опять проиграл

занавески распахнуты, но комната наполнена тьмой. дело близится к ночи, солнце почти закатилось за горизонт, а джисон и минхо сидят в комнате первого и смотрят на журнальный столик. – боже, я что, правда должен это сделать? – хихикая бормочет джисон, пробегаясь по названию препарата, стоящего перед ним, – я же могу отказаться? – можешь. но тогда тебя снова оклеймят пусси на недельку. я в первую очередь. – хитро смотрит старший, сдерживая улыбку, – ты же проиграл. – да ладно? мы же всегда так шутим, я не обязан пить это, если не хочу. – а я разве тебя заставляю? – он смотрит на хана исподлобья, напрягает и издевается одними лишь глазами. – ты на меня давишь! – я просто говорю. если откажешься, ты ссыкло. – хен, хватит мне голову морочить, – бельчонок начинает выть от безысходности; очередную дразнилку он не вынесет. – а... со мной ничего точно не случится? – недоверчиво фырчит парень на таблетки. – нет, просто выпей ты уже эту гребаную виагру и пойдем спать, я будто сильно хочу наблюдать за этим! – уже психует старший от нытья, берет баночку и открывает ее, – дай сюда ладонь. сдавшись, хан протягивает руку и ощущает как в нее плюхаются две маленькие таблетки. прежде чем он открыл рот, его хен уже ушел, едва хлопнув дверью. доверившись сбежавшему кролику, джисон запрокидывает голову и глотает таблетки, размером с горошины. только вот одна прилипла к горлу, начиная раздражать и вынуждая пойти за водой. нехотя поднявшись, парниша плетется на кухню, слышит шум воды в ванной, отмечая, что хо всегда принимает душ перед сном. холодная питьевая вода приятно смывает вкус препарата, в коем хан вовсе не нуждался, и проталкивает таблетку дальше, давая возможность не раздражаться от странных ощущений. но джисон не хочет лечь спать, ему хочется пожелать старшему спокойной ночи перед тем, как уснуть самому. ну, а еще ему совсем немного интересно, как ощущается активное действие виагры. он никогда не интересовался и даже не прочитал инструкцию перед этим, поэтому не уверен чего ожидать и как действовать. спустя минут десять залипаний то в тикток, то в окно, он видит как полоска света из ванной заползает на кухню и расширяется от открытия двери. – хен! – сказал джисон слишком тихо для выкрика, но слишком громко для шепота; ему не впервой видеть хо в одних пижамных штанах молочного цвета после душа, они часто так проводят время, – я думал, ты там уснул. хан чувствует себя странно, его разум чист и ясен, но все что выходит за рамки мозга ощущается по-другому. рот наполнился слюной, а в животе странное ощущение, как будто его кто-то щекочет, напрягая мышцы пресса. он чувсвует как кровь приливает к тонкой коже ушей, вынуждая их краснеть, что было незаметно в полутьме. – я всего-то минут пятнадцать мылся, у тебя что-то с восприятием времени, – он подходит ближе, закидывая мокрую челку назад и выхватывая из внезапно напряженной руки младшего стакан с водой, – спасибо. – неужели налить себе воду самому так сложно. – едва не запинается он, когда запах от тела доходит до его рецепторов. – ну так налей себе. – ты так ахуенно пахнешь. – внезапно вырывается у хана, когда он, привстав, склоняется ближе к ли. – что? они еще несколько секунд смотрят друг на друга с непониманием. хан ничего такого, кажется, не собирался говорить. хотя в этом ничего такого-то и нет, но сейчас это прозвучало как-то особенно ни к месту. – ладно, спасибо. – тут же сливается с разговора хо, желая поскорее упасть в прохладу постели. – стой. хен, я себя странно чувствую. – из-за таблеток? – голова заинтересованно склоняется. – я не знаю. побудь со мной, пожалуйста. – слушай, тебе нужно просто-... – на полуслове запинается хо, замолкая, – ...