Teach Me to Fight

К десяти утра Муза окончательно расправляется с огромной кучей. Она буквально ликует внутри, моя руки в амбаре и после раскладывая инструменты для сада на свои законные места. Через окно, выходящее на тренировочную площадку, фея видит окончание утреннего занятия специалистов. Она успевает незаметно промелькнуть на оружейный склад, чтобы взять два меча. Когда Муза решает подловить Сильву или парней, чтобы настойчиво попросить их тренировать ее еще раз, Кэт сообщает ей, что тренер уже ушел в Алфею. Муза чертыхается внутри, кляня себя за то, что упустила момент. Но когда она возвращается на задний двор и видит перед собой спины тех самых специалистов — Дэйна и Ривена, брюнетке выпадает второй шанс. На самом деле, злость на последнего помогла ей выполнить порученное задание так быстро. Каждый раз, когда она вспоминала его обидные словечки, она работала еще усиленнее, ненавидя Ривена, ситуацию в которой оказалась и вообще весь этот мир. — Что за… — вырывается у Ривена. — Неужели фея дерьма колдовала здесь ночью? Услышав только довольный тон его голоса, Муза сразу поежилась. Каждая его шутка усугубляла уже существующее отвращение к парню. Чем больше он препирался с ней, тем больше она хотела сравнять его эго с землей. — Не смей меня так больше называть, — пренебрежительно произносит она, подходя ближе. «Фея-калека, фея дерьма. Что еще он придумает? Учитывая то, что сейчас я даже не фея», — проносится в голове у девушки. — Это ты сделала? — удивляется Дэйн, указывая на убранные клумбы. Она улыбается в ответ. — Не хотелось давать лишний повод этому ворчуну, чтобы не тренировать меня, — говорит Муза, указывая рукой на Ривена. Тот усмехается, чувствуя, что вчерашняя злость все еще сидит в ней. Главная причина, по которой он здесь — это Сильва, который заметил его вчера вечером в колледже, а не на задании, которое он дал. Наставник пригрозил дать ему еще одно похожее, но уже персональное. Он действительно может быть занозой в заднице. Во-вторых, на тренировке Дэйн попытался объяснить ему, что Муза не такая уж и плохая девушка (он и сам прекрасно это знал, поэтому этот разговор выбесил его еще больше). Ну и последняя, совсем неочевидная причина — он здесь из-за малюсенького, совсем крошечного чувства вины перед феей. Ему не стоило вести себя с ней так грубо вчера. Но как еще, если она такая упрямая? — Я рад, что мне не придется грести дерьмо целый день, но тебя никто не будет тренировать, — заново твердит Ривен. — Отнести это обратно, — он указывает на мечи в ее руках. Муза приподнимает подбородок, будто знала, что он ей откажет. — Боишься, что тебя сразит девчонка? — парирует она. У Дэйна от удивления отвисает челюсть. Он слишком хорошо знает Ривена, который мог завестись через секунду, если с ним не согласны, да и вообще. И он завелся. Кажется, он существует без предохранителей для агрессии, остро реагируя на каждое высказывание в свой адрес. Ему противопоказано кидать вызовы, потому что он воспринимает каждый на свой счет. И именно в этот раз, Муза переходит границы. — Рив, — опоминается Дэйн, шагая ему навстречу, но он уже не настроен на диалог. — Нет, — Ривен выходит вперед, пожирая глазами Музу. «Что эта мелкая фея себя позволяет?» — думает он, протягивая руку к мечу. — Она хочет урок, она его получит. Муза, довольная тем, что добилась своего, пятиться назад, когда Дэйн закатывает глаза, мол, «снова одно и то же». Фея бежит в наступление и ее напарник мгновенно отражает атаку. Ривену не нужно много времени, чтобы найти слабые места. Учитывая то, что он и так их знает. Пропустив пару движений, отчасти ненавидя себя за это, он ударяет ее в живот, специально беря левее, чтобы было менее больно. Но это все-таки больно и Муза шумно вбирает воздух, кусая