О каждом из панков

— Я собираюсь готовить ужин. Ты во сколько дома будешь? — Поздно. Возможно, вернусь после полуночи. — Снова?! — У меня ещё три клиента, на каждого уйдёт минимум час. — Ох… Ладно, я тогда оставлю еду на плите. — Окей. Ты заканчиваешь звонок и глубоко, медленно, успокаивающе выдыхаешь. Огонёк гневной обиды зажигается в грудной клетке и ударяет по кулакам, стискивает зубы, просит вырваться наружу, как-то выплеснуть свою энергию, но ты намеренно тушишь его холодом разума. Повторяешь про себя уже выученную за три недели мантру: «Так надо. Сама же предложила свадебное путешествие». Гоуст, твой жених, работал татуировщиком в местном тату-салоне и довольно быстро набирал популярность среди клиентов: запись к нему расписана на неделю-две вперёд, а фотки разных частей тела с его новыми работами то и дело проскакивали в Инстаграме. И это при том, что парень совсем не создавал впечатление творческого человека, ещё меньше — общительного обаяшки, которому хочется доверять. Однако, несмотря на несколько отталкивающий характер и недружелюбное лицо, люди выбирали именно его в роли своего мастера. Вверяли полотно в виде своего тела его перу в виде тату-машины. Довольные клиенты запускали сарафанное радио, привлекая новых людей и тем самым пополняя ваш семейный бюджет. Ты знала, что так будет. Сразу поняла, что Гоуст станет востребованным специалистом, когда впервые взглянула на его эскизы. Тонкие линии, толстые линии, штрихи, градиент, абрис, ретушь, рефлекс, олд скул или нью скул, органика или блэкворк, анималистика или сюрреализм, люди или срисованные персонажи комиксов — он пробовал себя во всём. Играл с художественными приёмами и стилями, экспериментировал, следовал правилам и сам же их нарушал. Хотел чувствовать себя уверенным во всём, за что бы ни взялась рука. Профессия татуировщика стала его родной стихией, потому что тут нет ограничений и можно создать всё, на что способен ум творца или фантазия клиента, которую тот реализует. Теперь, в связи с нарастающей известностью и природным трудолюбием, не удивительно, что он периодически задерживается на работе. В последнее время даже чаще, потому что вы копили деньги на свадебное путешествие по штатам Америки. Правда, каждый воспринимал его по-своему: Гоуст видел в этом возможность познакомиться с другими мастерами и обменяться опытом, ты же — отдохнуть от работы и научиться новым хобби. Пока ты будешь покорять морские волны на своём сёрфе около пляжей Лос-Анджелеса, Южной Калифорнии и Сан-Диего, он обойдёт ближайшие тату-салоны и изучит современные направления. Пока Гоуст будет общаться со старыми друзьями в неприметном и малолюдном баре, ты подружишься с местным барменом и попросишь научить тебя заваривать самый вкусный кофе и готовить лучшие коктейли с виски, чтобы потом с гордостью угостить ими парня. Марафон по штатам требовал больших финансовых затрат, поэтому вы оба брали больше нагрузки по работе, чтобы приблизить желанную поездку, но тем самым сокращали время на внимание к друг другу. Ты не смела выдвигать какие-либо претензии, потому что это была твоя затея. И всё же… Одиноко засыпать одной в холодной постели, а утром просыпаться в тёплой, но всё равно — одной. Ты скучала по нему. Навязываться и вываливать на него свои переживания, когда он так усердно трудился ради вашей поездки, тоже не шибко хотелось. Сам ещё начнёт мыслями закапываться, но не признается в этом, засранец. (Сама отлично знала, каких усилий над собой ему стоит делиться своими эмоциями). Нужно было что-то придумать, чтобы вдохнуть огня вашим отношениям перед предстоящей поездкой. Идея зреет быстро. Мысль, несколько наивная, несколько самоуверенная и по-своему даже забавная, неожиданно пронзает черепную коробку и прочно застревает внутри. Разум критически осматривает её со всех сторон, взвешивает все «за» и «против», задумчиво хмыкает и, наконец, одобряет. Оставалось только продумать чёткий план действий и постепенно идти к цели, не вызывая подозрений. Больше всего волновала реакция Гоуста на происходящее. Нельзя было предсказать, как тот отреагирует, что очень напрягало, но не запрещало рискнуть. Игра стоила свеч.