хорошо. никто не знает почему хан попросил и почему линоу вдруг согласился, но сейчас они просто сидят. старший листает тикток, откинувшись спиной на подушку чужой кровати, а хан просто сидит, словно неживой. его тело ощущается странно, конечности словно пылают. но больше всего его пугает ощущение, словно какая-то субстанция хаотично передвигается внутри его чрева. он волнуется? – хен... – с одышкой джисон поворачивается и подвигается к хо, забывая что хотел сказать. взгляд падает на торс, очерчивает изящность фигуры и аккуратные, еле заметные родинки на груди и плече. желудок словно упал куда-то в бездну, приток крови направился по заданному препаратом маршруту, вниз. – что? хо коснулся пальцами предплечья хана, но тот одернулся как ошпаренный, непонимающие смотря на старшего. – что такое, ханни? – хен... кажется, я не могу себя контролировать. – узел внизу живота стал завязываться все туже с каждой секундой, едва не заставляя его закатывать глаза. – господи. тепло разливалось по телу, а прикосновения даже сквозь одежду обжигали. минхо перетащил джисона на подушку, усаживаясь сбоку, слегка задирая его футболку и оглаживая его горячий живот. – джисон, я не могу без твоего разрешения... – мешкается старший, отводя взгляд и слегка отрывая руку; его самодовольность испаряется, когда он видит раскрасневшегося друга. – пожалуйста... что хочешь... – достаточно осознанно бормочет хан, оттягивая пальцами ткань своих шорт. – я постараюсь не смотреть. – все же смущается хо. он сидит в пол оборота, смотря в пол и нащупывая резинку от белья, медленно проталкивая холодные пальцы к их беспокойству. с уст младшего срывается стон, как только его члена касаются, после чего он закусывает руку, боясь повторить этот звук. – все хорошо. – хо оглаживает свободной рукой предплечье, в то время как другая аккуратно окольцевала головку, медленно спускаясь вниз, – будь громче, если тебе хочется. от одних только слов ли хочется пропасть, а от чужой руки на своем пенисе и вовсе распасться на атомы. хан задирает свою футболку и, схватив руку хена, кладет ее на свой торс, поднимая к груди. – ты такой грязный, – смеется хо, все так же отводя взгляд, водя по вздымыющейся груди рукой, как просит хан. – ты виноват. – цедит джисон, после чего слова перерастают в нетерпеливый стон, стоит старшему подъебывающе сжать чего член, – боже! они замерли, когда хан немного вскрикнул. – ты... все? – не знаю... – напряжение не спало. – но ты только что закончил. – нет... не полностью. – джисон закрывается рукой, желая исчезнуть, – не смотри так. – я вообще на тебя не смотрю. – хо так и сидел отвернувшись, ощущая теплую склизкость у себя на ладони; он не знал почему он так спокоен, лишь знал, что зашел далеко. – хен, я хочу еще. – запинается, стесняясь своих слов, – вернее, мне нужно... хен пропал. он молчит и не шевелится, наконец ощущая странное чувство удовлетворения собой. руку за секунду убирают из чужого личного пространства, от чего хо рефлекторно оборачивается. вид полураздетого парня словно отпечатался в его мозгу за секунду, пока он вновь не закрыл глаза. – ты можешь смотреть, – тело минхо вновь реагирует, – пожалуйста. хан уже почти сидит; его растрепаные волосы, колыхающиеся от дыхания, задраная футболка и приспущенные шорты — это все в одной куче сводит с ума. а еще губы, что так предательски блестят от света пробивающихся в окно фонарей, они набухли и кровоточат. минхо садится прямо, молча рассматривая начинающего кипеть от волнения младшего, останавливая блуждания и устремляя взгляд прямо в глаза, словно вылезшего из порнушных фанфиков, джисона. – и как давно ты так на меня реагируешь? – я не... – губы хана предательски подрагивают, – давай не сейчас, я скажу что хочешь, просто давай закончим начатое. ладонь младшего поглаживает внутреннюю часть бедра хо, вынуждая