Наблюдайте за разрушением

    Тихо, чтобы было слышно только Шастуну, заиграла песня, которая привязалась к нему. Приятное вступление «Softcore - The Neighbourhood» заставляло парня вслушаться в мелодию. Выученные слова сами были готовы литься из уст Антона, но тот устал даже подпевать. Апатия вновь накатила на него, наверное, стоит всё же один денёк отоспаться. Или же можно позволить опять пробраться тем самым мыслям в голову. Антону нравилось думать о смерти. В какой-то степени можно считать, что Шастун был профи в этом деле, конечно же, только у себя в мыслях. Ведь тот уже не в первый раз встречается с эмоциональным выгоранием. Почему-то при новой волне синдрома всё больше срывало механизм в голове парня. Всё страшнее представления о чём-то запретном и дольше «приступы». Но Шастуна не волнует опасность, когда только начало. А после наступления ремиссии сам бог велел забить болт. Всё циклично. Только размер болта менялся, также как и периодичность.  

Антону надоело что-то чувствовать.

 

Антону надоело переживать по этому поводу.

 

А н т о н у    в с ё    н а д о е л о.

     Когда ты не можешь изменить ситуацию, меняешь к ней отношение. Но Шастун нашёл другой выход, как ему кажется, лазейку. И пока «гениальная» мысль не умчалась из головушки, необходимо ловить её. Вскочив с кровати, парень неспешно прошёл к своему рабочему месту. Поудобнее сев в любимое кресло, открывал все ящики по очереди в поисках блокнота. Того самого, который не так давно приобрёл для «тёмных» мыслей. Ангелок на плече громко шептал, что нужно выбросить из головы дурь и сесть готовиться к выпускным экзаменам. Дьяволёнок обжигал ухо огоньком, яро шепча, что без этих записей и размышлений Шастун как можно скорее начнёт что-то чувствовать опять. Но Антон никогда не признается, что хочет, чтобы эти дни тянулись как можно дольше. Ведь ему вновь скучно жить. Поэтому, передёрнув плечами, Шастун уверенно стряхивает надоедливого ангела, поудобнее беря нужный блокнот. Корешок новой книжки приятно хрустит при открытии, заставив на мгновение парня блаженно прикрыть веки, лениво улыбнувшись. Нужно продумать всё заранее, ведь не дай бог что-то помешает. Как тогда можно будет избежать занесения в личное дело такого? Антон ломает голову над этой задачкой уже битый час, только теперь он поменял место дислокации. Крутящийся стул не кажется таким классным, когда на протяжении долгого времени перед глазами вращается комната. Парень раздражён. Ничего не получается. Мысли почему-то не хотят складываться, только разбегаются в разные стороны. А при попытке ухватиться хоть за какую-то те, надрывно и звонко смеясь, ускользают. Ощущение, будто если прищуришься, увидишь маленький фак, который, немного пританцовывая, показывает собственное мышление. От злости Антон резко останавливается. Комната наконец-то приобрела чёткие формы. Гитара в углу комнаты, купленная в порыве чувств к данному музыкальному инструменту. Кровать у окна, тумбочка с большим количеством хлама на ней. Стол, за которым парнишка проводит большую часть жизни. Самая крутая вещичка, греющая душу – книжная полка. Антон вновь бросает взгляд на стопку книг, затем переводит на немигающую гирлянду. Подъехав к рабочему месту плотнее, Шастун взял ручку, нервно покрутил, затем с нажимом начал писать. На бумаге выводилось неровным почерком «Отдать книги Диме Позову». Другу всегда было завидно, как только приходил в гости к Антону. Небольшая библиотека парня нравилась Диме, тот постоянно просил дать почитать. Но Шастун настолько трепетно относится к книгам, что и сам при прочтении открывает их чуть больше, чем на тридцать градусов.  

Что там со списком?

