Лифт

*** — Доброе утро! — с улыбкой заходя в лифт произносит Юнги. Вдыхая уже знакомый запах альфы. Сердце начинает биться чаще. — Доброе утро, Юнги! Как ты себя чувствуешь? Ты так и не появился вчера на паре. — Да, простите. Уже намного лучше. — Рад это слышать. Да, вне стен университета можешь обращаться ко мне на ты. Мы оказывается не только соседи, кто бы мог подумать! — с улыбкой говорит Хосок. — Я так и не поблагодарил тебя за пирог. Он был очень вкусным! Спасибо. У тебя талант в готовке. — Благодарю. — весь краснея от удовольствия отзывается Юнги. — Я теперь чувствую себя немного обязанным. Могу я как-нибудь угостить тебя обедом? Сердце Юнги готово разорваться от счастья! Неужели он спит?! Хосок только что САМ пригласил его на свидание?! Весь пунцовый от накативших эмоций Юнги кивает. Они уже вышли из дома и направились вместе по дороге в университет. — Да, было бы здорово, то есть вы не обязаны... Ой, мы же на ты! Ты... — "Почему это опять со мной происходит, я вроде как будущий писатель, а рядом с ним превращаюсь в малолетнего, который еще разговаривать толком не научился" думает про себя Юнги. — Это просто в знак благодарности, не подумай ничего лишнего. У нас большая разница в возрасте, и ты мой студент... — зачем-то начинает оправдываться Хосок, понимая, что еще больше усугубляет неловкость положения. — Но мне уже 21! Я знаю, что выгляжу моложе своих лет, но я взрослый! — А мне 30. Но дело не только в возрасте, ты же понимаешь? — Нет, не понимаю. Обед отменяется? Да? — Я не отказываюсь от своих слов. Обед в силе, если ты хочешь? — Я хочу! А ты хочешь, Хосок?! — поражаясь собственной смелости Юнги дерзко поднимает голову и заглядывает прямо в глаза альфы. Тот нервно сглатывает слюну. — Да, я тоже хочу. — от взгляда омеги все внутри переворачивается, а бабочки в животе начинают свои первые попытки взлететь. — Славно, мне подходит воскресение в два часа дня. — Хорошо, я зайду за тобой. — Хосок впервые сталкивается с таким поведением омеги. Обычно это он назначал время и место, а тут все перевернулось с ног на голову. — Тогда до встречи. Не думаю, что нам нужно идти рядом на территории университета. Вы же так трясетесь за свою репутацию, профессор... — роняя последние слова с явным умыслом задеть, Юнги быстрым шагом направляется к учебному корпусу, оставляя альфу с недоумением смотреть ему в след. *** — Доброго. — "с нежностью" здоровается Юнги, как всегда плюхаясь на место рядом с Намджуном. — И тебе не хворать. — не менее "тепло" отвечает его друг. — Расскажешь? — Нет. А ты? — Отвали. — Поговорили. И уткнувшись каждый в свой конспект, друзья погрузились в учебу. Разговаривать друг с другом не было ни сил ни желания... Несколько часов спустя, уже за столом в местной столовой: — На, я купил тебе апельсиновый сок. Знаю, что ты любишь. — начал разговор Намджун, кидая упаковку сока перед носом Юнги. — Не стоило. — бурчит под нос Юнги взяв сок со стола — А это тебе... — он подвигает коробку с рисовыми пирожками ближе к Намджуну. Оба смотрят друг на друга и начинают хохотать. — Ну и придурок же ты! — От придурка слышу! Юнги рассказывает о событиях произошедших с ним в последнее время. Что ему рассказал доктор и про утро в лифте. — То есть ненависть это тоже признание истинности? — спрашивает Намджун. — Ну в каком-то смысле да, признание, но не принятие. А что? Почему ты спросил об этом? — Юнги слишком хорошо знает друга. — Да так, ничего, просто интерес. — Намджун не рассказал Юнги о Джине и своей неудачной попытке все объяснить истинному. Он не привык так, как Юнги делиться своими чувствами. В их дружбе он отвечал за силу и защиту, а значит не имел право показывать слабость и беззащитность. Кроме того Намджун был почти уверен, что Юнги начнет издеваться над ним. А сейчас это может сильно ранить Намджуна. Он не готов к этому. Хоть внешне он привык оставаться непробиваемым, в душе он всегда глубоко переживал за все. Но показывать свою нежную сторону Намджун не собирался никому. Альфы ведь не плачут... — Сегодня пятница! А это значит... — весело заметил Юнги. — Ооо, нет. Мы же недавно только