Your cold hands (You'll always be my Favorite)

Утро Тэёна начинается в суете. Забыв поставить вечером будильник, он проснулся, только когда к нему в комнату вломился Джехен, заметивший, что пока остальные бегают по общежитию и собираются на запись песни, лидера не видно. Моментально вскочив с кровати, Тэён наспех надевает поданные Джехеном вещи и бежит умываться, попутно сталкиваясь с остальными мемберами, которым, впрочем, до суетящегося лидера нет дела, так как им бы самим привести себя в порядок. Тэён хватает зубную пасту и еле выдавливает себе на щетку содержимое из полупустого тюбика. Какого черта никто еще не купил новую? На помятом лице отражается вся тяжесть прошлого дня, которую парень пытается скрыть лимфодренажным массажем и легким консиллером. Хорошо, хоть сегодня нет съемок и не нужно наносить на лицо кучу слоев тонального средства. «Сгодится» думает Тэён, наспех расчесав волосы. Покинув ванную, он быстрым взглядом окинул заканчивающих собираться мемберов. — Все готовы? — Минуту – и идем. — Хорошо. А где Доён? — лидер не сразу замечает отсутствие одного из мемберов и начинает паниковать, что тот тоже проспал. — Он ушел еще час назад. Сказал, что ему нужно дополнительно поработать над партиями, — отзывается Марк, уже по устоявшейся утренней традиции — с сэндвичем во рту. Через пару минут все выдвигаются в комнату записи. Она располагается в соседнем корпусе, гораздо дальше комнаты для тренировок. По пути ребята здороваются с участниками других групп и просто сотрудниками. Причем первые выглядят не лучше самих NCT. Интересно, может руководство забывает, что айдолы тоже люди? Когда ребята подошли к кабинету, внутри они обнаружили Доёна с композитором и учителем вокала, которые слушали какой-то отрывок и довольно его обсуждали. — Доброе утро, ребята. Готовы поработать? — приветствует учитель. — Готовы, — кланяются NCT. — Тогда давайте начнем с разбора этой песни…

***

Ребята по очереди заходят в акустический модуль и записывают свои части, пока другие ожидают в аппаратной. Тэён сидит за оборудованием вместе с композитором, учителем и подошедшим продюсером. К счастью, ему не открутили голову за недописанные рэп-партии, потому как до этого трека дело дойдет только завтра. А значит сегодня у лидера еще есть время поработать над ними и отправить на проверку перед завтрашним днем. Тэён внимательно слушает звучание каждого мембера и остается доволен их работой. Уж что, а навыки вокала ребята прокачали очень хорошо. — Тэиль, давай попробуем еще раз, и эту ноту надо взять выше. Справишься? — спрашивает продюсер. Тэиль кивает и возвращается к микрофону. — Сегодня все идет как по маслу, — радуется учитель. — Даже Доён? — интересуется Хэчан. — Неужели хён упустил возможность спеть как оперная певица в хоперском треке? — Эй! — Доён хочет дать младшему пинка, но не дотягивается через сидящих между ними Джонни и Чону. Тэён неожиданно для себя хихикает, тем самым давая волю посмеяться всем сидящим в студии. Ничего не слышащий через звуконепроницаемое стекло Тэиль непонимающе хлопает глазами и показывает пальцем на себя, мол: «это я? я что-то сделал не так?». Но композитор успокаивающе качает головой, махнув рукой на смеющихся мемберов. — Ладно, ребят, посмеялись и хватит. Теперь давайте серьезнее. И все успокаиваются, хотя еще долго сидят с покрасневшими от смеха лицами. Но только не Доён. Он слишком устал от постоянного стёба со стороны мемберов. Возможно, он слишком себя накручивает, слишком преувеличивает, но порой кажется, что они перегибают палку. Бывает, вокалист даже чувствует какой-то негатив в свой адрес, но прогоняет эти мысли. Доён много работает над собой. Берет дополнительные уроки вокала и танцев, учит японский, английский, старается создавать комфорт для своих близких. Поэтому всегда обидно, когда его называют нелепым или хохочут над ним всей группой. Но он все равно старается отпускать это, ведь знает, что старания окупятся. — Обиделся? Тэён подсаживается к зависшему Доёну, щипая за бедро. — Чёрт, хён, прекрати! Не обиделся, а заслушался. Джехён поразителен. — Понимаю, — тянет Тэён. Ему и самому безумно нравится вокал Джехёна. Его голос нежный, но настойчивый, и поет он всегда будто через придыхание, из-за чего его голос перманентно сексуален, как и сам Юно. Благодаря этому он получил не только приличное количество партий в треках, но и собрал достаточно большой фэндом. Тэёну нравится, когда участники NCT хорошо продвигаются и получают хороший отклик в сердцах фанатов. — А как твои партии? Ты сегодня пришел раньше нас, уже записался? - интересуется лидер. Доён отрицательно мотает головой. — Я перезаписывал часть вчерашней песни. Продюсер был недоволен, поэтому я попросился перезаписаться. — И как, удачно? Тэён вообще не согласен с тем, что Доёну нужно было перезаписываться. Из всех вокалистов, именно голос Кима ему нравится больше всех. Он даже успел вчера поспать пару минут под мелодичное пение друга. — Удачно. Мне и самому сегодняшний вариант понравился гораздо больше. — Это хорошо. Я рад, — Тэён лохматит рукой волосы Доёна и возвращается обратно к пульту управления. Запись всегда затягивается надолго. Особенно когда в группе много участников, и все голоса должны не только хорошо звучать, но и сочетаться друг с другом. Первые часы обычно пролетают незаметно, но затем время начинает тянуться медленно, и участники уже не знают, как им сесть или встать, чтобы тело не затекало. У всех начинает побаливать горло, а некоторые постепенно чувствуют спазм в голове. Хэчан, пользуясь своей наглостью и позицией младшего, разваливается поперек сидящих на диване участников, но они особо и не возмущаются. Разве что недовольно кряхтят, когда настает очередь кого-то из них записываться, а младший не дает им встать. Мол: «крутитесь как хотите, но мой комфорт не нарушайте». Пока есть время, Тэён отпрашивается за перекусом. Мемберы быстро накидывают список желаний, но на самом деле готовы съесть что угодно и кого угодно, поэтому просто просят лидера как-нибудь побыстрее. За ним увязывается Чону, уставший от студии и голосов. — Давай возьмем рамён и напитки. — Угум. И может еще снэков? — просит младший. — Сейчас нам нельзя наедаться, - отказывает Тэён. — Понимаю. Тэён видит, как расстраивается Чону, и совесть просто не позволяет оставить его в таком состоянии, поэтому он решает подбодрить младшего: — Вечером закажем доставку и наедися до отвалу. Как тебе такое? Глаза Чону сразу начинают сиять. — Замечательно, хён! — Договорились, — улыбается Тэён. Посидеть вечером с мемберами никогда не будет лишним, считает лидер. В конце концов, это тоже часть его работы — следить за общим настроением команды и поддерживать дух и хорошие взаимоотношения. Тэён понимает, что каждый не по плану потраченный вечером час — это минус к его сну. А так как на вечер остается написание оставшихся частей песен, то работа точно затянется надолго. Стоит ли вообще ложиться, если на сон останется всего пара часов? Может, стоит и их потратить на незаконченные дела?