     Дальше дело не шло. Коллекцию палочек от чупиков можно выкинуть. Коробка с коробками поменьше, находящаяся в углу комнаты за дверью. Там же на дне лежит заначка сигарет. Антон не курит, последние два дня уже точно. Курение убивает и всякое такое. Отчеркнув первую заметку, принялся вновь писать.  

«Шаг первый: отстраняться от всех близких. Но так, чтобы все подумали, что у меня очередные шарики за ролики».

     Отлично, начало положено. Повернув голову к окну, парень заметил очередной закат. Когда-то Антона радовали яркие краски на небе. Он обожал сидеть у окна и залипать на здешний пейзаж, украшенный закатом или же рассветом. Но не думайте, что сейчас Шастун вспомнит какую-то супер печальную историю из прошлого, где до восходящего, или наоборот, солнца парень гулял со своей второй половинкой, испытывая чувство влюблённости. Нет, вся эта хрень не для Антоши. Парень всю жизнь был странным, наверное, только поэтому за все школьные годы более менее тот стал общаться с Димой Позовым. М-да, скилл дипломатии почему-то Антон не успел прокачать за семнадцать лет жизни. Как-то всё ушло мимо. Так вот, в период рецидивов Шастун терпеть не может всю эту тему с эстетикой, романтикой и всем, чем занимаются нормальные люди. Но ведь он не считает себя больным. Так что всё хорошо. Просто не в данный период жизни. Антона раздражает всё, что только может. Но почему именно, тот не знает, как и в прошлые разы. Мама постоянно на работе, поэтому не замечает перемен в сыне. Он никогда не был главным шутом и душой компании, всегда один, в своих мыслях. Если вы хоть немного были внимательны на уроках литературы, то прекрасно помните изучение одного произведения Чехова. Так вот, про таких как Антон принято говорить «человек в футляре». Честно, парень сейчас пытается вспомнить, когда именно это началось. Скорее всего, с детства. Сам себе на уме, так скажем. В песочнице предпочитал не ковыряться в песке, а просто сидеть на краю и уже тогда устало наблюдать за сверстниками.    Вернувшись к записям, решил продолжить первый шаг.  

«Начать изучать более тихие уходы из жизни. Что легче и проще, чем смерть во сне».

      Даже, а если быть точнее, особенно такое необходимо изучить досконально. Если лекарства, то какие лучше и качественнее. Какая дозировка и способ применения, так скажем. Антон медленно выводит в блокноте известные ему способы. Это помогает сосредоточиться на выборе. Но время есть, он же не Глория Макфин, чтобы ставить счётчик на 50 дней. Тут всё намного проще, но и одновременно чертовски сложно. Шастун тяжело вздыхает, раздражение опять начинает наступать. Почему мысли бегают в разные стороны от него? Стукнув ладонью по столу, парень закрывает глаза и плавно выдыхает. Когда дыхательная гимнастика немного помогает собраться, раскрывает веки, опуская взгляд на блокнот. Список. Со стороны выглядит, будто Антон педант даже в таком странном деле.  

