Go home

      Тишина, разбавленная стуком шаров Ньютона, мучительно давит на уши. Кабинет Ичиро не интересный, практически идентичный кабинету Натаниэля. Только скучнее. Нет растений, нет лишних вещей, всё так идеально, будто в этом помещении не работают 24 на 7. У Натаниэля однозначно захламленнее. Парень сидит в удобном кожаном кресле на колесиках. Чуть отодвинувшись и положив корпус на дубовый стол Натаниэль завороженно следил за траекторией движения шариков.       В последние время работы навалилось много: то легальный бизнес терпит малоприятные финансовые потери, то полиция стала активнее проверять порта, выискивая ниточки, которые в конечном счёте могут привести к раскрытию мафии. К сожалению сделать им этого не удастся. Натаниэль лично по указу Молодого Лорда зачищает оставленные следы. Так и мотается туда-сюда. Ичиро не легче: бумажная волокита, поддержание дружеских отношений с другими бандами, разработка планов по скрытному перевозу проституток или белого порошка. Сложно им всем, но они стоически терпят.       Скрип привлекает внимание Натаниэля что сразу поднимает глаза с остановившихся шаров на дверь. Ичиро, приложив телефон к уху и попутно читающий информацию с листков, проходит внутрь предварительно кивая Натаниэлю в знак приветствия. — Повысь проценты с выплат, — говорит Морияма на ходу прекращая телефонный и явно нудный разговор. — Я-то гадаю почему кабинет открыт, — делано удивляется Ичиро приближаясь к парню. Натаниэль улыбается, вспоминая с каким рвением вскрывал замок кабинета. Он поднимает голову, а Ичиро наклоняется, оставляя мягкое касание губ на чужом лбу. — Я старался, — хвалится Натаниэль, на что Ичиро закатывает глаза, зарываясь длинными и аристократическими пальцами в рыжие волосы. — Не сомневаюсь, — отвечает темноволосый. Голубые глаза в которых могли бы утонуть несколько сотен кораблей с необыкновенным теплом смотрят в темные, нет, даже чёрные, но отчего-то такие родные глаза Ичиро.       Они тянутся к друг другу, позволяя соскучившимся губам соединиться в страстном, жадном, но в таком нежном поцелуе. Ичиро берёт некое лидерство, но Натаниэль ему не уступает. Их языки сталкиваются переплетаясь между собой. Морияма углубляет поцелуй, вылизывая чужой рот. Натаниэль сдается, не поспевая за резвым темпом Ичиро, из горла вырывается стон, который утопает в сплетении губ. Воздух кончается и им приходится разорвать поцелуй, попутно глядя на тянущую прозрачную ниточку слюны. — Ты на сегодня всё? — Интересуется Натаниэль придвигаясь на стуле поближе к мужчине, которого в последствии обнимает, щекой прижимаясь к скрытому строгим костюмом плоскому животу. — Почти, осталось объяснить Лидии график на завтра, — на слова Натаниэль недовольно кривит губы. Снова она. — Кто это такая? — Невзначай спрашивает парень, хотя не раз слышал о ней и прекрасно помнит, что из себя представляет эта девушка. — Новая секретарша. По совместительству профессиональный ай-ди взломщик, —объясняет Ичиро. И как догадывается Натаниэль он взял её на работу только из-за последнего умения, или… — Секретутка?— Паясничает Натаниэль сильнее прижимаясь к Ичиро, что массировал кожу головы. — Натаниэль, — упрекает Ичиро, — я не первый раз говорю тебе прекратить надумывать чуши, — ругается Морияма, но как таковой злости или приказных ноток его голос не имеет. — Да-да, — отмахивается парень. Ичиро несколько раз за три недели (с момента когда Лидию приняли на работу) успел упомянуть эту женщину. То работу она хорошую проделала, то взломала базу данных полиции Нью-Йорка, и то и сё. Натаниэля она попросту заебала. Они и так с Ичиро стали видеться редко, а тут он своими упоминаниями портит и без того испорченное настроение Веснински. — Эй, — зовёт Ичиро обхватывая щеки парня обеими руками и поворачивая голову к себе. — Натаниэль, мне не нужен никто кроме тебя, и ты это знаешь, — голос Морияма мягкий, обворожительный и такой уверенный, что Натаниэль тонет в этой нежности. Он знает это, но знать и верить разные понятия. Ичиро приседает перед ним на корточки вглядываясь в опустившиеся на пол глаза. Натаниэль ловит взгляд чужих глаз, мигом приходя в себя. — Всё в порядке, — говорит Натаниэль не желая выглядеть жалким.       