«Пародия на плохой детектив» или особенности проведения оперативно-розыскных мероприятий в отдельно взятом районе отдельно взятого города

Виталя был хмур и молчалив больше обычного. Небрежно повесив случайно сваленную александрову малиновую олимпийку на одиноко торчащий из стены гвоздик и обойдя почему-то стоявший в прихожей велосипед, которым на памяти Шрама Комолов последний раз пользовался лет в пятнадцать, Виталя сменил ботинки на гостевые тапочки в весёлого серо-белого цвета горошек и неспешно поднялся наверх. Джокер обедал.       – У тебя уже и на столе волына? – хмыкнул Шрам. – Издеваешься? Джокер, кинув взгляд на лежащий по правую руку ПМ, кивнул и степенно продолжил жевать тушёнку.       – Параноик.       – Разумный перестраховщик. – нудно возразил Комолов и заел тушёнку долькой турецкого помидора. – Ты не предупреждал, что заедешь. Я тоже тебя не вызывал.        – А что, лучшему другу, – Виталя отогнул полу куртки и взглядом указал на пристёгнутый ко внутреннему карману микрофон. – Уже и для того, чтобы в гости зайти, надо заявление с синей печатью оформлять? Александр понимающе моргнул и руками изобразил птицу. Шрамов согласно кивнул. Комолов прикинул, по какому поводу Ворон мог приняти такие меры и решил подыграть.       – Ладно, не нервничай. Настроения с утра никакого, голова как с перепою, сам понимаешь. Виталя участливо покивал и, усевшись на ближестоящий стул, налёг на помидоры.       – Ну докладывай, раз здесь уже. – распорядился Джокер. – Как там наши дела на Охте? Шрам на несколько секунд задумчиво уставился на опустевшую консервную банку.       – Под мостом через Оккервиль туристы задушенный трупешник какой-то «ночной бабочки» обнаружили. Вроде не из наших... – будничным тоном начал Виталя. – Прикинь, у неё все кишки наружу, половину уже собаки пожрали. Видать, давно лежит.       – И тебе приятного аппетита. – поперхнулся Александр. – Умеешь момент выбрать.       – Жёлтая пресса уже хай подняла, мол, на Охте маньяк-душитель завёлся. Хочешь, фотку этой тёлки покажу?       – Иди ты к чёрту, придурок. – кинул в него хвостиком от помидора Джокер. – Не вмешивайтесь туда. Пусть менты разбираются, мне сейчас не до этого... Бизнесы как, не выпендриваются? Никто перебежать не надумал?       – Ходит слушок, – многозначительно произнёс Шрам. – Что Ворон тебе опалу устроил. Джокер довольно улыбнулся, давая понять, что всё идёт по плану.       – Не боишься в глазах братвы авторитет потерять?       – Не-а.       – В таком случае, вот ещё новость: у Ворона в кабинете мебель на винтики начала разваливаться.       – А мне-то что? – равнодушно усмехнулся Комолов, уже будучи в курсе того, что один из его «жучков» намедни обнаружили. – Все претензии к заводу-изготовителю.       – Как знаешь. – мрачно проговорил Виталя. – Но Ворон недоволен. Александр отодвинул от себя уже ненужную посуду и, поставив локти на стол, подпёр руками голову.       – Ворон в последнее время дохрена чем недоволен. То делай, это не делай. Делаешь что-нибудь – ему неправильно, предлагаешь дело – для него это либо ерунда, либо, – парень закатил глаза и попытался спародировать голос Вениамина Сергеевича. – «Бред сумасшедшего». Чуть что не так – иди, Джокер, долечивайся!... Задолбал он меня, чесслово. Вот здесь вот он мне уже. – Александр ребром ладони провёл по своей шее. – Надоело. Виталя паникующе глядел на бригадира обалделыми глазами и, беззвучно матерясь, пальцем показывал на микрофон. Комолов старательно делал вид, что понятия не имеет, к чему весь этот театр пантомимы и решил «добить».       – Знаешь, Шрам, я уже думаю, не послать ли всё это нахрен, а?       – Да ты, походу, совсем со своей полоумной психиатрессой переобщался... – опустошённо буркнул Шрам и минуты на полторы замолчал, прикидывая, что скажет на весь этот спич Ворон и что после этого может случиться с Джокером.       – Кавинцолева – наивная идеалистка. – Александр прикрыл лицо руками. – Но, справедливости ради, иногда хорошие вещи говорит.       – Ну хоть где-то прогресс. – хохотнул Шрамов. – Она заявление тебе отдала уже? Когда свадьба?       – Виталя... – холодно посмотрел на него Комолов. – Я тебя куда пять минут назад посылал?       – К чёрту?       – Вот и иди. – помахал ручкой Джокер и вновь растёкся по столу. – Иди и больше не действуй на мои больные нервы. Шрамов направился было к лестнице, но, вспомнив ещё одну важную вещь, вернулся.       – А с чемоданом что? – под «чемоданом» Шрам имел в виду Артёма Завьялова. – К тебе в гости свозить или ты сам сходишь?       – Чемодан не трогать, пускай менты сами разбираются.       – Думаешь, они уже в курсе?       – В курсе – не в курсе... – Джокер покачал головой в разные стороны и, выпрямившись, развёл руками в стороны и хитро улыбнулся. – Какая нам, собственно, разница?