Тебе не нужно просить

      Это происходит после всего того, что случилось с ними в Шерринфорде, они поднимаются по лестнице в квартиру 221B по Бейкер-стрит, Шерлок держит в руках свой шарф, пока его концы волочатся прямо по ступеням. Они добираются до площадки первого этажа, когда Шерлок решает, что должен что-то сказать, но Джон даже не останавливается, продолжая подниматься в свою комнату. С тяжёлым сердцем Шерлок смотрит на удаляющуюся спину, чувствуя, как к горлу подступает что-то очень похожее на скорбь.       Несколько мгновений спустя, оказываясь в гостиной, Шерлок разворачивается к входной двери спиной, чтобы снять пальто и, даже не задумываясь о том, чтобы его повесить, бросает на диван вместе с шарфом. Он закрывает лицо ладонями и с силой проводит подушечками пальцев по коже. Над головой раздаются шаги Джона, открывается и закрывается выдвижной ящик, после чего неожиданно для самого себя Шерлок слышит, как Джон спускается вниз. Он опускает руки и разворачивается как раз в тот момент, когда Джон появляется в дверях гостиной, только теперь его походка кажется несколько иной.       Оу. Похоже, Джон просто оставил наверху свой пистолет. Напряжение в мышцах почему-то не уходит, а комок в горле продолжает давить на голосовые связки, но осознание того, что Джон всего лишь относил пистолет, переворачивает сознание Шерлока, наверное, уже в сотый раз за эту неделю.       Держа руки на талии, Джон останавливается в дверном проёме, кулак его левой руки несколько раз сжимается и разжимается, прежде чем он окончательно подавляет приступ дрожи.       — Итак, — говорит он и замолкает, глядя куда-то выше головы Шерлока.       Шерлок слегка откашливается, чувствуя нервную дрожь в пальцах, после чего, ощущая себя полным идиотом, глухо повторяет:       — Итак…       Джон беспокойно облизывает губы, его взгляд наконец-то останавливается на Шерлоке, и они смотрят друг другу в глаза, как много раз до этого.       — Я думаю, — он делает паузу, сжимая и разжимая кулаки, после чего набирает в лёгкие воздух и заканчивает: — Думаю, нам пора поговорить.       Шерлоку кажется, будто из комнаты внезапно выкачали весь воздух, он заставляет себя говорить твёрдым голосом, потому что иначе разрыдается прямо здесь.       — Что тут ещё скажешь?       Джон хмурится, и Шерлок ненавидит себя за то, что хочет поцелуем стереть это хмурое выражение с его лица.       — Шерлок…       — Оставь это, Джон.       — Но мы не можем просто игнорировать то…       — Кто сказал? — огрызается Шерлок. — Это зависит не от тебя, Джон, не ты управляешь ситуацией!       В ответ он ждёт настолько же злых слов, но вместо этого слышит только полный мучения выдох, который, кажется, высасывает из Джона последние силы. Плечи Джона поникают, и, опуская голову, он сжимает переносицу двумя пальцами.       — Я так больше не могу.       Пространство квартиры уменьшается и увеличивается одновременно. Ещё никогда Джон не казался настолько далёким, и всё же Шерлок уверен, что единственное, что их разделяет, — это высказанные Джоном слова, что до сих пор висят между ними в воздухе. Эти слова будто бы остановились на полпути к сознанию Шерлока, и только сейчас он понимает, что это последнее, что он когда-либо хотел услышать.       Шерлок отворачивается, поскольку уже не в силах сдерживать застилающие глаза слёзы.       — Тогда уходи. Уходи, если хочешь, я тебя не держу.       На несколько долгих секунд воцаряется абсолютная тишина, и сердце пропускает пару ударов.       — Шерлок, это не то, что я…       — Я у тебя ничего не прошу, — перебивает Шерлок, и его голос начинает дрожать.       — Шерлок…       Но теперь, когда он уже начал, он не может остановиться.       — Я сказал тебе… — голос Шерлока наполнен болью, и он резко выдыхает. — Я сказал, что люблю тебя, и я не могу забрать эти слова обратно. Это уже произошло. Всё кончено, Джон, всё уже конечно, и я не могу… Но я не… Я не прошу…       — Полюбить тебя в ответ? — Джон подходит ближе, в то время как Шерлок от переполняющих его эмоций не может нормально дышать, он набирает в лёгкие воздух, но дыхание всё время прерывается. Джон обнимает его со спины, устраивая одну руку на талии, и даже сквозь пиджак и рубашку эти объятия дарят спокойствие и тепло. Шерлок застывает на месте. Джон обнимает его второй рукой, скрещивая ладони на животе, после чего Шерлок ощущает давление между лопаток. Похоже, что Джон упирается в его спину лбом, потому что следующие слова звучат немного приглушённо: — Тебе не нужно об этом просить, Шерлок. Тебе никогда не пришлось бы меня об этом просить. Это и так всегда был ты.       