Одиссея моей дружбы (+Аудиофанфик) (+Комикс)

       — Кха-кха! Фух… Как же хреново болеть… Твайлайт настолько сильно заболела, что ей пришлось задержаться в больнице до момента полного выздоровления. Врачи настоятельно рекомендовали продлить лечение, так как некроз тканей, из-за обморожения конечностей, был делом серьёзным. — А я тебе говорила, что твоя задумка была глупостью, но не могу не похвалить тебя. Почти два километра в гору в первую же попытку, новички обычно разворачиваются на первой табличке на высоте семьсот метров. Матушка Ализайя тебя бы проглотила за твою наглость. Но ты всё равно пёрла, как мул. Вот скажи мне, зачем тебе в таком зрелом возрасте понадобилось лезть на эту гору? Сидела бы внуков нянчила. Или дальше детям нравоучение строила. Твой муж, наверное, совсем уже умом тронулся, пока ищет тебя. — Сноу… Нет у меня детей и никогда не будет, не могу физиологически их иметь. Мужа тоже у меня нет и, думаю, уже не будет, к жеребцам у меня нет симпатии. Отвечу сразу: к кобылам у меня тоже влечения нет. Я — одиночка, одиночкой и умру. А с такой удивительной жизнью, я их точно не дождусь. Ты же мне не поверишь, если я скажу, что пришла из другого мира и мне жизненно необходимо попасть на вершину, потому что мне об этом шепчет гора? — Сожалею, это грустно лишиться возможности иметь детей. А насчёт твоих сказок. Ну… Я бы не поверила в это. Но меня заинтересовала твоя интересная анатомия. И единорожка, и пегаска. Интересные мутации нынче происходят. Тебе они не мешают? Может, попросишь ампутировать эти отростки? — Нет уж, мои крылья настоящие и позволяют мне летать. Правда, сейчас они ноют из-за обморожения. Раз не веришь, тогда мне нечего тебе рассказать. Кроме того, что мои последние двадцать лет больше похожи на бред сумасшедшей. Кстати, меня зовут Твайлайт, а не Тиамай. Тиамай — это мой псевдоним, чтобы… Нет, рассказывать не буду. Ты всё равно не поверишь. — Твоё дело, буду звать тебя Твай. Так короче и понятней. Ты же не против? Кстати, откуда ты? Твайлайт не стала в этот раз менять свою предысторию. — Из другого мира. Планета Эквус, страна Эквестрия. А моя профессия — принцесса дружбы. В ответ услышала лишь громкий смех. — Я рада, что ты в состоянии шутить, Твай! Не знала бы я таких элементарных вещей, как география и политика, сочла бы за правду. Твайлайт же просто повернула голову набок, просунув переднюю ногу под подушку. Ей совсем было не до смеха. Она почти неслышно ворчала себе под нос. — Ты бы знала, как я хочу домой. Увидеть своих родных. Увидеть своих друзей. Просто представь, что я ушла в другой мир совсем молодой, а сейчас мои лучшие года давно позади. Сноу погладила по её спине, пытаясь приободрить. — Ну-ну. Не впадай в меланхолию. Ты ещё ого-го! Я верю, что ты ещё можешь показать себя, но нужно лишь немножечко быть поскромнее в своих желаниях, Твай. Прости, что я посмеялась над твоей проблемой. Слушай, раз тебе некуда пойти, давай я устрою тебя на работу у себя, заодно и расскажу