нижнюю губу. Дэйн обеспокоено закрывает ладонью лицо, отходя назад на пару метров. Ему абсолютно не нравится эта затея, потому что Ривен не на шутку разошелся. Он не дает ей возможности до конца расправить плечи, когда она пытается защититься спереди. — Мертва, — строго говорит Ривен, поднося меч к задней поверхности шеи, но не касаясь ее. — Еще раз. Злость охватывает Музу, когда она снова атакует. Этот раунд длится еще меньше, чем предыдущий. Буквально через два блока, Ривен приставляет меч к ее вздымающейся ключице, в миллиметрах от подбородка, и у феи замирает дыхание. Она знает, что он вне себя. Знает, что он опасен. При этом, ее тело будто отказывается чувствовать это. — Посмотри-ка. Снова мертва, — выпаливает он. — Еще раз. На этот раз, Ривен дает ей момент собраться. Муза наступает, маневрируя мечом и ловко уворачиваясь, поняв его стратегию. Она, хоть и хаотично, но верно режет воздух, следя за направлением рукоятки. У Ривена же это выходит точно, ведь его меч — продолжение руки. Несмотря на это, у Музы почти получается. Единственная ошибка — она снова забывает про свои слабые места, которые доступны противнику. И понимает она об этом слишком поздно. Ривен не шутит. Он использует свое тело, чтобы снова ударить фею в живот, в этот раз так сильно и грубо, что сбивает ее с ног, по пути выхватывая у нее оружие. Он отходит, когда по спине бежит холодок осознания, что он причинил ей боль нарочно. В ответ на это, его стальная логика твердит о том, что он все сделал правильно. Правда, сердце так не считает, отчего ему горько смотреть, как Муза сжалась внизу. Когда она упала на траву, волна боли охватила все ее тело. Из нее вырвалось резкое «ох», перед тем, как она закрыла глаза, схватившись за место удара. Сегодня ей точно придется просить у Терры обезболивающие или заживляющую мазь, потому что к вечеру на теле точно образуется гематома. Она открывает глаза и сразу пытается встать. — Почему ты такой ублюдок? — выплевывает она, приподнимаясь с опорой на одну сторону. Дэйн подбегает к Ривену, тревожно заглядывая в его лицо и блокируя жестом проход. Шатен все также холодно удерживает взгляд на Музе. В нем бушует коктейль из гнева, ненависти, непонимания, желания помочь и сделать как лучше, а также сожаления. Если бы вдруг Муза обрела свои силы сейчас, она бы сошла с ума от этой гремучей смеси. Но единственное, что думает она сейчас: «За что он ее так сильно ненавидит?» — В любую минуту нас могут вызвать на настоящую войну, — вспыхивает Ривен. — Специалисты это не просто люди с улицы! Мы выбраны. Мы тренируемся годами. И ты думаешь, что можешь придти и за пару дней стать специалистом? — его голос практически срывается на крик. — Это унизительно! Тебя могут ранить, Муза! Или еще хуже: убить! И это опасно не только для тебя, но и для других. Глаза феи на мокром месте. Она чувствует себя провинившимся ребенком, которого ругает злобный взрослый. Спустя 3 поражения и ноющую боль в животе, она ощущает полное опустошение и собственную никудышность. Ей хочется бросить все и больше никого не видеть. Особенно проклятого Ривена. — Так что валяй, играй в войнушку. Как будто у нас нет дел поважнее. Он грубо всучивает ей меч, практически задевая плечом, когда проходит мимо. К горлу подступает ком, который Муза еле сдерживает. Дэйн разочарованно кивает и уходит за приятелем, ничего не говоря. Муза могла бы упасть на колени и разрыдаться от усталости, если бы только не каждое движение, которое отдавалось болью в абдоминальной области. Даже делать вдох было больно. Она устала пытаться, устала натыкаться на неудачи, устала от того, что ее никто не понимает. Это официально стал второй самый худший день в ее жизни после смерти мамы. Муза чувствовала себя абсолютной никчемностью.

