. Спорить всё равно бессмысленно. За годы Тэхён понял, что работа для альфы на первом месте. А потом понеслось: поели поджарого хлеба с оливковым маслом, сами оливки попробовали всех видов и вкусов настолько, что Тэхёна уже подташнивало. Но когда их пригласили в ещё одно место, Тэхён уже не выдержал. — Какие трюфели, Минхо? Мы не можем посетить это место в другой раз? Я очень устал. — Самые лучшие, Тэхён. А ещё мне обещали рассказать про старинный итальянский рецепт, который есть только в этих местах. И это недалеко, всего лишь триста миль! — Сколько? — ужаснулся Тэхён. У него не было никакого желания ехать триста миль, чтобы слушать про какие-то трюфели! — Нет, знаешь, что! Закинь меня в город и езжай на свои встречи. Я устал и хочу прогуляться по улицам и выпить где-то хорошего апероля. — Ладно, я согласен. Поехали. Тэхён не удивился согласию Минхо, но он настолько сильно устал, что хотел побыстрее отсюда уехать. По приезде на квартиру, Тэхён быстро сходил в душ и вышел в город. Одной из главных достопримечательностей города Верона, помимо Дома Джульетты, это конечно пьяцца Бра. Она же является главной улицей города. Посреди улицы стоит красивый фонтан, вокруг которого стоят лавочки для удобства. Расположены куча ресторанов и кафе, полные туристов и местных жителей. Жизнь в Вероне нетороплива и даже можно сказать, ленива. Итальянцы сами по себе неторопливый народ. Они никуда не спешат, очень шумны и болтливы, а обедать могут по два часа, запивая вкусную пасту вином. Пообедав в одном из кафе, Тэхён пошёл осмотреть все местные соборы периода ренессанса и барокко. Медленно и неспешно, проходя дом Ромео, он подошёл к своей главной цели в этом городе — Дом Джульетты. Той самой Джульетты Капулетти произведения Шекспира «Ромео и Джульетта». Тот самый дом, с балкона которого смотрела Джульетта на своего возлюбленного. Иногда здесь можно увидеть актерские постановки, но самим туристам запрещено взбираться на балкон. Вообще это место пользуется большой популярностью по многим причинам. Многие верят, что если поцеловаться под балконом этого дома, то любимые никогда не расстанутся. Или же если дотронуться до груди статуи Джульетты посреди двора дома, то пара всегда будет вместе. Но правда ли этот дом, где зарождалась трагическая любовь — никто не знает, но место очень популярно и владельцы пользуются его популярностью. Но самое главное, зачем сюда каждый день съезжаются тысячи омег — это письма. В сам двор практически невозможно протолкнуться из-за толпы туристов у стены и статуи. Стоят в очереди сфотографироваться и прикоснуться к древним камням здания. Отстояв честно в очереди, Тэхён наконец-то пробирается во двор и восхищенно осматривает его. Стена и правда под завязку забита письмами. Большими и маленькими, разных цветов и размеров. Омеги сидят возле стены или других удобных местах и некоторые из них на коленях пишут письма. Другие же горько плачут, оплакивая лишь им известную боль. Тэхён присаживается на лавочке возле дерева, достает свой любимый блокнот и начинает писать. Он нашёл свое место для вдохновения. Тэхён журналист в Korea Times. Но в душе он писатель, мечтающий о изданной книге, но пока ему слишком страшно показывать свой талант. Поэтому он пишет статьи в журнале, проверяет факты и находит людей, которые потерялись друг от друга много лет назад. Ему комфортно в своей среде, но чего-то ему не хватает. За этот отпуск он решил написать книгу и отдать её своему начальнику. А следом будь, что будет, в конце концов сколько он будет прятать свой талант? Он не заметил, как прошло несколько часов. Воздух стал уже приятнее, дворик почти опустел и близилось к позднему вечеру. Он только собрался уходить, как заметил омегу, что собирала письма со стены. Быстро собрав свои вещи и сгорая от любопытства, он подбежал к незнакомке. — Простите! Вы говорите по-английски? — спрашивает Тэхён и омега оборачивается. Обычная итальянка, темноволосая, одета в летнее платье. — Конечно. Что вы хотели? — Не сочтите за дерзость, но почему вы срываете их письма? Это нечестно, как по мне. — Но как же им ответить? То есть, в смысле ответить? Тэхён оторопел. Все эти письма получают ответ?! — Вы отвечаете этим людям, — констатирует Тэхён и итальянка улыбается. — Безусловно. Каждая из этих историй, — говорит незнакомка и любовно смотрит на корзину полную писем, — заслуживает прочтения и ответа. Хотите, я вам покажу как это происходит? Тэхён лишь закивал, но где-то на периферии сознания промелькнула мысль о Минхо, которая сразу же погасла, как только они с омегой закончили собирать чужие письма. Пока они шли, омега которая представилась Луизой, рассказывала об их деятельности. Их команда называется «Секретари Джульетты». Их всего пять омег со своим жизненным опытом. Кто-то пишет о неверных мужьях, другая же пишет о ценности брака и как его сохранить. Кто-то отвечает на такие письма, которые нельзя читать без слёз. Много кто пишет о своих потерях: семья, любимые, дети. — Я пишу о том, о чём захочу. Чаще всего это не взаимная и трагическая любовь, — отвечает Луиза на вопрос Тэхёна в чем же состоит её доля писем. — Мы пришли, проходи. Они заходят в милый ресторанчик, которых в Вероне ну пруд пруди, но тут ощущается семейная и теплая атмосфера. Они проходят дворик и по лестнице поднимаются на второй этаж, где за столом в светлой гостиной сидят четверо омег, мило между собой переговариваясь. — Дамы, знакомьтесь, это Тэхён. Он журналист, мечтающий стать писателем.***
Омеги оказались очень дружелюбными и интересными. У каждой свой жизненный опыт: кто-то стал счастливым лишь после развода, а кому-то не хватало для счастья пятого, верного мужа и толпы детишек. — А вот это тебе будет интересно, — Луиза подсовывает Тэхёну под нос письмо, сильно пожелтевшее и очень старое. — Это письмо написали пятьдесят лет назад и лишь пару недель назад оно получило ответ. Я не знаю, если оно достигло своего адресата. Но, я надеюсь, что оно вдохновит тебя на твою историю. Тэхён тихонько благодарит и бережно развертывает письмо и принимается читать. Омежье сердце щемит ещё с первых строк.Верона, 1975 год
дорогая Джульетта. мне семнадцать лет, и я встретила его. Энцо. и он прекрасен, как итальянские каникулы. я приехала сюда с друзьями, но не думала, что моя жизнь так поменяется. мы вместе несколько дней, но эти дни самые счастливые в моей жизни. я слишком юна, но моё сердце горячо и бьется только ради него и я понимаю, что это то самое чувство, что зовётся «любовью». на следующей неделе мне нужно возвращаться в Англию. меня там ждёт обучение в университете, но там нет его. как мне поступить, о дорогая Джульетта? помоги мне. дай мне ответ. что я должна выбрать в этой жизни: карьеру или любовь, родителей или его? должна ли я пойти против родительской воли и остаться рядом с ним?
с любовью, Элиза.