тебе, как и что работает. И если тебе прям интересно, я могу рассказать поподробнее о нашей любимой горе. — Хорошо, Сноу… Кстати… Ещё раз скажу, спасибо тебе, что спасла меня. Если бы не ты, то холодный горный ветер уже давно бы обгладывал мои замёрзшие косточки. Сноу продолжала одобрительно поглаживать по спине странную крылатую единорожку. Она наблюдала за еë расстроенной мордашкой. И не скажешь по её лицу, что она рада, что выжила. Скорее, горечь того, что она не смогла достичь своих целей быстрым способом. Вроде бы, цели у неё не выдуманные. Не могла же она придумать своих родных? А если это какое-то психологическое расстройство? И в горы её тянет по тем же причинам, чтобы они наконец-то доканали её. Почему бы не мирно жить в городе? — Твай. Всё хорошо. Ты однажды встретишь их. Просто потерпи ещё немного. Глядишь, они сами тебя найдут. — Вероятность того, что они меня найдут, нулевая. Да и выбора у меня особо нет, Сноу… Приходится только терпеть… Там потерпи, тут потерпи, подожди, обожди. Двадцать лет жду — ничего, ещё двадцать лет подожду, возможно больше, смотря какой стороной ко мне повернётся жизнь и моя удача. Вторая так особенно хочет, чтобы я откинула копыта, — она вновь прокашлялась, тяжело выдохнула. — Забудь. Прости, что нагружаю тебя своими проблемами. И не обращай внимания на мои бредовые россказни. Сноу по-дружески похлопала ей по спине. — Ты же сказала, что ты принцесса дружбы. Я не против стать твоей новой подругой. Глядишь, мы вместе сможем найти твоих родных. И неважно, в каком они мире. И неважно, на какой они вершине. — Прости… Я потеряла слишком многих дорогих мне пони, потому и оставила слишком много друзей позади себя. Я не хочу… Это очень больно. Ты только привыкаешь к новому знакомому, запоминаешь его повадки, голос, его вредные привычки, как его или её зовут. Даже симпатия возникала пару раз и вдруг бац — я их больше не вижу. Они пропадают из моей жизни навсегда! — Эй! Я умирать ещё не собираюсь, Твай. Симпатию я, конечно, не обещаю, да и не по кобылам я. Но дружить вполне могу. — Не в этом дело, Сноу! Однажды я уйду навсегда и не увижу тебя больше, но я буду всю жизнь помнить, как ты, Сноу, спасла мне жизнь. Поэтому я не хочу делать больно, в первую очередь, тебе. Не привыкай ко мне слишком сильно. Ты меня, возможно, через год-два больше не увидишь. Я либо достигну своей цели, либо цель убьёт меня. — Тьфу ты! Ну сколько можно? Завтра тебя выпишут, и я тебя заберу к себе долечиваться. Кстати, что они там такое говорят, что ты тут дебоширишь? — Вновь молчание в ответ. — Слушай, хорош хандрить. Этим ты себе жизнь не поправишь, а вот усугубить да. Так что, зачем тебе грустить? Лучше потратить время с пользой! Почитаешь литературу, поправишься. Тётушка Сноу развлечёт тебя своими байками и сказками о былых заслугах. — Упёртая же ты, Сноу, зачем тебе калека? Хорошо, отказываться не буду, перееду к тебе, но до момента, пока я не покорю эту вершину. — Хорошо. «То есть, навсегда? Ладно».

