По пути к счастью

- Дакен! Открой глаза! … - Ты слышишь меня? Дакен! … Мутант находился в темноте и слышал голос Локи словно через воду. Слова были гулкими и долетали до сознания Акихиро какими-то обрывками, словно и не ему кричат, и не его зовут, и не о нем речь. Парень лишь все глубже погружался в пустоту, которая обволакивала его точно пуховым одеялом, и не желала возвращать его жизни. Локи, чувствуя, что теряет своего возлюбленного, остановился лишь на один миг. Он применил магию, которая сковала тело юноши холодом. Теперь кровь мидгардийца стала более густой, жизнь его покидала гораздо медленнее. Сердце еще билось, хоть и призрачны были его удары. Нет, Одинсон не позволит так просто наемнику покинуть этот мир. Он не останется снова один. Не вернется к тому состоянию, что он будет снова непонят этим миром… ни одним из девяти миров. Йотун бежал по бивресту, что есть мочи, мысленно задаваясь вопросами, на которые ответа нет, и не будет: "Почему Дакен? Почему именно сейчас? Почему выстрел пришелся ему, а не тому, кто смог бы выжить после ранения?" - Только… не… уходи... Не… смей… покидать… меня… - шептал он, выдыхая каждое слово вместе с воздухом из легких. Каким же длинным ему сейчас казался этот чертов мост. Как же далеко бежать ему нужно сейчас до дворца, чтобы успеть добраться вовремя. - Мама! Тор! Кто-нибудь помогите! – Локи вбежал во дворец, держа тело чужеземца на руках. Лицо и одежда принца Асгарда были выпачканы в крови, а в глазах стояли слезы. Слуги моментально сбежались на зов младшего из Одинсонов и приняли из его рук еще живого незнакомца. Фригга, что услышала голос сына, вышла на лестницу и обомлела от представшей перед ней картины. - Что случилось? – Женщина моментально опомнилась, начиная быстрым шагом спускаться по лестнице. - В нас стреляли… он потерял много крови. Мама, прошу, помоги ему… - брюнет смотрел на женщину в золотых одеяниях как если бы ей под силу было вернуть кого-то с того света – Прошу… - повторил он одними губами. - Хорошо. Идем – кивнула Фригга и слуги, как и сам Локи, направились за ней. То, что происходило дальше для Локи можно назвать адом. Лекари не допустили его на операцию, не позволив даже просто стоять рядом и смотреть на то, как единственному по-настоящему близкому ему человеку спасают жизнь. Брюнет откинулся спиной на стену у закрытой двери и сполз на пол, прижав ноги к себе. Сил сдерживать в себе бурю эмоций у него уже не было. Его уже слабо волновало то, что кто-то увидит его слабости. Голова Одинсона легла на руки, которые он сложил на коленях, а слезы сами собой заскользили по его щекам, оставляя влажные дорожки на щеках и круги на одежде. Плакал он беззвучно, но и этого хватало ему, чтобы стало совсем немного легче. Локи не знал сколько времени он так просидел. Уже и слезы пересохли на его щеках, оставив лишь чистые от грязи и чужой крови бороздки, а ноги он выпрямил, чтобы дать ток крови после того как он ощутил в них онемение. На его плечо легла мягкая рука. - Локи… - голос Фригги он не перепутал бы ни с кем. Брюнет открыл свои изумрудные глаза и посмотрел на женщину с надеждой на благую весть. - Он…? – ас не смог задать столь ужасный, как ему сейчас казалось вопрос. - Он поправится – мягко проговорила женщина и ласково улыбнулась. - Я могу... – огромный груз упал с его души и принц даже немного улыбнулся. Он кивнул на дверь, что доселе была для него закрыта. Жажда увидеть Дакена пылала в нем костром. - Да, идем. Но ему сейчас нужен отдых. Он очень слаб – проговорила царица Асгарда. Она не ругала сына за то, что он нарушил запрет и привел кого-то в Асгард. В свое время то же самое сделал Тор, желая помочь смертной и излечить неизвестную в Мидгарде хворобу. Что ж… с эфиром было все гораздо сложнее, чем с простой пулей. Локи поднялся с пола и прошел следом за матерью. Ноги отказывались его слушаться, и казалось, что Одинсон вот-вот упадет на пол, так что он взял женщину за руку для поддержки. Он заставлял себя делать шаги и держаться прямо. Казалось, что тело его просто скоро предаст, и он так и не сможет дойти до постели, окруженной золотой сетью, что помогала чужеземцу восстанавливаться после операции. Подойдя к кровати, Локи взглянул через сеть в лицо Акихиро. Тот лежал с закрытыми глазами и спокойно спал. Его торс был перебинтован, а грудь пусть и слабо, но поднималась от дыхания. Брюнет смог заставить себя, наконец, улыбнуться. Он справился и Дакен будет жить. Осталось лишь уговорить отца позволить им обоим остаться тут и жить в Асгарде в мире и покое, где никто больше не причинит им вреда. *** - Нам, правда, можно остаться здесь? – спросил Дакен с легкой улыбкой. Он поднял голову, подставляя лицо дождю, который казался золотым из-за еще не ушедшего солнца. В Асгарде, как и в Мидгарде, было не редкостью явление, когда дождь и солнце на небе одновременно. - Да, отец согласился. Мне пришлось долго его уговаривать… но я же и сам здесь пришлый…в каком-то смысле - Локи посмотрел на парня и взял его руку в свою – Здесь нам ничего не угрожает. Мутант перевел взгляд вновь на аса. И Одинсон видел в голубизне глаз мидгардийца желание защитить и позаботиться о том, кто рядом с ним. - Тогда решено, останемся здесь. И ты должен показать мне здесь все! – уголки губ наемника скользнули в хитрой ухмылке. Он дернул принца за руку и побежал по радужному мосту, наслаждаясь теплым дождем и близостью бегущего рядом зеленоглазого чародея. Локи бежал рядом с Акихиро, держа того за руку и теперь мост уже не казался ему таким предательски длинным. Он, наконец, был счастлив, что все невзгоды для них закончились, и они вновь могут быть вместе. И никто не посмеет устроить на них травлю и охоту, преградить их счастью путь.