Ангел

      — Ты зашёл слишком далеко, Олег, — со слезами на глазах сказал Сергей, резким движением достал блестящий клинок и занёс его над головой. — Прости.       Волков проснулся от собственного крика. Сердце стучало так сильно, что он вообще не слышал происходящего вокруг, а единственное, что он мог ощущать это пронизывающий страх и жуткую боль в груди. Словно его чем-то проткнули. Или же… Посреди горла встал ком и он осторожно осмотрелся по сторонам. Пусто. Он один в квартире. Потом он взглянул на свою грудь. Нет, она цела. Это просто сон. Дурной сон. Кошмар. Парень лишь выдохнул. Нужно попить. Успокоиться. Встав с кровати, Олег на ватных ногах пополз к раковине. В голове всё ещё была каша, да и к тому же внутри появилось странное чувство. Словно за ним наблюдают. Он чувствовал его и раньше, но сейчас, парень готов поклясться, что пока он наливает воду, прямо сзади него стоит кто-то. Или что-то.        — Мне плевать Михаил ли ты или Серёжа, съебитесь от меня и перестаньте мучить! — прорычал он и стуканул по рычагу крана. Вода перестала литься, а он повернулся и увидел совершенно незнакомое лицо. Оно было… Другим. Ощущалось по другому. Как-то странно. Вроде бы ангел, но какой-то другой. Неправильный что-ли. Нимб его был тоже расколот, но по другому. Не так как у Серёжи. Если у Разумовского он был словно разломан кем-то, а тут… Словно самолично распилен. Да так аккуратно, что даже не по себе.        — Олег, не думал, что мои братья тебя настолько сломали, — как-то уж слишком сердобольно произнёс гость и положил руку на плечо Волкова. Вмиг вся тревога прошла, да и шок тоже. Словно всё это испарилось, а существо лишь по доброму улыбнулось. — Я Рафаэль, архангел Божий.        — Я отказался от Серёжи, что вам, блять, от меня надо, — устало сказал тот и сбросил с себя чужую ладонь, после чего пошёл в спальню. Где-то за окном раздался шум сигнализации, но парень даже не обратил внимания. Достало. Все на этом свете достало. И на другой не уйти, потому что там уж слишком много знакомых.        — Я хочу помочь тебе, — вдруг Олег остановился и с каким-то непониманием на лице, повернулся к Рафаэлю. — Хочу чтобы вы смогли быть вместе. Вы же заслужили это.        — Ты башкой стукнулся? — Волков выдохнул и вдруг услышал карканье вороны, которая усердно начала стучаться в закрытое окно. Он пошёл впускать ещё одну ночную гостью. Да за что ж ему это всё? Парень подошёл к окну и открыл форточку. Марго мигом залетела на кухню и уже начала вопить, но архангелу хватило одного жеста руки, чтобы она успокоилась и просто села на стол. Словно заворожённая. — Ого, меня научишь, — с улыбкой произнёс тот и подошёл к белой птице. Та лишь смотрела на этих двоих умными глазами, но казалось что что-то в ней поменялось. Хотя, если это поможет усмирить её нрав, Олежа даже не будет против. Да уж, он действительно хотел бы научиться такому трюку, ведь эту ворону было легче прибить, чем успокоить её истерики.        — Так что насчёт моего предложения? — Рафаэль осторожно, кончиками пальцев коснулся, спины Олега и по всему телу пошёл дикий холод. Он повернулся в сторону мужчины и замер. Что-то в нем было… Странное. Зловещее. Хотя, судя по Михаилу, все архангелы вообще не святые. Вот прям ни капли.        — Что я должен буду делать? — произнёс тот, кое-как пробивая ком в горле. На лице мужчины появилась лёгкая ухмылка и он достал из кармана белой мантии маленькую подвеску с волчьим клыком.        — Развивать себя, — он аккуратно надел её на шею Олега. — В тебе есть сила, как и в твоих предках. Они боялись её и подавили, но ты можешь возродить утраченное, — с восхищением произнёс тот и отстранился.        — Как мне это поможет? — непонимающе спросил он, и взял в руки волчий зуб, который болтался у него на шее, что бы рассмотреть его поближе.        — Ангелы сводят с ума людей, но если ты вернёшь то, что утратили предки, ты перестанешь быть человеком, — произнёс архангел и растворился в воздухе, оставляя Волкова и Марго наедине.

