Первая помощь

Яркие солнечные лучи пробивались сквозь окна столовой, в которой стоял аппетитный запах борща со свининой и ароматного хлеба. Навыки Хельги в готовке, что-то невероятное. Сбоку от меня сидел Ганс. Я внимательно слушал его негромкий, по сравнению с основным шумом, стоящим в комнате, рассказ о работе над радиоприемником. Восхищало, как можно из практически ничего собрать такую технику. Собрался потянуться за кусочком серого, но широкая тарелка со свежим хлебом почему-то оказалась на другом конце стола, рядом с громко болтающей Руф. Попросил Ганса подать кусочек, пока мой взгляд наткнулся на сидящего напротив. Блеклые волосы были слегка взлохмачены, пока Яков, облокотившись на ладонь, скучающе копался ложкой в супе. Соответственно, не едя. Парень не выглядел уставшим или заболевшим, но и как обычно он себя не вел. С его стороны я за весь обед не услышал не только ни одного оскорбления, но и ни одного слова. Довольно неестественно. Ганс передал мне хлеб и продолжил рассказывать. Я вернулся к диалогу, но периодически невольно смотрел в сторону Якова, чье поведение за это время оставалось неизменным. Возможно, он над чем-то размышлял, но что могло занять столько мыслей парня? По столовой разносилось тепло, приходящее с кухни, но перебиваемое летним ветерком из открытой нараспашку двери в сад. После обеда я направился в библиотеку. Желание почитать билось еще с утра, но времени не выдавалось. Зайдя в немного душную, отлично освещенную библиотеку, глубоко вдохнул. Аромат старинной бумаги проникал в легкие. Я, проходя мимо полок, проводил по книгам пальцем, собравшем немало пыли. Кажется, читать здесь почти никто не любит. Как и убираться. Изучил содержимое первого этажа минут за пятнадцать. Найти чего-то интересного не удалось. Зачем вообще в казарме азбука?! Поднялся по деревянной лестнице, держась за перила. Она не скрипела и не прогибалась под моим весом, но руки все равно нервно сжимали металл. В кармане лежал ключ от архива, на всякий случай, если здесь не найдется ничего интересного, можно будет порыться в нем. Прошел к дальнему шкафу, начиная изучать с конца. Запах пыли неприятно пощипывал нос и вырвал чих. Пусто. Ничего интересного. Практически все книги были в моей памяти, которая помнила хоть это. Медленно пошел в сторону двери в архив, по пути рассматривал корешки книг. Ничего не цепляло. Послышался звук открывающейся двери. Я обернулся, рассматривая вошедшего. Внимательный взгляд полностью черных глаз поднялся на меня. Вернулся обратно к изучению книг, не обращая внимание на вошедшего. Что-либо говорить было бессмысленно. Либо Яков открыто надо мной поржет, либо попытается запутать, что чаще всего ему удавалось. Поэтому начинать конфронтацию или становиться ее причиной не хотел. Наверху мелькнула книга «Преступление и наказание». Все-таки ее кто-то дочитал. Рядом стоял «Портрет Дориана Грея». Я закусил губу. Перечитывать сейчас что-либо не хотелось, но читать было нечего. Сзади слышалась какая-то возня, но я игнорировал любые звуки, вдаваясь в размышления. Порядка не было не только в этой библиотеке, но и на ее полках, иначе соседство таких книг объяснить не мог. Ладно, видимо, придется остановиться на перечитывании. Рука потянулась за любимой книжкой, расположившейся на верхней полке. Я закусил губу и приподнялся на носочки. Не хватало какого-то сантиметра, чтобы ухватиться за синюю обложку. Ухватился за ближнюю полку, перенося часть равновесия на нее для большей уверенности. Спустя тридцать секунд мучительных попыток раздраженно выдохнул и скрестил руки. Кому в голову пришло делать шкафы с огромным пространством между полок. Можно попросить Вольфганга помочь. Или Хельгу. Развернулся, натыкаясь на взгляд черных глаз. В них читалось ехидство. — Что, мистер шпион, проблемы? — В голосе открытая насмешка, а на бледных губах ухмылка. Одетые в перчатки ладони располагались на талии парня, переместившего вес на одну ногу. Я отвел взгляд от поглощающих глаз. Самым лучшим выходом было просто пройти мимо, не усложняя