***
Лезвие уверено рассекает нежную кожу, заставляя Тэхёна жмуриться от жгучей боли. Давно он так глубоко не терзал себя, но в этот раз были причины. — Мерзкое отродье, — прозвучало шепотом в стенах холодной ванной комнаты, — Ненавижу ненавижу. ненавижу.Слезы капают на кафель, эхом отбиваясь в голове, пока в глазах лишь пустота и влажный блик от тусклого света. Под ними темные круги, так званые поцелуи месяца, только вот Ким считает, что даже бесчувственной луне мерзко целовать такого как он. Губы все еще дрожат от сильного плача, пока руки делают новые и новые порезы на пухлых бёдрах. Сегодня он опять не уснёт, сегодня он опять будет винить себя за каждый кусочек пищи. Свернувшись в позу Лотуса, Тэхёну хотелось кричать от безысходности, от того насколько он жалок и слаб.***
— Хей! — после того как Тэ открыл дверь на него накинулся Чимин с объятиями, а сзади него стояли еще два парня, которые видимо уже привыкли к такой тактильной стороне Пака. Одного из них парень уже видел, зовут Намджун вроде, в побеге за идеальным телом, он вообще не видит, что происходит в его жизни. А второго он совсем не знает, да и не хочется, в конце концов они не его друзья. — Ты снова какой-то кислый, пупсик мой, — с упреком констатировал факт старший, — Но ничего, мы принесли сидра и пиццы, сразу полегчает.***
Дорогой дневник, Давно меня не было, верно? Было сложно, я снова срываюсь и ем. Хоть и я правда пытаюсь держать себя в руках, но ничего не выходит. Я когда ем, то будто все мои проблемы испаряются. Будто все хорошо… Жирная свинья! Дрожащая рука откидывает ручку, а солёная капля падает на страницу, заставляя часть чернил разойтись по бумаге. Сдерживать слёзы порой бывает сложно, но когда все вырывается наружу, то сильной волной, что накроет с головой и не рано отпустит.