Отец всегда вбивал в него, что эмоции приведут только к смерти. Кулаки матери хорошо дали усвоить одну важную истину: он никому не нужен. Ни он, ни его никчёмные проблемы. И Натаниэль это знает, но за шесть лет отношений с Ичиро, начиная с шестнадцатилетия Натаниэля и с девятнадцатилетия Ичиро, эти истины начали меняться и он не знает что делать: слушать сердце, которое велит полностью отдаться и довериться Ичиро, или слушать чистый рассудок, что так яростно шипит: тобой поиграются и бросят.       Перед глазами так некстати мелькает обручальное кольцо. В день рождения Натаниэля, на двадцатилетие, Ичиро сделал ему предложение наплевав на собственного отца, что твердил о внуке и помолвке на выбранной женщине, которую вскоре по чистой случайности убили. И Натаниэль, визжа от счастья, согласился. Расписались в тот же день, но дабы не вызывать подозрений или лишних опасностей для Натаниэля решили оставить ему фамилию Веснински. — Твое: «я в порядке» может означать что угодно, — не довольствует Ичиро, чем вызывает у второго нахмуренные брови и злой взгляд. — Если я сказал что всё в порядке значит так и есть, — отвечает Натаниэль, Ичиро не обращает и каплю своего внимания на грубость. Натаниэлю можно всё. — Хорошо, — сдаётся Ичиро, но обоим известно: тема не закрыта.

***

      Встретить утро воскресенья в обнимку с мужем, в теплой и мягкой кровати — лучшее начало дня. Натаниэль без зазрения совести захватил тело парня: голову с половиной своего туловища уложил на темноволосого, одной ногой обвил чужую талию, а руками обнимал за шею. Удобная поза которую не хочется разрывать. Ичиро, судя по всему, тоже не против. Лежит неподвижной статуей, и о том что он человек сигнализирует лишь двигающаяся грудь и перебирающие рыжие пряди пальцы.       Обнаженная кожа под ним манит своей бледностью и парень не в силах сдержаться, всасывает кусочек плоти чуть выше соска, оставляя ярко-алеющее пятнышко. Ичиро одной рукой всё также продолжает шурудить в волосах, а второй спускается по давно изученному телу, на котором за прошедшую ночь успел оставить множество укусов и засосов. Гладит спину, спускается, оглаживает округлые ягодицы слегка сжимая и слыша в ответ сдавленный наслаждающийся вздох. Около бедра Ичиро начинает ощущаться выпуклость, которой Натаниэль без стыда начинает тереться об удобную опору в виде ноги парня. — Ты как пёс, — хмыкает Морияма попутно целуя Натаниэля в висок. — Лучше бы помог, — ворчит младший, чувствуя что обычного трения мало, дабы добиться оргазма. Ичиро испускает мягкий, такой не свойственный для него смешок, что Натаниэль готов расплыться лужицей. Чужая рука с волос перебирается ниже, проникает под кромку белья и охватывает готовый орган Веснински в кольцо из пальцев. Плавные движения вверх-вниз выбивают из него блаженное хныканье. Ичиро раззадоривая парня большим пальцем гладит головку, после чего вновь скользит до самого основания, наслаждаясь испускаемыми Натаниэлем томных вздохов. — Стой, я сейчас кончу, — затрудненно дыша просит парень, на что получает в непонимании выгнутую черную бровь. — Разве ты не этого хотел? — Интересуется Ичиро. — Этого, — соглашается он, — но я хочу с тобой, — продолжает Натаниэль, а Морияма молчит в ожидании конкретности, — ты знаешь, — обвиняет его Веснински, но получает отрицательное мотание головой, — я хочу кончить с тобой внутри, — он чувствует как собственные концы ушей покраснели, а довольное лицо Ичиро только подливает смущенности.       От переизбытка чувств Натаниэль слабо ударяет его в грудь. Ичиро разжимает кольцо из пальцев и вынимает руку, попутно перетаскивая Натаниэля полностью на себя. Таким образом, чтобы Веснински оседлал Ичиро. Из-под подушки старший достает лубрикант, заставляя рыжего нахмурится. — Мы трахались ночью, я растянут, — уверяет его Натаниэль, но Ичиро его даже не слушает, для него безопасность превыше всего. Кропотливый.       Пока темноволосый выдавливает смазку на пальцы, Натаниэль снимает с себя боксеры, а затем откидывает мешающееся одеяло в ноги, открывая себе лучший вид на тело парня. Пресс Ичиро — это то, на что Веснински по вечерам молится, чуть ли не на постоянной основе вылизывая рельефные кубики. Про достоинство Морияма он и подавно молчит. Половой орган так хорошо погружается каждый раз в разработанное нутро Натаниэля, что как в первый раз хочется кричать от переизбытка ощущений, а перед глазами вспыхивают яркие звездочки.       