***

Как она и предполагала, вечером боль только усилилась. Флоры и Терры не было в общежитии, поэтому Музе пришлось идти в оранжерею, ведь там кузины проводили практически все свое свободное время. — Хей, — Муза зашла в зал, в котором горела лишь одна настольная лампа, а за столом сидела Терра. Она изучала книгу по мертвым растениям. — Хей, Муза, что-то случилось? — она нахмурилась, видя как ее соседка по комнате опирается на дверной косяк. — У тебя есть что-то типа заживляющей мази от синяков? — неуверенно произносит она. — Зачем тебе? Девушка в ответ приподнимает мягкий свитер, оголяя сине-фиолетовый космос над пупком в районе солнечного сплетения, переходящий градиентом в желтый на левом ребре. Ее лицо при этом становится совсем разбитым. — Боже правый! Терра вскакивает со стула, подходя к Музе, молча осматривает эту картину вблизи. Она поворачивает ее немного вбок, чтобы понять где конец гематомы. — Мне страшно спрашивать, но что с тобой случилось? — тихо говорит она, направляясь к полке с мазями. — Не очень хочу говорить об этом, — хрипло произносит Муза. — Как твоя подруга, я должна знать правду, — настаивает Терра. Муза выдыхает, взвешивая «за» и «против». И «против» перевешивает. — Упала с лестницы, — говорит она. — Муза. — Недостаточно правдоподобно? — шуточно удивляется фея разума. — Врезалась в стену. Дважды. — Я переживаю за тебя, — признается Терра. Муза знает, что если сейчас она расскажет, что с ней на самом деле случилось, то Терра начнет читать нотации насчет Ривена. Она его терпеть не может, поэтому любое упоминание, а особенно такое, выведет ее из себя. И это будет еще одна причина, которая расстроит Музу. Хотя сейчас они должны думать о Блум, потому что королева Луна приняла решение заключить ее в стазис, из которого подругам нужно было теперь ее вызволить. — Опять с наушниками, — подмечает она аксессуар на шее. — Как-то грустно стало, — пожимает плечами Муза. Фея разума мягко улыбается, когда подруга наносит ей мазь, покрывая марлей. Она не благодарила ее за все усилия, которые Терра тратила на нее ежедневно. И только сейчас Музе стало стыдно за это. Именно Терра вызвалась первой возвращать ее магию, устроила исследование по этому вопросу и составила ей расписание, хоть и не действующего, но все еще восстановления. — Спасибо тебе. За все. — Ты всегда можешь рассказать мне, — заботливо улыбается Терра, — Если тебе вдруг захочется поделиться. Я не давлю, нет. Но если вдруг… — Хорошо, — кивает Муза. — Заживет в течение 48 часов, — русоволосая накладывает последнюю марлю, аккуратно прижимая ее к коже. Муза решает подождать Терру, чтобы вернуться в комнату вместе. Фея земли рассказывает о том, как они с Флорой искали тело Даулинг и наткнулись на какое-то неживое растение, которое они сейчас пытаются изучить, потому что это может стать ключом в решении загадки исчезновения директрисы. Муза лениво качает ногами, которые свисают с больничной кушетки. — Ривен? — удивляется Терра. Сердце Музы пропускает удар. Она нарочно продолжает смотреть на свои ноги, когда ее щеки отчего-то становятся алыми. Девушка списывает это на переизбыток эмоций и даже на остаток дневной агрессии. — У вас тут все в порядке? — спрашивает он. — Да, — отмахивается Терра. — Муза неудачно «упала с лестницы» или «дважды врезалась в стену», а я изучаю мертвые растения, — хмурится Терра, беря в воздушные кавычки ложь Музы. Она ненавидит подругу за чрезмерную открытость. Необязательно всем знать об ее падении. Особенно тому человеку, который ее и столкнул. — Ты не могла бы дать нам минутку? — негромко произносит Ривен. Терра резко закрывает книгу, подозрительно разглядывая их двоих. — Я знаю, здесь явно что-то не так, — говорит она, направляясь к выходу. Перед этим