– Таблетки

                         – Грамотное вскрытие вен

 – Повешение

                    – Кинуться под машину

                 – Сброситься с моста

     М-да, Антон разочарован собой, смог написать только самые примитивные варианты. Сейчас почему-то нет вдохновения на какие-то изысканные способы. Надо будет поработать над этим. Шастун берёт смартфон в руки. Разблокировав, открывает поисковик. В строке набирается «способы самоубийства», но также быстро пропадает, так как Антону не нравится. Только парень хотел попробовать перефразировать запрос, на экране выскочила странная фотография Димы и его номер.   — Сколько раз говорил, чтобы не звонил, а писал, — проворчал Антон в телефон, вместо привета другу. — Здарова, Писюн, — привычно поздоровался друг, на что Антон закатил глаза, — Я постоянно забываю про это твоё правило, — нелепо отмазался Позов, шебурша чем-то на фоне. — Чего звонишь то? — со скрипом откинулся на спинку стула Шастун. — Мне мать велела в магазин сгонять, одному впадлу, помчали со мной? — с надеждой выпалил Позов, продолжая чем-то шуметь на фоне, что начинало раздражать Шастуна. — Мне лень выходить куда-либо, — признался Шастун, начиная крутиться на стуле. — Но нам же недолго пересечься и сходить, — Позов перешёл в нападение, теперь Антону предстоит согласиться,  потому что друг уже, как и в половине случаев, прав, — А я тебе куплю твоё любимое или сигарет. — Мудак, знаешь, на что надавить, — выдохнув, Шастун рывком встал, направился к шкафу, — Но уже поздновато, не думаешь? — Ты же уже стоишь и выбираешь, в какой кофте пойти, чего морозишься то, — будто находясь в одной комнате с другом, констатировал факт Дима, — Да и сейчас не десять вечера, продадут. — Чёрт с тобой, через пять минут на нашем повороте, — сдался Шастун, сбрасывая вызов.      Данное сопротивление в предложении сходить до магазина было для друзей ритуалом. Они прекрасно знали, что всё это бессмысленное сопротивление, но нужно как-то диалог вести. Поэтому закусив губу, Шастун принялся выбирать подходящую толстовку. Выбор был чересчур сложным, чёрный или же чёрный худак. Покрутив по очереди каждый, парень выбрал первый. Телефон в левый задний карман, на всякий случай перед этим вложив в чехол сто рублей. Ключи от дома, но перед выходом выключение света во всей квартире. Нервное похлопывание по карманам в коридоре, только потом выход на лестничную площадку. Шастун закрыл дверь, нажал на кнопку вызова лифта. Тот поднимался с первого этажа на седьмой. Отлично, у парня есть время перепроверить себя. Точно ли запер квартиру. Иногда Антон мечтал иметь супер способность перемещаться куда хочет, чтобы при очередной паранойе мигом оказываться у двери или же около выключателей. Зачем было бы нервничать в лишний раз или же, не дай бог, возвращаться и лично перепроверять.    Лифт полз как улитка, что раздражало Шастуна. Почему он решил не брать наушники? Глупая отговорка, что до Позова рукой подать, минут пять в общей сложности. Музыка помогла бы отвлечься. Но от чего? На удивление в голове Шастуна не было никаких мыслей, а слушать непонятные мелодии скучно.    Оказавшись на улице, Шастун невольно скорчился от порыва ветра ему в лицо. Позов стоял с сигаретой в зубах, внимательно изучая что-то в телефоне. Антон поправил толстовку, ускорив шаг. С такими длинными ногами не нужно особо долго ждать парня, ведь он любое расстояние преодолевает значительно быстрее, чем другие.   — Сигареткой угостить? — убрав телефон и бросив взгляд на подошедшего, спросил Позов. — Я вроде как бросаю, — произнёс Шастун, чем вызвал смешок у друга. Но от предложенной халявной сигареты не отказался, — Но этим можно и потом заняться. — Правильно мыслишь, — с усмешкой похвалил Дима Антона, убирая пачку в карман, — Сейчас добежим до пятёрки, а то мать начнёт опять гнать, что я только сижу учусь. — Я бы не сказал, что ты особо учишься, — верно подметил Шастун, глазами ища привычное красно-зелёное здание шаговой доступности, — Но мозги есть, что раздражает. — Зави́дно – завидуй молча, Писюн, — довольно улыбнувшись, произнёс Позов. — Затухни, — выдохнув после очередной затяжки, шикнул Антон, — До сих пор не понимаю, почему сложно одному сходить. — Шарм особый от походов с тобой. Что там с Кузнецовой? — перевёл тему друг, пытаясь угнаться за своим длинноногим другом, — Сбавь темп, я же гном, не успеваю за тобой. — Кузнецова слишком лезет, меня это раздражает. Зачем мне дефка, которая как банный лист пристала, — скорчив недовольную гримасу, Шастун сделал последнюю затяжку, — Что Катюха? — Делает вид, что супер недотрога, — усмехнувшись, Позов выбрасывает окурок и заходит в магазин.      