Два холодных пальца касаются сфинктера и без сопротивления проходят внутрь. Натаниэль поддается назад стараясь насадиться как можно глубже, протяжно выстанывая. Ко второму незаметно присоединяется третий палец и этого катастрофически недостаточного распаленному и до безумия возбужденному Натаниэлю. — Ичи, давай же, — громко хнычет парень ерзая на пальцах.       Ичиро хмыкает и с хлюпающим звуком вынимает пальцы из теплого нутра. Приспускает собственные боксеры оголяя стоящий колом член. Натаниэль давится слюнями при взгляде на налитый кровью орган неподсознательно облизывая губы. Пододвигаясь ближе Веснински подставляется под член. Ичиро проводит по органу, размазывая смазку и плавно, без резкости входит в Натаниэля. Морияма стискивает зубы от приятного ощущения влажности и тесноты. Делает пробный толчок ловя стон Натаниэля своими губами.       Двум разнеженным после сна телам не нужна долгая стимуляция. Размеренные, медленные толчки четко проезжаются по простате. Натаниэль судорожно испускает вздохи, обхватывая ладонью собственную головку члена. Бедра опускаются и поднимаются, рука работает в такт толчкам. Не проходит и пяти минут, Натаниэль доводя себя до пика кончает в руку. Ичиро ощущает как сильно в оргазме сжимается и разжимается нутро парня и вынимает собственный орган. Несколько раз проводит по нему рукой, достигая оргазма и извергая семя на спину младшего, что так сладко содрогался от полученного удовольствия.       Утренний секс — их любимый секс. По многим причинам: он выходит столь нежным и чувствительным, каждое движение переполнено эмоциями и желаниями подарить ласку партнеру, а день априори становится лучше. Натаниэль валится рядышком, наслаждаясь теплом Ичиро, который успел достать салфетки и избавиться от спермы на спине и на руке Натаниэля. Идиллию портит неприятное пиликанье телефона, что оповещает о сообщении пришедшем на него. Натаниэль лениво тянется к тумбочке беря гаджет в руку. Плюхается на живот одной рукой разблокировывает телефон, а вторую конечность кладёт на живот Ичиро. — Миньярд, — удивленно в слух читает Натаниэль попутно лаская пальцами торс старшего. Нахмурив брови он открывает переписку с ним, вчитываясь в сообщения. Совсем не замечая вздернутой брови парня рядом. — Часто вы с ним переписывайтесь, — не вопрос, а утверждение прилетает от Ичиро. — А по чьей вине? — Вскидывая обе брови с весельем спрашивает Натаниэль, — кто-то не контролирует брата, а тот сошел с ума и ломает ценные активы на право и на лево, — с упрёком говорит Натаниэль. — Теперь Кевин Дэй в надежных лапах! — Смеётся парень со своей же шутки. Ичиро закатывает глаза подхватывая свой телефон, принимаясь анализировать важные пришедшие за ночь сообщения.       Они лежат так достаточно долго, пропуская завтрак, но решая подняться к обеду. Сначала идут в душ, где разделяют пару тройку поцелуев и нежатся в теплой воде. Затем спускаются на кухню. Сегодня воскресенье и в этот день ни одной слуги в особняке Ичиро не наблюдается — законный выходной. Соответственно еду приходится делать самим. Если ранее они либо выходили в ресторан, либо заказывали еду, то теперь настал их черед готовить самостоятельно. Идея — ужасная, Натаниэль сразу сказал это. Он готовить не умеет от слов совсем. В Балтиморе были повара, мать к плите и близко не подходила, отец и подавно. Натаниэлю и самому как-то не интересно всё это, но вот Ичиро, видимо, что-то умеет, так как берет четыре яйца и разбивает их в углубленную тарелку. — Мне помочь? — Спрашивает Натаниэль заинтересованно смотря на то, как Ичиро умело взбалтывает яйца, — тебя обучали готовить? — Порежь немного зелени, — просит Морияма получая кивок. — Отец посчитал, что этот навык весьма полезен, — отвечает на второй вопрос парень. Натаниэль хмурится, вытаскивая доску из ящика, а зелень из холодильника, попутно подхватывает большой нож. Логично получается. Случись что и Ичиро останется в одиночку без денег и связи ему придется готовить себе пищу и без навыков ему не удастся себя прокормить, соответственно и выжить.       