Письмо засело глубоко в душе Тэхёна, который сдерживался чтобы позорно не пустить слезу. Вернулась ли она? Нашли ли они друг друга или их любовь канула в небытие? Жива ли ещё Элиза и как сложилась её жизнь? Его раздумья прервал неожиданный стук в дверь, и все Джульетты обернулись на звук. — Простите. Это Вы зовётесь секретаршами Джульетты? — спрашивает знакомый голос и Тэхён выпучивает глаза. Перед ним стоит тот самый незнакомый хам из аэропорта, в которого он врезался. Дружелюбная атмосфера сразу меняется, поскольку альфа стоящий на пороге чем-то недовольный. Он уже переоделся в молочный летний костюм, уложил по-другому волосы, но его ярко-голубые глаза по-прежнему выделялись во внешности. — Да, это мы. Вы что-то хотели? — говорит Лу и привлекает к себе внимание альфы. Тот недобро щурит глаза и достав письмо из кармана, протягивает его омеге. — И письмо тоже Вы написали, я так понимаю? — Да, я. Собственно в чём проблема? Протянутое письмо так и остается в альфьей руке, пока Лу оценивает альфу взглядом. Незнакомец кладёт письмо на стол, в стопку к остальным. — Позвольте спросить, чем же Вы думали, когда отвечали на это письмо? На письмо, которому пятьдесят лет! — голос альфы спокоен, но весь он из себя излучает недовольство. — Что оно достойно ответа? Вы вообще кто такой и по какому праву отчитываете меня? — возмутилась Лу. — Ну где же мои манеры, верно. Я Чон Чонгук, внук этой самой Элизы, чей покой Ваше письмо побеспокоило! Достойно ответа? Да, пятьдесят лет назад, но не сейчас! — тон альфы выражает легкую агрессию и разочарование и он вправду отчитывает Лу будто маленького ребёнка. Тэхён стоит в сторонке и просто изучает альфу, который ему нахамил в аэропорту. Правая рука забита татуировками, в губе проблескивает пирсинг, весь его вид грозный и суровый. Типичный бэдфакбой, которых пруд пруди. С завышенной самооценкой и небесным самомнением. Тэхён таких пачками отшивал в университете. — Вы хотя бы думали о том, как она почувствует себя, если ей кто-то напомнит о её потере? В её то возрасте! — изучив альфу, Тэхён головой возвращается в диалог, который распаляется. — Я просто хотела ей ответить и всё! Я не думала, что огорчу её, я не хотела огорчать! — оправдывается Лу и из её глаз брызгают слёзы. Чонгук лишь машет рукой и выходит из помещения, громко хлопнув дверью, словно у себя дома. Тэхён ободряюще погладив по плечу плачущую омегу рванул следом за альфой. Выловив хама при выходе из кафе, бесцеремонно хватает за руку и поворачивает к себе. Альфа не ожидав такого поворота судьбы, поддаётся на хватку омеги. — Слышь, ты! Альфа поднимает бровь в вопросительной форме и мягко лишает себя чужой хватки. В тот момент Тэхён чувствует неловкость, что всё это время держал альфу за руку. — Слышь, ты? Сколько же в тебе воспитанности, прелесть, — отвечает альфа и Тэхён задыхается от возмущения. — Я тебе не прелесть! И невоспитанности во мне не больше, чем в тебе! Нахамил омеге, обвинил черт знает в чем, и не извинившись свалил. Браво, каков альфа! Альфа лишь усмехается и подходит ближе к омеге, нарушая его личное пространство, а Тэхён где-то сразу же теряет свой пыл. — Прелесть, послушай меня сюда. Я летел сюда чертовых четырнадцать часов, потому что твоя подружка не думает головой и решила ответить на письмо, которому пятьдесят лет! Я устал и жутко хочу есть и поверь мне это весомая причина, чтобы я злился и вел себя по-хамски, не находишь? — спокойно говорит Чонгук, всматриваясь в чужие большие и красивые глаза, которые он приметил ещё в аэропорту. — Кретин! Я тебе не «прелесть», уясни это! — Прекрасно, прелесть. А теперь, когда мы наконец-то друг друга поняли, прошу меня простить, но меня ждёт бабуля. Ариведерчи, — Чонгук делает шуточный поклон, разворачивается и уходит, оставив злого Тэхёна посреди дороги. «Какое хамло! Его что, волки воспитывали?!» — думалось Тэхёну, пока он стоял и смотрел вслед уходящему альфе. Пока до него не дошло… «Бабуля?! Конечно же Элиза прилетела сюда! Это же отличный шанс!» Не задумываясь, Тэхён идёт вслед за альфой, стараясь не выделяться и не обращать внимание Чонгука на себе. Чонгук неспешно идёт к дворику дома Джульетты, который уже порядком опустел. Приблизившись, он видит альфу стоящего рядом с красивой, пожилой омегой, которая любовно осматривает стены дворика. На ней бежевый летний костюм, и она похожа на итальянок, которые по вечерам выходят выгуливать своих собак и попивают апероль в кафе. От этой омеги веет одиночеством. — Бабушка, нам пора идти в отель. Ты порядком устала, — слышит часть разговора Тэхён, когда подходит к ним поближе. Омега лишь кивает в ответ на слова внука и они оба направляются к выходу, где встречают Тэхёна. — Простите, Вы Элиза? — скомканно спрашивает Тэхён, избегая неприветливого взгляда альфы. — Да, а Вы кто? — Меня зовут Тэхён. Я знаком с той омегой, что написала Вам письмо. Ваш внук подумал, что Вы хотели бы познакомиться с нами, — юлит омега и ловит на себе возмущенный взгляд альфы, который по-прежнему молчит. Элиза поворачивается к Чонгуку и ласково улыбается. — Не знала, что ты такой сентиментальный, Гуки. Я Элиза Чон, очень рада знакомству, — говорит омега и Тэхён пожимает ей руку. — Не хотите вместе поужинать? Поболтаем и, заодно, я Вас познакомлю с Лу, — предлагает Тэхён, на что Элиза соглашается. Мнение альфы никто не спрашивает, поэтому Чонгук, словно побитый котёнок, плетется следом за омегами, которые мило переговариваются.***
Итальянцы народ умеющий располагать к себе. И даже угрюмый американец успокоился и попивал вино, слушая истории секретарей. Элиза много улыбалась и шутила, она словно расцвела и это очень грело сердце Чонгука. Его любимая бабуля, которая буквально вырастила его и воспитала. Она заменила ему родителей и стала самым близким человеком. Он ради неё готов на всё. И поездка в Италию тому доказательство. — И вот, вы вернулись в Италию, но для чего? — задаёт вопрос одна из секретарш. — Хочу найти его. Да, спустя столько лет. Конечно, уже поздно что-то менять. Но я бы очень хотела узнать, как у него сложилась жизнь. Извиниться за трусость пятьдесят лет назад. Мой бывший муж — удивительный человек. Он всегда был добр и щедр и подарил мне моих детей, моего Гуки, — женщина любовно гладит внука по руке. — Я любила его, но по своему. Но даже спустя пятьдесят лет моё сердце остаётся у этого итальянца, — отвечает Элиза и омеги начинают улюлюкать. — Ох, аморе! Столько лет прошло, а настоящая любовь никогда не умирает! Элиза смущенно улыбается, а Тэхён, сидящий рядом, смотрит на неё и в глубине души мечтает когда-нибудь познать такую же любовь, которая даже спустя пятьдесят лет не утратила свою силу и ценность. — Ладно, бабуля, нам пора. Мы уставшие и тебе стоит отдохнуть, нас ждёт завтра долгая дорога до Сиены, — говорит Чонгук и поднимается со своего места. Элиза лишь согласно кивает и прощается с секретаршами. Тэхён лишь на долю секунды задумывается, и мягко хватает Элизу за руку, когда те принимаются уходить. — Элиза, мне очень неловко вам это говорить, но я могу напроситься с вами? Дело в том, что на самом деле я писатель, точнее надеюсь им стать, и я подумал, что ваша история из тех, которая достойна быть написанной и изданной, — быстро проговаривает Тэхён, пока где-то на затворках сознание кричит: «Свадебное путешествие, алё». Боковым зрением улавливает недовольный взгляд Чонгука, который решает промолчать и дать своей бабушке сделать выбор. — Дорогой, конечно ты можешь поехать с нами. Мы с Чонгуки будем очень рады, не