Сияй, моя звезда

      Отпросившись домой на выходные, Капи и подумать не могла, что проведёт их в одиночестве. Отца срочно вызвали по делам компании, и девушка теперь обязана коротать выходные одна. Пусть до конца семестра оставалось всего ничего, но она слишком сильно скучала по отцу, чтобы отказать себе в этом маленьком желании повидаться с ним. И если подумать, то ведь это вовсе не было какой-то проблемой. Лучшую ученицу курса без проблем отпустили домой, попросив напомнить отцу о собрании попечителей перед Рождественским балом. В ответ на это Капи успела тихо возмутиться, ступая в камин. Как будто отец мог забыть что-то, что связанно с его принцессой.       За окном бушевала настоящая непогода: гроза, порывистый холодный ветер и раскаты грома. Нетипично для начала декабря во Франции. Вытянув ноги ближе к камину, Капи присела в кресло в своей любимой гостиной. Это была самая светлая комната во всём доме. Большие панорамные окна, которые сейчас открывали вид на бушующее ненастье, удобные кресла с обивкой из бежевого бархата, и небольшой камин. Девушка с улыбкой вспоминала те времена, когда они с отцом обустраивали книжные стеллажи в этой комнате. Сколько же вечеров они провели перед этим камином… И как холодный, вечно отстранённый в обществе Драко Малфой тихим баритоном читал маленькой Капелле сказки.       Девочка научилась читать довольно рано, но часто хитрила, так как хотела, чтобы сказку прочитал именно отец. Роднее человека у неё не было, и каждая минута с ним для Капи всегда была дороже всего на свете.       Разочаровано вздохнув от нахлынувших воспоминаний и отсутствия отца, девушка решила скоротать время за чтением. Подойдя к стеллажу она вдохнула аромат пергамента, и невесомыми касаниями кончиков пальцев провела по корешкам книг.       Оглядев имеющиеся на полках книги её взгляд зацепился за потрёпанную тетрадь, которая пряталась между толстыми фолиантами. Она неспешно открыла тетрадь и сердце Капи пропустило удар и ещё один, и ещё, чтобы в следующий миг бешено затарабанить. На титульной странице аккуратным почерком было выведено Гермиона Джин Грейнджер.       Девушка не могла поверить, что какая-то вещь её матери ещё есть в этом доме. О ней она знала не так и много. Для отца это была больная тема, которую он не хотел обсуждать, не изъявляя даже малейшего желания обмолвиться хоть словом. Ещё будучи маленькой Капелла усвоила этот урок и не хотела тревожить отца.       Всё, что она смогла узнать у него так это то, что мать умерла при родах. Она была невероятно сильной ведьмой с блестящим умом. Возможно, оставшись они в Англии девушка смогла бы узнать больше, но уже прошло пятнадцать лет, как Драко и Капи переехали во Францию. Отец говорил, что не может жить там, где всё напоминает о его жене.       Лишь мельком — всего несколько тем, ученики Шармбатона проходили историю Второй магической войны. Ничтожно-маленькие крупицы информации о верной подруге Гарри Поттера были потеряны в объёмных параграфах.       Капи несколько раз была в Англии с отцом, останавливаясь в старом поместье не больше, чем на одни сутки. Видимо, это был весь лимит отца на пребывание в стенах того дома, где когда-то царило счастье. Последний раз они были в Малфой-Мэноре два года назад. Отцу нужно было решить вопросы компании, а Капи не захотела расставаться с ним даже на один день. Одно дело — расставания из-за школы, и совсем другое — расставание на каникулах.       Мэнор был намного больше их домика во Франции, но большинство комнат для Капи остались закрыты. И пусть тогда это спровоцировало ссору, но сейчас девушка понимала, что так было правильно.       Чем старше она становилась, тем больше вопросов у неё возникало. Маленькая Капи не осознавала, насколько нуждалась в материнской любви. И пусть её отец был самым прекрасным и любящим человеком, но матери он заменить всё же не мог. Впрочем, отец был для неё всем. Больше родственников у неё не было. Она знала, что Люциус умер в Азкабане через полгода после заключения, а Нарцисса не выдержала смерти мужа и угасла за год. О родителях матери Капи вовсе ничего не знала.       После смерти Гермионы у Драко осталась только она, так же как и у Капи остался только Драко. Прекрасная и трагическая симметрия их жизни.       Уставившись на потёртую тетрадь девушка не могла собраться с мыслями. Нахлынувшие чувства не давали ясно мыслить. Пролистав пару страниц Капи поняла, что это дневник. Записи начали вести за пару лет до её рождения.       