От дружбы до ненависти одна карта "смены цвета".

Не секрет, что друзья не растут в огороде. Не продашь и не купишь друзей. Зато их можно потерять, играя в дьявольскую вещь, имя которой не каждый решается произнести вслух, - уно. Фэн Синь, явно переоценивший чужие моральные принципы и своё терпение, начал подбивать всех на партию. Во-первых, он считал это довольно забавным (и тем не менее воспринимал всерьёз). Во-вторых, совершенный владыка Наньян был убеждён в том, что ему нет равных в этой игре. И действительно, таких бесноватых игроков ещё нужно было поискать. Поскольку все в небесных чертогах были очень важными и занятыми особами, первым делом Фэн Синь направился прямиком к Се Ляню. Его Высочество, немного подумав, согласился сыграть. Наследный принц не был уверен в своей победе, но ему было приятно провести время в компании старого друга. Однако, выходя из Храма тысячи фонарей, Се Лянь спросил: - Почему бы нам не позвать Сань Лана с собой? - Это плохая идея, Ваше Высочество, - шёпотом ответил Фэн Синь. - Почему? - удивился возникший из ниоткуда Хуа Чэн. - Да, что в этом плохого? - поддержал его Се Лянь. Фэнь Синь, подключившись к голосовой сети общения принца, с возмущением парировал: «Что в этом плохого? НАЧНЁМ ИЗДАЛЕКА». Однако Хуа Чэн, хитро усмехнувшись, сообщил о том, что ему неинтересно играть с таким соперником, а потому он в любом случае не принял бы приглашение. Все наивно вздохнули с облегчением и отправились в Небесную столицу.