себе жизнь. Ноги попытались сделать шаг к спуску с этажа, но затылок врезался в книжную полку, а в ребра уперся револьвер. Я стиснул зубы. Бесцеремонность парня раздражала, как и постоянное нарушение моих границ. Неужели он не знает, что не стоит тыкать в людей оружием. Они злятся. Недовольно смотрел в глубокие черные глаза. Яков был слишком близко, вжимая меня в книжную полку. Он не трогал меня физически, но ощутимое давление заставляло двигаться назад. На губах парня продолжала быть легкая полуухмылка, а он не отрывал вызывающего взгляда от меня. Уйти мешал не только револьвер под ребрами, но и расположенная рядом с головой рука, запрещающая уходить вбок. — Яков, не хочешь помочь, так хотя бы не мешай. — Прошипел я. От парня пахло летней свежестью. Как после теплого дождя, сменившегося радугой на пасмурном небе, которая отражалась в гладких лужах на пропитанном влагой асфальте. — Что будет, если я тебе помогу? — Выпалил Яков, наигранно заинтриговано смотря на меня. Я чуть не закатил глаза. Не сделать это, затратило много усилий. Яркий свет позволял лучше рассматривать парня. Мышиные волосы на самом деле имели цвет пепла, но бледная кожа так и сохраняла свой намек на мертвенность. — Помощь оказывают бескорыстно, Яков. Но не думаю, что ты знаешь, как это. — А ты знаешь, Немо? — Парень вопросительно вскинул бровь, не отрывая от меня взгляда. Вопросы казались подозрительными. Я, сощурившись, изучал визави. Яков выглядел в своей манере, будто не он еще десять минут назад задумчиво пялился в тарелку. — Представь себе, да. — Мой ответ вызвал только бо́льшую приподнятость уголка губ с левой стороны. Ладони запотели, поэтому спрятал их в карманы брюк, не желая показывать свою нервозность парню. — Тогда помоги мне. — Нагло произнес Яков. Мои брови подпрыгнули. — Что? Как? — Я оглядел парня в попытке понять, в чем нужна моя помощь. Ничего не обнаружив, поднял взгляд обратно к лицу. Если это еще один придурковатый заскок… Губы ощутили прохладу и вес других. Я сглотнул и распахнул глаза. Яков склонил голову и придвинулся чуть ближе. Мое дыхание сбилось. Нет. Оно просто пропало. Я разучился в эту секунду и дышать, и слышать, и мыслить. Видел только полуприкрытые темные глаза и чувствовал касания чужих губ, грубо ласкающих мои. Положил ладони на плечи парня и чуть отодвинул от себя. Яков не отрывал взгляда от моих губ, но больше не напирал. — Яков, это… — Помоги мне, Немо. Бескорыстно. Помоги, как можешь только ты. — Я не мог описать состояние в этот момент. Сердце ускорило свой ритм и таранило ребра, грозясь вырваться наружу. Мои ладони непроизвольно сжали тонкие плечи сильней. Да, в голосе была насмешка. Яков по любому шутит. Оттолкнет. Он это сделает. Но тяжесть взора, привязанного к моим губам, была ощутимой. Воздух вокруг стал горячей и обжигал также, как и желание поддаться искушению. — Яков, я… — Под ребрами все еще располагался револьвер, но через секунду он, как и сам парень, отстранился. Яков сделал шаг назад, убирая оружие. Холодный взгляд поднялся и зацепился за мой всего на секунду, а следом отвернулся. Парень резво направился на выход. Я не знал, что сказать. Яков, как обычно, сумел поставить меня в тупик, и сейчас это было не самым важным. К сожалению. Дверь библиотеки захлопнулась, показывая чужой уход. Приходя в себя, сделал шаг от полки и потер лицо ладонями. Мысли не укладывались в голове. Это было… И этого достаточно. Это просто было. И все. Взгляд припал к синей книжке, лежащей на пару полок ниже, чем лежала до этого. Подхватив ее, направился в сад, надеясь не встретиться сейчас с Яковом. Произошедшее не только пугало, но и поражало. Как? Почему? Зачем? Тихо прошмыгнул к входной двери. Элиас, облокотившись спиной на забор, занимался рисованием. Яркое солнце не доставало до парня, а жара в воздухе сбивалась гуляющим ветерком. Рядом с рисующим стояли открытые краски ярких цветов, запах которых терялся среди ароматов душистой травы и песчаной тропинки. Также слышался тонкий аромат от близлежащих кустов сирени. — Немо, это