Начальниками не рождаются

***

Рой в ужасе не мог шелохнуться томительно долгие доли мгновения. Тяжело дышащий после громких воплей светловолосый мужчина в зеркале заднего вида шевельнулся, кажется, собираясь куда-то идти, и Рой резко открыл дверцу машины. — Стой! — рявкнул он. — Кого ещё нелёгкая?.. — прохрипел мужчина, замерший перед полицейским участком. Рой выскочил из машины и в горячечном темпе метнулся к малознакомому типу, не сбавляя скорости влетел в него, метя кулаком в лицо. По правде, Кингс никогда толком не дрался. Его как-то избили в школе на заднем дворе, разок пытался вступиться за девчонку — в колледже, но... на этом и всё. Ему хотелось сделать этому незнакомцу настолько больно, насколько это вообще было возможно, но при этом был какой-то странный, подкашивающий ноги страх ударить человека. Коснуться кого-то постороннего. ... Рой в ужасе ощутил, как под костяшками его пальцев при столкновении с чужим лицом что-то хрустнуло... Светловолосый, получив средней тяжести удар в лицо, отшатнулся и, схватившись за нос, снова повернулся к Кингсу. По губам и подбородку бежала кровь. Джон выругался, чуть запрокинув голову, и неуверенно отшатнулся-отшагнул, будто голова от удара немного кружилась. Рой с испугом отметил, что, похоже, сломал мужчине нос. Впрочем, странновато улыбнувшись, мужчина напротив вгрызся в Кингса чуть пугающе поблескивающим взглядом, будто ожидая, что же Рой будет делать дальше. Боль в руке проснулась только спустя какие-то время, нарастая волнами, но Кингс постарался не выдать ни испуга, ни боли в ушибленном кулаке, который он так и не смог разжать. — Вы ведь любили друг друга! Вы были вместе, спали вместе, улыбались друг другу, обнимали... дарили подарки, наверное же, поздравляли с Рождеством! Как ты мог?! Как ты мог его так предать? И как ты мог ударить Айзека? Как вообще можно поднять руку на того, кто настолько тебе дорог?! — Пф... кха-ха-ха... любили, говоришь? Я уже даже не буду спрашивать, откуда ты тут взялся, мистер "директор" — ты, походу, тот ещё сталкер — но это точно не любовь. Что вообще такое эта ваша любовь?! Мы трахались и ели вместе. Я частенько ночевал с ним. Если тебе — сталкеру — интересно, это было круто, в постели Айз — топ. Но при чём тут любовь? — Ч... чего? В смысле — при чём? — Открою тебе секрет, отсталый ты наш. Чтобы кому-то вставить, совсем не обязательно "влюбляться". Любовь — это бред безумца, пережиток средних веков. Что это вообще? Зачем так запариваться? — Что это, спрашиваешь? Ты её только что потерял. У тебя был шанс увидеть её, попробовать, но ты сам себя лишил этой возможности. Когда изменил Айзеку. Когда предал его доверие. Когда ударил его только что — его, человека, который, после всего, заплатил залог, чтобы тебя выпустили... — Что? Какой же бред. Где — Айз, а где — эта твоя "любовь"? Да вы оба — просто хрестоматийные идиоты! Хотя, знаешь? Я удивлён, — Джон сделал короткую картинную паузу и потом издевательски повёл, — "директор". Когда я увидел тебя под вашим офисом, был абсолютно уверен, что ты — натурал. Рой вспыхнул. — Конечно же я!.. — начал Кингс, но запнулся о воспоминание поцелуя с Айзеком, крошечными колюче-морозными пяточками просеменившего вдоль хребта к пояснице. — Ой-ёй... как интересненько. — мужчина сделал шаг к Рою, вызывающе заглядывая тому в глаза. На фоне общего состояния и кровавого следа на губах и подбородке мужчины, это выглядело по-маньячески пугающе. — Неужели это Айз растопил твоё сердечко? Может, ты хочешь попробовать что-нибудь? Убедиться в том, не нравятся ли тебе мужчины? У меня внезапно появилось немножко свободного времени, могу... скажем, провести для тебя — неопытного такого — ... кхэм, "экскурсию". — Чего?! Да ты больной! — Рой, распахнув от услышанного глаза и чуть приоткрыв рот, отшатнулся, даже не сразу найдя слова. — А что? Мне на сегодня отказали — вечер у меня не занят, ты, как я понял, тоже вполне свободен, с Айзеком ещё не мутишь, в своей ориентации не уверен... с мужиками не пробовал... — испытующе вглядываясь в лицо Кингсу среди прочего вставил Джон. И, увидев реакцию на лице Роя, ухмыльнулся, — О-па, угадал. А я ещё и всякие особые штучки в постели показать могу, которые Айзу нравятся. — тонкие пальцы сжали узелок галстука, который Рой одел сегодня вынуждено, опасаясь одной очень важной встречи — которая отменилась ещё до обеда, — и чуть навязчиво потянули его вперёд — к омерзительному в поведении, но довольно красивому мужчине — даже не смотря на разбитое лицо. "Так Айзеку нравятся... такие парни?" — мелькнуло где-то на краю мыслей. — Какого?! — Сбросив едва заметное, короткое замешательство, Директор YourWay вырвал свой галстук из проворных сильных пальцев. — Ручонки свои грязные держи при себе. Если думаешь таким образом досадить Митчу, то остынь — мы с ним не в таких отношениях, чтобы это его задело. Вообще, я бы настоятельно рекомендовал тебе ко мне не лезть. Не уважаю мужчин, не способных держать свой член в штанах. — припечатал Кингс, надеясь, что о плагиате своих фразочек Митч не узнает, и развернулся к машине. Но, сделав один шаг, притормозил, бросив. — Ах, да. Держись подальше от моих сотрудников, Джон. — на манер его "директора" перекривил Кингс и, сев за руль, дал по газам. Мужчину трясло — не спасало даже сжать до побелевших костяшек пальцы на тугом прорезиненной пластике машинного руля. "Айзек... куда мог убежать Айзек? Он поехал домой? Успел ли на травм?.." Рой медленно ехал по городской дороге в ту сторону, куда убежал его подопечный, оглядывая улицу, и в этот момент его мысли растворились в темноте и осыпались мелкой крошкой. Айзек стоял у стены какого-то безымянного кирпичного здания со сбитой в кровь рукой и, опираясь спиной на эту стену чуть задрав голову к небу, молча плакал. Рой проглотил комок в горле. Он точно должен что-то сделать. Скула на лице его подчинённого покраснела, чуть припухла и кровоточила. Нужно обработать эту его... Рой вздрогнул, когда на середине его текущей мысли Айзек, пряча-вытирая глаза в рукав куртки, оттолкнулся от стены дома и чуть растерянно пошёл вдоль улицы к единственному открытому тут заведению. Огромные окна-витрины в пол, небольшой зал с парой столиков и стойкой. Кажется, это место днём является кофейней, но, похоже, тут можно и перекусить. Рядом с вывеской красовалось в стиле самой вывески "24/7". "А дизайнер неплох. Вполне круто сделано. Шрифт авторский, что ли? Не встречал такого на стоках. Не удивлён, что Митч решил сюда зайти. Вкус не пропьёшь!" — внутренний голос будто попытался приободрить Роя, чуть разогнав драму, но тут же, будто смутившись собственной бестактности от досадливо цокнувшего языком на самого себя Кингса, поправился, — "Хотя, мне кажется, сейчас ему, конечно же, абсолютно плевать." Пока Кингса кидало к рабочим моментам в виду стресса, шока и внезапно полезшей наружу проф. деформации, Айзек зашёл в кафе-бар и заказал что-то явно алкогольное.

