Удушье

Третья глава Золдик- мы вышли примерно в одно и тоже время, но он держал путь сразу сюда, не думал что приду раньше Леорио- как то странно всё это Киллуа плохо скрывал свою обеспокоенность, вся ситуация в целом заставляла его волноваться, утром Гору позвонили, разговора он не слушал, даже не знает был ли вообще диалог, но и этого вполне хватало для негодования беловолосого, дружеские чувства как казалось, давно уже перестали быть таковыми, проведя вместе большое количество времени, ранее смешные и безобидные шалости казались не более чем дурачеством, мальчик и сам не понял когда начал видеть в друге нечто большее, он не слушал про хорошие финалы такой любви, поэтому решил что не хочет стать проблемой для друга, - я буду с тобой всю твою жизнь, последую туда, куда никто не захочет с тобой пойти. Подумал он тогда, Гона не интересовали отношения, поэтому причин для ревности не было, кроме одной. Хисока Мороу, без преувеличения можно сказать что он болен, растройство личности, вспышки агрессии, в одной из таких он чуть было не забрал жизнь у его друга. Эти мысли не отпускали Киллуа, прошло три дня с пропажи Гона, проходя по его любимому маршрутку, нечего страшного не обнаружил, но не давало покоя то, он остановился чтобы всё хорошенько обдумать, я видел как Гон зашёл прямиком в подворотню, а по обратную сторону сразу место встречи, идти по нему примерно 15 минут, и выйти кто-то по другому не получится, с ним что-то случилось по пути? Или же он все-таки... Как молния в голове прогремело осознание, возможно его друг все-таки пришёл на место встречи, в кафе есть камеры, просмотрев их я смогу хотя бы приблизительно понять что произошло, добравшись до кафе, мальчик объяснил всё, на первый взгляд в камере не происходило нечего страшного, зеленовозосый мальчик сидел, смотря что-то в телефоне, пришёл он немного раньше всех, погрузившись в свои мысли он не сразу понял что происходит на камере, но когда мысли вернулись он застал в ужасе, худшего сценария и представить невозможно, к нему подсел высокий красно волосый мужчина, лица видно не было , но без сомнений это был он.