15 ноября 2001 года       Это какое-то сумасшествие. Доктор Нилл порекомендовал вести дневник, ведь я стала забывать мелкие детали прожитого дня и некоторые события прошлого. Врачи утверждают, что это последствия пыток во время войны. К сожалению, процесс необратим. Можно лишь поддерживать нынешнее состояние памяти, не допуская сильных эмоциональных потрясений. Драко недавно спросил: помню ли я наше первое свидание? И я поняла, что не помню ничего, кроме того, что оно случилось в башне старост. Я не могу видеть вину в его глазах за поступок его тётки. Белла прекрасно владела мастерством пытки Круциатусом. Теперь этот факт знают не только Лонгботтомы, но и я. Мне кажется врачи ошибаются. Ведь во время войны Круцио Беллы было не единственным, что могло нанести вред моей памяти. Чего только стоит охота за крестражами и постоянные нервы, натянутые как струна. Времени вспять не вернуть, но надеюсь вина в таких любимых мною глазах однажды исчезнет, просто померкнет.       Почерк был аккуратный и ровный. Было видно, как его старательно выводили, доводя до конца каждую завитушку. Почему-то эта мысль заставила девушку улыбнуться. Ей всегда казалось, что старательность у неё от матери. И это вовсе не значило, что отец когда-нибудь делал что-то в пол силы. Просто это чувствовалось на интуитивном уровне, где-то в самом сердце. Следующая запись была выведена менее аккуратно, как будто бы человек спешил.       3 декабря 2001 года       Он невыносим! Как Драко может просить уйти меня с Отдела регулирования магических популяций?       «Грейнджер, эта работа приносит тебе больше стресса, чем пользы. Ты всегда можешь рассчитывать на место в моей компании. Прошу, не изводи себя».       Больше стресса, чем Драко, мне не может принести никакой отдел. Он не может просить меня об этом. И не приносит мне моя работа стресса. Разве что совсем немного. Так, нужно выдохнуть и настроиться на позитивный лад. Он же просто заботится обо мне, ведь так? После моего похода к врачу Драко стал обращаться со мной, как с хрустальной и бесценной вазой. Несмотря на свой буйный нрав, он начал всё чаще идти мне на уступки. Но как же мне не хватало этих ссор. Это напомнило мне время, когда мы только поселились в башне старост, не могли провести и пяти минут в замкнутом пространстве без скандала. Помню, как в канун Рождества мы настолько громко спорили и кричали, что воздух между нами, кажется, буквально искрился, но ровно до момента пока он не закрыл мне рот поцелуем. Он всё же мог найти ко мне подход… Может он действительно прав? И мне стоит уйти, чтобы не забыть хотя бы то, что хранится в моей памяти сейчас?       Капи громко рассмеялась, прикрывая рот рукой. Это так было похоже на папу. Упрямый до невозможности. Иногда ей казалось, что если бы он заключал сделку с самим дьяволом, то обязательно выбил бы себе наилучшие условия.       25 декабря 2001 года              Мерлин, я поверить не могу, что он сделал мне предложение. Это был самый волшебный вечер в моей жизни. Драко знает, как сильно я ненавижу рестораны, поэтому позвал меня на свидание. Мерлин, в оранжерею поместья! Я помню, как переехала в Малфой-Мэнор и это стало моим любимым местом во всём доме. Не могу забыть, как Драко полгода после выпуска из Хогвартса уговаривал меня съехаться, а я находила любую отговорку, чтобы больше не переступать порог этого злосчастного поместья. Он быстро догадался в чём дело, и в скорости крыло, в котором находилась гостиная, было полностью переделано. Это самый невероятный человек, которого я могла встретить. Но если он ещё раз за этот день назовёт меня миссис Малфой, то до свадьбы он может не дожить.       Капи начала тяжело дышать, а после выдохнула. Это было так больно — узнавать всё это из записей в потёртой тетради. В голову ненавязчиво стучались мысли о том, как бы мама могла ей рассказывала о их знакомстве с отцом, о их свадьбе, о беременности и ещё о многих вещах и событиях из жизни. Укол жалости к самой себе кольнул сердце. Отец никогда не упоминал о провалах в памяти своей супруги, но чего уж там… Он был вообще не многословен, если дело касалось Гермионы. Капи могла его понять, но легче от этого не становилось.       30 декабря 2001 года              Мне кажется, что меня сведут с ума. Джинни — просто дьявол в юбке. Что-то мне подсказывает, что она уже знает рассадку гостей, хотя мы ещё даже не думали, кого будем приглашать. Я хочу тихое семейное торжество. Драко тоже не изъявляет особого желания видеть посторонних людей в этот день.       Мне нужно зайти к доктору Ниллу. Меня начали беспокоить головные боли. И пусть это может оказаться обычной усталостью и переутомлением, но рисковать я не хочу. Я уверенна, что ничего не забыла ровно до момента, пока меня об этом не спросят. Я была уверенна, что мои маленькие провалы в памяти не помешают мне в жизни, но меня это пугает. Я как будто теряю сама себя. Надеюсь, что всё не так плохо, как я успела себя накрутить.       