***

      Серёжа еще раз покрутился возле зеркала. Он никак не мог принять свои золотистые крылья. Они были совсем другие. Да, мощнее. Да, симпатичнее, но что-то… Да кого он обманывает. Всё было не так. С того момента как за ним вернулся Михаил, откровенно говоря, всё пошло по полной пизде. Сначала его вернули на небо, потом были невыносимые дни боли, ведь крылья отрастить безумно тяжело, как в физическом плане, так и в моральном. А потом… Потом он узнал правду. Вот только ему кажется, что то, что ему позволили узнать, лишь малая её часть. Да, он огненный меч, которым в своё время победили Люцифера, во время его бунта. Для этого одного из первородных ангелов наделили силой, которая превосходила архангелов. Он и стал оружием против дьявола. И имя ему — огненный меч. Звучит жутко. Особенно, когда ты понимаешь, что в тебе таится великая мощь, но не можешь её использовать, потому что не знаешь как. Хотя, с другой стороны, ему это и не нужно. Как сказал Михаил:       «Наш отче предупредил, что это будут самые обычные и скучные девять тысяч лет»       Вот только почему-то Серёжа не верил в это до последнего. что-то внутри подсказывало, что всё будет плохо. Очень плохо.        — Они не станут белыми, — усмехаясь, произнес архангел прошел в комнату. Сережа же дернулся и обернулся на старого друга.       — Ты видел его? — как-то тихо произнёс он опустил голову вниз. — Олег не перестаёт взывать ко мне. Раньше специально, а теперь где-то в глубине, — он скрестил руки на груди. Внутри стало так пусто от этой мысли. Боже. Как же плохо, когда у тебя есть столько чувств, которые ты не в силах контролировать.       — Он скучает, но видимо смирился, ведь мне он тоже не молится, — Михаил встал прямо напротив и завел рыжую прядь за ухо. — Посмотри на меня, мой меч, ты дома, — он легонько коснулся золотого оперения. — У тебя есть крылья. Так почему ты не счастлив?       — Потому что свобода, которую ты мне пообещал, мнимая. Я не могу выходить из башни, не могу взаимодействовать с людьми, ангелами. Я словно птица в клетке, — последние слова он прошептал так тихо, что они почти были не слышны, но Михаил, к сожалению, всё понял. Он лишь вздохнул и провёл рукой по воздуху, вычертив там какой-то знак. В эту же секунду на маленьком столике появилось несколько бутылочек с прозрачной жидкостью.       — Можешь выпить это, оно поможет тебе уснуть. Проснешься ты лишь тогда, когда будешь нужен, — архангел пошёл в сторону двери и взглянул в окно. — А не выпускаем мы тебя, только из-за того что это опасно. Тебя не должны ни видеть, ни слышать. Для всех ты умер на земле.       — Но почему? — Сергей первые поднял голову и встретился с голубыми глазами. Он до последнего не мог понять, что в них было, но это явно не предвещало ничего хорошего.       — Потому что ты мой меч, - произнёс тот и открыл дверь, после чего испарился в проходе. Сергей же рванул за ним, но открыв ту же дверь, обнаружил кирпичную стену. Опять. Ему не сбежать. Он чертова Рапунцель.       — Блять, — произнес тот и закрыл сразу же рот рукой. Нельзя же сквернословить… А хотя… Что они ему сделают? За мат крыльев явно не лишат. Да и в принципе ему уже ничего не страшно. Он теперь как раритетная игрушка, которую достают из шкафчика и показывают гостям только в крайних случаях. А может всё-таки… Он перевёл взгляд на стеклянную баночку. В принципе, вечное забвение не такая уж и плохая штука. Он робкими шагами подошёл к столу и взял склянку в руки. Маленькая баночка с прозрачной жидкостью может решить всё его проблемы, но… Олег. Он же его никогда не увидит. Если Михаил не врёт, то меч пробудят не через одну тысячу лет, а значит, к тому времени, Волков будет мертв. — Я не могу, — прошептал тот и поставил её обратно на деревянный стол. — По крайней мере, пока он ещё жив.