Резать петрушку с луком оказалось трудным заданием. Человека разрезать по кусочкам в разы легче. Нож огромный и им неудобно маленькими кусочками кромсать зелень. Кое-как управившись с данным поручением Натаниэль гордо приносит нарезанное «чудо» Ичиро. Тот, налив молоко в яйца, отвлекается от готовки смотря на принесенную нарезку. Его черные брови взлетают вверх и Натаниэль первый раз в жизни видит столь отчетливое выражение удивления на лице мужа. Парень вновь смотрит на зелень пытаясь понять что не так. Немного криво, где-то куски больше, где-то меньше, где-то толще, а где-то ýже. Какая разница, всё равно чувствоваться не будет. — Нож не удобный, резать было сложно, — оправдывается Натаниэль мило улыбаясь Ичиро, стоило тому перевести взгляд на громадный нож в руке парня. — Это Поварской нож, для зелени лучше было взять либо ножницы, либо универсальный, — поясняет Ичиро на что Натаниэль издаёт тихое «Упс». — Так тоже сойдёт, — уверяет его Ичиро, абсурдно вынимая из кучи зелени лист, что покромсан, но так и не разрезан. — Ты ни разу не упоминал про умение готовить, — замечает Натаниэль любуясь тем, как красиво выделяются вены на чужих бледных руках. Ичиро ставит сковороду на огонь разливая по ней масло, ждет немного и выливает содержимое тарелки. Желтая масса быстро распределяется по поверхности, равномерно ложась пластом. — Не считаю это каким-то сверх сложным умением, — пожимая плечами отвечает Ичиро на что Натаниэль удивляется. Он же теперь постоянно будет просить его что-либо приготовить. — Ты меня пригрел, я теперь как пиявка не отлипну, — говорит Натаниэль улыбаясь и представляя как в будущем он сидит на кухне, а Ичиро в одних спортивных штанах с влажными волосами готовит вкусные панкейки. Было бы здорово. — Миньярд умеет готовить, — невзначай бросает старший вынимая две черных прозрачных тарелки, разделяя омлет на две равные части и перекладывая каждую часть на отдельную посуду. Натаниэль хмурит брови совсем не въезжая причем тут Миньярд. — Миньярд тут причём? — Спрашивает он, следуя за Ичиро, что дополнительно положив на омлет помидор с огурцом унес тарелки на стол. Натаниэль садится на стул продолжая сверлить недоумевающим взглядом Морияма. Тот не обращая на него внимание наливает в один стакан апельсиновый сок, а во второй черный кофе. — Не причём, кушай, — бросает он передавая сок Натаниэлю. Тот несколько секунд обдумывает сказанное, пытаясь сопоставить причины почему его муж упомянул Миньярда. Желание устроить допрос велико, но он знает — если Ичиро не хочет говорить значит он и не скажет. Первый кусок отправляется в рот и Натаниэль блаженно прикрывает глаза, наслаждаясь приятным, домашним вкусом.

***

      Натаниэля корежит от одного взгляда на эту чертову Лидию. Та сидит и вслушивается в каждое слово, гадко-зелеными глазами смотря на своего Господина, который объясняет важные нюансы их торговли. Натаниэлю так и хочется несколько раз воткнуть ручку ей в глаза, дабы глазные яблоки вылились словно вода из крана, услышать её вопли боли. Желваки сжимаются и расслабляются. Открытый наряд Лидии раздражает ещё сильнее. Кто на деловую встречу придёт с огромным вырезом на груди, что открывает вид на пышный бюст? Только Лидия. Кулаки чешутся и чтобы сдержать гнев, Натаниэль изо всех сил сжимает их и в ту же секунду слышит хруст ручки. Та от напора треснула и разломалась пополам, привлекая своим шумом всеобщее внимание. — Ты меня слушаешь? — Спрашивает Ичиро, с припущенными уголками губ. Натаниэль в шоке распахивает глаза. Он разочарован в нем. Эти гребаные припущенные уголки губ сигнализируют о том, что Ичиро в нем разочарован. Натаниэль вскакивает с места впиваясь взглядом в белый стол. — Нет, не слушаю, — шипит он, покидая кабинет напоследок со всей силы хлопая дверью. В спину от охранника он слышит тихое «ПМС что ли» и желание вернуться и разрисовать ему морду велико, но желание убраться отсюда сильнее. Натаниэль спускается по темным коридорам, идет ниже со знанием того, что сейчас у воронов по расписанию выездная игра, а значит в гнезде пусто. Ему же лучше. Он не надевает защиты, переодевается лишь в спортивную форму, берет клюшку и корзину мячей. Несколько мячей летят в ворота, другие на полной скорости влетают в конусы.       «Ты не более, чем игрушка на пару дней»       Натаниэль вымещает весь гнев на снаряде, что от силы удара попадает в оргстекло и на полной скорости отскакивает. Не помогает. Он бросает клюшку на пол, покидая поле.       «Скучный»       Злость уходит, а вместо неё приходит отвратительное чувство жалости к себе.       «Любви не существует, но существует людской эгоизм»       Он знает что рано или поздно надоест Ичиро, но он так не хочет этого. Он до безумия любит его, человека, который показал ему маленький проблеск света в нескончаемой тьме.       «Вбей это себе в голову, младший: ты никому не нужен»       В районе груди слишком больно колет. Он без сил оседает на пол, посреди темного коридора. По щекам ползут ненавистные соленые струйки. Слезы скатываются по подбородку падая на бетонный пол. Насколько же он жалок. Теперь понятно почему Ичиро разлюбил его. Постоянно ноющих людей, с букетом различных психологических травм любить-то особо и не за что. — Эй, — рядом с ним кто-то приседает на корточки подавая ухоженную руку с целью помочь подняться. Натаниэлю и гадать не нужно кто это. Ичиро мастерски прячет беспокойство за маской безразличия и спокойствия. Именно то, что Кенго вбивал в него с раннего возраста. Натаниэль, не принимая помощи, поднимается на ноги опираясь на стенку. Он чувствуется себя оголенным и противным. Ему до безумия стыдно перед Ичиро. — Почему ты не на собрании? — Севшим голосом спрашивает Натаниэль, не поднимая глаз с пола. — Ты ушел и я пошел за тобой, — говорит парень, желая прикоснуться, но Натаниэль ясно дал понять что не надо. Теперь Натаниэль своими истериками срывает важные встречи Ичиро. А ведь тот старается сделать так, чтобы клан процветал. Он всё портит. — Не стоило, — Натаниэль отталкивается от стены и бредёт к раздевалкам. — В смысле не стоило? — Хмурится Ичиро впервые грубо спрашивая Натаниэля о чем-либо. Для Веснински это как пощечина, он мигом вскипает заходя в раздевалку запирая дверь. Он конечно сомневается что какой-то жалкий замок сможет удержать главу мафии от проникновения в раздевалку, но одно он знает точно — Ичиро не будет пересекать его личные границы без разрешения.       Морияма выдыхает сквозь зубы и прижимается спиной к стене рядом с дверью. Он позволил лишним эмоциям вырваться наружу. Какой позор. Хотел помочь Натаниэлю, но сделал только хуже. Он видит что с ним что-то не так. Возможно, на него что-то давит, или ему нужен отдых от всего, либо… Третий вариант страшнее всего, но если это он и есть, то Морияма нужно будет смириться и ничего тут не поделаешь. Если Натаниэль остыл к Ичиро и теперь ему нравиться кто-то другой, то Морияма обязан отпустить его. Пусть и будет больно. К сожалению учение отца о том, чтобы он ни к кому не привязывался были ни так уж и глупы.       Спустя долгие минуты Натаниэль выходит из раздевалки, не встречаясь взглядом с Ичиро, проходя мимо словно тот не более чем декоративный цветок. Морияма не возражает, знает — Натаниэлю плохо и без позволения помочь, Ичиро не может вмешаться, хотя бы потому что Натаниэль не даст понять из-за чего ему плохо. Они в тишине садятся в ожидающую их машину с водителем говорящим только на японском. Получив кивок от Господина, водитель заводит машину и плавно выезжает с парковки. — Почему ты разочаровался во мне сегодня? — Голос Натаниэля пуст, как и взгляд который направлен в окно. — Я не разочаровывался в тебе, — отвечает Ичиро, на что Натаниэль молча поджимает губы в явном неверии. — Я хотя бы раз за шесть лет лгал тебе? Уверен, что я не заслужил твоего доверия? — Взрывается Морияма дернувшись, чтобы повернуть лицо парня к себе, но вовремя одергивая себя. Натаниэль безучастно продолжает глядеть за быстро меняющимися местами, а Ичиро отворачивает голову в сторону своего окна. Оставшийся путь они едут в мрачной тишине.       Впервые за четыре года совместной жизни они спят раздельно. Натаниэль чувствует опустошенность и решает лечь в комнату для гостей. Ичиро же заперся в кабинете, видимо, не собираясь оттуда высовывать и носа. В комнате холодно и одиноко. Он так привык к теплу под боком, к нежным рукам что обнимают его и горячим губам что опаляют кожу поцелуями. Ему приходится ворочаться из стороны в сторону, дабы хоть как-то комфортно улечься и уснуть, но не получается. Сон не идёт, гнилые мысли давят на голову и Натаниэль подумывает о том, чтобы ударится головой об стену, но сдерживает этот порыв.       