3 января 2002 года              Новый Год прошел совсем не так, как мы хотели и ожидали. Врачи не могут сказать ничего конкретного. Провалы в памяти продолжаются и остановить этот процесс невозможно. Рекомендации остаются прежними. Драко выглядит мрачнее тучи. Он винит себя, но я его вины не вижу. Я сдалась под его напором и уволилась из Министерства. Возможно, мне действительно это пойдёт на пользу. Время покажет. Теперь я буду помогать Драко в компании — решать дела благотворительного фонда. Мерлин, как я благодарна тебе за этого человека. Если бы мне кто-то сказал, что мальчишка, который на втором курсе плюнул мне лицо слово «грязнокровка» через много лет будет шептать по вечерам самые ласковые слова мне на ухо, я бы рассмеялась в лицо. Но это так. Драко — самый любящий, искренний и просто замечательный человек, которого я только встречала. Мы со всем справимся вместе. Я в этом уверенна.       27 января 2002 года       Я счастлива. Я действительно очень счастлива. Свадьба назначена на семнадцатое февраля. Мне удалось отвоевать у Джинни своё законное право на скромное торжество. Эта бестия негодовала, но что поделать? Последнее слово осталось за мной. В попытках вспомнить их с Гарри свадьбу в деталях я особо не приспеваю — это провал. В голове отпечатались лишь некоторые незначительные детали: большое количество гостей и ворчащий Драко рядом со мной. Ближе к вечеру огневиски развязал ему язык, он тогда всё же поздравил Поттеров от всей души, удивив тем самым Гарри и Джинни. Жаль, что я не помню всего, но хорошо, что без этой информации можно жить. Драко замечает все изменения во мне, но лишь ласково гладит по голове и говорит, что мы справимся. Я знаю, что он ищет специалистов, но даже деньги Малфоев не помогут в данной ситуации. Рядом с ним я ничего не боюсь, лишь надеюсь что у нас ещё есть время.       Девушка устроилась удобней в кресле, перевернув страницу. Читая записи матери, Капи всё больше понимала, почему отцу так тяжело давались разговоры о ней. Несмотря на все трудности, которые были у её родителей в их прошлом, они были вместе до конца. Она знала, как её отец умеет любить и была рада, что её мама тоже смогла прочувствовать эту любовь. Жаль, что это продлилось так недолго…       17 февраля 2002 года       Гермиона Джин Малфой. Мне нравится. В этот прекрасный день я стану миссис Малфой. Меня переполняет эйфория. Я готова день и ночь напролёт говорить о любви к нему. И у меня будет целая вечность для этого. Гости уже прибыли. Собрались все, кого я так сильно люблю. Даже Рон не смотря на свою неприязнь к Драко выглядит достаточно счастливым и миролюбивым. Я знаю, что он рад, что я нашла своё счастье. Хвала Мерлину, что наши с ним романтические отношения закончились на дне Тайной комнаты. Мы оба вовремя поняли эту спонтанную ошибку. Лишь отсутствие родителей омрачает этот день. Возможно, я бы могла найти способ вернуть им память, но прошло уже слишком много времени. И пусть сейчас они не здесь, они всегда в моём сердце.       Внимание Капи привлекла страница со смазанными чернилами.       23 мая 2002 года              Этого быть не может! Почему судьба обошлась так именно с нами? Я же знаю, как сильно Драко хочет большую семью с маленькими ангелочками. Однажды перед сном мы обсуждали это: он хочет кареглазого мальчика и девочку с такими кудрями, как у меня. Слова врача были, как гром среди ясного неба.       «Вам не стоит заводить детей. Это может негативно отразиться на состоянии вашей памяти и привести к полной амнезии».       Я видела, как огонёк в глазах Драко померк. Ну почему мы не уточнили у врача сразу? Я бы не стала обрекать Драко на такую судьбу. И пусть он говорит, что это ничего не значит, но я всё вижу в его глазах. Возможно, нам стоит развестись и не обременять его на судьбу с неполноценной женщиной?       Капелла выдохнула, вытерев влажные глаза тыльной стороной ладони. Осознание, что она убила свою мать часто её настигало. Но больнее всего становилось оттого, что её мама была готова отказаться от отца, лишь бы он был счастлив. Как же так вышло, что Капи все равно появилась на свет? Она продолжила искать ответы на свои вопросы дальше в дневнике.       