пили, Юнги. Это прямая дорожка к алкоголизму! Ты так не думаешь? — Не будь занудой, Джуни. Мы молоды и полны сил! И кроме того, нужно отметить вечер пятницы и мое скорое свидание с Хосоком. Разве ты не счастлив за меня? — Не называй меня так! Счастлив, безмерно. — с хмурым лицом говорит Намджун. — Подарю вам холодильник для кимчи на свадьбу! Ну или утюг... — Утюг зачем?! — Что бы ты мог за себя постоять, если этот урод посмеет тебя обидеть. Юнги. Может природа специально дает тебе шанс подумать, нужен ли он тебе? — Я знаю, что он тебе не нравится. Но я не отступлю! — и уже серьезнее Юнги добавляет. — Когда у тебя появится истинный, ты поймешь каково это, дышать одним человеком. — Я уже понимаю, но от этого не легче. — едва слышно, себе под нос, говорит Намджун. — Что ты сказал? — Забей! Куда пойдем пить? *** — Боже, Юнги. Вроде щуплый, а весишь тонну. — уже запихивая пьяную тушку в лифт, возмущается Намджун. — Добрый вечер, профессор! — Добрый вечер! — Хосок, наблюдая картину маслом, останавливается в дверях лифта. — Вы поедете или как? — Да, да, еду. — Простите, он когда выпьет превращается в это. — Ничего, хорошо, что у него есть такой друг как ты. Как я вижу вы довольно близки? — раздраженно замечает сосед Юнги, "Что это Хосок, ревность?!" удивляясь самому себе, думает он. У Намджуна возникает блестящая идея (по его мнению)! — Да, мы оооочень близки! Вы даже не представляете насколько! Ближе ближнего! Люблю его безмерно! — и Намджун целует Юнги прямо в белобрысую макушку. Хосок весь напрягается и бледнеет. — А я его люблю! Люблю, понимаешь, Намджун?! Он мой единственный! Любовь всей моей жизни! Он пах... — подает голос Юнги, но Намджун поспешно закрывает его рот своей ладонью. — Это он о кактусе! Я подарил ему его на прошлое рождество. Юнги ведь так любит цветы! А кактус прямо жемчужина его коллекции. — выдает Намджун. И подумав, добавляет. — Потому что он от меня! — Ясно. — Хосок с бледным, каменным лицом, провожает взглядом Юнги и Намджуна вываливающихся из лифта на этаже. — Приехали, дорогой. До встречи, профессор. — с ехидной, победоносной улыбкой, произносит в закрывающиеся двери лифта Намджун. "Так тебе Чон Хренок! Вот он вкус победы!" — Прости меня, Юнги, но я не мог не воспользоваться шансом... Намджун оставляет тело друга на кровати, снимает с него кроссовки и приносит тазик. Оставляет стакан воды и аспирин на тумбочке рядом и уходит. Его такси уже приехало. Медленно до Юнги доходит, что это не во сне его бьют по голове дубинкой, а кто-то упорно продолжает долбить во входную дверь. Еле доползая до нее, держась за стены Юнги открывает. Похоже, Юнги все еще спит, так как на пороге стоит Хосок. Юнги тут же расплывается в улыбке. — Юнги, я готовлю и у меня закончилась соль... — более глупого предлога Хосок придумать не мог. Но он не находил места, поднявшись к себе в квартиру и переодеваясь, не мог думать ни о чем другом: "Чем они там сейчас занимаются?! Юнги слишком пьяный и беззащитный! Что этот Намджун может с ним сделать?! Они встречаются или просто друзья?! Да с какой стати тебя это вообще волнует, Хосок?!" Нет, он просто обязан проверить Юнги! И больше не выдерживая, Хосок спускается этажом ниже. Не успев придумать хоть какое-то веское оправдание своему визиту. — Соль. У меня есть соль! У меня есть все что угодно для тебя! Джуни?! Тащи сюда соль, моему Чон Хосоку нужна соль! — кричит Юнги куда-то в глубь квартиры. Тишина... — А он наверное уже ушел... — Юнги опирается на косяк и начинает засыпать прямо в дверном проеме. — Что ж, жаль. Тогда я пойду. — с облегчением вздыхает Хосок. Заходить в квартиру к омеге он не решается. — Ты доберешься до кровати сам? — спрашивает Хосок теребя Юнги за плечо. — Дааа, но с тобой было бы лучше, уложи меня в кроватку, мм..? — Юнги хватает Хосока за руку и начинает тянуть к себе. — Юнги, ты пьян. Я лучше пойду. — освобождая руку говорит Хосок. Но вдруг, неожиданно даже для себя, он наклоняется и целует Юнги в лоб. С ужасом осознавая, что только что сделал, Хосок пулей убегает к себе в квартиру, молясь, чтобы на утро Юнги ничего не вспомнил...