***

... Рой чувствовал себя идиотом. Он сидел в машине, вяло пыхтевшей под ним на холостом ходу, — чтобы не разрядился аккумулятор и не отрубился кондиционер: всё-таки на улице далеко не лето — уже с полтора часа, а Митч пил почти в полном одиночестве — посетителей в кафешке не было, только бариста/бармен подливал ему на очередной — беззвучный из-за витрины и машинного стекла — щелчок пальцев. Минуты тянулись, а Кингс всё не мог решиться зайти в эту кафешку. Казалось, он бы всю ночь сидел так и смотрел в спину своему коллеге, если бы того не качнуло на стуле, а бармен не начал бы что-то недовольно ворчать на упившегося посетителя. "Да он так сейчас допьется!" — мелькнуло обеспокоенно в голове Роя, и мужчина, покинув машину и поставив её на сигналку, быстро зашёл в заведение. — Айзек, тебе уже хватит, наверное? — даже для самого себя неожиданно мягко спросил Рой. Мужчина обернулся, не вставая с барного стула, не способный сфокусировать взгляд на ком-то, назвавшем его по имени. — Ты кто? — забавно заплетавшимся языком спросили его в ответ. — Кто-кто? Начальник я твой. — А... опять шутишь, Валь? Н-да, я упился. Ага. Давно так не пил. Не ругай, ладно? — Ладно, не буду. Если всё мне расскажешь. — было ощущение, что Рой хватается за соломинку. Он и сам себе не мог объяснить, почему не оспорил присвоенную ему внезапно должность "Вали". — Давай сядем вон за тот стол, не будем смущать сотрудников, и поговорим. — мягко сказал Кингс, сам не понимая, чего он добивается. На этой реплике Рой подошёл к Митчу на всякий случай — подстраховать. — Валь... он — конченый мудак! В тот раз ты правильно всё мне... в общем, всё ты про него верно говоришь! Зря я не послушал тебя. Три года! Три года жизни! И ведь я, чёрт меня побери, был так счастлив! — всхлипнул мужчина и даже не спустившись — рухнув с высокого барного стула, громко ухнув по деревянному полу пятками, повис на Рое, сгреб своего начальника в объятьях, прижимаясь к его шее разгоряченной щекой. — Тихо-тихо, давай-ка присядем. — повторил Рой, испугано округлив глаза, после — немного сориентировавшись, подмигнув бармену и одними губами сказал "два зелёных чая, пожалуйста". — Валь! Ты — лучший друг — самый лучший! Надёжный человек, фиг кого ещё такого найдешь! Если бы не ты, я бы, наверное, тут упился бы и сдох. Знаешь? Я ведь пытался. Пытался со всем этим справиться. Хотел сказать "в одиночку", но ты ведь и денег мне подкидываешь, так что нифига не в одиночку. Но хотя бы своими силами — в какой-то мере. Просто пока ты, сделав ручкой, живёшь за границей — на этой своей учёбе — да-да, помню, что это не учеба, "выставки", "семинары", "конференция" — вот на этой всей умной мути, — я... остался один. И хотел справиться. Сам. Знаю, что я младше, и ты за мной вечно подтираешь, как мамочка — прости за это. Мне, правда, очень стыдно. А тут... я хотел попробовать затащить. Хотя бы так — со звонками, с твоей поддержкой. Просто, понимаешь, когда батя сдох — всё по кругу какие-то проблемы... ну, с его похоронами вся эта история ж ещё. Знаю, что ты злишься на него до сих пор за тот случай, когда он топором чуть не проломил мне голову по белочке в злосчастной загородной поездке. Но это ж болезнь, понимаешь? Я сам на него злюсь, но не могу винить. Он... был не в себе, что ли? Не был самим собой. Не злись на него. — Рой, от очередной внезапной порции шокирующих подробностей забывая дышать, усадил висящего на его шее мужчину на один из стульев, проследив, чтобы Айзек с этого стула не свалился. — В общем, честно? Никогда тебе не говорил, но... но, знаешь? Мне так обидно, что даже перед смертью он не сказал, что любит меня. Не сказал, что гордится мной! Какой же я кретин, если до последнего ждал одобрения обыкновенного мерзкого алкаша! А он всё говорил, что я — ошибка, раз родился таким. Понимаешь? Нет, я не завидую тебе — ты правда... ну, просто ахереть. Я на тебя прям ровняюсь. Ты для меня как эталон, пример, гордость — что-то вроде. Но ведь с ним даже не в достижениях вопрос был! Ведь он даже не на успешность смотрел! Просто потому что... потому что гей. И всё. На личность плевать — на собственного сына! Даже в самом конце! — Рой, не находя слов, покусывая пересохшие губы, утешающе погладил Митча по спине.— Но это такое. Да, я ж уже давно смирился, что уж. Этот ублюдок сам виноват, что бухал, и что так поступил со своей семьёй. Сам. — Так ты из-за отца напился? — Ч... чего? — Это ведь всё Джон виноват. Слушай, он — тот ещё выбдядок, судя по всему. Знаю, что это сложно, но постарайся выкинуть его из головы... — Айзек, всхлипнув, уронил голову на сложенные на столе руки, сдерживая рыдания. — Ну ты чего? Эй, слышишь? Он просто тебя недостоин. — Целовал меня в кончик носа каждое утро, если просыпался раньше. — загундосил Айзек куда-то в рукав своей куртки, всхлипывая. — Варил кофе — ради меня научился делать фильтр, стал разбираться в марках и сортах, выучил мои любимые кофейные магазинчики, где я покупал молотый кофе. Знал даже, какой я помол предпочитаю. Так, чтобы в фильтре при заварке такая пышная золотистая пеночка была, знаешь? Я тебе всякий раз такой завариваю. Сама пенка, конечно, в фильтре остаётся, но аромат-то потом какой! Хвалил мои завтраки — даже когда там были почти одни только овощи. А ведь он ненавидел овощи! Он был таким теплым, слушал мои истории про работу, хотя в макетах, дизайне, вот этом всём вообще