12 июня 2002 года              Такого злого Драко я не видела никогда. Ни во время войны, ни в башне старост. Стояло лишь тихонько произнести слово «развод», как Драко сорвался. Он кричал о том, что я полная идиотка, если думаю, что он сможет хотя бы день прожить без меня. Кричал, что дети не так важны для брака, и в случае чего мы всегда можем обратиться в приют. А я ведь знаю, как сильно он хочет наших детей. С карими глазами и кудрявыми волосами. Именно тогда я заплакала. Наверное, я не плакала так сильно со времён войны, а может даже с глубокого детства. Этот момент успокоил бушующий шторм внутри души Драко так же быстро, как он там появился. Он целовал дорожки моих слёз и просил прощение. Но только извиняться ему было не за что. Он заверил меня, что даже если бы ему пришлось провести жизнь только со мной в самой маленькой комнате поместья, он бы без раздумий согласился. Нелепо пошутив, что менять подгузники не слишком аристократично, а эльфов я бы не позволила использовать для таких мелочей, Драко заключил меня в объятия. Наверное именно его язвительный тон вернул меня в реальность — в ту которой меня любят, несмотря ни на что.       Капелла усмехнулась, прочитав запись. Теперь стало понятно, почему из всех её однокурсников, только в её семье эльфы получали оплату за свой труд и не призывались по малейшей прихоти. В доме было только три эльфа. Первая — Милли — это личный эльф отца. Маленькая Капи обожала слушать истории старой эльфийки о детстве мистера Малфоя. Она часто присматривала и за маленькой мисс Малфой, когда отец был вынужден ненадолго отлучиться. Был еще Грох и его жена Кири. Грох отвечал за сад и общее состояние дома. Кири же готовила еду и следила за чистотой. Девушка с улыбкой вспомнила ситуацию, когда лет в восемь вызвалась помогать Кири на кухне. Эльфийка тогда ворчливо упомянула, как сильно Капи похожа на мать. Будучи маленькой, девочка пропустила фразу мимо ушей, слишком была занята тем, что разбрасывала муку по кухне, но теперь, кажется, понимала, о чём именно говорила Кири.       Немного успокоившись девушка вернулась к записям.       20 августа 2002 года       Я никогда не могла подумать, что мы будем так много путешествовать. За это лето я увидела больше, чем за всю свою жизнь: Париж, Южная Америка, Испания, Италия. Это всё захватывает дух. Провалов в памяти я больше не замечала, что не может не радовать. Возможно Драко был прав, когда настаивал на моем увольнении. Сейчас всё, чем я занимаюсь — это благотворительность. Уже не на правах сотрудника компании, а на правах миссис Малфой. Скольким мы уже помогли и скольким, я надеюсь, ещё поможем. У Гарри и Джинни родился мальчик, его назвали Джеймсом. Я очень рада за них. И пусть мы несколько отдалились в последнее время, но это вовсе не уменьшает моей радости. Я счастлива от мысли, что у них всё хорошо. Жаль только, что мы этого счастья не испытаем никогда.       29 сентября 2002 года       Я не могла так налажать. Этого просто не может быть. Мы же предохранялись. Неужели зелье не подействовало? Я не знаю, что мне делать, и как сообщить об этом Драко. Срок всего ничего — три недели. О прерывании беременности и речи идти не может. Этот малыш должен появиться на свет. Чего бы мне это не стояло… Моя маленькая звездочка, мама тебя защитит.       17 ноября 2002 года       Чёрт бы побрал Драко и его внимательность. Изменения тела были совсем незначительны, но моему дорогому мужу хватило и этого. Отпираться и врать я не стала. А толку-то, если выход с этой ситуации один? Я рожу этого малыша и будь, что будет. Я заверила Драко в том, что достаточно высокий процент, что со мной всё будет в порядке. В его глазах легко можно было прочитать страх вперемешку с радостью. На следующий приём к доктору мы пойдём вместе. И пусть мне сейчас очень страшно, но я никому не позволю навредить моей звездочке.       25 декабря 2002 года       Это Рождество мы провели втроём. Именно поэтому оно было волшебным. Отказавшись от холодного Лондона, мы провели неделю в Италии. Я и два моих самых дорогих человека. Не знаю, как можно любить того, кто ещё даже не родился, но это нереальное чувство. Омрачает всё это только прогресс потери памяти. Только вот теперь это ощущается ярче — провалы стали куда серьёзнее. Не уверенна, что могу найти в голове что-то связанное с первым курсом в Хогвартсе. Хотя еще месяц назад мы с Драко обсуждали то время. Как бы мне не было страшно, но это стоит всех потерянных воспоминаний. Моя звездочка стоит всего в этом мире.       Моя звездочка. Капелла знала, что в семье Блэков есть традиция давать детям звёздные имена. Отец как-то рассказывал об этом. Ей было прекрасно известно, что Капелла — самая яркая звезда в созвездии Возничего. Но её никто и никогда не называл звёздочкой. Для отца она всегда была принцессой — это прозвище звучало так ласково и нежно, что девушка не смогла сдержать слёз. В очередной раз. Тихие всхлипы разносились эхом по комнате.       6 января 2003 года.       