с Новым годом!

В Мондштадте осень подходила к концу. Тусклое солнце встало, рано знаменуя новое утро. Перед глазами снова серый, чистый потолок жилой комнаты штаба. " Снова все одно и то же, - первая мысль, посещавшая Кейю по утрам. - Я устал." ... Капитан был не из тех, кто запускал ситуацию до последнего, пусть даже ему и хотелось ее игнорировать. И сейчас проблема стояла особенно остро. Он понимал, что тяготило его душу такое долгое время, и наконец почувствовал в себе силу хоть что-то поменять. Давнее осознание того, что его проблемой было самое обычное одиночество было резким и болезненным, но принесло облегчение. Более того, Кейа даже знал, как разрешить положение, но просто не мог собраться с мыслями и хотя бы подумать о благополучном исходе событий. Для него самым близким человеком во все времена оставался брат. Жители Мондштадта и посетители таверны могли неоднократно слышать, как Кейа насмешливо называл стоящего за барной стойкой Дилюка "братишкой", однако, в его словах была искренняя жалкая надежда, что когда-то он сможет действительно назвать его так без чувства вины и презрения со стороны второго. Соответственно, в голову Кейе пришло логичное решение-стоит с чего то начать, попытаться предпринять хоть одну попытку переступить через гордость и наладить отношения. Сегодняшний день показался ему лучшим моментом для начала. Итак, теперь у капитана был решительный настрой, и какой-никакой, но план. Надо же с чего то начать, верно? Решив сначала проанализировать ситуацию, он неспеша прошелся вдоль пустынных улиц. Солнце уже не греет, но вполне хорошо освещает дорогу даже в раннем тумане холодного и ветренного утра Мондштадта. Птицы уже не поют, листья опали, картина в целом безрадостная. Сегодня Кейа бы посчитал иначе. Осколок надежды, ниоткуда появившейся и согревавшей его сейчас являлся ведущей эмоцией, заполняющей мысли. Вот ветряная мельница, алхимическая станция, закрытый магазинчик Бланш, цветы Флоры и Донны, оставленные на прилавке. Таверна. Словно удивившись зданию под самым носом, мужчина бросил взгляд на закрытую дверь и пошел обратно в штаб. "И все таки я попытаюсь" ... День в Ордо Фавониус ничем особенным не выдался, правда, вечно наблюдающая за всеми и вся из библиотеки Лиза приметила чуть большую серьезность и неразговорчивость от капитана. " Интересно, что подумает по этому поводу Джинн? Стоит ли ей рассказать.." ... После конца рабочего дня Кейа направился, как должно и очевидно, в таверну. Все таки, у него не было выбора, где еще искать. Винокурня сейчас не лучшее место, а кроме нее Дилюк пребывает либо на замене Чарльза за барной стойкой, либо на делах по работе в Ли Юэ, либо занимается работой Полуночного Героя. 'Хах, и все таки, какая забавная история с этим "Полуночным Героем",- пронеслась мысль,- но выносить его личность на всеобщее обозрение или доставлять анонимности Дилюка другую опасность, хоть я и могу, не хочу" Выдохнув, Кейа вошёл в помещение. "Только бы не сказать лишнего." Звон бокалов, разговоры, легкая душнота, приятные запахи добавок к коктейлям.. Уже сразу посетители узнали вошедшего, но не бармен за стойкой. " Итак, сегодня это не Дилюк, и скорее всего, он на втором этаже и наблюдает" Дилюк действительно стоял рядом с полуоткрытой дверью на веранду, облокотившись на выступ двери. Шум и запахи казались приглушёнными, а свет мягким. Мысли винодела в последнее время были неясны даже ему самому, но одно он понимал точно: его жизнь медленно, но верно идет под откос. Он не смог смириться ни со смертью отца, ни с предательством родного брата, и сейчас Дилюк просто стоял, вникая в собственные мысли, уверяя себя, что пытается найти там выход, а на деле, закапывая себя в прошлое дальше и дальше. Даже работники и близкие семьи с винокурни пытались с ним поговорить, но он просто не мог их понять и услышать. Чувствовать себя жертвой на постоянной основе тяжело, но и наоборот считать сил не было.И уже долгие годы мужчина находил крайне эффективный способ сбегания от проблем и перекладывания чувства вины - замыкание и отстранение от общества, а в оставшихся бедах всегда можно обвинять Кейю, хотя это было не очень то и справедливо. Но в конце концов, он же его предал...? Именно за этим тягомотным бесконечным размышлением о прошлом его и застал Кейа. Еще стоя на лестнице, он почувствовал легкую тревогу. (К счастью или сожалению, себя он знал хорошо и понимал, что в случае конфликта он все равно скажет что то, что позволит ему скинуть вину на собеседника. А потом он будет жалеть. Раскаиваться. Маска шута и саркастичного человека ужк давно засела в его подсознании, а выкидывать такую надежную защиту он не мог.) Сделав очередное титаническое усилие над собой, рыцарь унял беспокойство и прошел выше, на второй этаж. -Кхм.. здравствуй?