не понимает. Я вечно заставлял его ходить в магазины и подбирал ему шмотки. Сам он не то, чтобы в этом особенно крут, хотя с тем, что он — модель и вокалист, ему часто подбирал вещи его стилист. Но если он выбирал сам, это был тихий ужас! А какой у него голос! А руки! Пальцы!.. благодаря ему я снова стал писать маслом — спустя столько лет после универа... зная, что у меня бывают кошмары, он брал меня спящего за руку — даже когда мы ссорились — я сквозь сон это отчётливо помню. Брал за руку и держал, пока страшный сон не закончится, чтобы мне было во сне не так стрёмно. Или когда хватал сонный паралич. Ты наверняка помнишь, как это выглядит в моём случае. Я к чему? Казалось, он заботился обо мне — я ведь не просто так тебе не верил! Не кому-то. Тебе! Чёрт, впредь, если ты парня не одобришь — пошлю его к чёрту лысому! Как бы он мне ни нравился — пошлю! Зуб даю... — Но что он сделал с той историей в Cat's Design? Он хоть вступился за тебя? — Когда мой лид попытался меня изнасиловать в туалете? Его ж там не было. Ну а потом, после всего — что он сделает? Сказал, что он рад, что всё обошлось... — Попытался ЧТО?.. Твой Лид? Вот так — ни с того, ни с сего? — Нет, он и до этого приставал ко мне. Я же тебе, вроде, рассказывал. Просто я как-то не подумал, что он зайдёт так далеко. Рою было непросто разобрать все слова Айзека — тот, конечно, говорил законченными предложениями, истории были связными, но вот дикция... уф. — Если в твоей новой конторе что-то такое будет — ни в коем случае не доводи до подобного, сразу говори... — "подожди-ка. Он же думает, что я — какая-то там Валя, верно?" — сразу говори директору. Или мне. Хорошо? — Ха-ха. Директору, говоришь? — на эти слова Айзека Рой обиженно поджал губы, понимая, что после прошедшей субботы не в праве такое советовать новичку. Интересно, Митч и о том случае рассказал Вале? Но даже с этим — даже с оглядкой на его вину за тот случай, Рою всё равно было обидно — до зубовного скрипа — за этот чуть саркастично-насмешливый тон. А Айзек тем временем продолжал, — После всего, что я тебе про него рассказывал? Думаешь, раз он строгой, то такого не допустит?.. в этом есть смысл. Директор Кингс странный. Но, знаешь? Он, вроде бы, не настолько стрёмный, как казался. Недавно помог мне. Его отношение и поведение со мной меняется так быстро, что это даже слегка пугает. Хотя, может, просто у него самого что-то случилось? — услышав эти слова Митча Рой прервался на полувдохе. И это после всех закидонов, всего дерьма, что успело произойти между ними за какие-то две-три недели? Не хотелось признавать, но при всей омерзительности Джона, в одном он был прав: Айзек пугающе наивен и доверчив. Что было весьма странно — с оглядкой на его непростую историю. Обычно люди становятся озлобленными и теряют последние крохи доверия к окружающим после первого жёсткого предательства. Но не Айзек. "Я с ним точно ни за что так не поступлю!" — твердо заявил себе Рой, не вполне понимая, в чём именно "так" себя не будет вести с Митчем. Айзек же, тем временем, переключил фокус своего внимания, — А Джон — мудак! Зная, что именно этот чел ко мне лез, приволок его в нашу квартиру и... прям на нашей кровати... чувствую себя таким грязным и мерзким от этого. От причастности к этой истории. От того, какой я есть. — Когда ты понял впервые, что тебе нравятся парни? — Ты же в курсе, я всегда таким был. Неужели так легко забылись все твои попытки меня сгноить за это в средней школе? — Прости. — искренне извинился Рой. "Валя" извинялась перед Айзеком за старые обиды, причиненные Митчу ещё в детстве, а Кингс... он извинялся за своё — нагло пользуясь случаем. За то, что поднял больную тему. И за прошедшую субботу. И ведь Айзек уже говорил о том, что "остро реагирует на подобное", когда просил Кингса вести себя адекватно! Тц. — Да не парься, мы ж это обсуждали уже. К тому же, мы были детьми, я отличался и был странным. Понимаю тебя. И я чертовски рад, что у тебя получилось меня принять. Спасибо, Валь. Так рад, что у меня есть кто-то такой близкий. Больше-то, почитай, никого и нет. Рой сжал кулаки. Обычно такой пассивно-агрессивный, сдержанный и хмурый, с Айзеком он так глубоко переживал и волновался! Этот новенький разжигал в нём такое волнение, азарт, беспокойство, сопереживание, такой безумный интерес! Из-за Айзека Кингсу всегда — постоянно! — чего-то хотелось: работать над собой, улучшать дизайны, навыки, свою фирму, узнавать новое и учиться. Хотелось узнать получше и самого Айзека Митча, засыпать мужчину вопросами: как и на каких материалах он учился, есть ли у него идеи собственных проектов, какие книги он читает, музыку — слушает? Откуда в парне такая любовь к минимализму и порядку в доме, что за истории с кофе и какой, в конце-то концов, сорт ему нравится?.. ... и почему его до сих пор не раскусили? Положим, он уже почти спит и глаза от промилле в крови на Рое сфокусировать уже не судьба. Но почему Айзека не смущает, что его "Валя" говорит мужским голосом? Не сказать, конечно, чтобы у Роя был бас — голос у директора YourWay был довольно высокий, но чтобы его можно было спутать с женским?.. Рой смущённо прокашлялся, ощупав горло. Может, голос сел или ещё что? Или стал выше из-за волнения? Стресса сегодня выпало на долю директора аутсорсинговой фирмы выше крыши. Массируя переносицу, мужчина чуть устало вздохнул: — Может, отвезти тебя домой?