У нас будет девочка. По лицу Драко было понятно, в каком он неподдельном шоке. В семье Малфоев всегда рождался один наследник — всегда мальчик. Я шучу о том, что и магглорождённая у них в роду тоже впервые, так что не стоит так сильно удивляться. Нашей радости нет предела, но до сих пор остаётся нерешенный вопрос моей памяти. Доктор предупредил, что на сто процентов никто не может предугадать конечные последствия беременности. Меня часто беспокоят головные боли. Всё было бы проще, если бы я могла принимать зелья, но это может негативно сказаться на здоровье малышки. Рисковать не хочется. Главное, чтобы с моей звездочкой все было в порядке.       Каждую следующую запись удавалось читать с трудом. В этих строчках хранилось столько любви и переживаний, что сердце разрывалось от тягучей и пронзительной тоски. Её мать была готова пожертвовать своей памятью и здоровьем лишь бы с Капи всё было в порядке. Чувства накрыли девушку лавиной не давая выдохнуть. Она тосковала по матери даже не зная ту.       18 февраля 2003 года       Капелла Джин Малфой. Невероятно красиво. Выбор имени не занял у нас много времени. Мы решили отдать дань традиции Блэков и дать малышке имя звезды. Это самая яркая звезда в созвездии Возничего. Мы ещё рассматривали вариант имени Лира, но моё сердце забилось сильнее именно на «Капелле». Второе имя это дань памяти моей матери. Пусть маленькая часть у девочки будет от бабушки, которую она никогда не сможет увидеть. Моя маленькая звездочка уже пинается. Активности этой малышке не занимать. Колдомедики говорят, что Капи должна родиться совершенно здоровой и полноценной малышкой. А вот на вопросы о моём здоровье лишь грустно поджимают губы и качают головой. Они не хотят делать никаких прогнозов, потому что итог непредсказуем. А я чувствую, что всё будет в порядке. Моя звездочка будет самой яркой в этом мире. В моём мире так точно.       От каждой строчки душа ныла всё сильнее, а струны натягивались. Её так ждали и хотели видеть в этом мире. Даже ещё не рожденную Гермиона любила её так же сильно, как сейчас любил отец. Впервые за все свои шестнадцать лет Капи почувствовала себя обделённой. Как бы сильно она хотела прочувствовать любовь, которая вложена в эти строки в жизни.       22 марта 2003 года       Ходить становится всё труднее. Я никогда не могла подумать, что буду такой огромной. Сил тоже не прибавляется. Моя звездочка отнимает их с каждым днём все больше. Но я бы ни за что не променяла эти месяцы на что-то другое. Недавно встретилась с Джинни. Рыжая бестия негодовала, что о моей беременности она узнала так поздно. Я объяснила, что мы не хотели делиться этой новостью — нам хотелось просто покоя, поэтому все вопросы фонда я решала дома, не показываясь на публике. Прогулки по территории поместья и вечера у камина с Драко. Разве может быть лучше? Тихое семейное счастье. Миссис Поттер понимающе на это улыбнулась. Я знала, как сильно их доставали репортеры первое время после свадьбы. Гарри совсем недавно стал старшим аврором. Поговаривают, что через пару лет его начальник, мистер Купер, отдаст ему свою должность главного аврора, но до этого ещё далеко. Рон уехал в Румынию к Чарли. Пока его не особо заботит личная жизнь — он решил полностью посвятить себя делу. Я рада, что у него всё в порядке, хотя Джинни говорит, что миссис Уизли очень недовольна, что её младший сын уехал так далеко и, похоже, надолго. Мне кажется, что я её понимаю. Порой я задумываюсь, что свою звездочку я тоже никуда не смогу отпустить. Мамы такие мамы.       13 мая 2003 года       С дня на день мы должны уже встретиться с нашей звёздочкой. Мне страшно ровно настолько, насколько я этого жду. Никто не может поставить точного прогноза, как пройдут роды, и что будет со мной, и моей памятью. Но я уверенна, что всё пройдёт хорошо. И пусть последний месяц был тяжелым, как для меня, так и для Драко, не хочется думать о плохом. Последнюю неделю я практически не поднималась с кровати: головные боли стали невыносимыми и доставляют много дискомфорта. Драко всё время со мной. Он читает мне сказки, а я наслаждаюсь его бархатистым голосом. Мы обсуждали, какой будет наша маленькая звездочка. Он говорит, что надеется, что она не переймёт мой буйный нрав, а я с этим не согласна. Моё упрямство и нрав ничто по сравнению с его заносчивостью. Я думаю, что она поступит на Гриффиндор, но, очевидно, что Драко возлагает надежды на Слизерин. Впрочем, это не так важно. Самое главное, чтобы она была счастлива. Мы сделаем всё для этого.       Слёзы застилали глаза. Эта запись была сделана за два дня до её дня рождения. Боль разрасталась в груди огромным комом. Мама была замечательным человеком, который пожертвовал всем, чтобы её дочь всё же увидела этот мир. Не выдержав боли Капелла зарыдала в голос. Как же ужасно, что она не успела познать материнской любви. Возможно, было бы лучше, если бы она не нашла этот дневник — нечего ворошить эту рану.       