***

По дороге оба друга думали о том, кому ещё можно предложить сыграть, но каждый вариант оказывался неудачным. Ши Цинсюань, хотя и мог привнести в игру оттенок беззаботного веселья или разбавить атмосферу своей раздражающе-очаровательной непринужденностью, не имел никаких возможностей просто так подняться на небеса. Пэй Мин, опасаясь, что его заставят заниматься чем-то позорным (будто он не занимался этим всю свою жизнь) в случае проигрыша, вежливо отказался. О Цюань Ичжэне никто даже не зарекался. До неприличия драматично вскинув руками, Фэн Синь подытожил, что остался последний кандидат - совершенный владыка Сюаньчжэнь. Впрочем, вопреки своему статусу, по скромному мнению генерала Наньяна он вовсе не был совершенным кандидатом. - Слишком глупое и детское увлечение, - упрямился Му Цин, даже не глядя в сторону внезапно нагрянувших гостей. - Ты просто боишься проиграть, - не выдержав, подразнил его Фэн Синь. Стоило ему произнести эти заветные слова, как генерал Сюаньчжэнь без колебаний отправился вслед за ними во дворец Наньяна. А уже через несколько минут после начала первой партии настолько вошёл во вкус, что позабыл о всяких моральных принципах и был готов подраться за победу. Весь сей процесс представляла собой ни что иное, как неописуемо масштабный позор, от которого хотелось либо плакать, либо смеяться. Се Лянь и компания не додумались до того, что все правила нужно обсудить перед началом игры. А это, стоит отметить, самая большая ошибка, ведь уно – поистине коварная вещь, и за всю жизнь можно не выучить всех ходов и уловок, которые в ней применяются. Поэтому Фэн Синь в самый разгар партии выкрикивал новые правила, чем изрядно усложнял положение своих оппонентов. - Пятерка означает, что я могу посмотреть на твою колоду! - громом проносилось над головами остальных игроков. - Ты не можешь покрыть мою тройку единицей - только картой с большим числом, угашенный ты об дерево!! Совершенный владыка Наньян не только не стеснялся в выражениях, но ещё и весьма несдержанно бил по столу, отчего всем троим несколько раз пришлось собирать разлетевшиеся карты с пола. Се Лянь, неловко улыбаясь, послушно следовал инструкциям. Зато Му Цин начал злиться и подозревать Фэн Синя в том, что тот придумывает всё это на ходу, чтобы поиздеваться над ними. После этих обвинений за столом во дворце Наньяна начался сущий кошмар. Фэн Синь отказался выдавать Му Цину колоду для размешивания и раздачи карт, потому что ответно подозревал его в намеренной подставе. Так, слово за слово, Фэн Синь получил по лицу этой самой колодой от Му Цина. *начинает играть Венгерский танец №5* Первые несколько партий шла ничья. Точнее, у Фэн Синя и Му Цина насчитывалось по две победы (и в случае проигрыша они отвешивали друг другу щелбаны), а у Его Высочества не было ни одной. В первые две игры Се Ляню крупно не повезло с картами - слишком уж часто ему приходилось брать дополнительные и пропускать ход. Следующие две партии могли бы увенчаться успехом, если бы он второпях не забыл сказать «уно». Делая вид, что ему вовсе не обидно, он многозначительно вздохнул, но достойно принял поражение. Стоит отметить, что Фэн Синь был единственным игроком, который даже не думал жульничать. Однако пару раз он в порыве азарта брал лишние карты, в чём не спешил признаваться. Му Цин, если и замечал это, не думал обвинять оппонента в содеянном, потому что в таком случае он бы подвергся обвинениям в том, что сам, небось, прячет в рукавах карту-другую. Наконец, настало время пятого - финального - раунда. Се Лянь предпочёл понаблюдать со стороны за игрой друзей. Его назначили судьей, который в случае чего оштрафует нечестного игрока или укажет на ошибку в ходе. - Проиграешь - и весь год будешь убираться у меня во дворце, да так, чтобы он блестел, как отполированная яшма, - гордо сообщил Фэн Синь. От этих слов обстановка во дворце Наньяна сделалась ещё более безобразной и хаотичной. Творившийся здесь караул ставил под сомнение, кому же всё-таки больше подходит статус "мусорного божества". В ответ на столь дерзкое заявление Му Цин лишь фыркнул, а затем велел раздавать карты. Все трое наивно полагали, будто никто и знать не знает о том, чем они тут промышляют. Однако благодаря невыносимо громким ударам по столу и необычайно невежественной ругани, вся Небесная столица прознала об ожесточённой схватке, поэтому все, кому не лень, только и обсуждали предстоящую пятую партию. Как и заявлялось ранее - важные и занятые особы. Не меньше получаса оба божества сидели друг напротив друга, готовясь в любой момент огласить победные слова. Обстановка по своей напряжённости могла сравниться (и даже превзойти) открытие горы Тунлу. - Делайте ставки!! - подначивал какой-то небожитель в голосовой сети общения. И кто-то действительно делал. Спустя какое-то время Му Цин положил карту смены цвета и уверенно выбрал: - Красный. Видя, как Фэн Синь судорожно перебирает свои карты, а затем, не обнаружив нужных, начинает штудировать общую колоду, чуть ли не забрав себе добрую половину, совершенный владыка Сюаньчжэнь пришёл в немой восторг. Фэн Синь злобно вытаращился на него, а затем беспомощно окинул взглядом Се Ляня, который чуть ли не плакал от попытки содержать смех – от представшей картины ему стало совсем дурно. Му Цин вызывающе пожал плечами, пряча улыбку за своими картами. Дважды партия могла подойти к концу, но Му Цин попросту не давал Фэн Синю выйти из игры, то поменявшись колодами с помощью предательски вовремя подложенного нуля, то выкидывая подряд две карты, обязующие оппонента пропустить ход. Наконец, когда совершенный владыка Наньян в третий раз победно провозгласил «уно», совершенный владыка Сюаньчжэнь вновь сыграл с ним злую шутку, выбросив карту с отметкой «+4». Затем, непринуждённо усмехнувшись, он уверенно произнёс: - Красный. Фэн Синь увидел это, взял всю колоду, пизданул об стену и заорал: - ВОТ И ПОИГРАЛИ, БЛЯТЬ, В УНО!