***

Не обращая особого внимания на вялые протесты Митча, Рой, заплатив по счету в кафешке, почти на себе потащил пьянчужку в свою машину. — Я ещё не всё. Пить, пока грустно! Мне ещё очень грустно, очень! Плевать на всё, я лишний в этом мире, сколько бы ни пытался всё наладить, нихера не выходит! Народ парится намного меньше, и куда успешнее по итогу! Мне просто не дано, отец был прав, я — ошибка! Дай мне выпить, Валя! Ты меня не удержишь!!! — Остынь, "ошибка". Сложно представить, что такое "успех" в твоём понимании, если ты не считаешь себя успешным. Мы зайдём в аптеку и сразу двинем к тебе. — Ну, ты вот — отличный пример успеха. Международные выставки, слава. Куда уж круче? Мне до тебя... очень далеко. "Да кто такая эта "Валя"?! Что за выставки?" — Ты там не зевай, Айзек. Лучше под ноги смотри хоть чутка. Круглосуточная аптека, несчастного Айзека оставили постоять на свежем воздухе у входа. Пара минут на кассе с фармацевтом и он подобрал успевшего задремать прям стоя Митча, опять усадив его в машину, после — чуть не превышая ограничения по скорости на дороге, — домчал к дому Айзека. — Ключ от квартиры дай? — негромко попросил-потребовал Кингс, на что Айзек сонно протянул ему свои ключи. — А твой где? С собой нет? Как всегда — рассеянный с улицы Басейнной?.. — промямлил Митч, жуя губы, не просыпаясь. "Кто для него такая эта Валя, что у неё есть ключи от квартиры Айзека? Кому он может доверять аж настолько? Если подумать, ключи от моего дома есть только у сестры. Хотя мы и живём вместе, так что это и её дом... впрочем, многое люди намного лучше доверяют друзьям. К тому же, Айзек говорил, что они дружат ещё со школы." — с нескрываемым любопытством пробухтел его внутренний голос. Рой почти что занёс пьяного Айзека в его квартиру, радуясь рабочему лифту. Мужчина прилично запыхался и взмок. Стянув с несчастного горе-Ромео ботинки, уличные штаны, носки, куртку и кофту — в оставшихся на пострадавшем и перепившем трусах и футболке — разместил заразительно сопящую личность на единственной тут кровати, абсолютно выжатым лимоном плюхнувшись рядом — прямо на до боли чистый пол. — Ну, Айзек Митч! Да чтоб я ещё хоть кого из своих подчинённых так по домам после пьянок развозил! — проверив свой телефон и увидев смс от Трэда, Рой с облегчением вздохнул. "Всё закрыл, всех по домам разогнал. Паблишеры хотят встретится в ближайшую среду, на 18 часов. Проверил твоё расписание, особых планов там не было, так что на встречу я согласился. Хороших выходных, Кингс" — Ну, хотя бы на работе порядок. Ладно, что ж. Теперь твои боевые ранения, Митч. — Рой зашёл в ванную, качественно вымыл руки — правая рука разжималась с трудом, после — сходил в прихожую, принёс пакетик из аптеки. Сунувшись внутрь, Кингс ойкнул, задев ушибленную при ударе по чужой наглой морде руку, и сперва залил её всякими жидкостями из пакета, наспех затянув белым стирильным бинтом, найденным там же, после — уже куда более основательно и аккуратно перекисью, хлоргексидином и зелёнкой обработал повреждения на руке и скуле несчастного пьяного спящего потерпевшего. Всё-таки Айзек — патологический педант, и хорошо бы, чтобы потуги Роя не выглядели слишком кустарными. Не хватало довести несчастного до сердечного приступа кошмарно неаккуратными бинтами и пластырями.

***

В итоге, со всеми приключениями и потрясениями, за оказанием первой помощи и прочими хлопотами, Рой добрался к себе домой ближе к двум ночи — запоздало уже в дороге вспомнив, что обещал сестре купить кило мороженого за спор о новичке. Его младшая сестрёнка была уверена, что со всем, что творит его новенький, у того выйдет "перевоспитать" Роя или, как минимум, пошатнуть его чрезмерную самоуверенность. В принципе, теперь Рой даже не думал препираться с ней. Тут она сделала его в сухую. Купив кило белого мороженого с ягодным джемом — и надеясь, что ему тоже хоть немного перепадёт, хотя его сестрёнка могла бы брать премии за скоростное поедание мороженого на областных соревнованиях как минимум — он примчался домой, радуясь, что машины не устают. Стикер с кривой надписью от руки первым попавшимся маркером с блестками "твоя взяла" — на морозилку, покупку — внутрь и... спать. Каждая неделя на работе с этим новеньким была всё тяжелее и тяжелее. Как странно, но даже с оглядкой на это, Рой ни о чём не жалел.

