7
24 августа 2025 г., 18:09
Као проснулся от настойчивой телефонной трели. С трудом разлепив глаза, он посмотрел на стоявшие на тумбе часы: половина четвёртого. Поспал всего два часа.
Доставив Апа домой накануне, Као вернулся на место преступления, затем поехал в Бюро, чтобы заняться бумажными вопросами в ожидании хоть каких-то новостей от судмедэкспертов и криминалистов. Но к полуночи они так ничего и не сообщили, и Као отправил команду по домам.
Прекративший было трезвонить телефон снова разразился мелодией входящего звонка. Као со стоном встал с кровати и, озираясь, принялся искать его. Телефон обнаружился на кухонном столе возле мойки — видимо, Као бросил его туда, закончив разговаривать с отцом.
Как только он взял телефон в руки, вызов вновь прекратился. Прислонившись к столу, Као разблокировал телефон: три пропущенных (он не услышал первый?) и с десяток сообщений в LINE — всё это от Апа. Следователь уже собрался позвонить ему, как телефон снова ожил. Као хотел съязвить что-нибудь про то, что хакер соскучился и не может провести без него даже одну ночь, но собеседник не дал вставить и слова:
— Он снова это сделал, — выпалил Ап, едва Као успел приложить телефон к уху. — Снова прислал мне видео. Почтой, на флэшке.
Его голос дрожал, и Као отчетливо слышал в нем панические ноты. Сон испарился, словно его и не было.
— Ты смотрел? — спросил Као и тут же отругал себя за глупый вопрос: конечно, смотрел, как бы он узнал, что это видео от «мстителя».
— До самого конца, — ответил Ап.
— Ясно. Больше не смотри. Не трогай ни флешку, ни пакет — ничего из посылки. Я выезжаю, — выдал указания Као, параллельно пытаясь одеться.
— Хорошо, — едва слышно ответил Ап и отключился.
Мысленно похвалив себя за то, что не убрал вещи накануне, Као быстро собрался и выбежал из квартиры. От его дома до кондо, где проживал Ап, было около часа езды, но Као решил, что сейчас превышение скорости будет вполне оправдано. Обгоняя редкие машины на ночной дороге, он морально готовился к тому, что может быть на видео. Голос Апа звучал напряжённо и напугано — из-за того, что там было, или появления «мстителя» как такового? В прочем, это не имело значения. Апу было страшно, и задача Као — защитить его. Полицейский долг, только и всего.
Заехав на парковку, Као сообразил, что не знает, в какой квартире живет Ап. Тот словно читал его мысли, потому что в LINE пришло короткое сообщение: «Этаж 4, квартира 12». Не дожидаясь лифта, Као взлетел по ступенькам.
Ап уже ждал его у открытой двери. Као отметил его бледность и покрасневшие глаза. Взлохмаченный, явно уставший, в огромной футболке и штанах, он казался беззащитным, хрупким, слабым.
Ап его никак не поприветствовал, лишь жестом руки пригласил в квартиру и закрыл за ним дверь. Као быстро огляделся: небольшая, совмещённая с кухней гостиная выглядела опрятно, но как-то пусто, словно нежилая. Не было ни телевизора, ни фотографий или безделушек из путешествий, только диван, стеклянный журнальный столик и шкаф, забитый книгами. Кухонная зона тоже была чистой. Као готовился увидеть горы немытой посуды и остатки еды, как в стереотипных фильмах о хакерах, но ничего подобного не было.
Ап открыл дверь в другую комнату и пригласил Као. Служившая, видимо, спальней и рабочим кабинетом одновременно, она была просторнее. Большую часть занимал стол с тремя широкими мониторами, на стене висела широкоугольная плазма. Вдоль стены по левую сторону располагался открытый стеллаж, заполненный инструментами, комплектующими для компьютеров и чем-то, что Као не смог определить. Справа, у окна, стояла кровать, рассчитанная на одного, напротив — небольшой шкаф для одежды, рядом тумба с ночником. Шторы были плотно задвинуты, свет не горел, но свечения мониторов было достаточно, чтобы увидеть, что и в этой комнате был порядок — ни разбросанных вещей, ни кружек из-под чая или кофе, ни упаковок из-под снеков. Даже кровать была аккуратно заправлена, а вещи на стеллажах разложены и — Као обратил внимание — отмечены маленькими карточками с информацией.
— Что, не соответствует ожиданиям? — мрачно спросил Ап, усаживаясь в кресло и поджимая ноги.
— Немного, — не стал спорить Као и огляделся в поисках стула. Ап выкатил табурет на колёсиках из-под стола и жестом предложил ему сесть, затем вывел на центральный экран видео, но не запустил его.
— Ты не вызывал никого? — он повернулся к Као.
— Сначала посмотрим, что там. Как ты его получил?
Ап открыл ящик стоявшей под столом тумбы. В нем лежали резиновые перчатки и пластиковые пакеты с флэшкой и конвертом.
— Консьерж отдал мне, когда я пришел. Я сначала просто руками взял, а потом уже, когда решил открыть, надел перчатки на всякий случай. У меня всегда есть комплекты для работы. И пластиковые пакеты есть. Я проверил флэшку — она абсолютно чистая, не считая видео. Я его скопировал, флэшку убрал, — рассказал Ап, глядя на лежавшие в ящике предметы.
