Верните Маринетт!

      Габриэль вскочил с места и помчался домой сразу же после того, как прямо посреди переговоров Натали позвонила ему. Несостоявшиеся партнёры успели сказать ему вслед что-то не самое приятное, но Габриэлю было уже все равно, из издания он буквально выбегал, отчаянно жалея, что в этот раз он не взял с собой свой талисман. Не захотят партнёры сотрудничать, значит, не захотят, найдутся и другие партнёры, а сын у него один.       Первым его встретил Саймон. Красный, как помидор, Саймон виновато топтался у входных дверей особняка не зная, куда себя деть. Молча одарив его коротким и острым взглядом, Габриэль поднялся к себе в кабинет, где его уже ожидала Натали. На самом деле у Саймон и не представлял себе, какой беды он только что избежал. Если бы Натали заранее не побеспокоилась убедить разъяренного Габриэля, что Саймон со своей стороны сделал все, что мог, чтобы спасти Эдриана, Габриэль тотчас бы уволил недалёкого громилу, а может быть даже и побил бы его. И не посмотрел бы ни на условия их контракта, ни на долгое время его безупречной службы в доме семьи Агрест. Но Саймон действительно был ни в чем не виноват. Заставлять его и Эдриана посещать туалет и ванную вместе было бы абсурдом, тогда Эдриан чего доброго сам сбежал бы из дома ещё раньше, чем его похитили. Саймон точно ни причем… А так хотелось выплеснуть злость хоть на кого-то! Сжав зубы до скрипа, Габриэль открыл дверь кабинета и мрачно кивнул в сторону коридора, пригласив Натали следовать за ним.       По дороге он отверг ее предложение выпить заранее приготовленные для него успокоительные капли. Спокоен он станет лишь когда Эдриан найдется, не раньше, глупые капли здесь не помогут. Его руки заметно дрожали, когда он открывал дверь в комнату сына. На пороге он остановился, стараясь успокоить нервы, и, взяв силу воли в кулак, вошёл в комнату, а вслед за ним зашла Натали. Она осторожно покосилась на Габриэля. Таким его она никогда ещё не видела. Бледный, с окаменевшим выражением лица. И почему-то подумала, что возможно, именно так он и выглядел, когда случилось несчастье с Эмили, приведшее к появлению на свет загадочного темного Бражника. Сейчас только она, Натали, находится рядом с ним. И она обязана сделать все, чтобы он наделал глупостей под влиянием эмоций, например, не разрушил особняк или вообще весь Париж. Потому что Эдриан, единственная нить, связывающая его с Эмили, для него значил многое. Но было и ещё кое-что во всем этом. Как бы не хотелось самой Натали сохранять рассудок холодным, у нее это не получалось. Она никогда не хотела Эдриану вреда и как могла заботилась о нем, впрочем, стараясь не слишком выходить из официальной роли. Только вот ее чувства к Эдриану давно уже были далеки от официоза. Пора признать очевидное, Агресты стали для нее семьей. А Эдриан — кем-то вроде любимого племянника, и она уже не сможет остаться равнодушной ко всему, что происходит внутри этой своеобразной семьи. Будет безумно жаль, если милый мальчик с большими зелёными глазами никогда больше не оживит уже видевший горе особняк своим солнечным характером. А что тогда станет с Габриэлем страшно и подумать…       Пока Натали стояла и плавала в своих мыслях Габриэль, напротив, быстро ходил туда и сюда по комнате, резко открывая и закрывая ящики и дверцы мебели, заглядывая и под мебель. Также он бегло пролистал какие-то молодежные журналы, любимые сыном, и заглянул в его портфель. Ничего не найдя подозрительного, он нахмурился ещё больше и приступил к осмотру ванной. Разломанная дверь, от которой осталась лишь половина, брошенное на край ванны полотенце. Скорее всего Эдриан даже не успел раздеться и понять, что произошло, как был унесен яркой вспышкой неизвестного вида энергии. Похищение было аккуратным, нигде ничего не разбито, все на своих местах. За исключением двери, но как пояснила Натали — это дело не похитителей, а Саймона.        — Габриэль, взгляните на это… — позвала его Натали, что-то доставая из папки.       Она протянула Габриэлю странного вида записку, густо украшенную витиеватым орнаментом и какими-то рисунками, похожими на гербы. На ломанном французском она извещала, что Эдриан Агрест приглашен на королевский прием, а по его окончании он вернётся в то же самое место, откуда был доставлен. И больше ничего, ни адреса, ни времени возвращения. Габриэль нервно усмехнулся. Какие ещё короли, какие ещё приемы! Слишком это было похоже на издевательство отъявленного психа. От этой жуткой догадки его пробила дрожь. На ватных ногах он подошёл к кровати, сел на нее и обхватил руками голову, до боли сжав виски. Теперь ожидать можно было всего, чего угодно, даже самого худшего. Псих с супер силами способен на всё и его действия не предугадать. Натали все-таки сунула ему в руку стакан с успокоительным и он машинально выпил содержимое, даже не заметив его вкуса.