так ли? — спрашивает омега, оборачиваясь на альфу, что терпеливо ждёт бабушку и осматривает окрестности города. Он лишь сканирует омегу взглядом, даёт ему понять, что не рад его компании, но… — Конечно. Ты можешь поехать с нами. — Спасибо за разрешение, мистер ледяная глыба, — хихикает Тэхён и закатывает глаза, на что Элиза лишь звонко смеётся. Альфа напротив хмурит брови и раздражительно толкает язык за щеку. — Доброй ночи, Элиза. — И тебе доброй ночи, дорогой. Спасибо тебе за всё, что ты сделал для меня, — отвечает омега и втягивает Тэхёна в уютные, домашние объятия. А затем целует в лоб и идёт в сторону отеля. Чонгук продолжает сканировать омегу взглядом, что стойко выдерживает чужой взор. Подходит совсем близко и у Тэхёна прерывает дыхание. Слишком близко. В его личное пространство ворвались. Вызывайте скорую! — Советую тебе передумать, прелесть. Возможно этого парня уже нет в живых, или он счастливо женат и нянчит уже правнуков, а мы свалимся ему, как снег на голову и он не захочет видеть бабулю. Такую концовку своей лав-стори ты хочешь? — быстро шепчет Чонгук, пока его дожидается Элиза. — Доброй ночи, Тэхён. Альфа разворачивается и уходит, в последний раз бросив омеге наглую ухмылку. Тэхён переводит дыхание и бурчит себе под нос, идя в сторону квартиры: — Дай мне сил не убить его, Дева Мария. Иначе на одну американскую задницу станет меньше, а итальянские тюрьмы пополнятся одним невыносимым писателем. Тэхён вернулся в пустую квартиру, но в целом он не удивлён. Даже в Корее Минхо почти не бывает дома или он приходит поздно ночью. Свой ресторан отнимает много сил и времени. Он принимает быстрый душ и ложится в прохладную кровать. На улице уже стемнело, Верона зажглась вечерними огнями. Шум и музыка не перестают доносится с приоткрытого окна. Пишет сообщение Минхо о том, что завтра едет в Сиену и кладет телефон на тумбочку, погружаясь в объятия Морфея и не реагируя на возмущения альфы: «что значит я еду?».***
— Этот блядский телефон перестанет звонить, или нет! — ругается Тэхён и сбрасывает очередной звонок своего альфы. Возможно, он обиделся по глупости. Но они договаривались, что поездка в Верону должна укрепить их отношения, а не окончательно разрушить. Тем не менее сейчас он собирается в путешествие по Сиене, а Минхо непонятно где. Да, он обиделся, но его нельзя осуждать. Он делает для этих отношений всё и даже больше, словно ему одному они нужны. Омега выключает телефон и бросает его в рюкзак. Вокруг него раздражение осязаемо: протяни руки и дотронься. — Неприятности в раю, прелесть? — внезапно рядом появляется Чонгук, пугая омегу и снова врываясь в его личное пространство. У омеги было слишком плохое утро… — Слушай сюда, — омега тычет в него указательным пальцем и начинает нравоучительным тоном. — Ты, мелкий, избалованный и наглый альфочка, который думает, что он лучше других, перестань меня заебывать! Я тебе не прелесть, ясно? Я здесь ради Элизы, имей хоть каплю уважения! И поверь мне, если бы тебя можно было кинуть в Вероне, я бы с удовольствием это сделал и поехал бы только с ней! — на его маленькую лекцию альфа лишь гаденько ухмыляется, чем больше заводит омегу. Утро и правда началось так себе. Он проспал и долго собирался, словил все углы квартиры. Минхо, к слову, домой не вернулся. Чонгук с Элизой приехали за омегой, когда тот впопыхах натягивал на себя шорты. Чонгук сходу что-то ляпнул, но Тэхён, как взрослый человек, тактично промолчал. Во-первых, было стыдно препираться перед Элизой. Во-вторых, у него не было дополнительных моральных сил, чтобы тратить их на этого засранца. Он лишь поздоровался со старшей омегой и сел на заднее сидение. Чонгук молча обвёл его взглядом и они поехали. Всю дорогу они спорили и ездили кругами, потому что Элиза не могла вспомнить дорогу. В итоге Чонгук и Тэхён разругались в пух и прах, а Элиза довольная сидела на пассажирском сидении и наблюдала за видами Сиены. И вот снова он к нему докапывается, а у Тэхёна все меньше и меньше терпения. — Не злись, прелесть. Тебе не идёт быть злюкой, — явно веселится альфа, глядя на злющего Тэхёна. Омега чувствует себя, словно он в школе и его задирает местный красавчик, который явно нарывается на омежий кулак. Они объехали уже пару домов, и находили всё не того Энцо. Один утверждал, что помнит Элизу, но после его историй о том, что его похитили инопланетяне и проводили на нём опыты, Элиза лишь тактично улыбнулась и запрыгнула в машину. Другой же жил в большой усадьбе с красивым садом и видом на озеро. Это был не её Энцо, но «встретив бы тебя пятьдесят лет назад, я ни за что не упустил бы». Мужчина был галантным джентльменом, но это не её альфа. — Тем не менее ты знал, куда едешь, прелесть. И ты знаешь, что я прав, но не признаешь этого. — Заткнись, а! То что мы его не нашли не значит, что его нет здесь, ясно? И хватит прелестькать, пока я тебе не двинул в твой большой нос! — такой дикий, непокорный и красивый. Очень даже во вкусе Чонгука. Лишь помолвочное кольцо на пальце смущает. — Прелесть, если ты думаешь, что мы околесим всю Италию в поиске первой любви моей бабушки, ты очень ошибаешься. Мы попробовали, не вышло, на этом всё, — словно ребёнку объясняет, чуть ли не показывая на пальцах. Хотя, на самом деле, Чонгук уже и не против задержаться в этой стране. — В чём твоя проблема, сухарь? Или всё американцы такие? — В первую очередь я кореец. — От корейца у тебя только разрез глаз! — фыркает Тэхён, и быстро развернувшись подходит к Элизе, что стоит посреди одной из улиц Сиены и пытается вспомнить дорогу к дому своего Энцо. Чонгук только вздыхает, глядя на омегу, что так соблазнительно виляет бедрами. Они вместе лишь пару часов, а альфа уже хочет его прибить. Или трахнуть.***
День быстро подошёл к концу, пока альфа и омега продолжали препираться, по поводу и без, Элиза лишь хихикала, глядя на маленькую войну. Она слишком хорошо знает своего внука и понимает, что омега в его вкусе. Но кольцо на пальце никогда не позволит альфе сделать шаг к нему. Он не из тех, кто рушит чужие семьи или отношения. Но Элиза не может про себя отметить, что их запахи очень сочетаются: легкий кофейный запах альфы и сладкая карамель омеги. Честно признавшись себе Элиза жалеет, что Тэхён уже занят. Такой омега отлично подошёл бы её внуку. И пускай они словно два вулкана, как огонь и огонь, как ураган Катрин, старшая омега почему-то думает, что они были бы невероятно счастливы вместе. Тэхён прощается с Элизой и они договариваются встретиться завтра, чтобы снова отправится в путешествие. На Чонгука даже взгляда не бросает, который не сводит своего с омеги. Тэхён лишь хлопает дверью и поднимается в квартиру. — Понравился? — подначивает Элиза альфу. — Ну, ба, — Чонгук лишь закатывает глаза и поворачивает в сторону отеля, избегая ответа. Да и Элизе он не нужен, она же не слепая. В квартире снова пусто и Тэхён лишь горько усмехается. Ничего нового. Достает телефон и пишет сообщение Минхо.Тэхён:
я устал и хочу спать, дверь оставлю незапертой.
Минхо: ты реально не ответил ни на один мой звонок?Тэхён:
представь себе. не только ты можешь себя так вести.
Минхо: мы вроде приехали наладить наши отношения.Тэхён:
да? ну и где ты сейчас?
или снова виноват я?
Минхо: простиТэхён:
мы уже проходили это. мы пару дней в Италии,
а я тебя не видел с дня приезда.
это по твоему нормально?
вот где ты сейчас?
Минхо: еду в Ливорно на аукцион вина. Тэхён лишь истерически смеётся. Его альфа уехал, а он даже не в курсе. Прекрасные отношения!Тэхён:
спасибо, что сказал.