Чертыхаясь и плюя на свою гордость Натаниэль встает с кровати, мигом содрогаясь от холода помещения. Парень без раздумий покидает комнату, делая пометку никогда впредь в неё не возвращаться. Давно ставшие родными стены особняка придают некую уверенность и спокойствие. В первое время, когда он только переехал к Ичиро он часто блудил в особняке, но с течением времени адаптировался к извилистым коридорам. Быстро преодолевая расстояния от одной комнаты к другой, привычной, Натаниэль останавливается перед дверью. Мнется секунду раздумывая можно ли ему зайти. Это и его комната тоже, но ждут ли его там? Выдыхая и встряхивая головой Натаниэль откидывает сомнения, и без стука открывает дверь.       Глазам открывается непроглядная тьма. Если в коридоре есть небольшие лампы, что мало, но освещают путь, то в комнате ничего не включено. Натаниэль заходит внутрь, закрывая дверь, и на секунду останавливаясь у неё, позволяя своим глазам привыкнуть к мраку. Через некоторое время он с удивлением замечает лежащее на кровати тело. Натаниэль думал, что Ичиро не покинет сегодня свой кабинет. Словно мышка, стараясь не разбудить спящего парня, Натаниэль крадется к своей пустующей стороне кровати. Быть серой и тихой мышкой он научился ещё в Балтиморе, под надзором своего отца. Ичиро пусть и спит не крепко, наоборот достаточно чутко, но пока что не просыпается. Натаниэль отдергивает одеяло и ложится укрываясь. Глаза впиваются в оголенную спину Ичиро, Натаниэль не сдерживается и кончиками пальцев дотрагивается до парня.       Тот мигом просыпается включая рядом стоящий ночник и поворачивает голову. Натаниэль потерянным взглядом смотрит на сонного Ичиро, лицо которого мягко обволакивает приглушенный свет. Через мгновение ночник выключается, а Ичиро поворачивается лицом к Натаниэлю, в приглашении раскрывая руки. У Натаниэля глаза на мокром месте и наверняка тот выглядит не лучше побитой псины, но упав в объятья Морияма на душе становиться легче, а вся нервозность и напряженность покидает тело. Глаза мигом закрываются и сон утягивает в темную пропасть.

***

      Натаниэль молча сидит за столом в сотый раз перечитывая одно и то же предложение. Буквы не складываются в логическую цепочку, а мозг не желает обрабатывать слова. На деле разум Натаниэля далеко от его кабинета, в котором он пытается сделать отчеты. Мысли возвращаются к тому утру. Оно было довольно странным. Они проснулись из-за будильника Ичиро. Всё так же в обнимку, не желая даже на секунду отцепляться от друг друга, но пришлось. Собирались в молчании, ни один не решался заговорить. Натаниэль не знал с чего начать, а Ичиро… Чёрт его знает почему он молчал. Прошло четыре дня за которые они так и не сели поговорить, ограничиваясь повседневными вопросами и ответами, старательно оббегая стороной их недавнюю ссору. Натаниэль пусть и спал в одной кровати с Ичиро чувствуя себя достаточно спокойно, но не высыпался. Попросту не мог уснуть из-за зарываний в собственных же мыслях.       В голову то и дело закрадываются мысли того, что Ичиро попросту устал от него и это будет справедливо. Зарывание в попытках разобраться почему всё идет наперекосяк не позволяет Натаниэлю сосредоточиться на отчетах, которые он должен сдать к концу дня. Почему именно Лидия? Чем он хуже её? Ичиро никогда не жаловался и не предъявлял претензий к нему. Осознание молнией пронзает голову. Она женщина. На деле Натаниэль даже ориентацию Ичиро не знает. Возможно, Морияма бисексуал, а возможно и натурал, что косил под гея.       Натаниэль машет головой. Что за бред? Не выспавшийся мозг придумывает полную ахинею с которой Натаниэль не может совладать. Тогда что…Женщина. Натаниэль поджимает губы, нахмурив брови от своей новой догадки. Рано или поздно Ичиро придется завести ребенка и… Может быть он рассматривает Лидию как инкубатор для рождения ребенка? Натаниэль запрокидывает голову к верху проклиная всё и вся. Он не против ребенка, но не от Лидии.       