Тролль из Питера

Погодка выдалась неоднозначная. Сиди Валя дома и попивай свой чифирь, он бы оценил густые серые облака, отражающиеся в лужах, и яркую листву, которую по этой серости носили сильные порывы ветра. Да, если смотреть в окно, погодка была определённо поэтичная, но Валя, на свою беду, смотрел на это безобразие не с высоты четвёртого этажа, а из самого, так сказать, первого ряда… нет, даже, скорее, со сцены. Проще говоря, шлепал он своими старыми кедами по бесконечным лужам и ловил длинными ушами все эти злосчастные порывы ветра. Уши уже, как у сердитого кота, прижались к голове, но ветер нёс и другие проблемы — листья. Когда в очередной раз ему на лицо шмякнулся мокрый кленовый лист, а над головой загоготали зубастые вороны, тролль и сам заскрежетал бивнями. Мерзкие птицы, простые-то вороны хоть не такие мерзопакостные были, но эти — отдельный уровень издевательства над разумными! — Пшли вон! — прикрикнул на них тролль. Какая-то чопорная эльфийка осуждающе на него обернулась, но Вальке было не до неё. И развелось в центре эльфов! Нет, понятно, их тут всегда было много, просто сейчас, когда Валя ещё и добровольно шёл домой к одному из них, они ещё больше раздражали. Вообще райончик так-то был неплохой — где-то между Горьковской и Петроградкой, где улочки летом напоминают кусочек Европы, — но в эту погоду, да ещё и с цыкающими при виде него эльфами место нравилось Вале всё меньше и меньше. Впрочем, не особо интересующиеся тролльей культурой народы вообще имели привычку брезгливо морщиться при виде ярких ирокезов и пирсингованных голов, а ещё многих не устраивал их «мертвецкий» цвет кожи, хотя окраску тролли имели весьма разнообразную, отдельное спасибо хорошей генетической совместимости с другими расами, или кому-то не по душе были «варварские бивни», или сутулые спины — а это вообще стереотип какой-то! В общем, в обществе весьма разнообразном всё равно находились народы, не столь любимые публикой, и тролли как раз были одним из них. Однако Вале с генетикой ещё повезло, и кожа-то у него была вполне приемлемого цвета, и бивни легко поддавались шлифовке, и нос не сказать чтобы шибко длинный, по крайней мере, до маминого «клюва» ему было очень далеко. Единственное, что волосы росли, так сказать, по тролльему образцу, то есть ирокез и никак иначе, ну не росли волосы ни на висках, ни выше, только ровнехонько по центру головы. Но Валю всё устраивало, он своей тролльей наследственности не стыдился и пирсинг по всем маминым традициям сделал, и бивни начисто не стачивал, и вообще, в отличие от некоторых, на кого-то другого, а особенно на эльфов, походить совсем не стремился. Хотя, Анжелка вот на него когда-то за «эльфячесть» и запала, Валя, когда узнал, очень обиделся. Так зато теперь у него противоположная проблема — эльф на него запал как раз за «троллячность». Хотя ладно, это скорее из-за него эльфа на троллях переклинило, но всё равно проблемный тип! — Валя! А ты рано. Замёрз? Я сейчас чайник поставлю, — Коля засуетился где-то в районе кухни. Странно, обычно он к двери спешит так, что об собственные ноги спотыкается. — Ага, все уши отморозил, — несмотря на зарождающееся подозрение неладного, пожаловался тролль. — Я ж тебе шапку купил, мог бы и надеть, — всё же вышел встречать эльф. — Во-первых, мне подачки не нужны! Решу, что нужна шапка — сам куплю. Во-вторых, ты чё, ревел? — Валя критично осмотрел эльфа — глаза покрасневшие, опухшие, нос тоже покраснел, и взгляд отводит. — Да, нет, я так… — Ой, даже не начинай, врёшь ты ещё хуже, чем учишься, — а учился Коля так, что Валя подозревал, что не вылетел тот только из-за папы, не последнего полицейского, и из жалости преподов. Коля был иногда очаровательно глуп, и за это некоторые его даже любили, ну или, по крайней мере, терпели. — Так чего стряслось-то? Опять персонаж в комиксах умер? Кино грустное смотрел? Голубь в окно врезался? По бабушке скучаешь? Валю на самом деле начинало пугать то, как много он уже про эльфа знает. Пожил у него всего неделю, пока клопиксей в его комуналке травят, и вот результат — начал лучше понимать этого шального эльфа! И кто б ему год назад сказал, что он сам к этому сталкеру придёт — не поверил бы. Вообще он правда поначалу Колю сталкером считал, еще и папа-полицай дополнял зловещую картину. Но оказалось, что Коля не сталкер — а дурак, к тому же верящий в любовь с первого взгляда. Ну полнейший идиот, на Валькин незамутненный взгляд, но хоть не сталкер. Как с этим разобрались — так и общаться проще стало. Не намного проще, правда, потому что в Колину «великую любовь» Валя ни на грамм не верил, но в его глупость он уверовал вполне, поэтому теперь стремился убедить эльфа, что тот неправ. Ну, а так, в целом, ничего такой парень оказался, терпимый, жаль только, что эльф. — Ничего такого, просто потерял кое-что, расстроился. Не обращай внимания, всё в порядке, — замахал руками Коля, для парня, который мог легко расплакаться