Лифт

*** Утро следующего для Юнги настает ближе к обеду. Сладко потягиваясь, омега возвращается мыслями в прошлую ночь, по телу опять бегут мурашки, а внизу живота трепещут бабочки. Юнги даже не предполагал, что Хосок может быть таким... Ласковым, чутким, заботливым. Губами оставляя едва ощутимые легкие поцелуи по всему телу заставлял омегу мурчать от удовольствия. Спускаясь все ниже. Хосок довел Юнги до оргазма одними руками и губами. Настолько нежно, настолько трепетно. Юнги плавился от удовольствия, от запаха, от прикосновений губ, языка к его члену, пальцев альфы внутри себя. Хосок только давал, не получая ничего взамен, он не позволил даже дотронуться до себя. А после всего он убаюкивал Юнги. Шептал на ухо самые милые глупости. Еле касаясь, обводил губы, скулы, касался шеи, переплетал их пальцы. Не выдерживая, Юнги вскакивает и босыми ногами шлепает на кухню. Подбирается, крадется сзади, как кот, и одним прыжком хватает свою добычу, накидываясь сверху и смеясь кусает Хосока за ухо. — Котенок, ты проснулся? — Хосок не отвлекаясь на внезапное нападение, выключает плиту и раскладывает яичницу по тарелкам, не обращая внимания на повисшего на нем омегу. Хосок по-прежнему находится в своих мыслях. Юнги это не нравится, он чувствует настроение альфы, но терпеливо ждет пока Хосок сам все ему расскажет. — Чем сегодня займемся? — Как ты себя чувствуешь? — отвечает вопросом на вопрос Хосок. — Уже намного лучше. Течка прошла. Становлюсь нормальным человеком. — улыбается Юнги. — В любом состоянии ты самый прекрасный человек. — улыбаясь в ответ, Хосок гладит Юнги по руке. — Хосок, за все время нашего знакомства ты не был так нежен и внимателен ко мне, меня это настораживает. — Прости, ничего не могу с собой поделать, когда ты рядом. Тебе неприятно? — О чем ты! Мне очень приятно! Просто такое чувство, что ты присмерти и прощаешься со мной. Хосок внимательно смотрит в глаза Юнги. — Давай прогуляемся в парке? — переводя тему предлагает альфа. У Юнги больно колит сердце. Он сглатывает. Неужели это правда?! И Хосок просто дарит ему себя до последнего... — Пойдем.. — шепотом отвечает Юнги. Что бы Хосок ему не сказал, он все примет и они вместе пройдут через это. Если надо, Юнги бросит вызов самой смерти, но не отдаст ей Хосока. Только не сейчас, когда у них все наконец-то наладилось. *** Джин срывается и бежит обнимать своих родителей. — Джини! Детка. — папа заключает его в своих объятиях. — Ты совсем исхудал в своем Сеуле. — отец внимательно осматривает сына. — Папа, отец, познакомьтесь, это Намджун, мой истинный! — Джин многозначительно смотрит на родителей. — Очень приятно. — смущаясь, здоровается Намджун. — Добро пожаловать в семью, Намджун. — улыбается папа. — Давайте познакомимся поближе за столом. В ногах правды нет! — предлагает отец Джина. Так начинается знакомство Намджуна с родителями. За столом его с пристрастием "допрашивают" об учебе, оценках, родителях. Но несмотря на это, Намджун ощущает себя в своей тарелке. Для него открывается новое чувство, никогда раньше не испытанное, он ощущает себя частью большой дружной семьи. Это и смущает и радует одновременно. После обеда отец потащил Намджуна показывать свои плантации. Джин остался помогать папе убирать со стола. — Мне понравился Намджун. Он умный и добрый. Я думаю он будет хорошо о тебе заботиться. Мой сын так вырос... — и папа смахивает непрошеную слезу. — Ты счастлив? — Папа. — Джин обнимает своего родителя. — Я очень счастлив. — Только, пожалуйста, никаких детей до свадьбы. Ты знаешь наши взгляды. — Папа, мы... У нас даже еще ничего не было! — задыхается от смущения Джин, густо краснея. — Тогда мне стоит постелить вам в другом конце дома, подальше от нашей спальни. — улыбаясь, подмигивает папа. *** Прогуливаясь по парку, Хосок и Юнги присаживаются на лавочку. Хосок берет в свои руки руки Юнги, согревая их дыханием. Они сидят молча некоторое время. — Говори. — внимательно смотря на Хосока, Юнги прерывает молчание первым — Я все выдержу. — Юнги, я знаю, что ты влюблен в меня. И ты мне тоже небезразличен. Но ты должен меня отпустить. Я не могу быть с тобой. Слова ледяным потоком обрушиваются на Юнги. — Можно узнать почему? — он смотрит в одну точку у себя под ногами, боясь встретиться взглядом с Хосоком. — Я не хочу испортить