Осенью

Время, нетипичное для прогулок девушки, заставило небо окраситься в тёмно-синий, а стрелки часов показать шесть часов вечера. В городе уже зажглись огни, гирлянды и разноцветные лампочки. Улицы пропитались праздничной атмосферой за неделю до праздника. Александра проходила мимо светофоров, людей. Взгляд, казалось, заменил самую яркую звезду собою: она думала о том, как будет счастлива взять за руку любимого человека. Все эти чёрные силуэты в куртках, цвет которых даже не пыталась определить, казались лишь тенями. Желание зацепиться лишь за один силуэт росло с невообразимой скоростью. И невольно, при мысли об этом, она начинала улыбаться, чувствовать запах чужих духов. Дети весело скатываются с ледяной горки, играют с холодным снегом. И яркая, пахнущая древесиной ёлка стояла в самом центре берёзовой аллеи, раскинув свои ветви. Так и хотелось утешить её, приняв колючие объятия, однако, сердце уже занято. Сочувствия другим горестям в нём не было, всё место полно. Александра встала возле этого дерева и послушно отдалась ожиданию. В голове крутились мысли. Придёт ли она? Та, кто так неправильно, так крепко забрала сердце. Темнело с каждой минутой всё сильнее, и холод сковывал пальцы ног. Дети уже разбрелись по своим домам — пить горячий чай, заботливо заваренный их мамами. Она уже и не помнила, с чего началось всё. Стоял лишь яркий, тёплый сентябрь. Внимание привлекла такая же яркая оранжевая шевелюра, шумное поведение одной из девочек. Кто знал, что этот образ будет попадаться каждую перемену в столь небольшой школе. Общение перешло в любовь настолько сильную, что, едва заметив взгляд хулиганки, Саша краснела. Друзья, семья. Ничего не было нужно, когда рядом улыбается настолько любимый человек, что сердце способно чувствовать, в каком настроении и где находится девушка. Много раз это чувство было спасением в сложные времена для обеих девчонок. Александра улыбнулась. Она вспомнила прогулки, красивый блеск блик-звёзд в карих глазах возлюбленной. И её образ на фоне заката. Страх за её здоровье, вечные указы непокорной беспризорнице. И вот, сердце той, казалось, откликнулось. Назначив прогулку, девушка опаздывала. Но почему-то Саша не думала о тени обмана. Ожидание становилось невыносимым, на душе скребли кошки. Девушка прошлась вокруг пушистой ёлки, свернула на тропинку. Снег захрустел под ногами. Вскоре показался чужой подъезд. Она встала в нерешительности у домофона. Замёрзшие пальцы набрали номер квартиры. Гудки. Тишина. Второй раз, третий, седьмой... Сердце бросило в холод, горечь подкралась к горлу. Развернувшись, она прошла ещё два круга туда и обратно. Проезжали машины, редко проходили парочки, держась за руки. Саша для них теперь лишь тень. Силуэты эти же — единственная зацепка, чтобы не сойти с ума. Резко внутри неё будто всё оборвалось. Никто не придёт. Саша не чувствовала ничего. Ни радости, ни боли, но, стоило перейти порог квартиры, как тело отяжелело, скатилось вниз. Потухнувши, она замёрзла в холоде, безразличии и всобственных мыслях. Пальцы печатали быстро, стараясь успеть за воспоминаниями. Стоял холодный, золотой октябрь, за окно давно потемнело, но город не наполнялся огнями. Третий... Второй год... Уже сбилась со счёта, когда сердце полюбило настолько сильно, что охладело ко всему, кроме природы. На столе стоит ещё полгода назад засохшая сирень, подоконник забит цветами без имён. Так много различных запахов, ароматов осени окружает её. Но забыть тот флёр духов ничто не даёт, сохраняя в каждом миллиметре дорог этого города Её улыбку.