ты? — Д-да. Слушай, ты не против, если я посижу рядом и почитаю? Просто в здании душно. — Неловко проговорил я. В принципе я не лгал, а всего лишь недоговаривал. — Конечно, нет. Присоединяйся. — С небольшой улыбкой проговорил Элиас и увлекся обратно рисованием. Я расположился недалеко и раскрыл любимую книгу. Деревянный забор был несильно удобным, но это лучше, чем находиться хоть еще какое-то время в библиотеке. Размышления о произошедшем меня бы просто сгрызли. Спустя десять минут я измученно выдохнул в книгу. Читать не получалось от слова совсем. Мысли о холодных губах и зажимающем меня в библиотеке парне всплывали в голове, отгоняя всю надуманную концентрацию. Нельзя было откладывать этот вопрос сейчас. Мне нужно поговорить с Яковом. Я поднялся с места и, попрощавшись с Элиасом, зашел в казарму. Так, где мог бы быть Яков? Прошелся везде, но парня найти не получилось. Даже в архив заглядывал, мало ли что. Как сквозь землю провалился. Вышел из казармы и направился к тренировочной площадке. При приближении все лучше слышал выстрелы. Либо сейчас у кого-то тренировка, либо там один парень, не расстающийся с револьверами. Второй вариант оказался верным. Черные глаза метнулись в мою сторону и сразу же обратно к мишени. Я остановился на расстоянии пяти шагов. Дальше подойти не мог. Что-то внутри останавливало и предлагало уйти. — Что, шпион, пришел за благодарностью за помощь. — Усмехнулся Яков и сделал выстрел. Точно в центр. Я сглотнул возникнувший ком. Слова неприятно резанули по ушам. — Нет, я пришел… Я пришел помочь. — Относительно громко проговорил я. Вблизи никого не было, но это не значит, что никто не может прийти. — Мне не нужна твоя помощь. — Еще один выстрел. На сантиметр выше, но по цели. Голос грубо отрезал фразу. Я глубоко вдохнул и сделал пару шагов. Но не в сторону Якова. К мишени. Встал между ней и парнем. Тонкие брови слегка приподнялись, а темные глаза выжидательно смотрели. — Ты хочешь пару лишних дырок в пузе? Если да, то напиши для начала завещание. — Через десять минут я жду тебя в архиве. Если не придешь, то я пойму, что тебе не нужна моя помощь и отстану. Навсегда. Яков высокомерно закатил глаза и рукой махнул, будто прогоняя собаку. Я медленно ушел и направился в архив. В груди трепыхался страх, заставляя сжимать ладони в кулаки. Быстро поднялся и, прикрыв за собой дверь, опустился в старое пыльное кресло. Мысли бродили в голове, а я тревожно закусил кулак в ожидании парня. 10 минут. Придет ли он? Та холодность и безразличие в глазах прекрасно озвучивали ответ «нет». Но не может же он просто взять и бросить. Или может? Я поднялся с места и начал бродить по архиву туда-сюда. Стоило себя чем-то занять, но в голову ничего не лезло. Решил считать шаги, но сбился на тысяче четыреста пятьдесят каком-то. Боже, почему так долго. Почему я сказал не пять, а десять. Или лучше вообще три. А может стоило остаться и обсудить все там? Рассержено выдохнул, заламывая руки и ходя по кругу. Время тянулось невероятно медленно. Но оно шло, а Яков не приходил. Твою мать, неужели он не придет? Я остановился, вспоминая поцелуй в библиотеке. К щекам прилила краска, а на губах ощущались фантомные касания. Почему я его оттолкнул? А может я ошибаюсь? Может не стоит даже начинать? Это же Яков. Якову не важен кто-либо, кроме него самого. Руки зарылись в волосы, лохматя. Жест не дал порядка в голове, к несчастью. Черт, да где же он. Я нервно поглядывал на дверь. Ноги не останавливались и вышагивали от стенки к стенке. В полуосвещенном архиве чувствовался аромат, аналогичный библиотеке. Правда тут было темней из-за присутствия только одного небольшого решетчатого окошка. Дверь приоткрылась. Я остановился и смотрел. Пепельная макушка позволила облегченно выдохнуть. Правда мысленно, но все равно. Груз с души свалился разом. Видимо, счастье на моем лице все же проступало, ибо на бескровных губах появилась ухмылка. Яков, не торопясь, подошел ко мне и встал напротив. Взгляд насмешливый, как всегда, как при любом нашем споре. — Ты