Часть 19
16 октября 2022 г., 09:52
Яга занималась Гермионой, с ювелирной точностью находя у той мозги и включая их в работу, ну она на Добрыне натренировалась уже. Богатырь в свою очередь занимался с сыном, объясняя тому, что пять кило мяса — это не «ой, как много», а «ужин». Ну и еще по мелочи… Мелочь в виде хулиганов охотно подставлялась под кулаки тихого зеленоглазика, правда, быстро заканчивалась. То есть при виде Гарри у хулиганов отключалась агрессия и включалась спринтерская скорость, что было само по себе неплохим результатом. Заодно и собой Добрыня занимался, а то ведь смотреть было противно.
— Смотри сюда, — отвлекла Гермиону от разглядывания обнаженного торса Гарри Яга. — Успеешь еще полюбоваться. Значит, если делаешь вот так, то объект начинает подпрыгивать, поняла? — женщина с подозрением посмотрела на закивавшую девочку, которой очень нравилось учиться. — Ну-ка попробуй на камешке.
Гермиона попала не по тому камню и ошиблась с жестом в конце, в результате чего камень с утробным гулом устремился ввысь, быстро исчезнув в небе. Девочка уже и сама поняла, что сделала не так, потому остальные камни прыгали на высоту около метра. Все остальные камни на парковой дорожке, выложенной гравием.
— Да… Не думала, что такое скажу… — Яга почесала затылок характерным жестом. С улицы раздался «бум» и чей-то быстро удалявшийся вопль. — Вы отличная пара, у обоих сила есть, а ума, как у Горыныча…
— Хнык… хнык… хнык… — сообщила девочка, сообразившая, что ее ругают. Метод Тринадцатой работал эффективно и безотказно.
— Сынок, будешь бить Малфоя, — поучал Добрыня Гарри. — Бей вот так, а то я ему верхние зубы только разок выбивал, а нижние уже дважды, непорядок.
— Хорошо, папочка, — дисциплинированно кивнул зеленоглазый мальчуган. — Сделаю, как ты скажешь, всех набью.
— Вот и молодец! — обрадовался счастливый отец.
Из окна за всем этим с интересом наблюдали Грейнджеры, понимая, что даже самым великим ведьмам надо учиться. Вечером в газетах появилась информация о секретном оружии, что не ловится радарами и ракетами, зато отлично сбивает все, что встретит на своем пути. Видимо, это был камешек Гермионы. Миссис Грейнджер посмотрела на мужа долгим взглядом.
— Ну что ты так смотришь? — спросил тот. — Попу ей бить нельзя, значит, будем гордиться.
— Попу всем нельзя, — ответила женщина. — Но можно же поговорить, объяснить, в конце концов, глядишь…
— Будет сладко спать под бубнеж, — кивнул мужчина и сразу же понял, что зря он это сказал, пришлось спасаться бегством.
— Доченька, поймай папу, пожалуйста, — попросила мама, высунувшись из окна.
Любимая дочь кивнула, отчего папа девочки ощутил прелесть полета. Оставив папу висеть в двух метрах над поверхностью планеты, девочка продолжила занятия. Мужчина задумался о своем поведении, новости он видел, поэтому опасался — на Марс ему пока еще не хотелось.
Попрыгав под мужем и отчаявшись его достать, миссис Грейнджер попросила Лили опустить того на поверхность, но женщина была занята, что-то объясняя их дочери, отчего папа девочки просто и незамысловато на поверхность упал. Впрочем, он не жаловался, сразу же сдавшись на милость победителю.
— Сынок, — Добрыня погладил мальчика, чем тот наслаждался. — Хагрид будет звать — не иди, скажи, что завязал, хорошо?
— Хорошо, папочка, — кивнул Гарри. — Я столько действительно не выпью. А Гермиону на руках носить можно?
— Нужно, сынок, — хмыкнул богатырь. — А то вдруг ее кто-то обидит?
— Ну, положим, тот, кто Гермиону обидит, проживет секунд пятнадцать… — протянула Яга. — Но на руках — это приятно, точно тебе говорю.
— Я согласна… — Гермиона сделала то, что у Яги не выходило, как та ни старалась: девочка покраснела.