Шерлок пытается сглотнуть, но горло словно сковано железными обручами.       — Джон, ты не должен…       — Перестань бороться со мной, — шепчет Джон. — Пожалуйста, Шерлок, перестань бороться. Именно это я и имел в виду, когда сказал, что больше так не могу. Я говорил о том, что больше не могу сопротивляться, не теперь, когда я знаю то, что знаю. Я больше не хочу этому сопротивляться. Я так устал, Шерлок. Я так устал притворяться, будто не люблю тебя.       Глаза Шерлока закрываются сами собой, и слёзы, которые он пытался сдерживать всё это время, скатываются вниз по щекам. Ещё даже не осознавая, что собирается это сделать, он разворачивается в объятиях и, не видя ничего перед собой, ищет губы Джона. Джон осторожно берёт его за подбородок, и это прикосновение настолько мучительно нежное, что внезапно весь мир сосредотачивается на ощущениях губ Джона, соприкасающихся с его губами, на ладонях Джона, обхватывающих его лицо, на тепле тела Джона, проникающего прямо под кожу, когда они прижимаются друг к другу от плеч до бёдер.       У Шерлока вырывается напоминающий рыдание всхлип, и он утыкается Джону в шею, чтобы скрыть выражение своего лица, его веки по-прежнему так сильно зажмурены, что он видит мерцающие перед глазами звёзды, а пальцы с такой силой сжимают свитер Джона, что белеют костяшки. Джон что-то говорит, его голос размеренный и успокаивающий, и эти слова определённо имеют значение, но Шерлок не слышит их, застигнутый врасплох биением собственного сердца, набатом отдающимся в ушах.       — Шерлок, посмотри на меня, — просьба Джона становится первым, что слышит Шерлок, когда звуки снова начинают обретать смысл, и Шерлок выполняет эту просьбу, даже не задумываясь. Он поднимает голову и усилием воли заставляет себя открыть глаза. Джон смотрит на него с самым мягким и самым любящим выражением, что Шерлок когда-либо видел, его голова слегка наклонена, Джон улыбается уголком губ, а в глазах хоть и стоят слёзы, но взгляд излучает бесконечное тепло и понимание.       Джон поднимает руки и снова обхватывает Шерлока за подбородок, подушечками больших пальцев очерчивая острые скулы.       — Я тебя люблю, — просто говорит он, и это ощущается настолько реальным, что у Шерлока начинают дрожать губы.       — Пожалуйста, поцелуй меня ещё раз, — выдыхает он.       Джону не нужно повторять дважды, но на этот раз он раскрывает губы Шерлока и скользит языком внутрь, углубляя поцелуй. Никогда раньше Шерлок не испытывал ничего подобного, это слишком медленно, слишком по-настоящему. Шерлок не имеет ни малейшего понятия, что нужно делать, но это совершенно неважно, потому что Джон любит его, потому что пальцы Джона в его волосах, а язык Джона переплетается с его языком, и Джон не собирается никуда уходить.       Джон скользит губами вдоль линии челюсти ниже, к самой шее, Шерлок запрокидывает голову, чтобы обеспечить лучший доступ, и в этот момент на него разом обрушиваются все эмоциональные потрясения, через которые ему пришлось пройти за последние сутки.       — Джон, — просит он, в то время как Джон едва не мурлычет, уткнувшись в его шею. — Джон, я… Я устал.       Джон кладёт голову Шерлоку на плечо, пытаясь сдержать неуместную реакцию, и его тело дрожит. Шерлоку требуется несколько минут, чтобы понять, что Джон смеётся. Он и правда пытается сдержать волну хохота.       — Что смешного? — хмурится Шерлок.       Продолжая смеяться, Джон отрицательно качает головой, на что Шерлок только раздражённо фыркает.       — Просто это ужасно иронично, — всё-таки признаётся Джон, поднимая голову и вытирая выступившие от смеха слёзы. — В тот момент, когда у меня наконец-то появилась возможность затащить тебя в постель, ты, кажется, впервые в жизни устал.       Лицо Шерлока заливается краской, после чего он застенчиво произносит:       — Ну, я не так себе это планировал. Кроме того, — обиженно добавляет он, — я не занимаюсь сексом на первом свидании.       Джон разражается приступом смеха, и Шерлок отвечает ему улыбкой, а затем и сам начинает смеяться. Джон утыкается лбом в его плечо, не в силах остановиться, и это самое прекрасное, что Шерлок когда-либо видел.       В конце концов Джон выпрямляется и, отдышавшись, встаёт на цыпочки, чтобы притянуть Шерлока для ещё одного поцелуя.       — Ладно, гений, пошли. Уложишь меня в кровать.       И именно так Шерлок и поступает.