* * *

На следующий день, Сноу забрала беспризорницу к себе домой. Домом это, конечно, тяжело назвать, скорее магазинчик спортивного инвентаря для альпинизма. Восемь метров в длину, семь метров в ширину. Комната два на три метра служила личной комнатой Сноу, вторая по соседству была складом. Понька жила и работала в одном деревянном сарайчике, хотя недавно у неё появились деньги, благодаря одному очень щедрому аликорну. — Кровать у меня одна, но двухспальная. Ты же не брезгуешь спать со мной в одной кровати? Твайлайт уже хотела рассказать с кем она только не спала в одной кровати, но под возможной угрозой психушки, она решила в этот раз ответить максимально скромно. — Нет. Я полгода спала с жеребцами и кобылами в одной казарме. Храпы и толкучки во сне меня не побеспокоят, я же сплю почти неподвижно и бесшумно. Я надеюсь, еле слышное сопение тебе мешать не будет. — Что ты. Я до сих пор могу свалиться на пол. Поэтому и спрашиваю на всякий случай. Кстати, ты говорила, что тебя ведь не интересуют кобылы? Впрочем, просто не рассчитывай на это, хорошо? Просто поспать… Мало ли, что ты можешь там выдумать. А ещё я иногда пьяная возвращаюсь домой и не контролирую себя. Твайлайт вздохнула, она всё прекрасно понимала и это более чем устраивало. — Даже если вдруг ты пьяная ко мне полезешь с предложением потрахаться, я деликатно откажу тебе. Мне уже хватило с одной принцесской переспать. — А ты, я смотрю, кобыла без комплексов. И говорить прямо, ну, впрочем, твоё… — В жизни многое видала и испытала, путешествуя по мирам, потому и привыкла говорить прямо. Хотя с королевской кровью иногда нужно следить за языком. — Опять ты заладила про параллельные миры, Твай. Ну сколько можно? Твоя горячка уже давно кончилась. Я ещё давала тебе поблажку на эту тему, когда ты еле языком ворочала, да и температура выше сорока была. Сейчас-то ты в здравом уме, вроде бы. — Я тебе говорю правду. А верить или нет, это уже твоё право. Отказываться от своих слов я не собираюсь. — Какая ты грубая. Как с горы спустила, спасибо за спасение, а как домой забрала, грубость только слышу. Обидно, знаешь ли? — Сноу, не остановилась, продолжая идти с Твай в том же темпе. — Прости… Я иногда перегибаю палку. Меня не первый раз спасают от смерти… Каждый раз ухожу от его косы. Я ведь однажды не смогу так легко отделаться. Нет… я не могу умереть, пока не увижу свой дом и своих родных. — Родных? У тебя есть родные? Я думала, ты совсем сирота. — А что в этом удивительного, Сноу? Я тоже пони. И я тоже имею право на семью и друзей! — Ну, я просто подумала, что у тебя есть, точнее, было столько денег и ты ими не воспользовалась — это странно. На эти деньги весь свет облететь можно было, да ещё год жить обеспеченной жизнью. — Я бы отдала в тысячу раз больше, если бы это позволило мне вернуться домой. Да! Мой дом в другом мире, и, нет, я не сумасшедшая кобыла, по крайней мере, я отдаю себе отчёт в своих действиях. И третье: я собираюсь покорить эту гору, потому что я уверена, что ключ к открытию портала находится там, наверху. Ах да… Голос горы я всё ещё слышу. — Тебе бы точно сходить полечиться, дорогая. Твоя одержимость уже пугает. Я запишу тебя к психологу. — Сноу… Не начинай. Не нужен мне никакой психолог, после меня психологи сами ищут себе психолога. Я только встану на ноги, буду пытаться и пытаться покорить эту гору… — голос был немного спокойный и тихий. Умиротворённый. — Твай… Реакцией же был раздражённый голос Твайлайт. — Что ещё? — Я хочу тебе кое-что рассказать. Этому городку более ста лет и восемьдесят лет поколений, никто из них не преодолел отметку в шесть тысяч пятьсот семьдесят метров. По крайней мере, задокументировано. — Значит, я буду первой. — Да пойми же, моё целеустремлённое солнце. На высоте семь километров уже невозможно акклиматизироваться, а что там дальше, никто не знает. — Я узнаю! — Эх… Непрошибаемая, упрямая кобыла… — Сноу! От этой горы зависит моя жизнь. — Твай! Твоя жизнь на ней и завершится! Высота этой вершины одиннадцать километров сто семь метров. Как, прости меня Фауст, ты собираешься туда забраться? — Может, не сразу, может, не за день. Понадобится, буду лезть год. Понадобится, буду лезть два года. Но я доберусь до вершины. И если мне суждено сдохнуть, то сдохну только на её склоне! — Дура… Нельзя быть такой опрометчивой. Эх… Мне ничего не остаётся, как позаботиться о тебе. Я, Сноу, обязательно обучу и натренирую тебя! — Ты? — А что, не похоже? Я не только инвентарь продаю, я также бывшая профессиональная альпинистка! Одна из тридцати тех, кто покорил отметку в пять тысяч метров. И одна из семи, кто покорил шесть тысяч метров. — Звучит здорово, но это всё же чуть выше половины нужного. — Ну простите уж. Если даже легендарный Моунт Блю добрался только до шести тысяч пятисот семьдесяти метров, то что там дальше, я думать не хочу. Там дальше находится тупик безысходности. Гора идёт наверх примерно двести метров под девяностоградусным наклоном. Думаю, он бы стал единственным, кто покорил семь тысяч метров, если бы не то место. — Я покорю все одиннадцать. Слушай, Сноу, помоги мне. Обучи, дай информацию. Я впитаю всё, что ты знаешь, я применю все твои знания на деле. Но молю, научи. — Научу. Особенно если ты так просишь. Кстати, зачем тебе столько странных вещей на спине и почему постоянно носишь этот плащ? — Под ним моя военная роба, она может выдержать пули малокалиберного оружия и порезы холодным оружием. — Что? — Не обращай внимания. Просто знай, что она не раз мне жизнь спасала. — А доктор тебе сказал, сколько ещё носить твои бинты? — Вообще, он зануда! Представляешь, он до трёх не научился считать? Нельзя вылечить то, чего нет! — Твайлайт постучала по протезу передней ноги, который был довольно небрежно замотан в бинты. — Ах да, если не забуду, вечером-ночью подлечу. Он тот ещё брехун, я сама замечательно справлюсь с проблемами своих ног. — Ты уверена? — Сноу, как думаешь, если я могу на них опираться и не кричать от боли, там всё настолько плохо? Вот я и ответила на твой вопрос.