***

Вечером Тэён, как и обещал, собрал всех участников NCT 127 в гостиной и заказал ужин и выпивку. Хоть ребята и были очень уставшие, но с радостью согласились на вечерние посиделки. Даже душ приняли все очень быстро. Когда мемберы остаются вне камер, они не играют в игры, не соревнуются и не кривляются. Стоит съемкам закончиться, и они превращаются в обычных парней со свойственным стилем общения и юмором. Хэчан, конечно, не особо отличается в своей наглости от вида «на публику», но даже он становится более домашним. Джонни увлеченно рассказывает Джехёну и Чону как сегодня косячил на записи, а те давятся едой со смеху, потому что любой свой косяк Ёнхо может превратить в полноценный качественный анекдот. Тэиль и Юта, развалившись на диване, чем-то оживленно делятся, а Марк и Хэчан не менее оживленно их передразнивают, пародируя выражения лиц. Стоит только этим двоим оказаться рядом, как они сразу теряют всю свою адекватность и начинают сносить крышу. Тэён и Доён особо не разговаривают. Лидер улыбается, слушая разговоры участников и изредка вставляя пару слов, а вокалист просто молча ест рамён. Что не остается без внимания Донхёка. — Эй! Остановите кто-нибудь Доёна! Он же съест всю еду! — Чего? — парень давится лапшой и вопросительно смотрит на младшего. — Вы посмотрите на размер его рта, — не унимается макнэ. — Он же ест за троих! Нечестно давать Доёну столько есть! Шутки Хэчана бывают немного злыми, но на слегка пьяные головы мемберов заходят просто отлично. Все молчат несколько секунд, а потом заливаются громким смехом. Настолько громким, что Тэёну даже становится неловко перед Доёном, но тот смеется вместе со всеми, и лидер про себя спокойно выдыхает. Марк отчаянно бьет себя по бедрам, чувствуя колики в животе, а Донхёк хлопает в ладони так, будто хочет прихлопнуть очень назойливого комара, и остальные переключают свое внимание на них, смеясь уже почти через слезы. Чону умудряется спародировать эту парочку как пингвина и тюленя, и мемберов накрывает новой волной безудержного смеха. Для всех вечер получается очень уютным и веселым. Для всех, кроме одного. Доён улыбается и смеется через силу: ему тяжело дается стёб со стороны мемберов. Обычно он пытается защищаться, саркастично подкалывая в ответ, а иногда даже пытается начать первым, но всегда чувствует неловкость, из-за чего попытки выглядят немного нелепыми и становятся новым поводом для стёба. Парень думает, что если он встанет и уйдет сейчас, то привлечет ненужное внимание, и решает остаться до конца. Общее веселье надоедает, а обида гложет изнутри, но Ким изо всех сил старается не подавать вид и изображает самого счастливого человека в мире. Какое счастье, что у него есть люди, способные обидеть и поржать над этим. Кое-как дождавшись, когда все начнут расходиться, Доён с облегчением идёт в комнату и укрывается с головой толстым одеялом. Марк пытается с ним о чем-то говорить, но быстро утихает, стоит только его голове коснуться подушки. Не накручивай себя, пожалуйста. Нужно выспаться. Никаких негативных мыслей. Доён ещё долго переваривает ситуацию, рассматривая ее с разных сторон. Заснуть быстро, к сожалению, не получается.