чего-то хотел? — Сыграв вопросительную интонацию, парень в ложном удивлении приподнял брови. — Да. Я хочу тебе помочь. — Я сделал небольшой шаг вперед, уменьшая дистанцию между нами до полуметра. Склонил голову и заглянул в темные глаза. — Мне не нужна от тебя помощь, Немо. — Отрезал Яков, все также уверенно смотря на меня. Я замолк. Если она не была бы ему нужна, он бы не пришел. Но он пришел. Пальцем неторопливо провел по галстуку сверху вниз и не отрывал взгляда от парня. Двинувшийся кадык выдал реакцию Якова. — Тогда помоги мне. — Тихо прошептал я. Рука, спустившись к низу кровавого галстука, начала наматывать кончик. Послышался смешок. — Я не оказываю бескорыстную помощь, Немо. — Ухмылка приобрела оттенки властности. — Знаю. Поэтому ты поможешь мне для того, чтобы я сделал что-то, что ты хочешь. — Отпустив галстук, ладонь спустилась к светлому поясу, слабо дергая пряжку на себя. — Только так, шпион. — Ответил Яков. Я сделал небольшой шаг вперед и ощутил исходящее от парня тепло. Приподнял подбородок и коснулся грубых губ. Руки легли на чужие плечи. Однако за пару секунд я стал вжат в холодную стену, а кисти разместились над головой, придерживаемые одетой ладонью. Бесцветные губы с напором вернулись к моим. Колено парня раздвинуло бедра и уперлось в стену. В душе все горело, а губы пылали. Я не смел и не хотел отрываться от Якова. Горячий язык проник внутрь и исследовал территорию. Вторая ладонь наощупь снимала пояс. Тело начала покалывать легкая дрожь. Громко выдохнул в чужой рот, когда парень вжал сильнее, задевая пах коленом. Ладонь закончила с поясом и, легко стянув галстук, начала расстегивать рубашку. Легкий ветерок, проходящий по архиву, больше не ощущался. Вместо него я обжигался чужим телом и своенравными касаниями. Губы припухли от жадных покусываний, поэтому Яков перешел к моей шее, грубо лаская. Я запрокинул, насколько мне это позволяло положение, голову и глубоко вдыхал воздух, испытывая в нем ярый дефицит. Жилетка быстро стала стянута, а рубашка расстегнута. Укусы отдавались приятной болью по всей грудной клетке. К щекам прилила краска, ширинка брюк начала давить. Одетая ладонь выводила незамысловатые узоры и проходилась по ребрам, вызывая мурашки. Сердце бойко отдавалось в висках. Рука скользнула под резинку тонкого нижнего белья и сжала член. Я стиснул зубы и протяжно простонал. Издавать лишних звуков нельзя. Тем более, даже дверь не закрыта. В любой момент кто-то может дернуть ручку и войти. Кровь начала бежать по венам. Поймал самодовольный взгляд черных глаз. Палец огладил головку, принуждая прогнуться, толкаясь в руку, но ладонь, едва касаясь кожи, вылезла из трусов. — Эй… — Выдохнул недовольно я, глядя на Якова. — Что-то не так? — С полуулыбкой медленно проговорил парень. Ладонь полезла под жилетку парня, расстегивая ширинку джинсов. Я негодующе смотрел на Якова, пытаясь сжечь оного взглядом. В низу живота мучительно сладко тянуло. — Ну же, Немо, если тебя что-то не устраивает в моей помощи, то ты должен сказать, чтобы я прекратил. Ты этого хочешь? — Последняя фраза пришла хриплым шепотом в ухо, разносясь по всей голове и отдаваясь в ней эхом. Я повернул голову, находя губы своими и втягивая в страстный поцелуй. Сминал нижнюю губу и тянулся как мог к парню, но хватка запястий над головой не позволяла многого. Яков отстранился и посмотрел на меня, держа за подбородок. — Ты этого хочешь, шпион? Хочешь, чтобы я все прекратил? — На дне черных глаз плескалось удовольствие от этого диалога. — Н-нет. — Твердо произнес я. Свободная ладонь парня скользнула к ширинке моих брюк, но не расстегивала ее. — Тогда чего ты хочешь? — Искусительная ухмылка выдавала знания Якова о том, что я хочу, но ему нравилось вытягивать из меня информацию. Я сделал рывок вперед, желая коснуться бескровных губ, но хватка на запястьях стала железной. В завораживающих глазах присутствовала привычная внимательность. — Чего ты хочешь, Немо? — Тебя, Яков, я хочу тебя. — Выпалил я, бесясь. Ухмылка стала еще шире. Парень склонил голову, пока