* * *

Сноу после этого случая зажила куда лучше. Всё то золото, что у неё было, она обменяла на валюту. Пришлось обойти ломбардов тридцать в соседних городах, чтобы не привлечь лишнего внимания. Это всё же лучше, нежели принести полтора килограмма одним куском и уронить на стойку. Этой ночью Твайлайт безуспешно пыталась уснуть в довольно мягкой кровати. Проблема была в том, что задние ноги упирались в деревянную спинку. Приходилось спать или на боку, или с полусогнутыми ногами. Рядом спала громко храпящая Сноу. Второй час ночи, а сон никак не хотел приходить. Проклятые мысли напрочь забивали голову аликорна. Она вновь слышит этот женский голос, протяжно взывающий к ней. «Иди ко мне… Я наверху… Я здесь. То, что ты ищешь, находится здесь, наверху…» «Никогда мне не отвечаешь, странный голос. Почему именно я? Почему я вообще сломя голову ломанулась к тебе в первый раз? Может, тут не в тебе проблема? Может, мне просто нужно будет решить демографическую проблему — и всё, как и в прошлый раз? Эй! Я хочу домой! Ты можешь мне это устроить, гора?» Твайлайт улыбнулась своим же мыслям. «Может, я точно с ума уже сошла? Я даже не могу точно сказать, это я говорю себе идти туда или моё шестое чувство? А, может, я просто нахожусь в бреду? А что если я никуда не уходила и двадцать лет уже нахожусь в бреду своих больных фантазий? А что если… Ох… Перестань… Бла-бла-бла! Перестань думать, мозг! Заткнись и спи. Об этом ведь можно бесконечно размышлять».

* * *

Настало утро. Сноу уже как два часа на ногах, работает. Твайлайт же мирно сидела на кроватке и читала книгу. Книгу под названием «Почему меня тянет в горы, или как не погибнуть в первый же день». «Для начала нужно знать, что горы — это не детские игры. Горы поддаются тем, кто их любит и живёт ими. Снежная пурга не должна вас испугать, как и годы долгой подготовки». «Нет у меня столько времени». Она перелистывает пару глав вперёд, не обращая внимание на вступительную часть. «Как подняться выше и не умереть по дороге? Вам незачем спешить. Не поднимайтесь выше трёх тысяч метров выше уровня моря. Дайте организму отдохнуть. Перед подъёмом на большую высоту, следует акклиматизироваться пару дней. Приглядитесь к своему организму: если вы чувствуете себя нормально, можете отправляться выше. Каждый день желательно проходить не более трёхсот метров. Чем выше вы поднимаетесь, тем дольше должен быть отдых. К примеру, на высоте трёх километров ваш отдых должен быть два дня. К преодолению рубежа в пять километров вы должны суммарно отдохнуть месяц». — Несколько месяцев в горах провести и даже половины не добраться? Это шутка, что ли? Если так считать, я могу год добираться только до вершины! А еда? Вода? Я что, должна снегом одним питаться? Так из него только чистый дистиллят получится. В спальню зашла хозяйка магазина. — Я бы сказала, что это физически невозможно. В теории, на высоте семь километров тебе не будет хватать воздуха. Ты не сможешь акклиматизироваться, сколько бы ты там не просидела. Ты просто задохнёшься там. — Задохнусь… Это как под водой или в петле? — Ч… Что? — Ой… Не обращай внимания, просто мысли вслух. «Я могу задержать дыхание под водой на три минуты. Нет… Я думаю, гора не обидится, если я чуть-чуть попользуюсь магией. Только, чтобы дышать». — Пока я не забыла. Что с твоими ногами? Что сказали делать-то, чем мазать их? — Врачи? Сказали ампутировать. Я отказалась. Подписала бумаги на отказ — и всё. — Ты что?! Тебе должны были ампутировать их?! Тебе нужно обратно в больницу! — На самом деле ампутация одной конечности стоит сто пятьдесят тысяч бит. У меня их три. Хотя они рекомендовали ампутацию четырёх ног. Кажется, они просто хотели поиметь с тебя много денег. Я ведь могу и сама их залечить. — Ты сама их залечишь? У тебя есть медицинское образование? — Что, удивляешься? Тебя не смутило, что я в бинтах до сих пор? — Ну… Я думала, так и надо. Блин… Подожди немного, у меня покупатель. Сейчас!