она внимательно посмотрела на лицо Ривена, видимо пытаясь найти ответ в том, что случилось с Музой или хотя бы уловить связь между его приходом и ее ушибом. Но он лишь мило улыбнулся ей в ответ. Когда дверь закрывается, специалист садится на противоположный край матраса. И даже когда он максимально далеко, Ривен чувствует, что Муза еще больше сдвинулась в сторону. — Что слушаешь? — осторожно начинает он. Тяжело поверить в то, что это тот же самый человек, который несколько часов назад почти что избил ее. Конечно же, в рамках тренировочного боя. Муза не знает как на это ответить, ведь в наушниках тишина. И она не хочет разговаривать с ним, поэтому молчит и продолжает смотреть вниз. — Сильно больно? — он задает еще один вопрос, и на этот раз она поднимает на него укоризненный взгляд. «Ну конечно, блять, больно! Я хочу плакать, то ли от физической боли, то ли от ментальной. Меня тошнит. Мне хочется помереть от происходящего вокруг. Меня мучают кошмары, сегодня я гребла дерьмо пять часов подряд, после чего ты меня уделал, а после этого всего мою подругу отправили в волшебную тюрьму, хотя она ни в чем не виновата. Я не знаю, что мне делать. Я не знаю, что будет дальше. И зачем ты вообще пришел? От тебя все в миллион раз хуже! Хотя уже хуже некуда!» Она кивает. — Я знаю, что ты хотел меня проучить. У тебя это вышло, — угрюмо произносит Муза. — Если это все, то уходи, пожалуйста. Ривен поворачивается к ней но не двигается вперед, потому что не хочет напугать фею. Он собирается со словами, пытаясь не поддаться путанице в голове. — Я перегнул сегодня, — говорит он. — Да уж! — Муза вскидывает брови. — Мне жаль. Девушка с удивлением поворачивается в его сторону. Может, ей послышалось? — Все, что я сказал тогда это правда. Муза, это очень опасно. Становиться специалистом — не лучшая затея, а становиться специалистом прямо сейчас — тем более, — качает головой он. — Я не понимаю тебя. Ты буквально пережила смерть в волшебном мире, отдав часть себя — свою магию. И сейчас ты хочешь отдать последнее что у тебя есть. Это абсурд! Муза разочарованно разводит руками. — Мне жаль, что ты не можешь понять меня. Но кое-кто сказал мне, что это моя жизнь. И мне решать, как именно ее жить, — устало отвечает она. Несколько минут они сидят в тишине, когда флуоресцентные растения вокруг загораются неоном с наступлением темноты. — Красивые, правда? — улыбается она. — Лиловый цветок в точности как ты, — еле слышно говорит Ривен, словно завороженный. Внутри Музы все переворачивается. Ее кидает в жар, когда она смотрит на него. Взгляд юноши наполнен мягкостью и… заботой? Ему хочется убрать выбившуюся прядь феи за ухо, но он останавливает себя на полпути, когда в оранжерею возвращается Терра, прерывая этот хрупкий момент, от чего они сразу отворачиваются друг от друга и смущаются. В ушах Музы шумит кровь, она не слышит, что именно так рьяно объявляет Терра. Ривен же прочищает горло, будто его застукали голым. Хотя если бы его на самом деле застукали голым, он бы абсолютно не смутился. Он бы еще пошутил и поставил в неловкое положение того, кто его застал. — Звонила Флора. Кажется, у нее что-то получилось! — радостно оповещает Терра. Муза кивает ей, мгновенно подлетая с кровати. — Значит, нам стоит идти, — невозмутимо говорит она, следуя за подругой. Терра начинает рассказывать что-то об использовании кристалла для конвергенции, но в голове у Музы совершенно другое. После того, как она выходит из оранжереи, она не может не обернуться на парня, все еще сидящего на кровати. Через прямоугольную стеклянную вставку, она видит его внимательный взгляд. — Ночи, Рив, — губами произносит Муза, встречая его улыбку, после чего сразу же оборачивается и бежит за Террой, бросая: «Конечно, я слушаю!»