впрочем, как и всегда.
давай сделаем перерыв, окей?
ты на своем аукционе, а я в сиене.
нам стоит подумать, минхо, что мы творим друг с другом.
и стоит ли это продолжать.
Тэхён кидает телефон на кровать и направляется на кухню, чтобы приготовить себе легкий ужин. Ответа от Минхо он не дождался: альфе лишь «Нравится ваше сообщение». Впервые за долгое время Тэхён выспался. Быстро собравшись, он выбегает к подъезду, где его ждёт уже машина. У него было прекрасное настроение и омега не даст никакому носатому альфе его испортить. Сегодня они едут дальше по маршруту, вглубь Сиены. Несколько раз останавливались в местных ресторанах и винодельях, чтобы вкусно перекусить и испробовать отборного вина. Тэхён улыбался весь день, что-то писал в своем красивом блокноте и с большим интересом слушал истории из юности Элизы. Омрачал его день лишь то, что его альфа даже не удосужился извиниться и в самом деле думал, что он прав. Он злился на него, потому что тот всегда так поступал. Его работа всегда была выше омеги и семьи. Но откинув плохие мысли он рад, что Элиза дала ему возможность путешествовать с ними по красочной Италии. Чонгук напрягал его. Его долгий, томный и изучающий взгляд, который бесцеремонно раздевал, чуть ли не до костей. Они грызлись, как собака с кошкой, а напряжение вокруг них можно было разрезать бензопилой. И чего они так вцепились друг в друга… Тэхён тоже не отставал от альфы и не отказывал себе в ответных долгих взглядах, изучающих и разглядывающих. Чонгук был красив и очень хорош, Тэхён не мог отрицать эти очевидные вещи. Весь день Тэхён ловит себя на мысли, какой ж этот альфа в отношениях. И каково быть в отношениях с другим альфой. С Минхо они вместе, кажется, уже целую вечность. Познакомившись ещё в школе, но добрых два года проморозив альфу, они начали встречаться лишь на втором курсе университета. Вначале все было круто: конфетно-букетный период, чуть ли не серенады под окном, цветы, кино и рестораны. Следом они съехались и их начала подъедать рутина. Тэхён пытался с ней бороться, потому что любил Минхо, но вести отношения одному надоедает и выматывает. А в последнее время, когда Минхо начал работать над своим рестораном, всё стало лишь хуже. Поездка с новыми знакомыми, словно глоток свежего воздуха в однотипную жизнь омеги. Они остановились возле очередного виноградника на холме, чтобы выпить свежего лимонада. Элиза и Тэхён уселись под большим деревом и наблюдали за альфой, что пытался справиться с навигатором. Тэхён улыбнулся. — Красивый, правда? — неожиданно спрашивает старшая омега и Тэхён, которого поймали за разглядыванием, смущается. — Расскажите о нём? — Чонгук был совсем маленьким, когда его родители погибли в автокатастрофе. Мы приняли решение переехать в Штаты из хмурого Лондона, надеясь, что солнечная Флорида позитивно повлияет на него. Было трудно объяснить ребенку, что его родителей больше нет. У моего бывшего мужа был там дом и родственники, и мы легко адаптировались. Чонгук пошёл там в школу, нашел новых друзей, новое хобби. Он профессиональный серфер уже пару лет. Его жизнь стала менятся, и он стал реже спрашивать про родителей. Но каждый год посещает их на годовщину их смерти. Каждую неделю доставка меняет цветы на могиле его матери, и поэтому там всегда свежие, белые пионы, которые она так любила. На самом деле он золотой мальчик и никогда не откажет мне ни в чём. Может лишь поворчать. Он архитектор, обожает своё дело и добросовестно на него учился. Он кажется мистером ледяной глыбой, — хихикает Элиза, — но на самом деле он очень ранимый и чувствительный и сбегает от чувств. — Удивительно. Не каждый согласился бы перелететь полмира, даже ради родного человека, чтобы искать фантом, — грустно отвечает Тэхён. В его жизни такого человека нет. И уверен, что не будет. — Расскажешь мне про своего жениха? — спрашивает Элиза, пытаясь отвлечь Тэхёна от грустных мыслей сама не подозревая того, что ещё больше его расстраивает. — Мы вместе со второго курса. Минхо успешный повар, скоро открывает свой итальянский ресторан. Сейчас у него много работы и даже сейчас, в нашу поездку, он находится в Ливорно на аукционе вина. — А как вы познакомились? — Он перевелся в мою школу, когда я был в выпускном классе. Бегал пару лет, прохода не давал. В итоге я сдался и согласился, — пожимает плечами омега. — Ты счастлив с ним? — задает хороший вопрос Элиза, на который Тэхён слёту не может ответить «да», потому что не хочет лгать. Ей, себе, всем. От ответа его спасает Чонгук, который подходит к омегам. Подает бабушке бутылку воды, а Тэхёну протягивает руку, чтобы помочь тому встать. Тэхён обхватывает чужую руку и его словно пронзает ток, хочется одёрнуть руку назад и спрятаться от его взгляда. Чонгук лишь неловко откашливается и помогает бабушке встать, избегая прямого контакта с омегой. На заданный вопрос Тэхён так и не ответил. Он понимает, что не счастлив так, как должен. И возможно перерыв, который они взяли, даст им разобраться в себе и своих отношениях. Катаются по Сиене, а Тэхён делает заметки в своем блокноте, ловя взгляды альфы боковым зрением. Элиза усадила Тэхёна на переднее сидение аргументируя тем, что хочет на заднем вытянуть ноги. Смотря на переглядки молодых, Элиза ставит себе за цель объединить эти два сердца. Потому что ответ от Тэхёна она так и не получила.***
Всю дорогу Тэхён думал и мало участвовал в беседе. Он правда надеялся, что в Италии ситуация между ним и Минхо улучшится. Что они буду проводить время вместе, как пара в медовый месяц. Но здесь стало даже хуже, чем в Корее и Тэхён не может объяснить это. Возможно его поведение и поездка импульсивны, но он впервые за долгое время выбрал себя. Чонгук не делал ситуацию лучше. Больше не препирался с омегой, а наоборот, был заботлив и вежлив. То воды предложит, то спросит не дует ли ему кондиционер, то удобно ли вообще ему ехать. Тэхён считает, что альфу пригрело на солнце. Омега не может отрицать, что альфа ему понравился. Красивый, наглый, не знающий чужих границ, кружит голову и Тэхёну трудно с этим бороться. Этот альфа, как глоток свежего воздуха, которого у него давно не было. Они вместе лишь пару дней, а Тэхён может честно признать, что он заинтересован в альфе. Он понимает, что это нечестно по отношению к Минхо, но ничего не может с этим поделать. Тем временем они доезжают до очередного домика на краю города, в котором Элиза, в очередной раз, «узнаёт» поместье своей первой любви. Бегут туда, скрипя пятками, и всю дорогу прикалываются над Элизой, которую хотел заграбастать мерзкий альфа, не упускающий возможность пустить сомнительные и грязные комплименты Элизе. — Жаль, что то поместье, где мы вчера были не нужный нам дом. Я бы мог счастливо там жить, — мечтательно говорит альфа, пока они идут к машине. Тэхён фотографирует местность, чтобы воспоминания были не только в памяти. Услышав альфу, лишь хмыкает и кладет фотоаппарат в рюкзак. — Бросил бы солнечную Флориду ради жизни в глуши? — интересуется омега, на что Чонгук лишь пожимает плечами. — Во Флориде меня держит лишь работа и Хосок. Работу можно поменять, а к Хосоку приезжать в отпуск. Это мой лучший друг, если что. А так, я хочу повидать мир и найти в нём своё место. — А ты не на своем месте? — А ты? Альфа заставляет Тэхёна