Шастун повторяет за другом. Неприятно тёплый воздух заиграл с волосами парня. Большое количество людей ещё только показались, а Антону уже было невтерпёж свалить обратно в свою маленькую комнату. Позов как взрослый достал из кармана список покупок, что вызвало смешок у Шастуна. Кинув недостаточно злой взгляд, Позов хотел что-то сказать в свою защиту, но передумал.   — Цыц, — шикнул друг, указав на корзинку, — Бери и неси. — А чего я то? — попытался наигранно удивиться парень, всё же взяв корзинку для продуктов, — Что в этот раз мне идти брать? — Иди молочку атакуй. Молоко и сметану, которую обычно берёшь, — командовал Дима, читая список, — Потом хлеб чёрный, а я к овощам, пересечёмся у шоколадок.      Позов раздал всем задачи на сегодняшний поход в магазин и стремительно понёсся к овощам. Такие походы у друзей были постоянными. Обоим вечером нечем заняться. Как только Позову мать выдаёт список и деньги, тот звонит своему другу, «уговаривая» того пойти с ним. Изначально друзья бегали в круглосуточный магазинчик у подъезда Шастуна. Но вскоре построили пятёрочку, куда парни и принялись с радостью бегать. Каждый раз Дима говорил, что именно идти взять Антону. Было несложно выучить продукты и марки, которыми питается семья Позовых. Сам Шастун сначала возмущался, мол, он пошёл за компанию, а не чтобы эксплуатировали детский труд. Димка же каждый раз аргументировал тем, что так быстрее начнут и закончат. Шастун никогда не признается, но в глубине души, очень глубоко, ему это нравилось. Возможность хотя бы так помочь другу, у которого иногда возникают проблемы.      Шастун проносится мимо различных отделов и людей, никого не замечая вокруг. Пытаясь не погрузиться в размышления о чём-то псевдо важном, парень чуть не проносится мимо хлебобулочных изделий. Кинув в корзину необходимый вид хлеба, помчался искать молочку. На удивление около нужного отдела крутился только один мужчина. Придирчиво изучал практически все пакеты и коробки с молоком, на что Шастун только усмехнулся. Подойдя ближе, Шастун заметил список в руках странного человека. Вскинув бровь, потянулся к сметане. Мужчина же никак не хотел отставать от молока. Нервы у Антона были не железные, поэтому ему захотелось побеспокоить этого черноволосого.   — Если вы ищите самое свежее, то заведите себе корову, а не пытайте коробки, — улыбнувшись правым уголком губ, всё же произнёс Шастун. — Они все какие-то вздутые, посмотрите сами, — приятный бархатный голос от неожиданности заставил Антона немного вздрогнуть. — Они все такие, — пожав плечами, Шастун взял, как ему казалось, менее вздутый пакет. Затем протянул этому странному мужчине в каком-то непонятном тренче, — Но если вам так принципиально, то берите это. — Спасибо большое, — искренне произнёс мужчина, внимательно посмотрев своими ярко-голубыми глазами на Шастуна. Приняв молоко, чуть сильнее нужного сжал его.      Антон тем временем опустил корзину рядом с собой, взяв нужную ему коробку. На чей-то телефон поступил звонок, столь неожиданный резкий рингтон заставил обоих дёрнуться. Но если Шастун немного крепче вцепился без происшествий в  продукт, то его собеседнику повезло меньше. Как только мужчина сомкнул пальцы, не такой уж и крепкий пакет разорвался и содержимое оказалось на голубоглазом. Антон старался скрыть улыбку, что плохо выходило. Мужчина же от удивления только раскрыл широко глаза.   — Тут салфетки продаются рядом, — оглянувшись, сказал Шастун. — Чёрт, — только и произнёс мужчина.      Антон пожал плечами, взял свою корзину и поспешил ретироваться от места преступления. Позов уже наверняка заждался. И такой интересный инцидент необходимо рассказать другу, который, кстати, за очередную совместную вылазку должен пачку сигарет или бутылку пива.