— Хорошо. Ты все правильно сделал, — как можно мягче похвалил Као, и Ап поднял на него глаза. — Теперь я должен посмотреть видео. Тебе не обязательно смотреть его со мной.
— Не хрустальный, — внезапно огрызнулся Ап и, повернувшись к экрану, запустил видео. Као решил промолчать и сосредоточился на кадрах.
Это послание отличалось от предыдущего. Первое видео было снято под углом, со стороны, начиналось и заканчивалось хаотично, обрывочной сценой убийства жертвы. Второе было другим: камера медленно отъехала назад, и в центре кадра оказался сидящий на стуле парень. Его руки были заведены назад — видимо, связаны. Ноги погружены в ёмкость, похожую на бадью. Угол съёмки не позволял увидеть, что там было. К бадье тянулись какие-то шнуры, заброшенные внутрь и уходящие дальше, за кадр. Помещение было странным — не совсем заброшенным, больше похожим на техническое. Стены чистые, никаких следов рисунков, никакого мусора.
Оглядев пространство, Као вновь перевел взгляд на жертву в центре кадра. Молодой парень, на вид не больше двадцати лет, в красной футболке без надписей. Штанов на нём не было, лишь черные боксеры. Рот заклеен лентой. Као обратил внимание на прическу: копна высветленных кудряшек. Нетипично для тайца, но чего сейчас не делают, чтобы выделиться?
Бывший все это время без сознания, юноша начал приходить в себя и, осознав, что связан, попытался выбраться — не получилось. Он попробовал вытащить ноги из ёмкости, но не смог. Скорее всего, они были как-то закреплены.
Внутри все неприятно сжалось в предчувствии чего-то ужасного.
Внезапно на видео раздался голос:
— Странные вещи происходят со всеми нами на нашем жизненном пути, и мы не сразу замечаем, что произошло.
Услышав голос, Као вздрогнул. Всё это время на видео не было ни единого звука, и Као решил, что Ап выключил колонки.
— Он наложил голос, — полушепотом пояснил Ап, не поворачиваясь.
На видео тем временем снова стало тихо. Юноша смотрел куда-то за камеру, его глаза расширились от ужаса, он заплакал и внезапно задергался, словно у него случился припадок. По выражению лица жертвы Као догадался, что он кричит.
Юноша извивался в течение нескольких минут, казавшихся вечностью. Као видел, как напряглись мышцы на ногах парня, как он дёргался, и осознание собственного бессилия и невозможности помочь едва не разрывало.
Наконец юноша обмяк. Его глаза были широко открыты, грудь не двигалась. Он был мёртв. До того, как видео остановилось, Као заметил поднимавшийся от бадьи пар.
Ап закрыл видео и повернулся к нему. В его глазах Као видел застывший ужас.
— Это Кудряш, — произнес наконец Ап. — Скорее всего.
— Ты его знаешь?
Ап покачал головой.
— Нет. Но его волосы, прическа… Это Кудряш, Потерянный мальчик. И футболка красная.
— Это что-то значит?
— В мультике у него была красная майка, — пояснил Ап.
Као устало выдохнул. Они только начали разбираться с первым телом, как у них появилось второе. Правда, местонахождение его было неизвестно.
— Ты узнал помещение? — спросил Као, потирая глаза.
— Нет. Оно ничем не примечательно. Зато цитату узнал. Это тоже из Барри, — ответил Ап.
— Ясно. — Као посмотрел на него. — Нужно отвезти улики в Бюро.
Ап кивнул и достал пакеты из ящика. Передав их Као, он положил сверху визитку.
— Я получил посылку около семьи. Консьерж меняется в восемь вечера. Дежурят сутки, каждые два дня. Здесь контакт того, кто отдал мне посылку. В фойе есть одна камера, направленная на офис консьержа. Я могу…
— Нет, — прервал Као, — взламывать не нужно. Мы запросим записи официально. Нам нужны законные улики.
Следователю показалось, что он видит внутреннюю борьбу Апа, но тот в конце концов кивнул.
— Я проверил это видео, технически в нём ничего интересного. Странно, что на этот раз он прислал флэшку. Разве что сетевой след сложно заметать, — задумчиво высказал Ап.
Као кивнул.
— Мне нужно ехать. Я могу оставить тебя одного?
— Не меня только что убили, — вяло отбился Ап.
Као пропустил этот выпад и направился к выходу, прихватив улики. У двери он повернулся к Апу:
— Постарайся поспать. Не смотри видео больше. Если не сможешь, то завтра не приезжай.
— Угу, — ответил Ап и, не прощаясь, закрыл за ним дверь.
Као спустился вниз, попутно позвонив Зуну, а затем и Чэпу. Первого он попросил организовать работу криминалистов, чтобы те были готовы принять улики, второго — запросить утром записи камер и допросить консьержа. Сам Као собирался переговорить с судмедэкспертами — пока он был у Апа, Фёст написал ему, что закончил вскрытие и по предварительным результатам готов отчитаться «хоть сейчас». Као ответил, что едет, готовясь к длинному рабочему дню.