задуматься. Ему нравится то, чем он занимается, да и платят ему нормально, не жалуется. Но омега всегда хотел видеть свои книги на витринах в книжных магазинах. Но пока его шеф видит в нём лишь хорошего журналиста. — Мне нравится то, чем я занимаюсь. — Я спрашивал не об этом, — говорит Чонгук и сверкает глазами. Не успевает Тэ ответить альфе, как они уже подходят к машине, где альфа галантно открывает омеге дверь, и тот лишь благодарно кивнув, садиться на переднее пассажирское, потому что Элиза сзади уже вытянула ноги, и мягко подпевала итальянской песенке, что играла в машине. Тэхён думал о том, что она очень одинока. Во Флориде она вряд ли куда-то часто выходит с такой курицой-наседкой, как Чонгук. Подумав об этом, Тэхён усмехнулся себе под нос. — Что смешного? — раздается вопрос слева. Чонгук уже успел сесть за руль автомобиля. — Подумал о том, какая ты курица-наседка, — хихикает омега. — Чего, блин?! — возмущенно говорит альфа, а Элиза сзади лишь рассмеялась. — Ну, знаешь, я думаю ты не отпускаешь бедную Элизу даже по берегу океана прогуляться без охраны. Хотя она уже взрослая девочка и может о себе позаботиться, — игриво говорит омега. — Тэхён, как же ты прав! Я даже в магазин не могу выйти одна. Хоть кто-то меня понимает. Чонгук, прислушайся к нему, а! Альфа лишь прибавил звук радио, но продолжал, словно дурак, улыбаться всю дорогу. Спустя двадцать минут они прибыли в очередное живописное место. Посреди полей оливок и виноградников, раскинулась маленькая церковь. С таким же маленьким… кладбищем. Худшие опасения альфы подтвердились. — Ну, что, прелесть, доволен? — впервые за долгое время, Чонгук снова заговорил с ним в недовольном тоне. Вышел из машины и пошел следом за бабушкой, искать ту самую могилу. На кладбище и правда нашлась могила Энцо, но никто не был уверен, что это тот самый. Тем не менее Чонгук решил, что поиски стоит завершить, потому что хватит с Элизы эмоций. Чонгук отчитывал Тэхёна, словно ребёнка, который настаивал продолжать поиски. Но увидев, что с альфой бесполезно говорить, лишь стоял и наблюдал, как ветер качал ветви деревьев, что служили частью забора кладбища. У него не было сил ругаться. — Никто не поверит в такую историю, не так ли? Какая жалость, что твоя работа полетит в мусорку, — Чонгук не останавливался ни на минуту, продолжая топить омегу, который хотел поскорее отсюда уехать. Элиза стояла возле машины и не находила в себе смелости влезть в чужую ссору. Погода начинала портиться, словно подстраивалась под их настроение. — Я смотрю ты счастлив, не так ли? Тебе больше не придётся тухнуть в Италии, а спокойно сможешь вернуться в свою солнечную Флориду и не делить бабулю ни с кем, да? Ты поэтому и не хотел сюда ехать? Боялся, что она найдёт его, и будет счастлива без тебя. Как ты борешься со своей эгоистичной стороной альфы, м? — получите своё говно и распишитесь, собственно. — Да что ты говоришь, прелесть? Это я несчастен? А ты? У тебя, всё прекрасно? Тогда какого хрена ты не под боком своего альфы, а потащился через всю Сиену с людьми, которых знал пару часов? Не потому что у тебя всё хорошо? Плохо на самом деле, не так ли? Только мне интересно одно: твой альфа избегает тебя потому что ты истеричка или по какой-то другой причине? По занудной? Нет, ну ты ответь, мне же интересно! — Тэхён лишь горько усмехается. Даже рука не поднимается дать ему мерзкую пощёчину. — Боюсь её потерять? Да, боюсь, потому что у меня больше никого нет! А ты? Ты ведь понятия не имеешь, что такое терять родных людей! Это конечная. Тэхён лишь кивает и садится в машину, на заднее сидение, тихо закрывая дверь. Иллюзия о том, что между ними что-то изменилось, только что была разбита вдребезги. Элиза осуждающе смотрит на внука и подходит ближе. — Ты не прав, Чонгук. Тэхён не истеричка, а прекрасный человек. Правда, альфа ему попался, никакущий. Он тянет на себе эти отношения уже пару лет и выгорел. А в детстве, его бросил отец, следом его мама умерла от болезни. И он остался на попечении тётки. Так что, да, Чонгук. Он знает, что такое терять людей. А ты — идиот. Старшая омега разворачивается и садится в машину. Чонгук чувствует, что его сердце разбивается на миллионы осколков. Но он берёт себя в руки и садиться за руль, не спешит заводить машину и поворачивается к Тэхёну, что избегал его взгляда. — Тэхён, пожалуйста, прости меня. Я разозлился и наговорил много бреда, не слушай меня. Ты прекрасный человек и удивительный омега. Прошу, прости меня, я просто... я очень о ней волнуюсь, ты же знаешь? Мне очень жаль, прелесть, — голос альфы звучал искренне и это заставило омежье сердце подтаять. Но он лишь кивнул и отвернулся, а Чонгук горько усмехнулся, завел машину и тронулся с места. Элиза наблюдала за этими двумя. С первой встречи чувствовался взаимный интерес. Проблема была в том, что Чонгук боялся кольца на пальце омеги, а Тэхён настолько привык к своей жизни, что боится что-то менять. Они наговорили друг другу кучу ужасных слов, и одно «прости» не может это исправить, и Элиза это понимает. На улице начал накрапывать дождь, погода окончательно испортилась. — Надо где-то переждать погоду. Если дорогу размоет, мы застрянем и не попадем в город, — тихо говорит Тэхён и Чонгук кивает. Тэхён вбил в навигатор ближайший отель и через пятнадцать минут они подъехали к живописному зданию, увешенному лимонами и глицинией в фиолетовом цвету. Дождь усиливается, поэтому они быстро забегают на рецепцию. Их быстро оформили и они заселяются в свои номера. Первым делом Тэхён бежит в душ, чтобы смыть с себя этот день и слова, что альфа сказал. Чонгук не обидел его, местами сказал правду, и от этого лишь больнее. Сам того не зная, альфа косвенно повлияет на решение омеги, над которым он размышлял уже более года. Поездка в Италию стала точкой невозврата в отношениях с Минхо Выйдя с ванной и взяв телефон в руки, Тэхён видит сообщения от Минхо. Решив, что расстаться по переписке то ещё дерьмо, он набирает номер альфы. — Неужели, кто решил мне ответить? — пьяно отвечает Минхо. — Ты пьян? — удивлённо звучит в ответ. — Немного, — Тэхён лишь представляет, насколько тот на самом деле пьян. — Есть какой-то повод? — скептически спрашивает омега. — Конечно! Меня бросили. Или не бросили? Ты сам то хоть определился? — спрашивает Минхо, усмехаясь, чем выводит Тэхёна из себя. — Почему ты звучишь так, словно я в этом виноват? — А кто? Хочешь сказать, я? Который работает сутками, чтобы заработать на все твои хотелки, чтобы обеспечить наше безоблачное будущее? «Опять двадцать пять», думает Тэхён. Он ставит телефон на громкую связь и сушит волосы полотенцем, нервно ходит по номеру туда-сюда. — Я просил тебя? Содержать меня? Напоминаю тебе, что я тоже работаю и неплохо зарабатываю! И я сам могу оплатить свои хотелки! Работаешь сутками? Ты уже забыл про те измены и интрижки, которые начались после нашей совместной жизни? Есть пробел в их отношениях, о котором Тэхёну было стыдно рассказывать Элизе. Да и вообще кому-либо. Он осуждал омег, которые прощали измены и жили дальше, но сам поступал точно также. — Я думал, что эта тема закрыта, Тэхён. Это была ошибка, и ты знаешь об этом. — Минхо, ошибка, это когда человек делает выводы и больше не совершает такого дерьма. У тебя же это закономерность. Я не хочу слушать