Останься просто так

      Шум, громкий смех, песни и танцы — всё это о праздновании нового года в доме семьи Чхве.       Он созвал всех друзей и знакомых, которых только мог, и вот, дом полон людей, а родители уехали отмечать праздник с родственниками, кажется это лучшее, что могло случиться со старшеклассником на новый год. И конечно же такое важное мероприятие, как вечеринка в честь новой главы в жизни каждого, не могло обойтись без самого лучшего друга — Кан Тэхёна, который сидел довольно тихо, что совсем не было для него непривычным, однако не заметить то, как он весь вечер словно пытается что-то сказать, но сдерживается, будто боится что-то выдать, было сложно.

***

      Родители оставили довольно много еды, и доедая один из салатов, организатор сего торжества, вынырнул из своих размышлений, и увидел, что место напротив него, место, принадлежащее Кану — пусто. Тот оказался в кухне, с которой перетащили стол в гостиную и кажется готовился подать ещё один салат к столу, на замену кончившемуся.       — Тэхён, не сто́ит, я сам бы всё сделал… — Субин бережно забирает из рук друга ложку и салатницу, продолжая замешивать его своими силами.       — Да ты ведь и так заморочился, всё это устроил… А мне не трудно, да и твой дом с холодильником я знаю как облупленных.       Ох, Тэхён и вправду знал этот дом. Семнадцатый год как знал.       — Ты странно себя сегодня ведёшь… — наконец высказал свою главную мысль вечера высокий хозяин квартиры, продолжая перемешивать овощи и прочие ингредиенты, которые уже в этом не нуждались. — Просто сегодня я хотел тебе кое-что сказать… — голос гостя едва заметно подрагивал, он явно безумно волновался — Хотя ладно, потом… Всё потом…

***

      И вот с салатного диалога проходит уже не первый час, и гости постепенно расходятся: кто к родителям, кто к другим друзьям, кто ещё куда, но Тэхён молчит. Молчит как язык проглотил, совсем ни слова с того момента не обронил. И сейчас он стоит у порога с хозяином квартиры, переминаясь с ноги на ногу, и провожает подвыпивших Ёнджуна и Бомгю, которые пообещали кому-то ещё приехать после часу ночи. — Так, ребят, вы только спускайтесь аккуратнее, такси если что внизу, удачи! — Субин предостерегает друзей и обнимает на прощание, пока Кан стоит сзади и ждёт своей очереди чтобы сделать то же.       Раздаётся щелчок закрытия входной двери и Бин поворачивается от неё обратно лицом к коридору и окидывая его взглядом, замечает, что Тэхёна и след простыл. Осмотрев ближайшие комнаты, Субин сделал вывод, что младший в уборной и присев в коридоре на диван недалеко от неё принялся ждать. Он был твёрдо намерен поговорить о том, что же замолчал Кан.       Только всё с чем он столкнулся за последние полчаса оказалось лишь бесконечное ожидание и молчание в ответ на вопросы о том, живой ли вообще его друг. Наконец совсем заскучав, Субин достал свою любимую гитару и устроился на диван в зале, тихонько наигрывая свои любимые песни.

***

      Тэхён забежал в ванную комнату и закрыл изнутри на защёлку. Как же было страшно и неловко оставаться с ним наедине. Он не сможет, он просто не сможет ему сказать и слова. Он будет стоять и молчать, краснея как поспевающая клубника, пока Субин будет читать его как раскрытую книгу, так же как читает каждого человека, которого видит. Но есть один нюанс: сейчас декабрь, и клубника зимой не растёт, а Кан Тэхён сегодня настолько читаем, что даже раскрытой книгой его назвать нельзя, разве что вывеской, которая буквально кричит о своей сути, что в неё можно даже и не вглядываться, одного взгляда хватает, чтобы понять, что к чему.       Прокручивая сотни раз всю речь, что он ночами собирался с силами высказать старшему, он с каждым разом всё больше чувствовал, что просто не выживет после этого, если вообще сможет что-то выдать, помимо заиканий на первых же словах. Зажмурившись от обилия собственных мыслей, Тэхён злостно почесал затылок и взглянул на своё отражение в зеркале над раковиной.       «Это конец.» — пронеслось в голове, и Кан наконец понял: он отсюда не выйдет.       Не так много успело произойти, однако за это время уже прошло без малого пятнадцать минут, и послышался первый вопрос о том, как самочувствие Тэхёна. За дверью стоял человек, которому стоило бы высказать всё за десяток лет накопившееся, однако сейчас и простого «Всё в порядке» он выдавить из себя не мог и просто напугано молчал, будто это поможет ему отсюда испариться, или заставит друга подумать, что именно это с Каном и произошло.       Проходит ещё какое-то время и из-за двери слышится звук их любимой гитары. Сколько раз они брали её с собой в походы, летние лагеря и на праздники. Сколько раз в походах Субин засыпал у костра щекой на боку этого инструмента, что потом Тэхёну приходилось бережно складывать её в чехол, а её владельца самому тащить в палатку, ведь разбудить его та ещё миссия. Сколько песен о любви было сыграно на этой гитаре, напевая которые, Тэхён, сам того не замечая, всегда посвящал эти строчки тому, кто перебирал струны. И сейчас, звуки, издаваемые этим струнным инструментом, так невыносимо тянули к себе, что просидев две сыгранные композиции, Кан сам не заметил, как открыл дверь. Он был не в силах сопротивляться.

