Часть I "Разработка" Глава 3.4
25 октября 2022 г., 00:00
Планёрка началась как всегда – с небольшой, но возмущённой критики со стороны начальника полиции ака Завьялова Романа Евгениевича касательно работы и поведения нижестоящих сотрудников. Начал подполковник с Тельцова – тот явно страдал похмельным синдромом и, по мнению Гордеевой, которой «посчастливилось» сидеть рядом с Виктором Андреевичем, мог бы сегодня на работу вообще не являться в таком непотребном виде. Сама участковая была как всегда собрана, свежа и опрятна – ничто в Арине Ильиничне не выдавало недовольства тем, что она уже которую неделю работает за двоих, а зарплату получает как за одного. Точнее, за одну. Эксперт-криминалист Валерий Михайлович явно недоумевал, во имя чего такого более важного, чем работа в тихой и уютной лаборатории под чашечку кофе и видеоролики со смешными котами, ему необходимо приходить в начальственный кабинет и как минимум минут двадцать слушать гневный спич про чужие недоработки. Честным образом оттарабанивший на выездах суточное дежурство и ещё не отошедший от утреннего шока капитан Скворцов незаметно для начальства пытался спать с открытыми глазами, иногда согласно кивая в такт особо возмущенным репликам Завьялова. Напротив, только заступивший на дежурство Окунев был бодр и напряжённо о чём-то думал. Больше ничего о старшем лейтенанте сказать было нельзя, так как лицо у Егора было абсолютно непроницаемое. Рядом с почти таким же выражением сидел майор Коробицын, однако же ж, в отличие от старлея, периодически беспокойно поглядывая на дверь и будто бы опасаясь, что в кабинет вот-вот кто-то заглянет.
– Вы по квартирам-то хоть прошлись? – наконец перешёл к делу Роман Евгениевич. – Или вам всё я напоминать должен?
– Поквартирный обход ничего не дал. – вместо Тельцова отчиталась Гордеева. – Хотя, по-моему, тут и так всё предельно ясно.
– В принципе, мне тоже. – согласился подполковник. – Этого отморозка давно пора посадить. Коробицын? – обратился он к в который раз взглянувшему на выход из кабинета майора. – Куда ты всё время смотришь, Коробицын?
Николай Степанович, потихоньку начавший уходить в то же отрешённое состояние, что и Скворцов, встрепенулся и ответил первое, что пришло в голову.
– В светлое будущее, товарищ подполковник. – бодро и уверенно отчеканил Коробицын, не сводя глаз с двери.
Роман Евгениевич пару секунд посмотрел в ту же сторону, что и начальник отдела угрозыска, но, не увидев там не то, что светлого, а вообще никакого будущего, кроме планово приближающейся по календарю чистки аквариума, понял, что его развели.
– Кхм... Да. Джокер признался в содеянном?
– Так точно.– серьёзно кивнул майор. – Это его бригада третьего дня на прошлой неделе погромила контору, льющую палёный алкоголь. Видать, Ворону не по вкусу коньячок пришёлся.
– Какой, к чёрту, коньячок?! – опешил уже собравшийся было отдавать команду арестовывать Комолова Завьялов.
– Типа пятизвёздочный. – спокойно отозвался Коробицын. – В особо крупных объёмах. Потом этих химик-ядерщиков нам сдали, для выполнения квартального плана по борьбе с несертифицированной алкогольной продукцией очень пригодилось.
Роман Евгениевич беззвучно взвыл и секунд на пять закрыл лицо ладонями. Невозмутимость Коробицына порой вгоняла подполковника в оторопь и уныние.
– По позачерашнему ограблению этой Кавинзёлевой...
– Кавинцолевой, товарищ подполковник. – поправила его Гордеева.
– Ну, бог с ней, значит, по ограблению Кавинцолевой... – исправился Завьялов. – Там что, не было ни одной видеокамеры?
– Было, в количестве трёх штук: две – в магазинах и одна – на соседней парадной. – начал пояснять Николай Степанович. – Автомобиль действительно как у Джокера, госномера замазаны грязью, но модель кузова вроде та, грабители похожи. Всё.
– Что «всё», Коробицын?
– Комолов отпущен под подписку о невыезде, алиби у него нет, но предъявить что-то серьёзное по этому делу и задержать его мы пока не можем. А бригада вообще с пяти вечера и всю ночь в «Котле» просидела, разъехались только по утро. Бармен и официантка подтвердили. – развёл руками майор. – Продолжаем искать, товарищ подполковник.
Гордеева, считавшая, таких, как Джокер, можно было бы вообще судить "тройками" по законам военного времени, возмущённо вскинула брови и, плотно сжав губы, начала прожигать взглядом сидящего перед ней Коробицына.
– Вот как... – крепко задумавшись, проговорил Завьялов. – Что, совсем всё глухо?
– Для того, чтобы он никак не смог отвертеться – да, совсем всё. Да и, – пустился в рассуждения майор. – Как-то слишком глупо и демонстративно это ограбление произведено, не находите? Джокер, может, действительно больной на всю голову, но, как ни крути, мастер своего дела. Зачем ему так палиться?
– Возможно, ты и прав... – после минуты размышлений наконец согласился Роман Евгениевич. – Тогда предлагаю пока с этим делом закончить и перейти к следующему. Скворцов! – вдруг гаркнул подполковник. – Скорцов?!
Окунев, не меняя выражения лица, потряс товарища за плечо. Сергей вышел из апатичного состояния, и, вспомнив, что дежурство он до сих пор не сдал и вообще находится, к величайшему своему сожалению, на работе, а не дома на диване, начал свой доклад по делу о пьяной поножовщине со смертельным исходом, произошедшей по адресу В-ский переулок, дом номер...