Виски пульсируют, голова тяжелеет, а тело становится ватным. Натаниэль резко встает кладя на все отчеты огромный болт похуизма. Подхватывая со стола бутылку воды и вытаскивая из ящика бутылек снотворного Натаниэль необдуманно извлекает сразу три таблетки, запивая огромным количеством воды. Ему хочется забыться, но не в алкоголе, а во сне. Кожаный маленький для его роста диван единственное место для незапланированного сна, который пусть и неудобный, но всё же лучше, чем пол. Одеяла, к его сожалению нет, поэтому Натаниэль сворачивается калачиком, пытаясь хоть как-то уютнее обосноваться. Это не кабинет в особняке Ичиро, это кабинет в небоскребе, в котором все комнаты заняты, а искать одеяла бесполезная идея. Через несколько минут, Натаниэль успел сосчитать до 89 на немецком, мысли улетучиваются, а тело полностью расслабляется позволяя парню окончательно погрузиться в сон.       Ичиро сбился со счету сколько часов в день он проводит в кабинете или на выездах. К концу дня Натаниэль должен закончить некоторые отчеты, что завтра отправятся в компанию, и проверить их придется сегодня, а время близится к семи вечера. Сделав глоток виски, Морияма хмурится от прострелившей голову острой боли. Пора бы заканчивать с употреблением алкоголя во время работы. Работу желательно тоже прекратить. Следует выкроить время для разговора с Натаниэлем, тот в последние дни совсем никакой. Выглядит болезненно и в целом уставшим. Ичиро это не нравится, неприятный осадок беспокойство заседает в горле постоянно напоминая о себе в виде мыслей и рассуждений.       Он не помнит что мог сделать не так. Может он был резок и грубоват с ним? Но разве Натаниэль когда-то жаловался на поведение Ичиро? Нет. В чем тогда проблема? Вероятно, Натаниэль устал от него и зная детство парня, он точно изголодался по ласке и вниманию. Ичиро старается дать всё это с полна, но правление кланом занимает уйму времени. Морияма массирует лоб. Гадать бесполезно. Необходимо подойти и спросить Натаниэля лично. Темноволосый встаёт направляясь в кабинет мужа, что находится этажом ниже.       Увиденное немного необычно, хотя не удивляет. Натаниэль крепко спал на диване, что был не особо удобным для сна. Обычно Натаниэль не устраивает себе тихий час на рабочем месте, но сегодня, судя по всему, исключение. Ичиро осторожно садиться на оставшийся кусочек дивана запуская руку в кудри. Те часто бывают непослушными, но всегда мягкие и постоянно пахнут сочной клубникой. Натаниэль не просыпается, но поддается ласке как изголодавшийся кот, улыбаясь во сне. Ичиро недолго любуется парнем, чувствуя укол вины из-за отсутствия одеяла, после чего он забирает несделанные отчеты и покидает Натаниэля, не решаясь будить его.       Он просыпается полностью дезориентированный и первые минуты по-глупому сидит на диване пытаясь вспомнить где он и кто. За окном полный мрак, а настенные часы показывают половину двенадцатого. Натаниэль в шоке распахивает глаза. Это сколько он проспал? Вскакивая с дивана и жмурясь от боли в теле, Натаниэль замирает на несколько секунд. Перед глазами все потемнело, а дышать стало тяжело. Отойдя, он подходит к столу обнаруживая пропажу отчетов. Натаниэль виновато выдыхает. Он подвел Ичиро. Дерьмо. Он устал от самого себя.       Быстро, не пользуясь лифтом, Натаниэль по лестницам поднимается и заходит в кабинет мужа предварительно постучав. Ичиро не стал его будить, но и уезжать без него тоже не стал, оставаясь в кабинете и работая над бумагами. Морияма переводит взгляд на парня внимательно осматривая, Натаниэль со стыдом в глазах, сожалея о невыполненной работе смотрит в ответ. — Мне жаль, — начинает Натаниэль, но его тут же перебивают. — Ничего страшного, — отзывается Морияма, которому чхать на эти отчеты, когда его мальчик чувствует вину из-за ничего. Натаниэль устало улыбается. В последнее время его эмоциональный фон скачет словно на батуте. — Тебе стоит отдохнуть, — вновь начинает говорить Ичиро, с щемящим сердцем смотря на образовавшиеся круги под глазами и похудевшее лицо Натаниэля. Морияма видел по утрам как тот завтракал, но потом они расходились по делам и ему попросту не оставалось времени проследить ест ли его муж что-либо ещё за день. — Небольшой отпуск. Неделя