***

      «Мне нужно просто как можно быстрее пробежать к выходу.» Твердо решил Тэхён и помчал к входной двери, которая словно с каждым шагом становилась лишь дальше от него. Однако он был быстрее и, добежав до цели, дрожащими пальцами принялся искать свой пуховик и обувь. Кан натянул ботинки совсем не застегивая их и, кажется, перепутав какие на какую ногу. Он накидывает пуховик и едва поймав собачку молнии неподдающимися пальцами, замирает. Из гостиной, что была буквально в метре, послышались до боли знакомые аккорды. Только что убегающий гость хотел как можно быстрее выбежать из квартиры, но кажется этот звук был сильнее его желаний. Дав себе моральную пощечину, Тэхён снова попытался застегнуть пуховик, но и это действие не оказалось завершённым.       Субин запел.       И не просто запел, а с середины песни, которая играла каждую новогоднюю ночь, что Кан себя помнит. Запел, и с самых трогающих сердце строк       — Может эта музыка послышится тебе во сне.       — Может вся эта история приснилась мне — почти шепчет Тэхен, неосознанно подпевая и подходя к дверному проёму гостиной, опираясь на него плечом.       — Может это ветерок мои губы колышет…       —… Может это я кричу тебе, но ты меня не слышишь — В унисон.       Субин поднимает глаза на друга в дверном проёме и как обычно понимает всё что можно и нельзя. Он всё видит, он всегда видит о чем думает Кан, словно у него это субтитрами над головой светится. Даже если тот молчит, а остальным трудно понять что у него в голове, Субин поймет его всегда.        У стоящего уже глаза на мокром месте и припев кажется придется пропеть сквозь слезы. « Если хочешь остаться — останься просто так »       Тэхён всхлипывая присаживается на диван рядом и помогает Бину допеть припев, после чего второй резко замолкает и кажется всё то, что привело Кана из прихожей сюда, испаряется, ведь снова становится страшно и неловко до боли в груди. Надо бежать.       Он уже делает попытку встать, как его резко садят назад, надавив сильными руками на плечи.       — Тэхён, что ты хотел рассказать? — Чхве уже даже не собирался спрашивать почему в его ванной поселились почти на час, почему от него хотят сбежать, сейчас он не понимает лишь того, что же от него замолчали за «салатным» диалогом.       Тэхён набрал воздуха в лёгкие и кажется не дышит. Сейчас или никогда.       Губы словно сшили, заклеили, скрепили степлером, что-то сказать снова казалось невозможным и он решил действовать, а не давить из себя жалкие словечки. Кан смотрит глубоко в глаза старшего, устраивает ладони на широких плечах того и… Обнимает так крепко что есть силы.       — Тэхён, ты чего?.. — Субин не теряя хватки тут же, уже абсолютно машинально, обнимает друга в ответ, но с чего вдруг такие нежности? Нет, объятий и прочих проявлений дружеской любви в их взаимоотношениях более чем хватало, но это всё было так по-другому?       — Что если я хочу остаться, но совсем не просто так? Чего? — Субин, я люблю тебя.       Тэхён всё ещё таял в объятиях крепких рук, но заметно напрягся всем телом. « Страшно, страшно, страшно! »       Субин сжал друга в руках насколько это только возможно и начал слегка покачиваться вместе с ним из стороны в сторону. Тэхён сейчас видел лишь стену напротив, но плечом, на котором лежала голова Бина, чувствовал что тот точно улыбается. Улыбается во все тридцать два, снова закрывая глаза из-за того что уголки губ натягиваются так высоко, что щеки перекрывают взор.       — И я тебя, Тэхён-и. — бархатным голосом, по которому тоже слышно, что его обладатель улыбается как только может. В самое ухо. Кан краснеет и сжимает губы от неловкости.       — Щикотно! Не делай так больше! — визжит младший, пытаясь высвободиться, но его крепко держат и сегодня уже точно не отпустят. Не хватало ещё чтобы он снова сбежал.       Нет, сегодня он уже никуда не сбежит.       Сегодня он останется.