***

Утро для привыкшего вставать часов в восемь Роя началось внезапно в полдень. Мужчина, увидев время на часах, подскочил с кровати, как ошпаренный, и метнулся в ванную. Не успел Кингс полностью напенить подбородок, как дверь приоткрылась и в проёме нарисовалась темноволосая задорного вида девушка, хитро улыбаясь: — Ой-ой, кто это признал поражение? — в руках у неё было уже не совсем полное ведёрко и ложка с воздушной белой морозной массой. — Хорош паясничать! — шикнул Рой на сестру. — Видишь, я опаздываю! — И куда это, позволь спросить? Оо... неужели на обед с твоим новичком? Всё-таки, решил извиниться перед ним? — Я облажался на корпоративе. И потом повёл себя как последний скот. Извиниться — единственно верное в моей ситуации. — А ты и правда изменился, Рой. Приятно видеть тебя... повзрослевшим. — Тебя не спросил, мелкая! — Ох-хо, как раз-таки спросил — и даже послушался. — самодовольство из девушки сочилось ощутимое почти буквально на вкус. — Какой он, расскажи? Признайся, он красавчик? Наверняка у него невероятно милая улыбочка, правда? И сердечко моего братишки от одного только вида этой улыбочки так и заходится! Правда-правда? Я по твоей шокированной моське вижу, что правда! Не теряй времени! Таких заек нужно брать тёпленькими, нахрапом! Завладей его сердцем, укради его и будьте счастливы вместе! Мой глупый братишка, конечно, дурак, но добрый и заботливый — наверняка сделает этого загадочного "новичка" счастливым! — на эти её восторженные писки Рой при упоминании "милой улыбки" и "заходящегося сердечка" испуганно схватил ртом воздух, моментально припоминая солнечное "Hi!" Айзека. Так, её полёт фантазии нужно срочно пресекать: — Хватит приплетать сюда свои нездоровые идеи и азиатские сериалы! — фыркнул Кингс на сестру и, окончив к этому времени бриться, пулей вылетел из ванной комнаты, деликатно отстранив девушку от прохода. Он торопливо нашарил в домашних штанах телефон, в два клика залез в телефонную книгу и набрал почти на память теперь знакомый ему номер. Он прождал больше четырёх гудков, прежде чем... — Д-да?.. — Айзек? — Ох... Директор Кингс? Я... я помню, что Вы просили относиться к этому серьёзнее, но я... кажется, я сильно простыл. Извините, пожалуйста. Сегодня не получится. — Я понял. Подъеду к тебе. Буду где-то через минут сорок. Не вставай с кровати. Я прихвачу с собой каких-то лекарств. — Нет! Что Вы, не нужно! — Айзек, это я вчера бросил тебя на этот твой "трамвай" и не подвез. Так и знал, что нужно подкинуть! Ты — тот ещё упёртый баран! Наверняка в этом причина — ты перемерз или трамвая долго не было и ты простыл. Так что просто полежи немного. Я скоро подъеду. — и сбросится. Плечо Роя обвили тонкие и цепкие женские ручки и ему в глаза пытливо заглянули огромные очаровательные глазки, пугающе блестящие энтузиазмом: — Вчера было что-то интересное? — Кингс постарался отстраниться, но его сжали только ещё крепче — почти до хруста. — Рой! Так не честно! Я хочу подробностей! Расскажи мне всё, каждую мелочь! Мой романтический радар ещё никогда не подводил! Тут точно что-то супер-интересное! Я же чувствую! — запротестовала девушка, но Кингс, натянув уличные джинсы и клюнув её на прощанье в щёчку, бросил: "угомонись, извращенка" и торопливо сбежал из квартиры на ходу набрасывая куртку и обматываясь шарфом.

***

На улице была глубокая осень, но день казался пронзительно свежим и светлым, а не давяще мрачным — даже с тем, как всё небо было затянуто светло-серыми тучами. Место в ресторане и меню он забронировал и оплатил ещё вчера по смартфону, пока они с Айзеком ехали вносить залог, и теперь Кингс торопливо перебирал в голове разные варианты. Придя к какому-то определенному выбору, он кивнул себе и снова достал телефон. — Трэд? Прости, что так внезапно. Ты не занят? Можешь мне помочь в одном дельце? — ... — Это круто, что ты в городе. Да ничего такого. Забрать из ресторана обед на вынос и подбросить на один адресок. В том ресторане просто нет доставки. — ... — Слушай, ты меня очень выручишь. Буду должен! — ... — Адрес? Ага, записывай...