твой пьяный бред. Я приеду и мы поговорим, но я не уверен, что хочу быть с тобой и дальше, — по ту сторону слышится пьяный смех. — Вот как. Забавно, тебе так легко вскружить голову. Знаешь, я, наверное, правильно делал, что никуда тебя кроме работы не пускал. Ты же совсем наивный и глупый, давно бы запрыгнул на чей-то член. Уже успел обскакать этого американца? — в словах Минхо плещет яд, который двигается по венам и пробирается до самого сердца, нещадно его жаля. Это оказывается последней каплей. — Я заберу вещи через пару дней, всё равно не успел их разобрать. Чтобы когда я вернулся в Сеул, и ноги твоей не было в моей квартире, ублюдок, — в сердцах восклицает омега и бросает трубку, в ту же секунду блокируя Минхо везде и кидает телефон на кровать. Не успевает толком побеситься, как сзади слышится стук, на который омега испуганно оборачивается. Дверь, оказывается, была приоткрыта. А за дверью стоял Чонгук. — Извини, я… пришёл тебя позвать на ужин. Я не хотел подслушивать, так вышло, прости, — альфа поднимает ладони в примирительном жесте, а Тэхён лишь пожимает плечами и машет рукой, зазывая зайти в номер. Альфа закрывает за собой дверь и заходит. — Что ж, раз уж ты всё услышал, то ты теперь понимаешь, каких глупостей мне наговорил? — Тэхён суетится перед зеркалом, не находя себе места и старается скорее высушить волосы. Легкий молочный костюм, что он надел на мокрое, голое тело, успел уже высохнуть и очень красиво смотрелся на фоне загорелой, карамельной кожи. Несмотря на дождь, духота никуда не исчезла. Чонгук осторожно присаживается на край кровати, не прекращая наблюдение за суетящимся омегой. Он заметно нервничает и Чонгук не понимает почему, ведь тот не выглядит расстроенным после разговора со***
Элиза, поужинав, оставила молодых вдвоём, и сославшись на плохое самочувствие упорхнула в свой номер. Чонгук и Тэхён не могли наговориться. Впервые они спокойно говорили, смеялись и обсуждали всё на свете. Тэхён подкладывал Чонгуку больше еды, а Чонгук подливал вино в чужой бокал. В ресторане тихо играла музыка, ближе к полуночи он почти опустел, но их это не смущало. Они отлично проводили время, а улыбка не сходила с их лиц. — Я не осуждаю тебя, но почему ты не ушел от него раньше? — пьяно спрашивает Чонгук у Тэхёна, у которого тоже слегка заплетается язык. Хорошее итальянское вино бывает весьма крепким, особенно если вылакать почти две бутылки на двоих. — Я думал, что люблю его. Мы ведь столько лет вместе и так далее, — пожимает плечами омега, забавно болтая ножкой в воздухе. — Я привык к нему и мне было страшно что-то менять. Но сейчас думая, я понимаю, что он многое мне внушил. Когда он первый раз мне изменил, то он сказал, что я должен простить его, потому что я никому кроме него не нужен, и я останусь один, если уйду от него. Следом я прощал на автомате? Наверное так. Просто боялся остаться один. Он вселил в меня этот страх. Но, теперь я не боюсь, — говорит Тэхён и мило улыбается, поглядывая на альфу. — Ну, а ты, мистер ледяная глыба, почему ты одинок? Чонгук не один, просто не задумывался над серьезными отношениями. Он старательно избегает чувств, потому что знает, что они делают больно. А жизнь подкладывала ему свинью за свиньей, что заставило альфу закрыться в себе. Его всё устраивало до момента, пока он впервые не посмотрел в эти большие, шоколадные глаза. — Всегда страшился сделать неправильный выбор, — отвечает Чонгук и делает глоток вина. — Отношения — это великий труд. Я боялся сделать кому-то больно, и не думал, что я готов посвятить кому-то свою жизнь. — Думал? — Да, думал, — альфа кивает. — До недавнего времени я так думал. Потом бабуля утащила меня сюда. С каждым проведенным днём здесь, я всё больше осознавал, каким глупцом я был. Мне трудно принимать тот факт, что я неправ, но это так. Я уже прошёл все стадии принятия неизбежного и уже не так страшно, — улыбается альфа. Омега улыбается в ответ. Он был такой же, как Чонгук, только наоборот. Боялся не успеть, думал, что время летит мимо него, старался дарить любовь и уют и совсем не заметил, как не получал в ответ того, чего так желал. — Тебе не жаль времени, что ты потратил на него? — Нет, — отрицательно машет головой омега. — Это мои первые длительные отношения, которые показали каким на самом деле должны быть отношения между людьми, и что всё, что пишут в книжках и показывают в кино, зачастую далеки от реальной жизни. Мы наделали кучу ошибок с Минхо, но я учусь на них, поэтому я и ушёл. Кто знает: допишу книгу, стану всемирно известным писателем, будет толпа фанатов и альф, что будут бегать за мной, — хихикает пьяный омега, кидая поплывший взгляд на альфу. — За тобой обязаны бегать альфы, Тэхён. Мы не поладили с тобой с самого начала, но с каждым днём я узнавал тебя всё больше, и я хочу сказать, что Минхо полный идиот, что потерял тебя. Ты невероятный и таких как ты больше нет, я уверен. Я бы никогда так, как он, не ошибся, — невзначай кидает альфа. Омега хмыкает. Чонгук ему симпатичен, он не будет врать ему и себе. С самого первого взгляда в аэропорту, он почувствовал тягу к нему. И пускай это была мимолетная встреча и они могли не встретиться позже, судьба распорядилась иначе. Чонгук — глоток свежего воздуха в его жизни, как запах после дождя, словно первое солнце над ареной. — Я хочу извиниться перед тобой за эту поездку. Абсолютно за всё. За все мои сказанные плохие слова с самого первого дня. Признаю, я поступал, как засранец. — Остановись, пожалуйста. Я не злюсь. И ты прости меня, мы оба были хороши, — отвечает омега и слегка сжимает руку альфы, что так удобно устроилась на столике. Чонгук лишь улыбается и перехватывается омежьи пальцы в замок. — Уже поздно, нам завтра снова в дорогу, нужно отдохнуть. Идём, я провожу тебя, — говорит альфа и омега соглашается. Придерживая парня за талию, потому что тот слегка перепил, Чонгук помогает омеге до его номера. Тэхён всю дорогу пьяно болтал о своей жизни, как он любит писать, что у него аллергия на клубнику, но он всё равно ею объедается и потом ходит весь в сыпи. А альфа слушает, слушает и его бедное сердце, в которое Амур беспощадно запустил стрелу. С самого первого дня, торгуясь с самим собой, Чонгук глубоко и крепко влюблялся в этого красивого, неприступного, занятого омегу с большими, шоколадными глазами, что смотрят прямо в душу и выворачивают её. Он так боялся влюбиться и разбить своё сердце, что прыгнул в этот омут с головой, и даже не захлебнулся. А теперь ему почти не страшно, и даже кольцо, которое омега не снял, больше не пугает. Даже если придется переплывать Атлантический океан вплавь, потому что самолёты перестанут летать, а паромы будут тонуть, он всё равно не отступится от этого омеги, что мило хихикает по дороге и старается не ловить все дверные косяки. — Ну что же, спокойной ночи? — говорит Тэхён, упираясь об дверной косяк своего номера, как только они доходят. — Я хочу кое-что спросить прежде, можно? — говорит альфа и омега кивает. Чонгук глубоко вдыхает и подходит ближе к омеге, что продолжает соблазнять его своими блядскими глазами. — Я не буду ходить вокруг да около, мне не пятнадцать лет. Я понимаю, что ты только что разорвал многолетние отношения, но… Ты мне очень нравишься, Тэхён. Я с уверенностью могу сказать, что