* * *

«Симптомы горной болезни. Чувствуйте свой организм. Если у вас тошнота, головокружение, или вздутие живота, спускайтесь ниже, вы недостаточно отдохнули! Медленнее идёшь, выше будешь». — Плохой аппетит… Кстати об этом… Сноу! Ты не против, если я что-нибудь приготовлю из того, что есть в холодильнике? — А? Конечно. Буду рада помощи! «Кажется, там много пони. Думаю, она будет рада, что не сегодня будет готовить. Я умею экономно готовить многокомпонентное блюдо из одной только капусты. Оставим книгу и примемся за ужин». Твайлайт достаёт припрятанное мачете и ловко крошит несколько кочанов капусты. Трансмутирует бо́льшую часть в экзотические фрукты. Ещё чуть-чуть оливкового масла — и поджарить буквально полминуты до золотистой корочки.

* * *

К дому Сноу притащили гроб с целью продать. А увидев Твайлайт, моющую посуду после ужина, в панике убежали вперёд своих ног, при этом бросив гроб. Врачи стуканули, что Твайлайт со своим некрозом ног долго не проживёт. — Чего это с ними? Словно Костяную Кобылу увидели, — поинтересовалась Сноу на удаляющиеся крики. — Не знаю. Кажется, один из них хотел продать тебе гроб по дешёвке. Кстати, Смерть — жеребец, мы с ним давние знакомые. Ох, кстати, мой тебе совет: если я тебе скажу в горах, что вижу Смерть, то это не метафора. Он, скорее всего, пришёл за кем-то. — Твай… Твои рассказы меня пугают всё больше и больше. Не шути так.