***

Так. Трэд должен будет подвезти ресторанный обед только через час в лучшем случае, а он — Рой — уже стоит с почти аналогичным вчерашнему пакетом из аптеки перед дверью в квартиру своего коллеги в нерешительности. Собравшись с мыслями лишь с третьего раза, Кингс, борясь с собой, вдавил кнопку дверного звонка. Первые несколько мгновений по ту сторону ответом была лишь гробовая тишина — кажется, даже далёкое ровное фырчание холодильника с кухни Айзека испуганно стихло, — после которой послышалась негромкая взволнованная возня. — Одну минуту... — услышал Рой тихо-тихо из-за двери. И правда, через минуту внутри что-то заворочалось, отпирая замок. Дверь распахнули, и перед Кингсом нарисовался бледный уставший парень с припухшим лицом, залепленным милыми цветастыми пластырями поверх маленькой подушечки из бинта. Веки были красными и опухшими, а кожа местами до того бледной, что казалась чуть синеватой. — Вы... ну, не обращайте внимания на мой внешний вид, пожалуйста. — замялся жилец съёмной квартиры. Рой почувствовал запах зубной пасты и одеколона. Вот оно что — Айзек успел метнуться в ванную? Похоже, после первого звонка Роя, Митч и правда опять уснул. — Раз уж ты просишь — не буду. — пожал плечами Кингс и, демонстрируя пакет с лекарствами, хмыкнул, чуть улыбнувшись, — Пустишь? — Ох, к... конечно! Проходите. На кухне берите всё, что нужно. Давайте я поставлю чайник... — Нет уж. Ты — лежи, а чайник поставлю я. — припечатал безапелляционно Кингс и вошёл в уже хорошо знакомую ему квартиру. Айзек нервно трогал волосы и суетился, убирая "аккуратно брошенные" вчера уличные вещи, пряча в тумбу для обуви оставленные на полу в прихожей ботинки после вчерашних приключений, поправляя редкие вещи на полках и взволнованно проверяя эти самые полки на наличие пыли. В конце концов, Кингс не выдержал: — Митч! Я же, вроде, сказал тебе лежать! Ты там простыл, кажется? Не делай из меня ревизора! Твоя квартира — как макет дизайнерского интерьера, тут всё идеально, успокойся, пожалуйста. — Ой... п... простите, похоже, я волнуюсь, такое вот всё... видимо, привычка, ха-ха. — Чего волноваться? Сегодня выходной, я зашёл проведать и помочь приболевшему коллеге. Всё хорошо, ты, главное, поправляйся, идёт? — А что Вы хотели?.. — серое лицо Айзека стало чуть зеленоватым и мужчина одной рукой схватился за стену, а второй — зажал собственный рот. — ... какое лекарство Вы хотели?.. — Рой, видя состояние новичка, сделал один шаг внутрь кухни, положил пакет из аптеки на ближайший к дверному проёму стул и подхватил Айзека под локоть: — Аспирин, не волнуйся. Ничего такого. — Аспирин? Но он же... ну, его и при простуде разве?.. — Это... эээ... наш домашний секретный рецепт. От него быстро легчает и есть силы побороть болячку. Вот увидишь, к утру будешь, как новенький! А ещё зелёного чаю заварю: говорят, отлично прогревает, если горло застудил. Рис я плохо варю, но... когда болеешь, нужно хорошо питаться. Сестра моя так говорит обычно. Так что перекусить я тоже что-нибудь придумаю. Но с этим, наверное придётся чуть подождать. — Рой сделал максимально убедительное выражение лица и активно показал палец вверх. Не говорить же, что вчерашней "Валей" для Айзека был он сам, и теперь прекрасно понимает, что за похмельная "простуда" свалила его коллегу. — Давай-давай, Митч. Я доведу тебя до кровати. Дыши ровнее. — А, х... хорошо. Спасибо, Директор Кингс. — шокированный Айзек выглядел очень растерянно, подавлено и искренне, будто сейчас, спроси его Рой о чём-то, он разрыдается и расскажет всё, как на духу. Гость нахмурился: "Странно это. С чего бы? Я думал, он будет брыкаться и возмущаться, а-ля "это не ваше дело, это личное, идите к чёрту, мы не на работе, прекратите быть таким настойчивым". Хотя он ведь думает, что вчера я уехал сразу, как мы попрощались перед участком... наверное, он ожидал, что меня удивит его вид, разбитое лицо и я начну донимать его вопросами? Впрочем, если бы я не знал, я бы и правда начал бы... а так, выходит, что я помогаю, не задавая лишних вопросов? Поэтому он так смущен и растерян? Наверное из-за этого чувствует себя обязанным? Тю, наверняка я надумываю лишнего!" Усадив Айзека на край кровати, Рой направился на кухню, поставил кипятится воду для чая и, налив в стакан воды из кулера и прихватив аспирин, поспешил вернуться. Айзек сидел ровно там же и ровно в той же позе, что его оставили — почти как накануне — задремав у аптеки. — Ну ты чего, Митч? Совсем раскис. Так плохо себя чувствуешь? — А, нет-нет, что Вы. Задумался просто. — чуть обеспокоенно оправдался жилец съёмной квартиры. Ему протянули стакан с водой и таблетки. — Спасибо, Кингс. — Значит я запрещаю тебе задумываться. На правах начальства. Это не пойдет на пользу твоему выздоровлению. Выпей таблетки и приляг, понял? Давай, при мне. — Вы всё такой же настойчивый. — скривился мужчина в ответ, невесело улыбнувшись. — Ты себя в зеркало видел, Айзек? Как прикажешь за тебя не волноваться? — выдохнул Рой. Митч удивлённо вздёрнул брови, тем не менее, послушно кивнув. Рой молча подождал, пока его подопечный выпьет лекарство и ляжет, сам проверил, как Айзек укрыт, по-семейному поправляя одеяло по старой привычке с сестрой, и ушёл на кухню, бросив на ходу: — Отдохни, Айз. Всё наладится. Айзек округлил глаза, глядя из-под одеяла вслед ушедшему гостю. "Что это на Кингса сегодня нашло?" Самочувствие было премерзким. После того, как сбежал от Джона, он почти ничего не помнил. Редкие кадры воспоминаний свидетельствали о том, что он пил — и пил много. Чёрт, он же зарёкся пить больше пары стаканов! Хотя после тех слов от бывшего... мужчина скрутился в позе эмбриона, тихо всхлипнув. Он ведь справлялся и с большими неприятностями, что ему какие-то слова какого-то... кретина?! Что это с ним? Где его извечное привычное самообладание? В неприятных мыслях, вымотанный переживаниями, тошнотой и разламывающейся головой, Айзек не заметил, как уснул, убаюканный приятным действием обезболивающего. Сквозь бредовые чуть тошнотворные образы не самого здорового сна, ему опять казалось, что его держит за руку кто-то надёжный. Зачем ему это? Зачем какие-то привязанности или близость? У него достаточно увлечений и интересной работы. Для него этого точно достаточно. Хватит уже ему цепляться за прошлое.