— Ну вот… Скоро в школу, — тяжело вздохнула Эмма Грейнджер. — Как они там будут, интересно…
— Это мы увидим, — улыбнулась имевшая свои секреты Яга.
***
Оказавшись в поезде, Гермиона преобразилась. Пай-девочка с большими наивными глазами куда-то исчезла, и на свет выглянула Ведьма. Гарри, меланхолично взглянув на это преображение, только вздохнул — папа опять оказался прав. Коса девочки завилась вокруг головы, видимо, чтобы не мешала, и, размяв крепкие кулаки, Гермиона счастливо улыбнулась. — Ну что, Гарри, начнем отдыхать? — девочка предвкушающе улыбалась, держа мальчика, впрочем, за руку. — Я всегда с тобой, — мягко сказал Гарри. — Я же обещал. — Что ты обещал? — не поняла Гермиона, составляя в уме план на тему, что и с кем она сделает. — Быть с тобой всегда, любить и поддерживать, пока тебе не надоест, — вздохнул мальчик. На мгновение девочке стало стыдно, она сразу же обняла Гарри двумя руками. — Я же тоже обещала… — тихо произнесла она. — И вообще, Тринадцатая сказала, что мы связаны, значит — всегда вместе. — Всегда вместе… — прошептал мальчик, прижав к себе Гермиону до хруста, потом, правда, одумался и дал возможность посиневшей девочке вдохнуть. — Кого бить будем? — сразу же деловито поинтересовался он. — Поттер и грязнокровка! — донеслось от двери. Видимо, кто-то стер Малфою память, потому что он явно утратил предыдущий опыт, даже не дернувшись, когда увидел счастливую улыбку Гарри. Гермиона, правда, ошибку Яги учла, поэтому убежать Драко не мог. — Фас, мой верный рыцарь! — разрешила девочка своему мальчику слегка размяться. Гарри слегка разминался, пока аварийный порт-ключ не унес наследника древнего и могучего куда-то по направлению к Мунго. Оказалось, что герою Малфоя не хватило, поэтому он двинулся в сторону вагона слизеринцев, обладавших инстинктом самосохранения. Проходя по вагону гриффиндорцев, этим самым инстинктом не обладавших, мальчик тоже несколько раз размялся, вернувшись довольным и умиротворенным. А слизеринцы, задействовавшие порт-ключи одновременно, что-то этим сломали, поэтому поезд пошел неведомо куда. Обнаружилось это к вечеру, когда Хогвартс-экспресс в Хогсмид не пришел, взамен оказавшись на каком-то глухом полустанке. — И где это мы? — задумчиво поинтересовался Гарри у воздуха. Воздух не ответил, а Гермиона, наморщившись, принялась что-то колдовать, отчего поезд слегка потряхивало. — Ты будешь смеяться… — задумчиво ответила она. — Чары говорят, что мы в неведомых… — наклонившись к мальчику, девочка прошептала то самое слово, которым дядя Джеймс обозначал что-то лежащее на очень далеком расстоянии. — Вот я не знаю, тут остаться или домой сходить? — Домой же ты можешь в любой момент? — спросил микробогатырь, как его называл папа. Увидев кивок, мальчик закончил: — Тогда давай подождем. Может, чего интересного дождемся. — Люди в наших горах! — донесся чем-то смутно знакомый голос с улицы. Гарри заинтересованно выглянул, чем вызвал интересную реакцию: — А-а-а-а! Здесь Поттер! Поттер! Спасайся, кто может! — и быстро удаляющийся звук тысяч копыт, от которого поезд несколько раз чувствительно тряхнуло. Посидев еще немного, Гермиона заскучала, принявшись посылать вверх яркие шары света. Видимо, в воздухе кто-то уже находился, потому что яркий свет вызвал… хм… Неведомые птицы в ускоренном темпе сменили окраску поезда. Девочка хихикнула. Гарри вздохнул и полез в сумку, достав оттуда большую чью-то ногу, папа не сказал, чья она была, и пластиковую коробочку для Гермионы. — Давай поужинаем, — предложил мальчик, с хрустом вгрызаясь в ногу неведомого, по причине папиной лени, существа. — Давай, — согласилась девочка. Пока они кушали, поезд дернулся и куда-то поехал, медленно