Грех первый: Похоть
3 октября 2022 г., 21:53
Первый грех — похоть. Самый старший из сыновей.
Девушка падает на огромною кровать, вокруг которой было множество цепей, что вели к центру комнаты, на полу которой на коленях сидел парень с повязкой на глазах, а руки как и тело его были скованы.
— П… Похоть? — спрашивает девушка осторожно.
«И как я должна не поддаться похоти? Зажать ноги и сопротивляться?» — подумала про себя Т/И, а потом медленно, едва шурша по постели, пододвинулась к краю.
— Вы в порядке? Вам… Нужна помощь? — девушка смотрит на цепи, которыми тот скован. Наверняка они тут не с проста.
Тот дернулся и, встав с колен, издал скорее не то что смешок, а клокотание. Только вот будет ли Т/И в безопасности? Уж точно нет, ведь цепи прикреплены к кровати. Юнги подходит к кровати и, приблизившись к лицу девушки, жадно облизывается.
— Давай… поиграем? Что тебе нравится?.. — шептал его голос, что казалось эхом по всей комнате раздавался ударяясь о стены.
— Может, тебе нравится, когда тебя бьют? Издеваются? Связывают? Что?.. Я хочу с тобой хорошенько повеселится, — как только парень это сказал, цепей на его руках не было, а руки девушки спутали шелковые ленты алого цвета. Даже не видя, кто перед ним, Юнги девушку на спину заваливает, нависая сверху, и проводит бережно по телу щекоча кожу.
— Лучше сдайся сразу и тогда обещаю тебе будет приятно…
Его губы касаются девичьих вовлекая в страстный поцелуй, а пальцы проходят по бедру сжимая его до боли.
Она вскрикнула, но рот был занят. Не хотелось ей вот играть от слова совсем. Да и слова Лени прекрасно помнила о том, что она не должна поддаться и только тогда сможет уйти. Но как тут сопротивляться, когда чужие руки блуждают по телу? А от касаний, пусть и не ведома существа, а все равно приятно.
Она через силу его отталкивает от себя
— Шахматы. — произносит Т/И, — я хочу сыграть в шахматы. Если выиграю, то уйду, если проиграю — делай со мной, что хочешь.
— Шахматы? Ты такая скучная Т/И! — взвыл Юнги и лег на кровать спиной.
— Может, лучше кто дольше продержится? — он хитро «смотрит» на девушку и, к себе притягивая, сажает на пах.
— Я ведь хочу как лучше, Т/И. — полушёпотом он произносит, — Кажется, так говорил твой парень, после того как переспал с тобой и бросил? Просто поддайся и я тебя не оставлю, — прошептал Юнги на ушко, проведя по нему языком. Его руки заползли под рубашку, что была на девушке. Одна приобнимала за талию, а вторая сжимала грудь водя пальчиком по бугорку.
— Ты ведь хочешь этого?
Ей и правда хотелось, но благо, тот упомянул бывшего и уровень агрессии подскок до потолка.
— А знаешь, я не буду с тобой играть. И я тебя не хочу, вот от слова совсем. Ты мне противен и омерзителен. И что это за привычка такая, носить повязку? Разве не говорили тебе, что смотреть надо на собеседника?
Т/И одним ловким движением руки срывает с его глаз повязку и сталкивается взглядами. Потеряв способность сопротивляться.
Из глаз парня не смотря на его похотливый взгляд и улыбку, что походила на оскал, тонкими струйками текли слезы, что были черные как смоль, но тут же, приближаясь к подбородку, впитывались кожей.
— Я ведь не хотел этого делать, хотел поиграть по твоим правилам. — тихо тот произносит, проводя по щеке девушки пальцами. Они касаются подбородка, переходя на шею, и тут уже сжимаются, а сама девушка резким движением уложена на спину вновь.
— Ты хотела поиграть в шахматы, так давай поиграем. — он к ее лицу приблизился, еле губ касаясь, — Ты ходишь первой.
Он исчезает, а в дали появляется большое поле на котором стояли шахматные фигуры, однако раз это похоть, они были немного изменены.
Т/И с места привстаёт, а потом осматривается. Нет у неё времени задавать вопросы, все равно не ответит. Они ведь все тут такие. Получают только то что хотят они. Изначально нет её правил, только их.
Игра шла ожесточенной. Вот ещё шаг и девушка сможет сделать мат, но нужно было хорошо все обдумать. Все зависело от того, какой ход сделает демон.
— О чем задумался? Почему не делаешь ход?
— Тебе это так интересно? — он на девушку с шахматной доски взгляд переводит, но тут же отводит и нарочно ей поддается, он мог сходить по другому, мог поставить мат, но не сделал.
— Дверь найдешь сама? — говорит он холодно и вновь на его глазах появляется повязка.
Юнги подходит к кровати и ложится на шелковую постель, только вот из одежды ничего, только простынь по сути его тело и скрывала.
Т/И и правда собиралась уйти, но вместо этого подходит к кровати и спрашивает:
— Почему ты поддался?
Ей было интересно. Намного сильнее, чем хотелось убежать. Такими уж природа создала девушек. Ничего не поделать.
— Потому что ты, как и остальные — проиграешь, не мне так кому-то другому, ну, или тебя убьет Гнев, — Юнги издал смешок и при поднявшись на локте на девушку «взглянул».
— Если будешь так долго стоять рядом со мной, то боюсь не удержусь. — он вновь проводит по своим пересохшим губам языком и, приняв положение сидя, до руки Т/И дотягивается, резкое движение и она уже лежит на нем, а в лоно упирается орган, что еще и пульсирует от возбуждения.
— Ты до сих пор, хочешь уйти?