Изменить уже ничего нельзя.       Она уже хотела вернуть тетрадь на место, как её внимание привлекла закладка, которую она заметила ещё сразу. Она была на десяток страниц от страницы с последней записью. Капелла не могла поверить своим глазам.       18 мая 2003 года       Она самое прекрасное создание, которое я видела. У неё светлые, как у Драко волосы, только завиваются как мои. А ещё невероятно карие бездонные глаза. Капи — точно звезда, озаряющая всё пространство рядом с собой. У неё настолько осознанный взгляд, что я не могу поверить, что это ребенок, который был рождён три дня назад. Роды прошли спокойно. Мне кажется, что Драко нервничал больше, чем я. Возможно, у него появилось пару седых волосков. Теперь это не так важно. Главное, что мы теперь все вместе. Колдомедики не дают прогнозов, а состояние моей памяти может ухудшиться в любой момент. Я надеюсь, что смогу как можно больше времени провести с нашей малышкой. Драко буквально светится от всепоглощающей радости. Говорит, что теперь у него две принцессы, которым он будет отдавать всю свою любовь и заботу.       Капелла ничего не могла понять. Отец всегда говорил, что мама умерла во время родов. Записи же говорили об обратном. Неужели он мог ей соврать? Даже если это так, то зачем? Он говорил, что между ними всегда будет только правда.       «Что же случилось с мамой на самом деле? Почему папа решил утаивать от меня правду?»       22 мая 2003 года       Гарри и Джинни приехали поздравить нас с рождением малышки. Поттеры не особо жаловали Малфой-Мэнор, но пока я не окрепла, они всё же нагрянули сюда с визитом. Рон и всё семейство Уизли решили передать поздравление через Джинни. Я на них не таю обиды – мы очень отдалились после того, как я вышла за Драко. Мне было приятно услышать, что они все рады за нас. Миссис Поттер поделилась радостной новостью – они ждут второго ребёнка. Я счастлива за них. Гарри всегда хотел большую семью. То, как он смотрит на Джинни не передать словами, но каждый день я вижу тоже самое во взгляде Драко. Капи оказалась самым спокойным ребенком, который мог нам дарован небесами. Она не капризничает, ест по расписанию и очаровывает нас в моменты бодрствования. Видеть, как на её щеке появляется ямочка, стоит всех наших переживаний, которые мы пережили во время беременности. Моя звезда…       30 мая 2003 года       Мои кошмары вернулись. Точнее один кошмар. Тот, который преследовал меня очень долго после войны. Белла и её клинок. Кожа на руке пульсирует, так же как тогда. Я просыпаюсь с криками и чувствую горячую кровь на месте шрама. Драко очень взволнован моим состоянием. Мы обратились в больницу Святого Мунго, но ничего конкретного нам не сказали. Возможно беременность повлияла на это, а может быть ещё что-то. Выписав мне зелье от мигрени, которая за последние дни усилилась в несколько раз, нас отправили домой. Я не хочу пугать Драко, но я чувствую, как мои воспоминания ускользают, растворяются, словно утренний туман. Я теряю сама себя и не знаю, как это остановить. Если это начало конца, то я надеюсь провести как можно больше времени рядом с моей семьей. Я не хочу упустить последнюю возможность заглянуть в прекрасные глаза моей звездочки и сказать Драко о том, как сильно я его люблю.       Оставалось всего пару записей. Они были неровными, всего пару слов. Капли чернил хаотично заляпали листы.       Капи надеялась, что отец объясниться за свою ложь.       Сияй, моя звезда       Я буду рядом       Сияй       Люблю Др       Я нечего не брала, не брала, не брала       Сияй, моя звезда        Я не знаю, я нечего не брала. Не надо, прошу

***

      Часы пробили одиннадцать, но отца всё ещё не было дома. Это был не первый раз, когда он задерживался на работе до ночи, но первый раз, когда Капелла не могла усидеть на месте в смиренном ожидании. На смену душащей тоске по матери пришла отчаянная злость. Почему он соврал о дате смерти её матери? Вопросы в голове начали возникать один за другим. Капи осознала, что никогда не была на могиле матери. Девушка думала, что она похоронена в семейном склепе Малфоев – не самое приятное для посещений место. Маленькая Капелла обходила его десятой дорогой, а может всё же стояло зайти.       От мыслей её оторвал звук вспыхнувшего волшебного камина. Девушка обернулась, увидев, как отец отряхивается от золы. Она специально ждала его в гостиной с камином для перемещений. Капи жаждала ответов, и она была намеренна получить их в этот вечер.       — И почему моя принцесса еще не спит? Я же говорил не ждать меня, — он взмахнул палочкой, чтобы окончательно очистить одежду.       — Ничего не хочешь объяснить? — девушка кинула потрепанную тетрадь на стол. Можно было увидеть, как лицо Драко мгновенно исказилось в болезненной гримасе.       — Где ты это взяла? — тихий, надломленный голос разнёсся в комнате, как самый громкий крик.       — По всей видимости там, где ты его оставил, — она старалась держать себя в руках. Видит Мерлин это было не просто. — Может, ты всё же удостоишь меня чести и расскажешь, почему ты обманул меня? Солгал мне о дате смерти мамы. Ты явно не хотел, чтобы я нашла эту тетрадь.       — Это действительно так, но я не готов об этом говорить, — он был потерян. Было видно, что каждое слово ему давалось с огромным трудом.       — О нет, мы поговорим об этом сейчас! — практически кричала девушка. Слёзы застилали глаза, но она продолжила: — Я хочу знать, почему всю мою жизнь мне врал самый близкий человек!?       Вздохнув Драко сел и сложив руки на столе, опустил голову – это было поражением. Он знал, что этот разговор когда-то состоится.       Но как ему это было озвучить, если даже думать об этом так больно?       — Тебе было три года, когда ты первый раз спросила, где твоя мама... Ты смотрела на меня своими бездонными глазами и ждала ответа. И пусть ты была маленькой, но я понимал, что не смогу объяснить реальной ситуации, но и сказать что она, например, уехала тоже было невозможно, — Капелла видела, как слёзы появились на глазах отца, но не перебивала, терпеливо слушая его откровения. — И я выдал тебе первую ложь, что была похожа на реальность...       — Что значит похожа на реальность? — оборвала его Капелла. Она не понимала, о чём говорил отец.       — Будь добра, не перебивай меня. Этот разговор даётся мне совсем нелегко, — Драко посмотрел на дочь, и дождавшись лишь кивка от неё, продолжил: — Я старался отдавать тебе всю свою любовь, не хотел чтобы ты была обделена ею из-за отсутствия Гермионы.       На имени матери голос отца дрогнул, надломился. Было видно, что отцу больно даже произнести имя своей жены. Капелла поняла, что ему нужно пару минут.       После паузы Драко продолжил:       — В дневнике ты прочла, что у неё были проблемы с памятью. Всё ухудшилось с твоим рождением. Она думала, что я не замечаю. Глупая... — на лице мужчины появилась нежная улыбка. — Чудо, что она смогла так долго продержатся, после твоего появления на свет.       Он сделал тяжелый вздох, как будто обдумывая, стоит ли продолжать свой рассказ дальше. Собравшись с силами, отец на грани шёпота произнес:       — Она жива, если так можно сказать.       Это ощущалось как выстрел, как Непростительное в самое сердце – оглушающе все мысли в голове.       — Что ты сказал? — Капи еле выдавила из себя слова.       — Она всё же потеряла себя, как того и боялась. Собственное сознание заперло её в дне, когда они с дружками попали в Мэнор во время войны, — Капелла впервые видела, чтобы отец плакал. — Гермиона потеряла сознание через три недели после твоего дня рождения. Я обратился ко всем специалистам, к которым мог. Ей не могут помочь. Сейчас она в специализированной клинике под присмотром.       — Ты сдал её в больницу и врал мне всю жизнь о том, что она мертва? — Капелла была в бешенстве. — Может, хотя бы причину своих поступков объяснишь?       — Поумерь свой пыл, принцесса. Я могу понять твою злость, но и прошу понять меня – это решение было не из лёгких. Я люблю твою мать по сей день. Её состояние ничем не отличается от смерти. Она не узнаёт меня, не говорит ничего даже под успокоительными. Каждый раз, когда я её навещаю, моё сердце разрывается на миллионы осколков. Я люблю тебя больше жизни, но именно моё желание детей подтолкнуло Гермиону к решению пустить всё на самотек, принять такое решение. Она –  последний человек, который заслужил такой участи.       В ушах стоял оглушительный звон. Мама жива, отец врал всю жизнь. Капелла не знала, что ей делать.       — Извини, я должна побыть одна, — сказав это девушка поднялась по лестнице, и отправилась к себе в комнату.       Драко смотрел ей в след и понимал, как же он виноват перед своими двумя самыми дорогими женщинами в его жизни.

***

      Вернувшись в школу, Капелле удалось малость отвлечься. Немного остыв она поняла, что отец в действительности не виноват. Да и если бы она всё это время знала, что мама жива – это ничего не изменило бы.       Капи поддерживала переписку с отцом, пусть отныне она сочилась нотками недопонимания. Она могла бы увидеться с ним, когда было собрание попечителей, но понимала, что ещё не готова к этому. Перед Рождественским балом отец прислал ей невероятно красивое платье. В коробке была маленькая записка:       Твоя мама была в точно таком же платье, когда я влюбился в неё. Сияй в этот вечер, моя звезда.       С любовью, папа.

