Заноза

День рождение этой самой Жанны праздновалось в небольшом баре, не самом выпендрежном, но и обычным это место было не назвать. Имелась в заведении заявка на что-то большее. Мы с Санькой не стали изобретать велосипед и придумывать сложную легенду. Сошлись на том, что вместе со школы, где собственно типа и познакомились. Все остальное даже обсуждать не пришлось. Знаем друг друга как облупленных. Любимый фильм и не любимое блюдо, даты рождения “второй половинки”, а также ближайших родственников, истории шрамов на теле и великих факапов друг друга, в этом плане, я действительно идеальный кандидат на роль подставного парня. Но никто и не думал нас проверять. Именинница порхала между немногочисленными гостями. Я даже почувствовал себя немного лишним в этом узком кругу. Но в конце концов какое мне дело, сама пригласила, вот пусть теперь и отдувается. Нас встретили приветственной улыбкой, приняли поздравления, а потом переключились на вновь прибывших. Тот самый “нарцисс прилизанный” прожег злым взглядом, поздоровался и ретировался в другой конец зала, периодически бросая глазами колючки, нацеленные в нас. Он и правда не внушал доверия. Хотя не исключаю своей предвзятости талантливо взрощенной едкими словами в его адрес одной мелкой Занозой. Выглядело все убедительно. Присутствующие действительно воспринимали нас как пару. И не только потому, что мы так себя позиционировали, держались за ручки, или я приобнимал свою спутницу за талию. Отнюдь, все это так, выпендреж и показуха для пущей эффективности и перестраховки. Просто мы смотрелись естественно. Легко друг над другом шутили, не боялись прикосновений и в разговорах всплывали отсылки к совместному прошлому, которое имело место быть задолго до сегодняшнего дня. И два совершенно невинных поцелуя в щеку, были хоть и не лишними, но совсем необязательными. Такой ненавязчивый физический контакт не смущал. Мы столько раз так целовали друг друга, не вкладывая в это какой-то романтический подтекст — знак внимания, дополнение к поздравлению или поддержка. Единственное, что выбивало меня из относительно накатанной колеи — это обращение Сашки ко мне по имени. Явление столь же редкое, как пятерка в дневнике у двоечника — проскакивает, но редко. Где же это привычное растянутое в середине “Горыыыыныч”? Вечер не задался. Во всяком случае по нашему единогласному с псевдо англичанкой мнению. Именинница, явно не нашего поля ягода. Показушница, которая слишком много жеманничала и наиграно смеялась. Создалось впечатление, как будто она актриса сбежавшая вместе с остальной труппой, тире гостями, из погорелого театра. Казалось она все не может выйти из образа сумасшедшей аристократки века так девятнадцатого. Друзья ни то подыгрывали, ни, то были такими же кренделями и... кренделихами (ну, а как еще “ласково” назвать девушку?). Дождавшись момента, когда можно свалить в закат и при этом не показаться последними дураками на букву “М”, мы оттуда смылись. — Ах, — притворно вздыхаю и сцепляя пальцы обеих ладоней в кулак, подставляю к груди и тут же выхожу из образа — ну и девица! — Санька весело усмехается с моей пародии на Жанну. — Как ты с ней вообще общалась? — Да, ладно, все было не так плохо, как сегодня... — А этот твой, ничего так, красавчик... — специально дразню девушку, знаю, что заведется с пол оборота. — Ты..ты, вообще его видел? — Сашка аж задыхаться начала от возмущения — Красавчика он нашел. Раз так понравился, иди с ним сам и встречайся. — Заноза, блин! Фу! — в голове невольно всплывает картинка. Спасибо, услужливый мозг! Передергиваю плечами, сгоняя стадо непутевых мурашек. — Я же представил, гадость! А эта мелкая заливается смехом и чуть не подворачивает ногу. — Так смешно, что ноги не держат? Сейчас носом с асфальтом поцелуешься. — Да, ты прав... (сдерживаемый смешок) ... нам нужно остановиться ... (еще один)... вызови такси, будь другом. Пока мы стояли и ждали машину девушка отбивала носком левого ботинка, какой-то нетерпеливый, не стройный, но жутко раздражающий ритм и бросала на меня подозрительный взгляд. — Прекрати мне мозг выдалбливать, колись давай, о чем так громко думаешь. — не выдерживаю я. — Неа, ты же меня убьёшь. — Тогда тем более колись. За чистосердечное, может и срок скостят. Саша предварительно отошла от меня на пять шагов и вытянула вперед руки, будто пытается сохранить дистанцию. — Ну, я..., после того, как ты сказал, что представил, ... ну, это “сам с ним и встречайся”. — неуверенно мямлила она — мне стало любопытно, и я хочу... — многозначительная пауза — увидеть тебя в платье, — мои брови полезли вверх, — и в туфлях на каблуке, — моя челюсть падает вниз, — и при полном вечернем мэйке. — мои ноги срываются с места. Я пытаюсь поймать эту несносную верещащую девчонку, которая носиться по периметру круглой клумбы и громко смеется. — Ну, держись, зараза такая, дай только до тебя добраться! — Тоже мне Серый Волк, ты бы еще “Ну, погоди!” крикнул. И вообще, кто-то обещал за чистосердечное, пощаду.