* * *

Утро очередного дня. Сноу с неохотой проснулась под тихий ритмичный шум около кровати. Она приоткрыла глаза и заметила, что Твайлайт отжимается от пола на одной левой ноге. «Она отжимается? — Сноу не двигалась, чтобы не привлекать внимание и не отвлекать от утренних упражнений. — …двадцать восемь, двадцать девять, тридцать. И продолжает дальше… Я в свои лучшие годы и двадцать еле делала». — Если я тебе мешаю, могу выйти на улицу. Я бы изначально делала упражнение на улице, но там дождь льёт, я не хочу простыть ещё сильнее. — Нет проблем, всё равно уже просыпаться должна была. — Хорошо, тогда я продолжу. Твайлайт встала на обе задние, теперь она приседала. «Какая техника… Нет лишних движений… Словно она служила в военной казарме». В дверь постучали. — Хозяйка! Когда открытие? «Двести тридцать, двести тридцать один». Снова стук в дверь. — Вы сегодня закрыты? — Сноу, там твой постоянный покупатель, нехорошо будет, если ему не помочь. — Ой! Она тут же рванула из спальни, открывая входную дверь. На улице шёл довольно сильный дождь. — Простите, я немного проспала. Что вы хотели? Конечно! Сложив деньги в кассу, она вернулась в спальню. — И сколько ты так можешь? — С грузом восемьдесят килограмм около ста раз. Увы, груза у меня сейчас нет. Поэтому пока ноги не загудят. Триста двадцать семь, триста двадцать восемь. — Я даже не знала, что у тебя такая хорошая физическая подготовка. Откуда? — Капитан сухопутных войск. И боевой капитан магического отдела освободительной армии против уравнителей. Хочешь верь, хочешь нет. Я с тобой абсолютно честна. — Капитан? — Бывший, потому что в мире, где я руководила своим отрядом, наступил мир и покой. Сноу тихо уселась на свой круп, продолжая наблюдать за её тренировкой. Только сейчас, она стала замечать рельефные мускулы её задних ног, которые сокращались при каждом приседании. — Нравится то, что видишь? Увы, трогать не разрешу. Ты, кажется, была профессионалом своего дела и пообещала помочь мне. Кстати, а ты знала, что твоя любимая легенда, как там его, Блю был единорогом? — Единорогом? Но это невозможно! Все знают, что единороги слабы! — Кажется, он сломал этот стереотип, Сноу. Как и я ломаю твои стереотипы, что меня не должно существовать. Я аликорн, Сноу. Это раса, имеющая магию единорога, крылья пегаса и силу земных пони. Я перенесла сани по воздуху. Единственное моё упущение в горах — это игнорирование акклиматизации. В голове Сноу что-то щёлкнуло: — Может, я и не смогу покорить вершину, но преодолеть двадцатилетний мёртвый рубеж в семь километров мне ещё под силу, с тобой я смогу это сделать. Хорошо, Твай, я поставлю на тебя. Для начала, нужна выносливость. Кардиотренировки и интервальный бег. Как только ты поправишься, мы перейдём к интенсивным тренировкам. Первый пункт: научу тебя дышать свободно в горах. А вторым пунктом будет, что нужно делать в горах. Тренировочные экспедиции в четыре пони до высоты трёх километров и восемь пони до высоты четыре с половиной километров. Когда мы будем готовы, мы выдвинемся к шести километрам отрядом в шестнадцать альпинистов. — Мне нравится, как это звучит, Сноу. Я полностью в твоих копытах.

* * *

Настоящее. Полгода спустя. Твайлайт отказалась от принятия престола из-за состояния своего здоровья. Селестия и Луна не стали искать замену Твайлайт, в надежде, что она передумает, когда найдёт лекарство, но… Всё становилось только хуже. Сроки неуклонно приближались, каждый раз перенося дату надвигающейся катастрофы. Компьютер высчитал точную дату смерти Твайлайт. С учётом того, что ей даже двигаться нельзя — двести семнадцать дней в парализованном состоянии. Клетки перешли в финальную фазу отмирания. С каждым днём шанс скончаться от сердечного приступа или инсульта повышался на 0,3%. Сегодня Твайлайт созвала шестёрку и диархов, в том числе и своего брата с Каденс. Родителям она уже сообщила страшную новость. — Спасибо, что пришли сегодня. Хочу сообщить печальные, для кого-то, может, и нет, новости. Мне остаётся жить меньше года. Я надеялась, что я смогу протянуть подольше, но как есть. Как только я узнала, что мой шанс умереть с каждым днём растёт, мной было принято решение заморозить своё тело. Они знали, они уже всё узнали, было крайне тяжело скрывать эти полгода её состояние. Пришлось рассказать всем. Каденс, брату, родителям, друзьям и даже оповестить об этом всю Эквестрию. Принцесса дружбы угасает. Шайнинг был в ужасе от этой мысли: — Заморозить твоё тело? Но, Твайлайт! Разве нет других способов излечить тебя? — На данный момент — это единственный способ, на мой взгляд, остановить мою неминуемую смерть. Я прописала подробные этапы прогрессирования в Эквестрии и поделилась всеми своими знаниями со своим компьютером и частью знаний со Старлайт. Это моё решение и только моё. Поймите, я не хочу умирать, но и лежать беспомощным грузом в пробирке подключённой к… М… как его… Ох… память подводит. Я думаю вы поняли. Селестия кивнула первой. — Мы понимаем, Твайлайт… Мы сделаем всё, как ты просишь. — Я лишь попрошу об одном. Пока я прощаюсь со своими друзьями и родными, соберите в Кантерлоте как можно больше пони. Я сообщу обо всём сама. Я понимаю ваши чувства, но у меня нет иного выбора.