влюблён в тебя. Мои чувства тебя ни к чему не обязывают, но… какой процент вероятности, что мне влетит по роже, если я попытаюсь тебя поцеловать? А омега внутри ликует, потому что весь вечер ловил на себе альфьи взгляды и думал, на сколько Чонгука хватит. Мечтал об этих губах весь вечер, что так захватывающе и соблазнительно рассказывали о сёрфинге и флоридском побережье, завлекая омегу как-нибудь приехать туда. А сейчас он плотоядно улыбается, подходит к альфе ближе и укладывает свои руки на чужие широкие плечи, и облизывает свои губы. — Не попробуешь — не узнаешь, лорд, — шепчет чертёнок и притягивает его к себе ближе. — Ну же, альфа, смелее. И Чонгука срывает. Он набрасывается на омегу, крепко схватив за талию и прижимает к себе, врывается в его рот сладким поцелуем, от которого колени дрожат, а голова ходуном ходит. Трогает, обнимает и прижимает ближе к себе, вырывая из омеги сладкие вздохи и тихие стоны, которые словно мёд для альфы. Целует глубоко и со вкусом, а в руках держит трепетно и крепко, словно дорогую фарфоровую куклу, мягко проходя ладонями по талии и пояснице, спускаясь вниз по бёдрам. — С ума меня сводишь. Ещё с первого дня, как повстречался мне, — шепчет альфа, опускаясь поцелуями по чужой шее и крепко сжимая омежьи бёдра. Слегка прикусывает в чувствительном месте и вырывает из омеги очередной стон. — За твоей морозильной рожей я не заметил влечения к себе, — язвит омега и тянет альфу к себе в номер, захлопывая дверь и Чонгуково сердце в капкан. — Я плохо флиртую, — оправдывается Чонгук и ненавязчиво лезет под чужую рубашку ладонями, касаясь карамельной кожи. — Надеюсь, ты плох только во флирте, альфа, — хмыкает омега и жмётся ближе, кусая альфу за шею и слышит сверху рык. Поднимает большие глаза на альфу и ловит потемневший взгляд. — Не беспокойся об этом, омега. Ты уверен? Я не хочу, чтобы мы спешили, — спрашивает альфа, на что омега кивает. Удостоверившись в чужом решении, Чонгук хватает Тэхёна на руки и направляется в сторону кровати, куда бережно его кладет, нависая сверху. — Ты такой красивый. Не могу поверить, что мне так повезло. Чонгук осыпает Тэхёна комплиментами, пока снимает с него лёгкий костюм, оставив совсем нагим. Слегка приподнимается и изучает изящное тело перед собой и не удерживает довольный стон. — Само совершенство. Чёрт, прелесть, ты правда невероятный, — словно в бреду шепчет Чонгук, и покрывает его грудь поцелуями, пока Тэхён что-то несвязно бормочет. — Что такое? — Сними гребаную футболку и дай мне прикоснуться к тебе, — властно говорит Тэхён и Чонгук не может не послушаться. Скидывает с себя серую футболку, следом летят летние бежевые штаны, и альфа остается в черных боксерах, которые долго не задерживаются на нём, потому что омега одним лёгким движением их стягивает до колен. Чонгук лишь усмехается и снимает их полностью, чтобы не мешали. Чонгук красивый. У него подтянутое тело, не перекаченное, а в меру. Тонкая талия, которую хочет обсыпать поцелуями и всю искусать. И у него большой и красивый член, усыпанный венами, которые отлично будут ощущаться в Тэхёновом рту. — Ляг, я хочу тебе отсосать, — бессовестно говорит Тэхён и в одно движение седлает альфу. — Я не знал, что ты такой властный в сексе, — говорит Чонгук и укладывается поудобнее на подушки, наблюдая за омегой, что склонился перед его членом. — Это всё твоя альфья энергия. Я и сам не знал, — пожимает плечами и губами касается чужой головки, вырывая из альфы вдох. — Блять, Тэ… Не желая мучать альфу, Тэхён погружает член полностью в рот и начинает сосать, руками сжимая чужие бёдра от удовольствия. Альфа лишь хрипло стонет от чужих умений, жмурит глаза и держит себя в руках, чтобы не начать двигаться навстречу. — Если ты хочешь другой темп то можешь взять меня за волосы. Не бойся, ты не сделаешь мне больно, — говорит Тэхён, на минуту отвлекшись от своего занятия. А затем погружает головку назад в рот и посасывает её, словно леденец, губами проходясь по стволу, и языком вырисовывая лишь ему известные символы. Чонгук мягко хватает его за волосы, слегка прижимая, давая понять, что сейчас будет двигаться. Тэхён погружает член полностью в рот и покорно ждёт. Любовно погладив чужую щеку, он фиксирует чужую голову и начинает входить и выходить из чужого рта, медленно и со вкусом, но чтобы не причинить ему дискомфорт. Тэхён лишь задавленно стонет и проводит головкой своего члена по кровати, пытаясь немного снять своё напряжение. Грязно и пошло, но ему жизненно необходимо трение. Плавно трахая чужой рот, он шепчет пошлости Тэхёну, которые ещё больше его распаляют. — Как же тебе это нравится, прелесть. Знал бы раньше, давно бы заткнул твой рот членом. Ты же это любишь, не так ли? — Тэхён лишь стонет и ничего не отвечает, и тогда Чонгук отрывает его от своего члена и снова задает вопрос. Тэхён предстает перед ним перепачканным в своей слюне и Чонгуковой сперме, с слегка пьяным поплывшим взглядом. — Я не слышу ответ, прелесть. — Да, альфа. Пожалуйста, трахни меня как следует, умоляю, — слегка охриплым голосом шепчет Тэхён и Чонгук тянет его на себя, врываясь в его рот поцелуем, пробуя себя на вкус и громко стонет от ощущений. — Ты бешеный, и меня таким делаешь. Ты в курсе? Давай, прелесть, попой кверху, мне нужно растянуть тебя, — говорит Чонгук и слегка похлопывает омегу по заднице. Тэхён скатывается с альфы и соблазнительно приподнимает попу кверху, упираясь руками о кровать, открывая вид на свою нуждающуюся дырочку. — Само заглядение. Чонгук пристраивается сзади и любовно поглаживает ягодицы, раскрывая их и слегка похлопывая между, вырывая из Тэхёна громкий стон. — Какой нуждающийся. Так не терпится, да, прелесть? — продолжает шептать пошлости Чонгук, пока из Тэхёна льется его собственная смазка, которую Чонгук хватает своими пальцами и одним входит в Тэхёна. — Вот так. Она готова съесть меня, ты знаешь? — П-ерестань, — шепчет Тэхён, не в состоянии бороться со своим стеснением. Он обожает грязные разговорчики и грязный секс, но даже будучи в полупьяном состоянии он чувствует смущение. — Ну почему, прелесть? — мурлычет мужчина сзади, растягивая его уже двумя пальцами. — Ты посмотри, как ей нравится. Так течет и так просит мой член, не так ли? Тэхён натурально скулит, двигаясь попой навстречу чужим пальцам, что так умело растягивают. Стоны из него не прекращают вырываться, и он стонет особенно громко, когда Чонгук входит третьим пальцем, хорошо подготавливая его для себя. — Прошу тебя, я готов. Пожалуйста, Чонгук, — хнычет омега, поворачивая голову на альфу и показывая своё заплаканное и затраханное лицо. — О чём ты просишь, прелесть? Я не понимаю, — явно издевается Чонгук, упираясь пальцами в чужую простату и вырывает стон. — Яснее выражай свои желания, прелесть. Тэхён быстрее двигается навстречу чужим пальцам, уже полностью теряя связь с внешним миром, мечтая лишь о том, чтобы побыстрее кончить. Но неожиданно альфа вытаскивает из него свои пальцы и поворачивает его на спину. — Не смей кончать без меня, омега, — рычит на него альфа, прижимая всем телом к постели. — Чего ты хочешь? Отвечай, — спрашивает Чонгук и хватает его за подбородок, врываясь в чужой рот языком, вылизывая нёбо и глубоко целуя. Тэхён стонет в чужой поцелуй и жмёт альфу ближе, пяточками прижимая к себе и