***

Когда Рой вернулся в комнату, Айзек уже спал. На лице блестели слёзы, брови были нахмурены, а дыхание — неровное. "Он, кажется, упоминал, что ему снятся кошмары. Нифига себе кошмары — до такого доводить человека. Вроде, вчера он говорил, что, если взять за руку, ему должно полегчать? Чёрт побери, просто взять за руку, какого лысого это меня так смущает?!" Рой придвинул компьютерный стул Айзека к кровати и, чуть поколебавшись, взял руку коллеги в свою, и сидел так, пока складки между бровей подчинённого не разгладились. Кингс в ужасе схватился свободной рукой за поручень компьютерного кресла, когда его руку с силой сжали и потянули к губам — почти вплотную. Горячее ровное дыхание обожгло пальцы, Рой в ужасе зажал свободной рукой рот, чтобы ничего не сказать, скрывая свое уже далеко не ровное дыхание. Это чертовски смущало, ужасно сбивало и путало мысли и явно подталкивало его ещё ближе к аритмии, а то, может, и к более серьёзным сердечным заболеваниям. Дождавшись, когда хватка ослабнет, Кингс торопливо забрал свою руку и откинулся в кресле, возвращая себе стойкость духа. Чай, который он заварил, уже, скорее всего, совсем остыл. Чёртов Айзек! Держит только рассыпной чай. Кингс не разбирался в наименованиях чая и был вынужден выбирать на запах. Какой идиот назовёт зелёный чай "молочным"?! Он снова взглянул на человека, перевернувшего его мир с ног на голову. Митч наконец спокойно спал с весьма безмятежным выражением на лице, даже, будто, чуть улыбнувшись. "Какой же ты эгоист, Рой Кингс" — без тени раскаяния припечатал внутренний голос, когда Рой, поколебавшись мгновение, полез в свой рюкзак за лайнером и скетчбуком. "Ничего подобного. Он сам виноват, что такой беспечный. И милый" — добавил про себя, чуть покраснев кончиками ушей, Кингс, и отрезал: "Дизайнер и художник растёт только если практикуется в разных техниках. И следует за своим вдохновением!" Этот образ давно был у него на уме. Та самая солнечная улыбка на интервью не выходила у него из головы. "Как можно было поступить подобным образом с человеком, способным так искренне улыбаться? Способным, вопреки личным обидам, вести себя так достойно? С таким общительным, весёлым, целеустремлённым и трудолюбивым?" Сначала мужчина скетчил лицо и руки спящего, чуть меняя ракурсы — меняя положение кресла. Потом подъехал поближе и в центре — в оставшемся пустом на страничке месте — постарался, отслеживая в лице спящего мельчайшие детали, воссоздать ту улыбку на интервью. Рой был очень благодарен новенькому. Он чувствовал, что остановился. Понимал, что впал в стагнацию — уже довольно давно. Когда стал директором своей фирмы, на собственное развитие в профессиональной сфере — именно в сфере дизайна, арта, маркетинга, отслеживания ведущих визуальных тенденций — как-то не хватало энергии, мотивации. Выгорание? Всё казалось бессмысленным. Но, взглянув на новичка, он как будто увидел свои изначальные цели, амбиции, восторги. Ведь всё, что делает Рой, всё, что создает, он создает лишь с тем, чтобы это увидели люди. Как он мог забыть про это? И вдохновение он черпает тоже из окружающего мира, из других людей, из чужих идей, которые подталкивают его к его собственным — так зачем зарывать на корню всё творчество в собственном коллективе? Да. Рой сделает свою фирму — мощнейшим источником ресурса. И для себя — ясное дело, но, возможно, это послужит источником ресурса и для его коллег. А это должно бы сделать их более мотивированными, улучшить качество продуктов компании и снизить текучку кадров. Хотя, по счастью, текучка и сейчас небольшая. Если выжили в конторе пару первых месяцев, обычно уже не уходят. Более того, часть всего, что говорил Айзек, ему уже пытался донести Трэд, когда они только начинали. Засмотревшись на почти удавшуюся ему улыбку новичка и сам того не замечая улыбнувшись в ответ, Рой задумался, припоминая тот разговор с бывшим одногруппником: "— Рой, простите. Вам не хватает soft skills. — Это что за хуйня? — Вот об этом я и говорю..." Н-да... YourWay разрослись и стали довольно серьезной конторой, но они упёрлись в потолок. Айзек Митч прав. Нужно расти качественно. В первую очередь именно ему — директору. — Вау, ничего себе, как круто! — Рой вздрогнул, рефлекторно захлопнув скетчбук и испуганно вскинув голову на проснувшегося Айзека. Мужчина на кровати привстал на локте и очаровательно улыбнулся, застав своего начальника врасплох. "Чёрт, веду себя как школьник!" — рявкнул про себя Рой, а Айзек, довольный собой, растянув на лице немного страдальческую, но вполне самоуверенную и искреннюю улыбку ещё шире, отметил, — Я не думал, что Вы не только крутой дизайнер, но и художник... — Правда считаешь, крутой? — окончательно смутившись, спросил Кингс, изо всех сил напуская на себя бесстрастный вид. Айзек протянул руку, очевидно, желая рассмотреть наброски поближе. Смущённо сглотнув комок в горле, Рой с серьезным и всё таким же прохладным напускным видом как бы безразлично протянул Айзеку свой скетчбук. — Видите, как приятно получать заслуженную похвалу? — хмыкнул его подопечный, с нескрываемым любопытством разглядывая и этот набросок Кингса и предыдущие, на которых Айзек уже мелькал — среди набросков улиц и уличных лавочек с милыми тентами. — Правда, Рой. Я думаю, что Вы — невероятно талантливый человек. Но я действительно не считаю талант чем-то врождённым. Насколько я могу судить, Вы просто очень, очень много работали — что делает Вас только круче. Хотя характер у Вас, конечно, — та ещё задница. — Митч, ты нарываешься! — Ха-ха, есть немного. Но зато я искренен. — И то правда. — немного устало выдохнул Рой. Айзек удивился тому, насколько вымотанным выглядит Директор. — Эм... простите, Вы, наверное совсем не так хотели бы провести субботу. Вам не стоило приезжать ко мне. Если обед в виде извинений так важен Вам из принципа, мы могли бы просто перенести его. На самом деле, я не злюсь. Просто то, как Вы себя странно повели... скажем, для меня это непростая тема и я остро на это реагирую. Если впредь Вы будете вести себя нормально, мне будет намного проще вести себя естественно в Вашем присутствии и всё наладится. — Не говори глупостей. Дело ведь не только в извинениях. Я многим тебе обязан, Айзек. Я рад, что пригодился тут. А порисовать тебя... ну, мне хотелось давно. Ещё с интервью. Вообще, немного неудобно, конечно, вышло — заявиться сюда было чертовски эгоистично. Тебе, наверное, неловко, но мне этого очень хотелось. В смысле, быть тут сейчас. Действительно, очень эгоистично, хотя я, конечно же, не из тех, кто будет сожалеть в подобной ситуации. — Знаю, Кингс. — К слову насчёт обеда-извинения. Нам его доставили прям под двери — я попросил друга привезти всё выбранное мной меню "на вынос". — развеселившись, откликнулся Рой, увидев смс от Трэда: "Я на месте."