* * *

Два дня спустя. Твайлайт вывезли на площадь, где она должна выступить с речью. Никогда площадь не была так забита, как сейчас. Десятки тысяч пони и вещание, где только можно. Заголовки газет трещали от признания принцессы о своём состоянии здоровья. — Я — Твайлайт Спаркл, отныне складываю с себя свои полномочия, как принцессы дружбы из-за своего здоровья! Увы, аликорны тоже не вечные, мои пони. Я прожила триста двадцать четыре года на Эквусе. Прошу! Выслушайте меня! Я понимаю ваше недоверие. Я, как исследователь других миров, потеряла много времени, блуждая в них. Для вас прошёл только месяц. Для меня прошло около трёхсот лет. Будьте дружны, не давайте себя в обиду, прошу! Когда я проснусь, то первым делом хочу увидеть, чего вы достигли! Чтобы я вами гордилась! Приложите все усилия для того, чтобы спасти вашу принцессу. — Твайлайт затихла, тяжело задышав. — Я на всякий случай прощаюсь с вами! Я вас всех люблю, я буду долго спать в терпеливом… ожидании пробуждения… Снова тяжёлая отдышка. — Старлайт… Я готова, можете приступать. Старлайт посмотрела на неё, копыта дрожали, но это нужно было сделать, чтобы спасти её. Слёзы текли, она не могла успокоиться. Ей было поручено сфокусировать огромное количество магии в пучок энергии и прочитать заклинание. — Старлайт. Я всегда буду с вами. Я всегда буду со всеми вами! Дождитесь меня! Это единственное, чего я прошу. Я хочу увидеть вас ещё раз. Твайлайт улыбалась, она подняла копыто, чтобы никто не унывал. Она улыбнулась самой искренней улыбкой, на которую была способна. Старлайт не могла предать её ожиданий. — Я обязательно верну тебя к жизни и спасу, Твайлайт. Обещаю. Она взяла огромный листок с заклинанием. Так её ученица начала заклинание. — Внимание! Концентрация! — Несколько магов тут же пустили свою магию в рог Старлайт. От неё, в свою очередь, ударил луч красной магии в лист с заклинанием, отчего он взлетел перед толпой. Заклинание начало своё действие. — Во имя света. Тьма дрожит. Сияй же, маленький огонь. Не дрогнет мой отныне голос. Да будет так! Он здесь, он с нами! Громко говорила Старлайт выученное заклинание. Ноги её дрожали от давления, отступать уже нельзя. Средь облачного неба показалось яркое солнце, одарив Твайлайт ярким лучом света. — Во имя тьмы! Свет не дрогнет! Тьма поглотит время навеки. Да пусть оно будет с тобой навсегда! Ноги Твайлайт покрылись тёмной субстанцией, начиная покрывать всё её тело, окрашивая в тёмно-фиолетовый цвет. Твайлайт понимала, что произойдёт, она внимательно смотрела за ученицей. Она гордилась ею, её взгляд словно говорил: «Давай, заверши это заклинание, ты сможешь». — Семнадцать осколков вечной стужи! Семь временных шестерней. Святой эфир, всевышний Кронос. Забери время этой неверной! Да пусть… будет… Так… — Старлайт через боль в горле, договаривает заклинание. Она могла поклясться, что услышала от Твайлайт «Спасибо». Синяя вспышка накрыла Твайлайт, она полностью покрылась синей субстанцией. Её поднятое копыто тихо упало ей на живот, сама она бесшумно скатилась набок. Старлайт неуверенно подошла к Твайлайт. На мраморный пол упали капли крови из носа. Она проверила пульс Твайлайт. Ничего. — Т… Твайлайт… Твайла-а-айт!!! — громко закричала Старлайт, обнимая совсем холодное тело своего учителя. Рыдая и роняя на неë свои слёзы.