из-за ерунды, он еще и на удивление легко от этого смущался. Валя устало вздохнул, можно подумать, он сможет не обращать внимания, натура-то у него сострадающая всё же. Он провёл рукой по волосам, выудил оттуда застрявший жёлтый листочек и, совсем недолго подумав, воткнул этот листочек Коле в волосы. Тот глянул в зеркало и довольно заулыбался. Да, порадовать его было совсем не сложно. — Колись давай, что просрал? Дорогое что-то? Хотя не, тогда б не расстроился, батя ж твой, если что, денег даст новое купить. Значит, фигню какую-нибудь памятную? — Валь, пойдём лучше чай пить? Говорю ж, неважно, — Коля потянул Валю на кухню. — Нет уж, теперь мне действительно интересно, чего ты так старательно скрыть хочешь? — упёрся Валентин. Да, тролли славились упорством не хуже гномов! — Я не скрываю, просто, если скажу, ты разозлишься и опять весь вечер со мной разговаривать не будешь, — набычился эльф. В его представлении, видимо, молчание тролля было страшнейшим наказанием, он так не расстраивался, даже когда Валя его идиотом называл, как когда тот с ним совсем не разговаривал. — О нет, что, опять твои эти уродцы? — сразу понял, в чём дело, Валентин. Коллекция Колиных «троллей» вызывала мурашки у настоящего тролля, но, к его сожалению, эльф этих уродов из девяностых просто обожал. — Они не уроды! — сразу встал на защиту любимцев эльф. Чего и следовало ожидать. — Я так сегодня уже заманался, что даже спорить не хочу. Говори уже, горе луковое, чего там с ними? — сейчас бы чаю, а лучше пожрать, а не эти вот споры о прекрасном. Валя хотел поскорее разобраться с этой проблемой и добраться до холодильника. — Ну… — в глазах эльфа снова заблестели слёзы. — Я Валюшу потерял. — Господи, — Валя мысленно посчитал до десяти, чтобы не сказать всё, что думает. «Валюша» был его самым нелюбимым экспонатом Колиной кунсткамеры — эльф эту игрушку перекрасил, переодел и даже пирсинг ему проковырял так, чтобы уродец больше походил на Валентина. Тролль был готов поспорить, что раньше Коля и спать этот кошмар с собой брал, но перед Валей стыда хватало не трогать. И Валя прекрасно знал, где игрушка сейчас. — Коль, а ты искал? — Да, не нашёл. В него, наверное, дух вселился, на меня обиделся и ушёл! — да, Коля был из тех, кто верил в такие бабушкины сказки. Нет, теоретически такое, конечно, можно было бы провернуть, но Валя был уверен, что ни одному духу в голову бы не пришло вселяться в такое. — Хочешь фокус покажу? — Валя прошёл в гостиную, которая, кстати, последнюю неделю служила ему спальней, подошёл к комоду, открыл верхний ящик и достал оттуда «Валюшу». Он кинул игрушку эльфу, тот поймал и прижал радостно к груди, что-то там сюсюкая, Валя специально не вслушивался — нервы берёг. — Как ты нашёл? — восхищённо спросил эльф, с радостью бросаясь троллю на шею. Учитывая, что ростом эльф был выше, Вале пришлось постараться, чтобы удержать равновесие. Но за неделю он натренировался. — Как, как… Я сам его туда убрал. Так же, как и в первый раз. Так же, как и каждую ночь. Смотреть на этот ужас не могу, у него взгляд жуткий. Но этим утром забыл на место поставить, — вздохнул Валентин, неловко похлопывая эльфа по спине. — А ты запомни своей глупой башкой уже, что если твоего чучела нет НА комоде, то он В комоде! Свои слова он сопровождал ощутимыми тычками по макушке, будто пытаясь вдолбить эту мысль в эльфийскую голову. Видит Бог, иначе в эту головушку вообще ничего не запихнуть. Иногда Вале Колю даже жалко было, он ведь не виноват, что такой… рассеянный, что ли? Ну или и правда не очень умный… В общем, так-то парень неплохой, готовит вкусно, руки вон не из жопы растут, но тупит иногда просто нереально, у него из-за этого даже друзей почти нет. — Угу, я в следующий раз сразу тебе позвоню, — отлипнув от тролля, сделал вывод Коля. — Что? Нет! Не надо мне звонить вот из-за этого! У меня работа, дела, не хочу я даже вспоминать про твоих уродцев! — возмутился Валентин. — Но, Валь… — Не валькай мне! Лучше пожрать уже дай, а то я буду голодный, злой и головы поотгрызаю твоей армии «типатроллей», — пригрозил Валентин. — Ва… — эльф испуганно захлопнул рот, глаза снова были на мокром месте. — Господи, да шучу я, успокойся, — Валя успокаивающе потрепал эльфа по волосам, листик незаметно слетел на пол. — Не трону я твою коллекцию, ты ж слезами потом весь Питер затопишь, снова Медный всадник в моде будет! — Почему Медный всадник? — в момент успокоился Коля и снова потянул Валю на кухню. — Ну как же? «На берегу пустынных волн»… Хотя неважно, — покачал он головой, понимая, что, даже если весь стих зачитает, Коля не поймёт. — Что на ужин? — Суши? — Закажем? — Нет, я уже сам приготовил! — О, класс! А к чаю? — Суши с вареньем! — Сам придумал? — Ага! — Ну я так и подумал… — Твоё любимое, малиновое! Не всё было гладко, но и не всё так плохо. По крайней мере, Валя видел и светлые стороны этого уже не такого нового знакомства… дружбы, а может, уже и чего-то другого.