или две, сколько ты хочешь, — продолжает объяснять он, ловя на себе потерянный взгляд Натаниэль. — Ты можешь съездить куда-то. Мне жаль, но я не смогу съездить с тобой, — им на самом деле давно не удавалось куда-либо выбраться вместе с намерением отдохнуть, особенно после смерти Кенго. Выезжали только на встречи. В этом году Ичиро планировал слетать с ним на Гаити, но ближе к лету. Сейчас слишком много навалившихся дел. То облавы, то Китайцы воруют товар, то наркоторговцы пытаются сбежать с нехилой суммой денег. Он не заикается про легальный бизнес с мешающимися конкурентами и слишком заинтересовавшейся о бизнесе полиции. — Я не хочу, — мигом расстроившись бросает Натаниэль и Ичиро не знает чего ещё ему предложить. — А чего ты хочешь? — Интересуется он, ожидая хоть какую то подсказку от Натаниэля, но тот молчит пожимая плечами. Ичиро поднимается со стула и подходит к парню вставая рядом. Протягивает руки, ждет несколько секунд и только когда Натаниэль сам поддается вперед заключает его в объятия. — Что случилось? — Спустя время задает вопрос Морияма. — Ничего, — без каких-либо эмоций отвечает Натаниэль. Он не готов сейчас говорить о давящих на него тем, ему нужно время подготовиться и собраться с мыслями. Сейчас неподходящий момент. Ичиро шумно выдыхает. — Что? — Хмуриться Натаниэль. — Ничего, — фраза Ичиро брошенная невзначай, не имеющая смысла или какого-либо подтекста заставляет Натаниэля вспыхнуть похлеще спички. Он скидывает чужие руки с себя смотря на теперь уже, слегка удивленное лицо Морияма. Натаниэль отступает на несколько шагов и с громким хлопком покидает кабинет.

***

      Психуя Натаниэль идёт по темным переулкам Нью-Йорка. На место раздражению приходит усталость и апатия. Опять он включил режим истерички. Стыд-то какой. Холодный ветер обдувает и освежает, надо бы возвращаться и извиниться в кои-то веки перед Ичиро. Объяснить, что Натаниэль не прав и виноват перед своим мужем. В конце концов собраться, сесть и поговорить с Ичиро, рассказать, что так беспокоит его на протяжении нескольких дней. А дальше… Дальше будет решать Ичиро захочет ли он с ним жить дальше либо нет. Натаниэль поймет если нет. Морияма и без того устает на работе, а тут он со своими постоянными закидонами. Надоедливый прилипала.       На улице стоит ночная мгла и только изредка фонари освещают дорогу. Он шел на эмоциях куда глаза глядят и сейчас он чёрт пойми где. По спине пробегает холодок, неприятное ощущение будто за ним кто-то следит, но оглядевшись Натаниэль удостоверился что один. Тишину разбавляет лишь лай собаки и копошения крыс в мусорном баке. На всякий случай он вынимает пистолет, крепко удерживая его. Другой рукой он достает телефон пытаясь понять свою геолокацию. Но резко зазвонивший гаджет заставляет на месте подпрыгнуть и почти взвизгнуть. На дисплее ярко высвечивается имя звонившего. Натаниэль не долго думая принимает вызов. — Прости меня, — после недолгого молчания хриплым голосом просит Ичиро, чем до жути удивляет Натаниэля. Тот останавливается посреди переулка хмуря брови. Ссора ссорами, но ни он, ни Ичиро никогда ранее не извинялись перед друг другом. От этого в груди теплеет, но улыбке не дает расплыться непонятное чувство опасности. — Я должен бы вести себя сдерже… — Громкий выстрел. Телефон летит на асфальт.       Натаниэль не успевает понять с какой стороны его подстрелили. Целились в сердце, но снайпер, по-видимому, новичок раз на несколько миллиметров промахнулся. Не в силах стоять Натаниэль валится на колени, крепко сжимая зубы, а затем и вовсе падает на бок. Кровь вытекает из раны нескончаемым фонтаном, растекается вокруг и ручьями спускаясь по асфальту. Пуля прошла на вылет и как бы он не пытался зажимать рану, дабы предотвратить огромной потери крови, резко ослабевшие руки не в силах сделать это нормально. Дышать тяжело, на улице становится по-зимнему холодно, телефона поблизости нет, а Ичиро, наверно, до сих пор на связи. Натаниэль знает что не должен закрывать глаза, но веки становятся до неприличия тяжелыми. В горле пересыхает и последнее что он желает сказать пока жив: «Я люблю тебя» Глаза закрываются, дыхание останавливается. Мир Ичиро полностью разрушается. Они так и не успели поговорить.