Останься со мной, пожалуйста

      — Ну и ужасное же пиво в твоей стране! — чуть заплетающимся голосом воскликнул парень за стойкой, обращаясь к своему собеседнику, сидящему рядом с бокалом виски.       — Я вообще не понимаю, зачем ты берёшь это дешёвое светлое пиво, а потом возмущаешься, — засмеялся в ответ молодой человек, чуть поправив очки. — Насколько я помню, ты больше любишь тёмное и эль.       — Ещё скажи, что у вас делают приличный эль, — снова забурчал Англия.       — Эй, ты вообще слышал про APA? — Америка, как всегда, пропускал мимо ушей все выпады Британии в свой адрес.       — Да-да, — не найдя больше аргументов, он уткнулся в свой бокал.       Альфред же внимательно смотрел на Артура, это был далеко не первый его визит за последние полгода. Он тщетно пытался припомнить, случалось ли такое со времён его отделения. Предлогом были какие-то конференции, в которые с трудом верилось. Раз в две-три недели, когда Кёркленд приезжал, всё развивалось по одной и той же схеме — он без предупреждения заваливался к нему в поместье, они шли в бар, где гость страны накидывался в сопли, после Джонсу приходилось его тащить на себе, а на утро его, как и не бывало.       Где-то в глубине души Штаты надеялся, что никаких конференций нет вовсе, а Британия приезжает именно к нему, чтобы провести время с ним. И с присущей ему неуклюжестью в выражении эмоций не находил ничего лучше, как напиваться и грубить.       Англия приезжал именно к нему, чтобы провести время с ним. И каждый раз вместо того, чтобы попросить остаться наедине в поместье, он зачем-то настаивал на походе в бар. Каждый раз заказывал невкусное светлое пиво и, так и не решаясь рассказать об истинной цели своего визита, заливал им свою неуверенность в себе.       — Ты бы меня как-нибудь позвал к себе, показал, как вы у себя делаете правильный эль, — на лице парня появилась характерная полуулыбка, почему-то так выводящая из себя Артура.       — Будто тебе нужно приглашение, чтобы приехать ко мне, — ещё больше ощетинился Британия. — Ты же не так давно приезжал.       — Англия, это ведь был официальный визит, — вряд ли это было бы корректно, если он напросился на экскурсию по пивным заводам сразу же после похорон королевы.       — Ну, а до этого… — всё ещё не сдавался он.       — Свадьба — это тоже официальный визит.       — Вернусь и первым же делом напишу тебе официальное приглашение с подписью короля, — буркнул Артур. Иногда он не понимал, что же нашёл в Америке — вечно жизнерадостном, инфантильном и обязательно желающим оставить последнее слово за собой.       — Я покурю, — Штаты встал из-за стойки. — А тебе советую прекратить издеваться над собой — если ты не хочешь проверять качество эля и портеров в этом баре, возьми хотя бы виски. Кроме американского, который, вероятнее всего, тебе тоже не понравится, у нас есть шотландский, ирландский и британский.       — Советчик нашёлся. Сам-то когда собираешься прекратить издеваться над собой? — он чуть кивнул в сторону пачки в руках у Альфреда.       — Сказал тот, кто не мог представить свою жизнь без трубки ещё не так давно, — засмеялся он в ответ и добавил шёпотом. — Про опиум я вообще молчу.       — Иди уже, Америка, — неожиданно смутился Артур.       Улыбка сразу же сошла с лица Джонса, как только он оказался на заднем дворе бара. Он мысленно представлял, что Британия, как всегда, не послушает его и продолжит напиваться пивом. Окажись они наедине, он всё-таки решился бы задать вопрос, зачем же Кёркленд продолжает приезжать к нему с такой частотой, хотя меньше всего он хотел бы услышать, что он не имеет к этому никакого отношения.       — Я взял тебе виски, — Англия подвинул бокал в сторону. У него самого в руках был точно такой же, к удивлению Америки. — И заказал счёт. У тебя есть дома что выпить?       — Да, конечно, — возможно, слишком быстро ответил Альфред.       — Я ведь могу остаться у тебя? — спросил он, сдвинув свои брови и не открывая взгляда от чуть потрескивающих кубиков льда.       — Да, конечно, — снова повторил Америка.       Он хотел было вызвать такси, но британец сказал, что хочет прогуляться, тем более что бар находился всего в паре кварталов от дома Джонса. Всё шло не так, как обычно, поэтому, растерявшись, Штаты не мог придумать ни одну тему для разговора. Видимо, у Англии были те же мысли, так как и он хранил молчание всю дорогу.       Поместье Америки встретило их гулкой тишиной — после улицы, где хотя бы шумели машины и были слышны голоса отдыхающих в пятничный вечер, это угнетало.       — Проходи пока в холл, я схожу за выпивкой, — хозяин кивнул головой в сторону дверного проема, откуда лился желтоватый свет от камина.       Раньше эта комната казалась Артуру более уютной. Когда-то давно, в детстве Альфреда, он проводил здесь много времени, когда приезжал на его дни Благодарения, Рождество и другие праздники. Это было до его отделения. Прошло почти двести пятьдесят лет, хотя что это такое для государства, столице которого почти две тысячи.       Официальные встречи Штаты тоже проводил тут, но даже тогда, с кучей стран, она была более приветливой. Англия неуверенно плюхнулся в казавшееся раньше более удобным кресло перед камином. Высокие потолки, почти полное отсутствие света, кроме нескольких торшеров, только усиливали это ощущение некомфортности.       — Устроился? — возникший из темноты Альфред с двумя бокалами и бутылкой заставил Артура вздрогнуть.       — Да, — отстранённо ответил он, забирая свой виски. Задумавшись на минуту, он всё-таки решил начать разговор, тишина становилась невыносимой. — Всегда было интересно, почему ты остался в этом доме — он совершенно тебе не подходит.       — Его построил ты для меня, — эта фраза заставила Британию смутиться второй раз за вечер. — Ты же знаешь, что я успел пожить во всех своих штатах, даже на Гавайях и Аляске. Как оказалось, Вашингтон мне всё-таки ближе, чем степи Аризоны, горы Колорадо, озёра Мичигана и не прекращаемый шум Нью-Йорка и Калифорнии. Он немного скучноват, но я всегда могу махнуть куда-то ещё, так что это не проблема.       — Помню время, когда ты перебрался на западное побережье в Сан-Франциско, — хохотнул Англия, расслабляясь под действием алкоголя, вспоминая недолгий антимилитаристский период в жизни Америки.       — Были времена, — улыбнулся он в ответ.       — Слушай, а мои вещи? — тишина снова начала обволакивать его. — Они же в той же комнате, что и до этого?       — Да, я попросил её подготовить для тебя, — соврал Штаты — эта комната всегда была готова для Британии.       — Мы могли бы, — он чуть замялся. — Переместиться туда? Там ведь тоже есть камин.       — Не думал даже, что ты замечал, что это всегда одна и та же комната, — Америка никогда не допускал мысли, что его слова могут кого-то задеть.       — Так идём? — бровь над левым глазом нервно задергалась.       — Пошли, — он тут же оказался на ногах. Сегодня всё шло не так, как обычно.       Артур заметно успокоился, оказавшись в помещении, где он хотя бы видел стены. Точно такое же кресло с высокой спинкой как и в холле было в разы удобнее. Альфред же, казалось, чувствовал себя не очень уютно. Стены были слишком близко, кресла были слишком близко друг к другу, Англия был слишком близко. Он сразу же потерял всю спесь и старался не смотреть на него.       — Ты что-то подозрительно тихий сегодня, — снова именно Британия решил начать разговор.       — Будто ты не рад этому, — с голосом Кёркленда стены будто бы немного раздвинулись. — Только обычно и жалуешься, что без умолку трещу.       — Просто непривычно, — умение Штатов переворачивать всё мало того, что с ног на голову, так и ещё и обязательно в свою пользу, просто выводила Британию из себя.       — Если ты уж так хочешь поговорить, давай поговорим, — Артур услышал недобрые нотки излишней весёлости в голосе Альфреда, обычно не заканчивающиеся ничем хорошим ни для кого из его собеседников. — Что это за такие конференции, про которые я ни сном ни духом?       — Разные, — он ведь знал, что рано или поздно этот вопрос будет задан.       — Может, и мне надо на них сходить? Они всё-таки в моей стране проходят.       — Не думаю, — заметно занервничал Англия. — Я там по приглашению. Две страны на одном подобном мероприятии — это уже слишком.       И всё же вопрос, были ли эти конференции на самом деле, оставался открытым. Артур пил слишком быстро и много, а после нескольких бокалов пива, виски забирал его прямо на глазах. Альфред снова ушёл в себя, не зная, как поддерживать разговор с ним в таком состоянии. Единственное, что его радовало, что не придётся тащить Британию на себе.       Последний, казалось, уже клевал носом. Джонс неожиданно почувствовал необъяснимую злость. Зачем это всё нужно было, если каждый раз заканчивалось одинаково? Захотелось просто встать и оставить спать его как есть в кресле.       — Ты куда? — Кёркленд перехватил его за рукав, когда он уже собрался исполнить задуманное.       — Покурить, — вздохнул Альфред. Он и правда уже собирался уйти, но вместо этого вышел на балкон.       Облокотившись на бетонные перила, он наблюдал за мерцающими огоньками города, от которых его отделял небольшой парк. Вашингтон никогда не был тусовочным, в этом Англия был прав. Вместе с дымом из легких потихоньку выходила из злость.       Какой же он гордый, самовлюблённый и всегда считающий себя абсолютно правым в любой ситуации и…       — Я его таким люблю, — закончил свои мысли вслух.       Британия всё-таки уснул, пока его не было. Ещё раз вздохнув, Америка, понял, что не может его оставить здесь. Аккуратно, так, чтобы не разбудить, он поднял его и отнес на кровать.       — Ещё раздевать его что ли? — сглотнул он, глядя на явно неудобный ремень Артура. Обычно, даже будучи сильно пьяным, он был в состоянии раздеться самостоятельно.       Беспомощность Британии сводила его с ума. Раз за разом он отгонял «неправильные» мысли.       — Нельзя пользоваться пьяным человеком, — краснея, напомнил Штаты сам себе, стягивая с него штаны.       Аккуратно сложив всё рядом с кроватью, вздохнув в третий раз, он уже точно собирался уходить к себе.       — Альфред, останься со мной, пожалуйста, — он снова перехватил его за рукав.       Альфред? Когда он последний раз обращался ко мне по имени? Он не спал всё это время? Или это его пьяный бред?       — Хорошо, — только получив согласие, Артур выпустил его рубашку.       Он не собирался оставаться тут до утра, поэтому остался в одежде, только сняв очки, и лег рядом максимально далеко от Англии.       Нельзя пользоваться пьяными людьми.       Британия сразу же перевернулся на другой бок, обвивая Штаты руками и ногами, заставляя последнего ещё больше напрячься.       — Ты такой теплый, Ал.       Снова он обратился по имени. Он выставил условия о субординации, сразу же после отделения. Никаких Альфредов и Артуров больше не было в их разговорах, только официальные сухие Англия и Америка.       — Ты же спишь? — Джонс не был в этом уверен.       В ответ он услышал только ровное сопение. Если Кёркленд и не спал ещё минуту назад, то сейчас это было так. Подождав около десяти минут, чтобы убедиться, что Британия не проснется, Штаты аккуратно вылез из его объятий.       — Сладких снов, Артур, — он невесомо коснулся лба Англии губами.       Забрав очки с прикроватного столика, ещё раз обернувшись на спящего парня, Америка вышел из комнаты.