***

      — Что читаешь? — Юля с улыбкой подсела к хмурому Волкову, который что-то смотрел изучающим взглядом в смартфоне. Парень же проигнорировал. Скорее случайно, уж слишком он погрузился в своей занятие, да, настолько, что даже не заметил, как в класс вошёл тот самый великий и ужасный Самуил Яковлевич. Обычно, в такие секунды, Пчёлкина говорила, что в аудитории становится уж слишком токсичная среда в которой сложно выжить и она была права, ведь этот старик снова зашёл с таким недовольным видом, словно его обидела не только бывшая жена, но и все люди на этой планете.       — Сегодня начнем пару с проверки домашней работы, — произнес тот и его взгляд упал на Олега. — Как я понимаю вы в своем гаджете повторяете «Учение Вернадского о ноосфере»? — с ехидной ухмылкой произнёс тот, а парень снова проигнорировал и лишь когда Юля наступила ему на ногу под столом, он соизволил поднять глаза на педагога.       — Я не учил, ставьте два, — совершенно спокойно сказал тот и в классе воцарилась идеальная тишина. Все взгляды зависли на одном бессмертном парне, которому, кажется, осталось жить чуть меньше пяти минут.        — Ты совсем охренел? — крикнул преподаватель и стукнул толстой папкой по столу, а Волков снова не среагировал. — Хотя пускай, в твоём подушатанном состоянии вероятность получить допуск к сессии мизерный. И я очень надеюсь, что такого как ты отчислят.        — Какого такого? — прорычал он и поднялся из-за стола. Вдруг кулон стал немного теплее. — Почему вы вечно цепляетесь ко мне. Одежда, ориентация, то что я детдомовский. Вас это ебёт? Жизнь обидела? Так я, блять, не виноват. Хоть сейчас ради вашего успокоения могу забрать документы и пойти в армию, — в классе повисло дикое напряжение. Вот теперь точно все наблюдали за происходящим. Олежу теперь и вправду можно было записать в бессмертные. Но вот только каждый в этой аудитории понимал парня, ведь за все время не было не единого раза, когда Самуил Яковлевич не зацепил парня на своих лекциях. А тот сквозь зубы терпел. Вот и дотерпелся. — Что молчите? Или только можете острить на тех, кто не отвечает?       — Олег, угомонись, — прошептала Юля и дернула за рукав, но тот лишь взял рюкзак и молча пошёл на выход. Достало. Всё достало. Завтра же идет забирать документы из этого поганого института!

***

      Детская площадка, мокрая из-за недавно прошедшего дождя, лавочка, и Волков у которого уже просто нет сил. Он скурил уже сигареты две, если не больше. Ему хотелось просто убиться головой об стену. Почему он вечно попадает в какую-то задницу? Сначала ангельские разборки, суицид, амнезия, а теперь и осознание того, что его жизнь медленно катится к чертям собачьим. Да, он действительно психанул и он реально не понимает, что ему делать с этим самодовольным индюком, ведь сегодня он сам себе подписал недопуск к сессии.       — Ты умереть хочешь? — с усмешкой произнес знакомый голос и Олег обернулся. Перед ни стоял невысокий мужчина с золотистыми глазами и в белом одеянии. Рафаэль. Он вплотную подошёл к парню и взял у него из рук сигарету. — Ваша жизнь коротка и мимолетна, но вы всё равно укорачиваете её алкоголем, наркотиками, сигаретами. Зачем? — с улыбкой произнес тот и поймал на себе хмурый взгляд.       — Если бы не сигареты, то я бы выпилился давно, — засовывая руки в карман, произнёс тот и опустил взгляд вниз. — Ты пришёл новые книги дать? — совершенно спокойно произнес тот и почувствовал как на его плечо упала легкая ладонь.       — Нет, — архангел снова забрал всё плохое, что было внутри Волкова, от чего стало так хорошо… Все-таки пустота это прекрасно. — Хочу тебе помочь.       — В каком это смысле? — Олег поднял взгляд и встретился с золотистыми глазами. Что-то… Что-то не так. Не правильно. Но он не может понять что…       — Тот человек, он тебя обидел. Я чувствую, что ты очень зол, — рука с плеча переместилась в область сердца. — Внутри столько ярости и отчаяния. Нужно всё это убрать. Освободить тебя, — он осторожно взял Волкова за руку. — Закрой глаза. Чувствуешь, как клык теплеет? — парень кивнул. По всему телу прошлась какая-то странная волна мурашек. Он машинально крепко сжал руки Рафаэля и тот ухмыльнулся. — Вот так вот. Молодец. Направь всю силу на него, — Волков вспомнил всё. Как его травили, называли никчемным, давили на больное. Он вспомнил абсолютно всё зло, которое ему причинил тот самый преподаватель и вдруг всё будто бы испарилось. Пропало. А на душе появилось радость и какое-то облегчение. Он с улыбкой открыл глаза и посмотрел на архангела. — Молодец, — как-то по-отцовски сказал тот и испарился в воздухе.

***

      — Процессы, происходящие в нелинейных системах, часто носят пороговый характер — при плавном изменении внешних условий поведение системы изменяется скачком. Другими словами… — мужчина остановился и схватился за сердце. — Извините, мне нужно… — он сделал несколько шагов вперед и упал перед аудиторией студентов. Ребята мигом рванули к старику, кто-то просто стоял с бледным лицом, кто-то вызывал скорую, а кто-то пытался нащупать пульс. Безуспешно.       Люди в синих куртках с медицинскими чемоданами, толпа напуганых студентов и диагноз. Смерть.