отодвинуться. – нет. – брови старшего поднимаются, а голова в подозрениях склоняется на бок, – ты ведь вполне можешь справиться сам, я знаю как работает препарат. – хен... – хан сдает позиции; кажется, его раскрыли. – я не дал тебе слишком много, чтобы тебе было так невыносимо. ведешь себя, как течная сука из омегаверсных фанфиков стэек. – наконец произносит он, – хан, это ведь просто предлог. давно ты хочешь чтобы я тебя трахнул? – что ты несёшь? боже! – джисон корчит эмоцию отвращения, но это выходит так, словно он сейчас расплачется от внезапного разоблачения. ли склоняется ближе к нему, нависая и сокращая расстояние между ними. младшему остается лишь упасть на локти и задержать дыхание. взгляд бельчонка бегает по всей комнате, хотя большую часть обзора занимает приближающееся лицо старшего. он видит, как дразняще глаза минхо постоянно перепрыгивают на его искусанные губы, видит как маленькие морщинки появляются в уголках лисьих глаз от улыбки. хихиканье эхом отбивается от стен комнаты, разрушая тишину. – ты бы видел свое лицо, – довольный, словно мартовский кот, минхо выпрямляется; его колени упираются по обе стороны от правого бедра, одно из них прямо между ног сжавшегося джисона, – ты словно уменьшился в два раза, расслабься. – придурок, блять. – откидывается на подушку младший, – все, уходи, даже сейчас издеваешься. не дав расслабиться даже на минутку, сухие губы хо опустились на шею хана, просто касаясь, подражая руке, которая вернулась под ткань растянутой футболки. – минхо-хен, – тянет хан, прикрывая глаза, – можно мне тоже? – я скажу, если мне захочется. – бормотание раздается прямо под ухом, – до тех пор не касайся меня. – блядство. – руки девать некуда, от чего страдает свежевыстиранная постель, когда ее сминают и стягивают с положенного места напряженными пальцами. подушечки тонких пальцев очерчивают не менее изящную фигуру парня, гладят живот и легонько сминают грудь, издевательски раздражая соски. болючий укус под ключицей ощущается контрастом с легкими касаниями, вырывая из глотки не то стон, не то крик. – больно же, бля! ты что, сожрешь меня, как богомолиха? – слегка бессмысленно брыкается хан. – прости. – насмешливо хихикает хо, зализывая покрасневшую кожу. – если я захочу тебя сожрать, я наверняка начну с другого места. – о боже. от кринжа хана отвлекли чужие губы, вернувшиеся на шею. – я не могу, хен. почему ты делаешь все один? – джисон оттолкнул парня от себя, приподнимаясь, – пожалуйста. поза в которой они оказались выбивала остатки чести из хана, его лицо находилось прямо напротив чужой груди из-за того, что хо стоял над ним на коленях. он чувствовал, как его дыхание ударяется о нежную после скраба кожу, обжигая. подрагивающая рука поспешила огладить бедро старшего сзади, поднимаясь к ягодице и слегка сжимая. поясница хо прогнулась вперед, он оперся руками на худощавые плечи, практически сталкивая свое тело с лицом хана. пара поцелуев приземлились где-то в районе солнечного сплетения. тонкие пальцы минхо переплелись с взъерошенными локонами чужих волос на затылке, слегка оттягивая и поднимая его лицом вверх. – мило. – ухмыляется ли, глядя на растрепаного и раскрасневшегося хана. пижамные штаны медленно приспускаются вниз, пальцы хана продолжают сминать бедра старшего, пока тот изумленно просто смотрит. глубокий выдох послышался сверху, что прозвучало словно готовность. – у тебя и в самом деле очень красивые губы. – хо властно проводит большим пальцем по нижней губе, а после надавливает, приоткрывая чужой рот. взгляд хана снизу выглядит по-настоящему щенячьим, словно он готов делать все что ему прикажут. по всей видимости, так и есть. хан касается языком кончика большого пальца, что прорвался в его рот, а после на секунду вбирает его полностью. солоноватая