***

      По приезде домой Капелла не нашла отца ни в кабинете, ни в гостиной, ни в его спальне.              "Как обычно, он пропадал на работе", – подумала девушка и пошла разбирать вещи.       Сегодня она хотела серьёзно с ним поговорить, и ей стояло морально настроиться на этот разговор.       Как только все вещи были сложены в шкаф, в комнату тихо постучали.       — Входи, — крикнула Капи, подходя к двери.       — Ты приехала. Извини, что не встретил, — отец подошел к ней и ласково поцеловал в макушку.       — Не извиняйся. Я хотела бы с тобой серьёзно поговорить, — она указала лёгким жестом руки на кресла рядом с кофейным столиком.       — Я весь во внимании, но погоди секунду, — Драко полез во внутренний карман пиджака, выудив оттуда какую-то карточку, и поднял глаза на дочь. — Я думаю, что это должно быть у тебя.       Это была колдография. Сердце начало больно щемить. На неё глядела мама с малышкой на руках. Капи поняла, что эта малышка – это она. Слёзы хлынули с глаз. Капи постаралась их моментально смахнуть из лица.       — У нас не было времени тогда на колдографии, ей становилось с каждым днём все хуже. Поэтому, это единственная, которую мы успели сделать, — набрав в легкие побольше воздуха: Драко продолжил: — Так, о чём ты хотела поговорить?       — Я бы хотела увидеть маму. Ты говорил, что навещаешь её, — она боялась, что отец начнет её отговаривать.       — Это действительно так, но я должен тебя предупредить, что это только тень от женщины, которую я взял в жены, — он знал, что Капи захочет с ней увидеться, так что её просьба не вызвала шока.       — Всё равно, я хочу её увидеть, — Капелла была настроена решительно.       — Как скажешь, принцесса. Я собирался навестить её в канун Нового года. Отправимся вместе, — отец поднялся, разглаживая складки на брюках. — Ну, а теперь ужин?       Капелла улыбнулась, принимая предложение отца.

***

      Это совсем не было похоже на больницу, скорее, на какой-то пансионат. Хотя, возможно, именно им и являлось данное учреждение. Возле стойки регистрации пациентов Капи и Драко встретили приветливую ведьму.       — Добрый день, Элизабет — отец добродушно поздоровался, хотя в тоне были слышны нервозные нотки.       — Добрый день, мистер Малфой. Рада вас видеть. Миссис Малфой сейчас в своей комнате, она приняла все необходимые лекарства и готова к посещению.       — Спасибо, — он начал нервничать сильнее прежнего.       Отойдя немного от стойки, дочь нежно взяла его за руку.       — Эй, посмотри на меня, — Капелла аккуратно повернула его лицо к себе. — Всё нормально, не волнуйся.       — Я в порядке. Ну что, готова?       — Да, — на выдохе произнесла девушка.       Войдя в комнату, первое, что бросилось в глаза – это букет белых роз на тумбе возле кровати. На самой же кровати сидела миниатюрная женщина. Она выглядела достаточно здоровой. Каштановые волосы были собраны в тугую косу, перекинутую через плечо.       Гермиона не обратила никакого внимания на посетителей, лишь продолжила теребить одеяло в руках и бормотать что-то себе под нос.       — Белые розы, сорт "Венделла". Она влюбилась в эти цветы в Нидерландах, в то самое лето, когда мы путешествовали по миру, — отец невесомыми касанием пальцев провёл по цветам.       — Безопасно оставлять рядом с ней цветы в вазе? — девушка заинтересовано смотрела на собственную мать.       — Да, Гермиона не может причинить вреда ни себе, ни окружающим, — мужчина с тоской взглянул на свою возлюбленную. — Она на сильнодействующих зельях. Они не приносят ей вреда, но не дают ничего с собой сделать.       Подойдя ближе к кровати, Капелла села на стул рядом. Мама всё также не обращала на них внимания, увлечённая уголком одеяла. Капи смогла разобрать слова, которые всё это время бормотала Гермиона:       — Я ничего не брала. Я не брала. Я ничего не брала...       Тихо, с расстановкой, немного безумно и горько это звучало.       — Что именно она не брала? — Капелла посмотрела на отца.       — Я думаю, стоит поговорить об этом дома, — он перевёл взгляд в котором плескалось жгучее отчаяние на свою жену.       Капелла поняла, что отцу сложно говорить об этом, тем более в присутствии Гермионы. Далее произошло то, чего никто не ожидал. Гермиона перевела взгляд на свою дочь, аккуратно протянула руку к её запястью и шепотом, едва уловимым для слуха, произнесла:       — Сияй, моя звезда.       Это всё произошло буквально за мгновенье. В следующий миг к женщине опять вернулся её бессознательный взгляд.       Драко стоял и не мог вымолвить ни слова. Впервые за пятнадцать лет его жена сказала что-то, кроме фразы, которая до сих пор снится ему в кошмарах. Капелла не смогла сдержать слёз. Она не понимала, что сейчас произошло, но теперь в её памяти будет храниться хоть что-то от мамы – живое и настоящее.       Выходя из больницы в крепких объятиях отца Капелла знала, что теперь они смогут поговорить обо всем что её интересует, и она сделает всё что в её силах, чтобы мамина звезда сияла ярче всех.