ладонь расстегнула мою ширинку с характерным громким звуком. Пальцы огладили бугорок сквозь нижнее белье. — Тогда почему я этого не слышу? — Ладонь сжала член и вырвала кроткий, но громкий стон. Стон с невольно вырвавшейся мольбой. Яков тяжело сглотнул и поднял взгляд на меня. Черные глаза казались еще темнее в этот момент. В их глубине было видно животное желание. Дыхание сковало. Парень развернул меня лицом к стене и нагнул, но запястья не отпустил. Я облокотился щекой к уже нагревшейся стене. Ладонь стянула брюки вместе с бельем и потом прилетела ударом, заставляя дергано выгнуться и чуть вскрикнуть от неожиданности. — Немо, пытаешься молчать — страдает твоя соблазнительная задница. — Усмешка раздалась над ухом. Щеки вспыхнули, а на язык накатили ругательства. Пара пальцев, одетых в гладкую прохладную перчатку, резво вошла внутрь. Я прогнулся и громко выдохнул. Яков покусывал мою шею, вызывая протяжное удовольствие. Пальцы задели простату, вызывая длинный тихий стон. — Еще… — Промолвил я, тяжело дыша и пытаясь подстроиться под нужный угол. Яков добавил третий палец и вошел глубже, попадая туда же. Стон вырвался из горла вместе с громким выдохом. Ноги начали подкашиваться. Пальцы ловко выскользнули, но появившаяся пустота быстро заполнилась. Тело потрясывало от возбуждения. Ладонь располагалась на моей грудной клетке, пока большой палец оглаживал сосок. Парень вошел глубже, и я тягуче простонал. Толчки ускорились, становясь резче. Изо рта вылетали просьбы о продолжении, смешанные с именем Якова, но опустевшие легкие превратили их в хрипы. По венам тек получаемый экстаз, а в голове не находилось ни одной мысли. Яков втрахивал меня в стену, пока до ушей доносились низкие стоны парня, вызывающие бегущие по коже мурашки. Все сейчас было сконцентрировано на горячих ощущениях. Тело содрогнулось, а следом последовало райское расслабление. Спустя пару толчков кончил и Яков. Мы так и продолжили стоять у стены, не в силах сдвинуться, восстанавливая дыхание. Губы коснулись моей лопатки оставляя на ней легкий поцелуй. Я, навалившись спиной на стену, обернулся лицом к парню и притянул его к себе. В живот резко уперлось металлическое дуло. Втянул бледные губы в мягкий поцелуй, оглаживая щеку. Устремил взор в черные глаза, которые не отрывались от меня. — Спасибо, — Тонкие брови подскочили в удивлении, а глаза на секунду чуть распахнулись. — за первую помощь. — Добавил я, невольно улыбаясь. Не знаю причины этой улыбки, но на душе было светло. Ладонь огладила шею парня. Яков самодовольно ухмыльнулся. — Будешь должен, шпион. — Бесцветные губы накрыли мои на пару секунд, и следом парень отстранился. Время близилось к вечеру, и нужно было идти по делам, но в начале следовало убрать за собой. — Яков, а у тебя есть салфетки? — Немножко нервно спросил я, глядя на оставленный у стены след. Да и принять душ бы сейчас не помешало, но вначале до него стоило дойти. — Нет, но есть кое-что чуть похуже. — Я обернулся к парню, который доставал какую-то макулатуру с полок архива. — А если кто-то будет это искать? — Проговорил, указывая пальцем на бумажку в руках парня, который уже бесстыдно стирал сперму документом. Яков закатил глаза и поднял взгляд на меня. — Ты предлагаешь здесь сидеть до вечера? Или у тебя есть другие идеи по решению? — Нет, но… — От одного старенького документа за прошлый десяток лет ничего не изменится, шпион. Сейчас закончу, и, так и быть, схожу тебе за салфетками. По доброте корыстной. — Хитрый прищур, направленный в мою сторону, мне не понравился. Это уже мой второй «должок» парню за помощь, и я не думаю, что расплата будет легкой. Яков скомкал бумажку и откинул к месту будущей уборки. Застегнув брюки и поправив светлый пояс, парень вышел с архива. Может ли Яков оставить меня здесь? Такая мысль пришла только после его ухода и радости не вызывала. Однако она не подтвердилась, через пару минут Яков скользнул в архив и, порывисто накрыв мои губы своими, вложил мне в ладонь пачку салфеток, а следом быстро слинял. Вот же… помощник.