нам обоим жизнь. — Нам обоим? — Юнги, я не тот человек, что достоин быть с тобой. — Блядь. Давай обойдемся без этого. — Юнги со злостью поднимает тяжелый взгляд на Хосока. — Скажи мне правду. Если ты решил расстаться со мной, то хотя бы, не будь трусом и скажи мне правду. Ты... ты чем-то болен? — Да.. — Мы вылечим тебя. Мы найдем способ. — Это болезнь не смертельна Юнги и я расстаюсь с тобой не из-за нее. — Тогда почему? Почему, Хосок? — Я не хочу разрушить свою жизнь "из-за призрачной надежды на светлое будущее". — глубоко вздыхая, Хосок повторяет слова директора. — Я не понимаю о чем ты! — Юнги, директор дал мне выбор либо ты, либо работа. И я сделал свой выбор. Юнги, ты молод, у тебя еще все впереди. Прости, я не могу мимолетному увлечению разрушить свою карьеру. Если мы не прекратим это сейчас, меня не примут ни в один университет. Я должен завершить это! — Нет, нет я не верю, что ты это серьезно, Хосок! Я так люблю тебя! — "Больно, нестерпимо больно..." — Я серьезно, Юнги. Я провел достаточно времени, чтобы принять взвешенное решение. Прости, я знаю, что причиняю тебе боль. Но в будущем ты поблагодаришь меня за это. Ты будешь счастлив. — Как ты можешь делать выбор за меня. Я уже счастлив, Хосок, с тобой. — Юнги цепляется обеими руками за руку Хосока, видя как тот встает. — Юнги, отпусти меня. Я не хочу быть с тобой. — Нет, это не правда. Хосоки, скажи мне, что ты шутишь. — заливаясь слезами, умоляет Юнги. — Отпусти меня Юнги. Ты справишься, вот увидишь. Время лечит и твоя влюблённость скоро пройдет. — и Хосок вырывает руку. — Нет... нет... я не верю. Я люблю тебя. Люблю. Прошу, останься со мной. Прошу не уходи. Не бросай меня. Я не смогу жить без тебя. — Юнги заливаясь слезами, закрывает лицо руками. Его будто разрывают изнутри. Хосок наклоняется, крепко сжимает Юнги в своих объятиях, целует в лоб и быстрым твердым шагом уходит. Его сердце до боли сжимается в груди. Но сейчас он считает, что поступил здраво и рассудительно. «Ты будешь счастлив, Юнги! А я не тот, кто тебе предназначен.» с горечью думает Хосок. Боль тупыми ударами пульсирует в висках. Он поступил правильно, как следовало. Так для них обоих будет лучше. Но почему же так отчаянно хочется выть?! Наплевать на все, оставаться лишь рядом с Юнги, всегда, до последнего вздоха. Хосок переходит на бег. Сегодня он опять не появится дома, сегодня он напьется до отключки. Чтобы не чувствовать. Чтобы забыться. Юнги сжимается в комочек на краю лавочки. Он не знает как дышать, он не знает как жить… Он молит о смерти, он хочет умереть сейчас, сею секунду. Его отвергли так же, как папу. Юнги теперь понимает… А еще больше он жалеет, что не забеременел, что Хосок не оставил даже частички для него. Он унес собой весь смысл существования. Юнги воет и скулит от боли скручивающей его. Он не знает, сколько проходит времени, как вдруг вспоминает. Намджун когда-то говорил, что физическая боль может заглушить душевную. Юнги намерен это проверить, он срывается. Бежит, слезы застилают глаза, но он не останавливается ни на секунду. Легкие начинает печь от нагрузки. Выбежав из парка, Юнги подбегает к краю проезжей части... Назад дороги нет... До конца... *** — Твои родители… — шепотом еле сдерживаясь, произносит Намджун. — Их комната далеко, они не услышат нас. — Джин горячими поцелуями спускается вниз по шее, расстегивая рубашку Намджуна. — А если я заставлю тебя кричать?! — плотоядно облизывая губы, роняет Намджун. — Попробуй! — и Джин берет его руку и кладет себе на шею — Я хочу кричать, от твоих ласк, Намджун. — зрачки омеги расширены от желания. Намджун медленно ведет рукой от шеи до талии и резко притягивая к себе омегу, впивается в сладкие губы любимого. Их языки переплетаются. Из уст Джина вырывается довольное мычание. Избавившись от рубашки, Джин обводит пальцами рельефные мышцы альфы, ластясь и прижимаясь всем телом, которое уже трясется от нетерпения. Намджун резко подхватывает омегу на руки и несет к кровати. Там он бросает его, накрывая своим телом, с жадностью впивается губами толкаясь языком в горячий рот. Облизывает шею, спускаясь все ниже, покусывает соски, ведет языком вниз, оставляя после себя мокрый след. Джин выгибается в пояснице от накатившего наслаждения, между ног все мокро. Он хочет большего, намного большего. Намджун