и грубая кожа рук ощущается странно, зарождая в джисоне желание попробовать кое-что побольше. наконец штаны полностью спускаются к коленям, представляя перед парнишей привставший пенис. он не был маленьким или слишком большим, если честно, золотая середина. сейчас неуместно было бы комментировать что-то вслух, от чего тишина кажется слишком громкой. слышно лишь их синхронное тяжелое дыхание. сердцебиение хана вдруг учащается. «какого хуя я теперь должен сделать?» – ты не делал этого, не так ли? – спокойный, словно взрослый кот, хо вновь пробирается пальцем к нему в рот, приоткрывая, – просто спрячь зубы, ханни. пальцы ли подхватывают его член, направляя к губам младшего. секунду помедлив хан слегка обхватывает ими головку, обводя языком, вырывая громкий вздох с уст. горло расслабляется, пытаясь вобрать больше, но попытка с треском проваливается. джисон заходится в кашле, достигнув лишь половины, и отстраняется, хватаясь за шею. – тебе не нужно прыгать выше головы. – хо гладит парня по плечу. – я попробую еще раз, хен. член минхо заинтересованно дергается, стоит ему вновь приблизиться к чужим влажным губам. хан аккуратно берет головку в полость рта, начиная ритмично двигать головой, с каждым движением продвигаясь немного глубже. достигнув середины он замирает, очевидно пытаясь расслабить горло. горячий язык шевелится, выбивая из, как казалось, черствого хена постанывания. его ногти впивались в плечо и больновато тянули за волосы, пока он старался не дергаться навстречу. – молодец, ты большой молодец. – в знак похвалы хо слегка массажирует кожу головы, которую только что тащил за волосы. хан делает отчаяный рывок на сантиметр, чувствуя как глотку саднит, а слезы выступают. пальцы сжимают собственный член, быстро надрачивая. он не может дышать, легкие лишь бессмысленно пытаются вздыматься, а слюна стекает по подбородку. хо хочется вопеть от созданного вакуума, он царапается до кровоподтеков. он не сдерживается и делает резкое движение до упора, чувствуя как чужой нос упирается в кожу. он не держит больше секунды, переживает, и полностью выходит, с одышкой смотря на покрасневшее влажное лицо перед собой. – ты в порядке? – хо смотрит вниз, – ты... – ты вытрахал из меня все остатки гордости. – парень смотрит на свою склизкую руку, на запачканую ткань одежды и постели. – посмотри на меня. – речь почти несвязная. линоу пару раз проводит пальцами вдоль ствола и заканчивает действие на приподнятое лицо младшего с практически рычащим гортанным звуком. не спеша подтягивать штаны на законное место, хо тут же опускается на уровень глаз джисона, вытирая пальцем и без того грязной руки его губы. – боже, ты же все только размажешь! гадость. – младший шлёпает его по руке и берет салфетки, вытирая сначала свои руки. – видел бы ты себя... тебя будто в рот оттрахали. – ха-ха. – раздраженно кривляется он, – уйди, противный. джисон поспешно сдвигает старшего с себя, семеня в ванну, чтобы смыть эту сомнительную "маску для лица" со своей кожи. – ты что, кончил мне в волосы?! – ноет хан прямо из ванной комнаты. – боишься, что облысеешь? – я тебя убью. – не торопись. – уже подползает хо, занимая дверной проем, – ты говорил, что скажешь мне как давно сохнешь по мне. – не сох я по тебе, тоже мне пуп земли. – фырчит он; его голос заметно становится тише, а губы сжимаются. – ты же знаешь, что виагра не подействует, пока ты сам не возбудишься? – все, заткнись! – полотенце грозится треснуть по самодовольной роже, – ...давно. потом обсудим, давай смоем это безобразие. – мы не набезобразничаем еще больше, если будем принимать душ вместе? – гаденыш-хен, не подходи ко мне больше. джисон скривился, силой выталкивая старшего из ванной и запираясь на замок. больше он не будет играть с хо на спор.