3
22 марта 2025 г., 17:52
— Ты в своем уме?! Я сказал тебе надавать на него, а не предлагать защиту и контракт с ЦБР! Ты хоть понимаешь, что натворил? Ни у меня, ни тем более у тебя нет полномочий делать такие предложения!
Пи’Вим кричал на него уже десять минут, и Као казалось, что это никогда не закончится. Ему не дали и слова вставить, поэтому он просто сидел, сложив руки на груди, и следил за расхаживающим из угла в угол начальником.
Но спустя еще пять минут пи’Вим наконец остановился и выдохнул.
— Чертов Наппокао, — выругался он, — ты меня своими выходками в могилу сведешь.
— Сотрудничество лучше шантажа, — Као воспользовался возможностью говорить. — И он хорош. Действительно хорош. Его помощь будет полезна.
— Полезна, чтоб его, — фыркнул начальник. — А если ты прав, и он тоже жертва? Его нельзя привлекать к делу.
— Я прав без «если». Он потенциальная жертва. Но так он будет под присмотром. И я возьму это на себя, — спешно добавил Као, заметив взгляд начальника.
Тот тяжело вздохнул, и Као понял, что он сдался.
— Я поговорю с начальством. Подпиши у него завтра этот договор и все соглашения. Ответственность за него и за это дело на тебе. Бери Зуна и Чэпа. И глаз с него со своего гнома не спускай!
— Он Питер Пэн, — усмехнулся Као.
— Да хоть Папа Римский. Следи, чтобы он в систему даже не пытался соваться. Ясно? Свободен.
Као встал, поклонился и вышел из кабинета.
Дорога домой заняла меньше часа, что для столицы было редкостью. Для Као же это было знаком, что он закончил работать слишком поздно. Практически весь день ушел на согласование условий договора с юристами: полная защита Апа, снятие обвинений, если они поймают убийцу, и доступ в ЦБР на период расследования. Пи’Вим был прав: участие Апа в деле было связанно с определенными рисками, учитывая его статус одного из лучших хакеров Юго-Восточного региона. Но Као хотел поймать убийцу — из чувства долга, которое и привело его в полицию, а также узнать, кто пытается подобраться к Апу — из любопытства и слабости перед сложными загадками.
Приняв душ и наскоро соорудив ужин, Као подключил к ноутбуку флэшку и запустил скопированное с рабочего сервера видео, чтобы пересмотреть. Что может указать на преступника? Почему именно его прислали Апу? Парень явно был напуган, когда рассказывал о нем, хотя и пытался скрыть это. Значит, там есть что-то, что заметил хакер, но упустили полицейские. Это задевало профессиональную гордость, поэтому Као снова и снова проигрывал ролик, на котором в каком-то заброшенном помещении неизвестный, скрытый за чёрной одеждой, наносил удары в грудь молодому парню. Ракурс был выбран удачно: лицо убийцы не появилось ни разу, зато жертва была как на ладони — Као отчетливо различил гримасу боли и отчаяния. Неужели это так напугало Апа? Вряд ли. За годы своей деятельности он передал полиции десятки дел с уликами, среди которых были видео и более жёсткого содержания. Что же тогда?
Из задумчивости Као вывел резкий сигнал звонка. Оставив в сторону пустую миску, он взял телефон. Номер был незнакомым, и Као не спешил отвечать, не желая слушать очередной спам. Он уже собрался отключить вызов, как телефон затих, а через несколько секунд пришло сообщение: «Динь-динь, блять. Рука отвалится, если ответишь?»
— Дань-Динь?.. Что за… — пробормотал Као, уставившись на сообщение. Пока он думал, как бы ответить хаму, тот снова прислал сообщение — на это раз картинку с маленькой девочкой в зеленом платье и с крылышками за спиной. Девочка была явно зла и грозила кому-то (видимо, ему) крошечным кулачком. Рисунок казался смутно знакомым, но Као решил, что быстрее будет найти в Интернете, чем пытаться вспомнить.
Когда поиск выдал результаты, Као расхохотался.
Телефон зазвонил снова, и он тут же ответил.
— Что, такой великий и ужасный коп боится отвечать на незнакомые номер? — раздалось из телефона
— Что, у тебя безлимитная подписка на сарказм? — парировал Као.
— О, умеешь шутить? — не унимался Ап.
— А я удивлён, что ты разговариваешь со мной добровольно. Думал, тебе нужно пригрозить чем-нибудь, — не отставал Као.
— Ты не удивлён моему звонку.
— Я удивлён, что ты не взломал меня.
Као улыбался: ему нравился этот странны диалог.
— Зачем тратить силы, когда можно взять то, что плохо лежит? — Ап усмехнулся.
— Например?
— Твоя визитка.
— Любишь трофеи?
— Люблю простоту, — протянул Ап. — Ладно, к делу: во сколько мне завтра быть?
— Приезжай к восьми. Осилишь? — поддел его Као.
— Не развалюсь, — ответил Ап. — Ты посмотрел видео?
Као расслышал нотку неуверенности, с которой Ап задал вопрос, но решил не акцентировать на этом внимание.
— Как раз пересматриваю.
— Заметил что-то?
— Пока нет.
— Идиот… Как вы вообще собираетесь его ловить? — зло выпалил Ап.
— Ты что-то заметил?
— Смотри на предметы, а не на действия. Завтра поговорим, — вместо ответа выдал Ап и отключился. Као в недоумении посмотрел на экран телефона: что это значит — смотри на вещи, а не на действия?
Он снова запустил видео, задав невысокую скорость, и сосредоточился на вещах, старательно игнорируя действия преступника и предсмертную агонию жертвы. Вещи. Детали. Какое-то недостроенное здание, помещение огромное, но пустое. На заднем плане виднелся рисунок, но детали сложно разобрать: какой-то вроде бы зеленый остров, вода вокруг. Нож — удары наносились им, но оружие Као различить не мог. Что еще? На жертве была белая футболка с надписью «Tootles», выведенной по центру черной краской. Что это значит?
Као раз за разом задавал себе этот вопрос, запуская новый цикл видео, но, к собственному разочарованию, ничего больше не заметил.