***

Какого черта происходит? Почему Кингс запретил Айзеку встретить курьера в его собственной съёмной квартире?! Самоуправство эгоистичного мужчины порядком выводило Митча из себя. Всё это уже ни в какие рамки! — Ой, прости, Айзек, кажется, всё немного остыло. У тебя же есть микроволновка? — голова Кингса материализовалась в дверном проёме, а его лицо расплылось в невероятно теплой улыбке, сбив с Митча любой настрой выяснять, кто тут главный. Неужели это впервые? Неужели Кингс вообще не улыбается на работе? В памяти всплыл тот бодрый утренний оскал, когда в прошедший понедельник Рой шокировал всех избыточной доброжелательностью. Брр... нет, это точно не считается. Почему Кингс... такой? — Айзек? Ты как? — Рой обеспокоенно нахмурился, образовываясь в дверном проёме уже целиком. — Вам очень идёт улыбка. Да, микроволновая печь стоит справа от кухонной поверхности — ближе к окну. Вам помочь с чем-то? Кингс вспыхнул, с опозданием осознав комплимент, и рванул на кухню, уже оттуда бросив в ответ: — К окну... ничего не нужно! Лежи, Митч! Сколько раз тебе повторить?! "Хи! Покраснел." — ухмыльнулся сам себе Айзек. "Скажи мне неделю назад кто-то, что я буду так рад присутствию этого грубого и эгоистичного зазнайки в собственном доме — послал бы на хер! Но сейчас... как-то с ним спокойнее. И теплее?" Не прошло и пяти минут, как Рой вернулся в комнату с широкой одноразовой плоской тарелкой для разогрева. — Индюшачье филе на сливочном масле с перепелиными яйцами, вроде? Название у этой штуки есть и более поэтичное, но, извини, тут я не силен. — рассмеялся Кингс, явно смущённый кривейшей презентацией. — Фрикасе из индейки с фирменным соусом, помидорами черри и перепелиными яйцами? Погодите, это же фирменное блюдо из "Le Safran"? Но как?.. — Из всех ресторанов в городе этот самый проверенный. И моя сестра очень его любит. — пожал плечами Кингс. — У неё вкусы в этом вопросе тоньше, да и мне там нравится больше. Только своим предпочтениям я бы не доверился — вопрос ведь в блюдах, а не в дизайне... — Это — действительно место, где готовят вкуснейшие штуки, Директор Кингс. Но мне неловко, что Вы хотели вести меня... ну, в подобное место. Могли бы просто сходить в какой-то паб со вкусными закусками и пропустить по стаканчику збитня. Вы слишком серьезно ко всему относитесь. — Айзека никак не отпускало чувство, что это и сейчас-то слишком похоже на какое-то супер-потешное, детское но всё же свидание, а если бы они пошли в сам ресторан... Митч попытался отогнать смущающий образ. — Тебе нравится их кухня? — Ха-ха, конечно, Кингс. Просто Вы меня... очень смутили, скажем прямо. — Тогда забудь откуда эта еда. Давай просто вместе поедим? — Что ж, тогда я... а знаете? За кроватью есть накроватный столик для завтрака в постель. Давайте сядем прям тут?

***

Это всё — и импровизированная столовая посреди его кровати, и еда из одной общей миски (Рой позвонил своевременно и повора не раскладывали блюда по порциям, запаковав их довольно компактно, но на одно блюдо приходилось только по одной тарелке), и дорогая ресторанная еда на одноразовой посуде, и нелепые шутки начальства — казались такими тёплыми и даже немного странными — будто солнечный сон из далёкого детства. Всё вокруг Айзека будто меняло цвета. Странно, но первые две сине-серые, пасмурные, влажные и душные недели сменились цветастыми, пёстрыми и разнообразными днями. Может ли быть, что именно YourWay, и именно этот эгоистичный грубиян Кингс так влияли на него? Митч не был уверен. Но при попытке вспомнить цвета прошлых дней и лет находил в основном пасмурные оттенки. В них, конечно, было комфортнее — нельзя жить вечным праздником, вечным фейерверком — но оттенки в его прошлом казались тусклыми. От того ли, что пыль времени приглушила цвета? Или они изначально были не настолько яркими, как последние недели его жизни? Айзек взглянул на своего гостя, уплетающего вместе с ним уже третье блюдо. — Даже вкуснее, чем я помню! — восторженно заявил Кингс со смешными по-хомячьи набитыми щеками. После, проглотив, уже серьёзно спросил, — Надеюсь, тебе полегчало, Айзек? — Как ни удивительно, да, Рой. Спасибо Вам. За всё это — спасибо. — Кингс с трудом проглатил ком в горле, на мгновение совсем перестав чувствовать вкус еды. Эта счастливая, но одновременно грустная, благодарная и очень трогательная улыбка почему-то причиняла боль. Он точно... всё сделал правильно? От внезапного звонка в дверь Рой подскочил на месте. Айзек устало вздохнул, и... улыбнулся. — Ты... ты чего? — Дорогой Директор Кингс, прошу Вас, ведите себя прилично, ладно? — чуть насмешливо выдохнул Айзек и, преодолевая слабость, поднялся, привычно всунув ноги в свои излюбленные белоснежные домашние тапочки. Тапочки эти были настолько белыми, что казались Рою витринными, девственно-новыми, и ему всё больше хотелось узнать, как Митчу удаётся содержать свои домашние тапки в такой педантичной белизне. А пока Кингс провожал мечтательным взглядом белоснежные тапочки, Айзек вышел в коридор, скрывшись с глаз мужчины, и звонко щёлкнул дверным замком. — Привет. Я уже почти жив... — Айз, мой котик! Зайка моя, мой малыш! Как ты тут?! Я, как прочитал твои сообщения, места себе не находил! Прилетел ближайшим рейсом, сладкий! Где это говно конское?! Я его кастрирую! От кокетливого голоса, на последних фразах моментально ставшего чуть хрипловато-угрожающим, у Роя пробежал мороз вдоль позвоночника. Айзек же только рассмеялся: — Успокойся. Ничего не случилось. Я его послал, думаю, больше его рожа в моих эфирах не засветится. — Но ведь меня не он волнует, а ты! Посмотри что этот хер собачий с тобой сделал! Он и правда ударил тебя?! Ты... ты никого себе не нашёл ещё?! Тебе не стоит сохнуть по этому утырку — найду, честное слово, яйца оторву без наркоза! — Тише, успокойся, пожалуйста. Я не один. Прошу, не смущай меня такими провокационными вопросами. — рассмеялся Айзек. — Я потом тебе обо всём расскажу, идёт? — Не один?! Рой догадывался, что теперь речь идёт о нём, поэтому поднялся на ноги, но выйти в коридор не решался. Благо, новый гость с действующим квартиросъемщиком стеснялись меньше: — Верно. Ээ... в общем, Рой, познакомьтесь это — Валерий Лерье. Послушай, директор Кингс очень мне помог, прошу, будь повежливее, Валь, я бы не хотел... — Ч... Чего?! "Валь?"