Я хорошо запомнила зиму 2010 года.

Я хорошо запомнила холодную и снежную зиму 2010 года. Большие и тяжелые хлопья снега летели с неба, будто тополиный пух летом. Они укрывали все тропинки тонкой и чуть мокрой белой шалью. Тогда снег был липким — высший сорт данного строительного материала. Но, к сожалению, он очень быстро приходил в негодность — на утро снег уже покрывался твёрдой ледяной корочкой. Из такого слепить снежок не получилось бы даже при всем желании. Однако, поздним вечером, этим липким снегом ещё можно было успеть насладиться. — Слышь, огурчик, иди сюда! — позвала рыжика Лена. Младшая подбежала к брюнетке окинув ее вопросительным взглядом: — Ты чего? — Смотри туда, — встревоженно почти прошептала Андреева. От страха все внутри перевернулось. Даша замерла боясь обернуться. Последним, что она сейчас хотела видеть по левую сторону от себя - Димку, дежурящего тогда в ночную смену. Этот додик просто так бы в покое их не оставил. Нужно было собрать яица в кулак быть смелой. Отважно развернув голову в ту сторону и начав искать поблизости мужской силуэт, Агуреева получила снежок прямо в лицо. От неожиданности и резкой боли в переносице та вскрикнула. А Лена покатилась со смеху от такого зрелища. Немного успокоившись Андреева поднялась с мокрого асфальта и принялась отряхиваться. — Какая ж ты все таки наивная, — произнесла Лена пытаясь отдышаться. — Ты сейчас выглядишь как будто тебя с помойки достали. Подойди, я тебя отряхну нормально, — ничего не подозревая, старшая подошла к рыжику и повернулась спиной. Дарья же не теряя ни секунды потянула брюнетку за капюшон, кинув ей под одежду горстку снега. Лена начала дергаться, бранить мелкую и прыгать. Даша стояла в стороне и злорадствовала, однако вскоре Лена все таки избавилась от всего снега или же просто смирилась со своей участью и теперь на Агурееву обрушился весь гнев старшей. Не прошло и мгновения, как младшая была зажата у стены одного из ближайших корпусов. Ярко голубые глаза казалось вот вот просверлят дыру в ней. Сердце колотилось с каждым движением Андреевой все быстрее. Она понимала, что девушка может сделать сейчас все, что угодно и от этого правда становилось страшно. Прямо сейчас она могла ударить ее в живот или еще чего похуже. Лена приблизилась совсем близко, чем уже не столько пугала, сколько смущала Дашу. Наклонившись к ее уху она облизнула тонкую шею покрытую веснушками. Младшая замерла пытаясь не издавать лишних звуков, дыхание застыло в груди. Но Лене надоело молчание своей подруги, она впилась ей в шею, оставив после себя алый след на светлой коже. С губ рыжей сорвался тихий стон, а Андреева плавно переключилась на губы своей подруги. Даша пыталась сопротивляться, но скоро прекратила, поняв что это бесполезно, да и в конце концов она не была против. Несколько удивившись неопытности мелкой и мысленно начав проклинать себя, Лена отстранилась. Она взглянула на девушку с нечитаемыми для простого человека эмоциями на лице, будто Даша только что насолила старшей, но при этом щеки Лены всё-же горели стыдливо-красным цветом. Андреева отпустила младшую из этого напряжённого зрительного контакта, бросив взгляд в землю и отошла в сторону. Из кармана девушка достала пачку сигарет и чёрную зажигалку. Она протянула одну Агуреевой. Та лишь отвернулась и надула губы, как обиженный ребёнок, будто не зная, что перед ней никто извиняться не будет. — Воняют твои сигареты, — отрезала младшая и не спеша побрела в сторону родного корпуса. О да, я хорошо запомнила холодную и снежную зиму 2010 года. Её яркий смех разливался по округе, лаская мой слух. Я влюблена в него и сделаю так, что она уже не сможет мне отказать. И вы серьезно считаете, что я у кого-то спрошу разрешения?