медленно, словно издеваясь расстегивает джинсы и спускает их вниз, следом отправляются трусы. Он ведет носом от внутренней части бедра к паху, вдыхая насыщенный аромат лесных ягод. Поднимает ноги Джина себе на плечи, руками раздвигает ягодицы и большим размашистым движением ведет языком от начала копчика, между ягодиц, засасывает яички, проходит вдоль ствола и завершает свой путь языком на головке члена омеги. Джин зажмуривается до звезд в глазах то, что вытворяет Намджун, с ним не делал еще никто! Он хватает руками голову Намджуна и насаживает его рот на свой член, всего пару движений, а Джин уже готов взорваться от блаженства. — Не так быстро, моя ягодка. — освобождаясь из цепкой хватки, говорит Намджун. Он проводит кончикам пальца вокруг входа, нажимая и проскальзывая внутрь. Из уст Джина срывается стон. — Намджун, если ты не войдешь в меня, то я… то я… — так и не договорив фразу Джин стонет еще громче… Намджун добавляет второй палец, растягивая дырочку. Он медленно направляет их внутрь, а затем наружу. — То ты что? Ммм… Ягодка? Я хочу, что бы ты кричал громче, мне этого не достаточно… Джин отзывается лишь громким стоном. Чувствуя, что внутри него уже три пальца, медленно и протяжно проходятся по простате, вызывая фейверки перед глазами. Намджун отрывается от своего занятия. Быстро освобождаясь от остатков одежды, встает перед омегой и направляет головку своего члена прямо ко входу… но замирает. — Ягодка, посмотри на меня! — Проклятье, Намджун! — Джин огромными от страсти глазами, скользит взглядом по накаченному торсу альфы, его крепким рукам, сжимающим его бедра, его открытым влажным губам. И наконец фокусируется на взгляде, который доминирует, заставляет покрываться мурашками, в котором ураган желания и похоти. Джин облизывает губы. И сам, с громким криком от удовольствия, насаживается на член Намджуна. — Блядь.. — все что может воспроизвести мозг Намджуна в эту секунду. Он начинает с силой, размашисто вдалбливать Джина в кровать, держа за бедра. Его тело покрывается испариной. Мозг перестает окончательно соображать, когда ноги Джина еще крепче сжимают его поясницу, а стоны кажется слышны на несколько километров вокруг. — Еще, дай мне еще! — требует Джин. И Намджун делает то, что просит его омега. Он большим рывком засаживает член в проход Джина, наклоняется и кусает за основание шеи. Джин со стоном изливается себе на живот. Намджун тоже уже на грани. — Хочу сюда… — Джин открывает рот и высовывает язык. Намджун вынимает член и направляет в рот омеге. Кончает на язык и лицо с длительным стоном. Джин облизывает остатки спермы, пошло улыбаясь. Затем резко переворачивает Намджуна на спину, наваливаясь сверху. — Хочу тебя еще. — стонет Намджун отдышавшись. — Столько, сколько сможешь. — улыбается Джин ему в грудь. — Ночь длинная, а родители спят крепко… *** В остаток ночи Намджуну снятся кошмары. Наутро голова альфы гудит, а интуиция кричит, о том, что произошла беда. — Мне нужно уехать! — говорит он Джину, выходя из ванной. — Что? Почему? — С Юнги что-то случилось, он не отвечает на звонки и смс! Я чувствую, что-то не так. — Но мы ведь только приехали, Намджун! — Он нуждается во мне сейчас. Я это чувствую... Не знаю, как объяснить. — Это не он так сильно нуждается в тебе, а ты в нем! Если бы что-то случилось, он бы позвонил. Останься, прошу. — Джин вздыхает — Ты боялся, что никому не будешь нужным. Но теперь ты нужен мне! Я хочу быть твоей семьей, мы ведь истинные! Отпусти его, Намджун. Он в состоянии решать свои проблемы сам, а иначе он никогда не повзрослеет. А ты никогда не будешь жить своей жизнью... Останься со мной, прошу тебя! — Но… я.. — Давай просто вернемся раньше, за 3 дня с ним ничего не случится? Мм? — Хорошо. Но пообещай мне одну вещь, что вы подружитесь. Я не могу совсем выкинуть его из своей жизни. Не заставляй меня делать выбор между вами, он моя семья, а ты любовь всей моей жизни. Я не могу разорваться. Джин вы двое для меня самые ценные люди на Земле. Я прошу тебя! — Я обещаю! Мы уже почти нашли общий язык. Если он твой друг, значит он вполне может стать и моим. Просто теперь вам придется обоим осознавать, что вы не одни. У него есть Хосок, чтобы о нем позаботиться, а у меня есть ты! Пойдем завтракать? — Да. — С Юнги все будет хорошо, вот увидишь.