трётся о его живот своим членом. — Чонгук, ах… — между поцелуями шепчет омега. — Трахни меня, умоляю! Альфа раздвигает шире его ноги и проводит членом по чужой дырочке, собирая смазку. Ещё раз проверяет пальцами наличие естественной смазки, а затем одним плавным толчком входит в омегу, выбивая из того громкий стон. Одной рукой Тэхён держит его за бедро, а вторую поднимает к шее и любовно гладит, пока альфа плавными толчками входит в омегу, доводя его до экстаза. Спустя пару фрикций, омега кончает, пачкает свой и чужой живот спермой. Сжимает альфу настолько сильно, что через пару движений, едва успев выйти из омеги, он кончает ему на бедро и заваливается рядом на кровать, крепко прижимая к себе омегу. — Ты дикий, ты в курсе? — говорит Чонгук омеге, который укладывает голову на альфу и любовно на него смотрит и хихикает. — Я не знал, что люблю такое. Но это было великолепно, альфа, — шепчет омега и целует Чонгука в уголок губ. — Давай спать. Нам и правда завтра ещё ехать. Чонгук целует Тэхёна в лоб и укрывает простыней, чтобы тот не подмерз ночью. Лежа в постели с любимым омегой где-то в глуши Сиены, он чувствует себя самым счастливым человеком.***
Утром было много неловкости, но после совместного душа и повторного великолепного минета, неловкость и смущение пропали. Поговорив на завтраке оба решили, что не будут никуда спешить, пускай их и очень тянет друг к другу. Они будут плавно двигаться в своих отношениях, чтобы ничего не испортить. Альфа понимает, что Тэхён не знает, что такое здоровые и прекрасные отношения. Альфа ему их покажет. — Ох, какой красивый виноградник! Давайте заедем на прощание, выпьем по бокальчику вина? — предлагает Элиза и парни кивают. И тут до Тэхёна доходит. Они доедут до Вероны и их пути разойдутся. Тэхён уедет в Сеул разбираться с выселением своего бывшего альфы, а Чонгук уедет во Флориду, заниматься серфингом и дальше работать в своей компании. От хорошего настроения не осталось и следа. — Прелесть, — говорит Чонгук и берёт омегу за руку. — Даже не думай, что я отпущу тебя. А это расставание — оно временно, хорошо? Мы обязательно найдем компромисс, — говорит альфа, пока сворачивает на нужную улицу, прижимая чужую руку к себе и целуя ладонь. Тэхён лишь улыбается, светится, словно новогодняя ёлка и выбрасывает из головы плохие мысли. Он прав. Они расстанутся не навсегда и обязательно найдут решение. В конце концов… Тэхёна ничего не держит в Сеуле. А Флорида звучит не так уж и плохо. Проснувшись утром, Тэхён чувствовал себя легкодоступным. Спросив десять раз Чонгука не считает ли он также, и после десятого получил по заднице, обиженно буркнул «хорошо» и принялся пересматривать свои записи. Его книга почти готова. Но Тэхён уже не уверен, что хочет её издать. Конечно, Чонгук ему ничего не обещал и не предлагал. Но если предложит, Тэхён не задумываясь бросит всё, и улетит с ним на край света. Понимаете, это человек, которого он может назвать «моё». И если в их мире ещё существует истинность, то Тэхён её определенно чувствует. Виноградник и вправду был большой и красивый. Запах был пропитан виноградом и сыром, видимо где-то рядом была сыроварня. Среди виноградников стоял мужчина, который выделялся среди остальных итальянцев: высокий и статный, и только седые волосы выдавали в нём возраст. — Прошу прощения, синьор, мы бы хотели отдохнуть и выпить немного вина! — говорит Чонгук и альфа оборачивается к нему. Голубые глаза, смуглая кожа, жилистые и накаченные руки. Ну не мужчина, а мечта…! А рядом охает Элиза, потому что спустя столько лет и дней поиска, у чёрта на куличиках, она наконец-то нашла того, кого искала. — Энцо? — неверяще шепчет Элиза, осматривая свою первую любовь так, словно они виделись вчера. Чонгук и Тэхён стоят сбоку и наблюдают за трепетной картиной воссоединения двух сердец. Блокнот Тэхёна остается лежать в машине, но он ему и не нужен. Этот момент хочется прожить и разделить с ними их радость. Следом к ним подходит внук Энцо и просит пройти во двор, где они могут охладиться. Сидя за столиком под лимонным деревом, Чонгук и Тэхён пьют вино, наблюдая за парой, что нашлась спустя годы. — Жаль, что никто не поверит в такую концовку, — говорит Чонгук омеге, который расслабленно сидит за столиком. Над ним висят спелые лимоны, в воздухе витает запах вина и выпечки, а у омеги в руках бокал белого сухого вина, которое он с удовольствием попивает. — К сожалению, ты прав. Тем не менее это потрясающая история, — отвечает Тэхён и переводит взгляд на альфу. — Чонгук, я… — Тэхён, я… — Давай ты первый, — уступает Тэхён и наблюдает за альфой, который набирается смелости. Сейчас, или никогда. — Тэхён, я понимаю, что мы слишком мало знакомы. Но вчера у нас был секс, самый потрясающий в моей жизни и я не готов тебя отпускать. И дело не в сексе. Я не отказываюсь от своих слов, я правда в тебя влюблён. Чувствую себя старшеклассником, который боится подойти к омеге. Я уверен на сотню процентов, что ты тот самый человек, который предназначен мне судьбой и я готов с ней побороться, если уж на то пошло. Летать каждый день из Штатов в Корею немного проблематично, но если ты скажешь мне так сделать, я буду так делать, если в таком случае ты будешь рядом со мной. У Тэхёна перехватывает дыхание. Этот альфа сводит его с ума и он не хочет с этим бороться. Хочет отдаться ему в руки и не думать ни о чём. Хочет и будет. — Чонгук, я… — Это не всё, пожалуйста, — говорит Чонгук и берет чужую ладонь в свои руки. — Я не готов переехать в Корею, я совсем забыл родной язык. Но если ты дашь мне немного времени, я подучу и… — Не надо ничего учить, Чонгук, — отвечает омега, мило улыбаясь нервничающему альфе. — Я надеюсь во Флориде для меня найдётся место в каком-нибудь издательстве, как думаешь? Чонгук удивленно выпучивает глаза и не верит своим ушам. Он хочет поехать с ним? Правда? — Ты правда поедешь со мной? — А ты против? — хитро спрашивает Тэхён. — Нет! Я только за! — восклицает альфа и пугает Тэхёна. — Прости, я реально словно ребёнок рядом с тобой. Я просто очень рад. Тэхён, ты никогда не пожалеешь, я тебе клянусь. Спасибо, — шепчет альфа и целует чужие пальцы. — Я тоже влюблён в тебя, Чонгук, — шепчет Тэхён в ответ признание, заставляя Чонгуково сердце биться в разы быстрее. Мы никогда не знаем, где мы встретим своих людей. В магазине, в парке, в другой стране. Но мы все должны знать одно: если мы почувствовали, что это наш человек, то за него надо хвататься и никогда-никогда не отпускать. И у них всё будет хорошо. Флорида понравится Тэхёну, где через полгода он откроет свой книжный магазин, где будет продвигать неизвестных писателей. А его книга «Сердце Италии» станет бестселлером и сделает Тэхёна одним из самых известных писателей современности. Чонгук будет рядом и всегда поддерживать, точно также, как и Тэхён его. С каждым днём они будут становиться лишь ближе. И оба уже давно-давно поймут, что не смогут друг без друга никогда. А через год они вернуться в сердце Италии — Верону, чтобы посетить свадьбу Элизы и Энцо. А тем временем они сидят в лимонном саду, любовно переговариваясь и наблюдая за тем, как объединяются два сердца, которые были несправедливо разделены на пятьдесят лет. Красными нитями связаны те, кому суждено встретиться и никогда не расставаться.