***

Когда Гоуст видит переполненный детским восторгом взгляд, он удовлетворительно кивает: молодой парень, его клиент, доволен своей первой татуировкой на руке. Нанесение рисунка заняло 4 встречи, которые растянулись на целый месяц, и вот получен результат. Юноша так и сяк поворачивает своё предплечье, рассматривая произведение искусства со всех возможных ракурсов, просит сделать фотку (которая пополнит портфолио тату-мастера) и уже спешит поделиться изображением в социальных сетях. По лицу этого не увидишь, но Гоуст точно также радуется проделанной работе и — что тоже по лицу не определишь — наравне с этим чувствует усталость. Это только третий клиент за день, а его уже тянет вздремнуть. Поэтому, когда татуировка замазана ранозаживляющим кремом и обмотана плёнкой, а парень с горящими глазами покидает процедурный кабинет, он направляется на крохотную кухню, по размерам сопоставимую с кладовкой, чтобы сделать себе бодрящий напиток в кофе-машине. Практически чёрная жидкость обжигает губу, горчит на задней стороне языка и горячей дорожкой стекает по глотке. Татуировщик морщится, заносит кружку в свой кабинет и оставляет на столе: допьёт позже, когда тот немного остынет. — Гоуст, к тебе пришли! — слышится голос администраторши из коридора. Бесила эта дурацкая манера, потому что вынуждала его орать в ответ, когда совсем не хотелось выходить. — У меня обед! Он спешит к двери с намерением демонстративно закрыть её, но не успевает это сделать. На пороге стояла его невеста в чёрном коротком обтягивающем платье (которое надевала всего один раз на свидание и проносила не более десяти минут, потому что Гоуст практически сорвал его), кожаной куртке (которую он подарил на прошлый день рождения) и чёрных кожаных ботинках (которым предпочитала кроссовки). Видимо, даже что-то сделала со своими глазами, потому что те блестят сильнее обычного и кажутся визуально больше. Хитрым прищуром пронизывают его насквозь и словно пытаются что-то сказать. Его приподнятые от удивления брови выглядят более чем выразительно на обычно каменном лице. — Что ты здесь де… Её лицо мигом оказывается в сантиметре от его собственного. Тёплое дыхание скользит по губам и сменяется влажным языком, что раскрывает его рот. Поцелуй получается неожиданно страстным и громким, маленькие ладони с тонкими пальцами плотно обхватывают его щёки и направляются за шею, зарываются в волосы на затылке и ощутимо тянут на себя. Прикосновения где-то на грани между привычными и чужими, словно перед ним вовсе не его невеста. Та скорее походила на горячую незнакомку, способную предаваться ярким ночам с парнями, чьи имена ей неинтересны. Важен только инстинкт. Когда губы разделяются, он замечает, что больно уткнулся поясницей в свой рабочий стол, а чужие пальцы уже переместились на талию и игриво теребили края его футболки. — М-м, ты пил кофе, — говорит она с придыханием, ещё не отойдя от жаркого поцелуя. — И извини за внезапность. Ты постоянно занят, поэтому я решила, что это лучший способ провести с тобой время. Украду у тебя буквально пару минут с обеда. Не злись пожалуйста. Теперь он чувствует цветочный аромат духов и замечает длинные ресницы, нанесённые тушью. В последний раз он видел её накрашенной на свидании. Действительно, а как давно они были на свидании? Выходили куда-то и проводили время вместе помимо дома? Кажется, с этой сраной подготовкой к свадебному путешествию они практически не виделись, а общались и того меньше. Поэтому он берёт её лицо в свои ладони и целует сам: сначала нежно и извиняюще, потом жадно и дико, словно ненасытный зверь. Сквозь порыв эмоций ведёт их обоих через всю комнату, чтобы закрыть входную дверь на замок и прижаться к ближайшей стене, выплеснув на неё всё недосказанное и невыраженное. Уделить друг другу всё внимание, которое они заслужили.

***

Когда девушка с красным, но безумно довольным лицом выходит из кабинета и спешит покинуть тату-салон, администраторша за столом регистрации сразу отмечает слегка взъерошенные волосы и мятое платье, но никак не комментирует. Следом в коридор выходит такой же потрёпанный и, пусть не сильно заметно, более расслабленный Гоуст. Не требовалось много ума, чтобы понять, что там происходило последние двадцать минут. Губы сами растягиваются в лукавую и понимающую улыбку. — Твоя невеста? — Ага. — Вижу, ты мастер совмещать приятное с полезным. — Без комментариев. Женщина лишь расхохоталась, запрокинув голову назад. Ей редко выпадала возможность подразнить такого невозмутимого парня.