* * *

Сегодня был объявлен траур. Все молча провожали стеклянный гроб, который пронесли через всю улицу Кантерлота. Каждый хотел попрощаться с ней, оставляя цветы у её гроба. Церемония растянулась почти на все сутки. По решению Селестии и Луны, было решено содержать её тело в Кантерлоте под строжайшей охраной. С ней до сих пор могли повидаться её родные и друзья, но только лишь под строгим контролем самих диархов. В замке Твайлайт отныне появилось одно свободное место. Пустующее кресло с шестиконечной звездой на его спинке. Старлайт вернулась поздней ночью, наблюдая за изображением кьютимарки её учителя. Она сидела напротив, и ей казалось, что она до сих пор там сидит. Увы, но нет. Тщетные попытки связаться с ней мысленно. В голове пустота. Только сейчас до неё начало доходить, что она осталась одна без своего истинного первого друга и наставника. Вновь подступала волна отчаяния и утраты. Она лежала за круглым столом и ревела. Ей было горько от того, что Твайлайт натерпелась за эти три сотни лет. Столько пережить и всё зря? В конечном итоге умереть… Она сразу вспомнила её слова. Что рада наконец-то оказаться дома и тихо, спокойно умереть. — Ааа! Не верю! Не верю! Нет! Не верю!!! — Старлайт истерично била своей ногой по гранитному столу, разбивая копыто в кровь. Отрицание, гнев. Две стадии принятия ворвались сразу. — Твои импульсивные действия не смогут спасти её, Старлайт Глиммер, — рядом заговорил компьютер Твайлайт. — Отныне я вступаю в твоё владение, и обязан тебя обучать. Поэтому будет разумно, если ты перестанешь вредить себе и начнёшь заниматься учёбой. — Тебе не понять, что я испытываю, тартаров компьютер! — Отнюдь. Хоть моё тело и бездушное железо, напичканное магическими микросистемами, я был передан своему хозяину в качестве подарка и должен был следить за её жизненными показателями. Проще говоря, моё предназначение — это следить за жизнью моей хозяйки. В ином случае, нужно запустить самоуничтожение из-за ненадобности. Я ещё функционирую, а это значит только одно: мой хозяин Твайлайт Спаркл всё ещё жива. Ещё кое-что, она попросила передать тебе это. Компьютер подлетел ближе. Развернувшись, он показал тёмную пластину своего монитора. Там появилась Твайлайт, она сидела на своём троне. — Старлайт. Если ты смотришь это, значит, твоё эмоциональное состояние оставляет желать лучшего. Не расстраивайся, моя верная ученица. Я уверена, что ты сможешь приглядеть за Эквестрией в моё отсутствие. Не буду говорить, что я верю в тебя. Лишь скажу, что я верю в свою веру в тебя. Если тебе станет грустно, попроси этого железного балбеса воспроизвести одну из нескольких сотен записей, которые я оставила вам. Запись резко сменилась на другую. — Прошу, не плачьте, когда я буду в заморозке. Мне горько будет осознавать, что я снова довела всех до слёз. Я понимаю, как тяжело терять близких, поэтому будь умничкой, улыбнись, Старлайт. Я же знаю, что ты это можешь. Вот, я горжусь тобой. Ты выучила одно из самых сложных заклинаний, которое я знаю. Тебе понадобилось всего полгода на это. Заметь, я потратила на его изучение почти полтора года. Я разрешаю тебе прочитать мой дневник полностью. Тот бумажный журнал, что вы с переменным успехом расшифровывали, лишь малая его часть. Где-то три процента от всего объёма. Он давно оцифрован и, как и основная часть дневника, содержится в компьютере. Займись его изучением, может, ты сможешь найти то, чего не смогла найти я. Опять смена записи. — Post scriptum. Вы всегда можете рассчитывать на меня. В случае глобальной катастрофы или проблемы, с которой вы не справитесь, разбудите меня. Но предупрежу сразу: это, скорее всего, будет последним, что я для вас сделаю. Надеюсь на ваше рациональное или спасительное пробуждение! Я надеюсь на вас! Экран потух, новая запись не появилась. Старлайт улыбалась, она стёрла своей ногой слёзы со своего лица, продолжая улыбаться. — Я не подведу тебя, Твайлайт. Я пригляжу за Эквестрией в твоё отсутствие. — Поэтому, Старлайт Глиммер, вы теперь моя новая хозяйка. Я жду ваших распоряжений. — Начнём с того, на чём остановились, железяка. Высшие элементы продуктивных слов. Полуатомарные условия при абсолютном нуле. Том третий. Утром же мы снова попробуем надеть и подрегулировать броню. — Так точно. Хозяин Старлайт. Старлайт ещё долго всматривалась в компьютерную проекцию, записывая нужную информацию в листок.