набирая скорость. — Как твой папа говорит… — Гермиона спокойно выдала фразу на басурманском наречии, очень точно охарактеризовавшую создавшуюся ситуацию. — Согласен, — кивнул Гарри, не отрываясь от ноги. Мяса было много и было оно вкусным, поэтому Поттер-младший был занят. — Главное, чтобы леди Лили нервничать не начала, — заявила Гермиона. — А то такое приключение, такое приключение и будет нам всем… Поезд куда-то шел в темноту ночи, поужинавшие ребята уже хотели укладываться спать, когда к ним завалилась паства. То есть барсуки в полном составе. Голодные, уставшие дети жадно смотрели на сытых умников, желая странного. — Великий Поттер! — Гарри приосанился. — Спаси нас! Проси, чего хочешь, только спаси! — Мама плакать будет… — слезоразлив начался со Сью, которой вернули маму совсем недавно. — Никто плакать не будет, — сообщил женский голос из коридора. — Заканчиваем плакать, закрываем глаза и считаем до десяти. Считать все умеют? — с подозрением спросила Яга, неизвестно, как появившаяся в вагоне. — Все умеют, — закивали дети с факультета Хаффлпафф. — Спа-а-асите! Яга хлопнула в ладоши и поезд остановился. За окном, насколько позволял рассмотреть действительность помет неведомых птиц, расстилался Хогсмид. Они добрались.***
За окном темнело, миссис Грейнджер чувствовала нарастающее беспокойство, Яга же поглядывала на женщину с большим интересом. Добрыня просто мирно спал, даже не храпя, ибо в форму богатырскую не пришел еще и отвлекать легендарную свою уже, как выяснилось, супругу от мыслей великих не хотел. Наличие рта ему нравилось, богатырь туда ел. — Как-то мне неспокойно, — наконец пожаловалась миссис Грейнджер. — Как там доченька-то… — Сейчас посмотрим, — спокойно ответила Яга, отправившись на кухню за яблочком да тарелочкой. — Колдовство — оно разное. — Вы сможете увидеть детей? — удивилась мама Гермионы. — И увидеть, и услышать, — ответила ярчайшая представительница славянской мифологии, запуская яблочко по тарелочке. — От качества продукта зависит, конечно. В тарелке, как в телевизоре, отразилась внутренность купе. Гермиона как раз объясняла Гарри, куда именно их занесло, что заставило Ягу заулыбаться. Слова басурманские, да с аглицким акцентом, вызывали желание смеяться. Далее дети приступили к трапезе, успокаивая этим родителей. Эмма, взглянув на то, как мальчик сначала позаботился о ее дочери, а потом вгрызся в собственный ужин, успокоено улыбнулась. — Кушают, вот и хорошо, — произнесла миссис Грейнджер. — Покушают, потом отдохнут… — В это время они уже в Хогвартсе кушать должны, — заметила самая великая ведьма окрест. — Куда-то не туда их занесло. — И что теперь делать? — побледнела Эмма, испугавшись за дитятко двенадцатилетнее, ведьмой зовущееся. — Посмотрим сначала, а потом буду вызволять, — пожала плечами рыжеволосая женщина. Вызволять пришлось раньше, чем ожидалось, потому что в поезде обнаружились и другие дети, поэтому Яга только вздохнула и исчезла. Появилась она через четверть часа, выдав экспрессивную тираду не по-английски. С дивана немедленно отозвался Добрыня: — Что стряслось, Ягуся? — поинтересовался богатырь, открывая левый глаз. Правый продолжал спать. — Да они в такие… — это слово было Грейнджерам непонятно, — заехали, что не дай Кощей! Еще бы в Сибирь намылились! В общем, вернула я их, но мне интересно, как так получилось-то? — Завтра узнаем, — зевнул Добрыня. — Давай-ка лучше спать будем. Утро вечера мудренее. С этим утверждением согласились все присутствующие, потому через некоторое время дом представлял собой сонное царство, а так как Яга понервничала, то спали все, кто попал в круг радиусом полмили, включая котов, собак и пролетавших голубей.
