Нарисованный мелом и ложью.

Альбедо через некоторое время избавился от своего эксперемента. Ему было грустно, эксперемент удался, а теперь стирать его с лица земли. Пока строится сон по частичкам, то наступает вечер. Альбедо заходит к Люмин без плохих намерений. -Тебя ожидает довольно необычный сон, я это уже говорил. -Правда? Интересно, но ты видишь все мои сны, это так пугает. -Я спокойно могу перемещаться между снов твоих друзей. Люмин больше не понимала, почему она стала спокойно относится к смерти своих друзей, которые научили ее многому. Может когда-нибудь это повторится во снах? Люмин промолчала на слова Альбедо. Парень лишь тяжело вздохнул и ушел выключич свет. Альбедо наносит вред всем, кроме Люмин. Сначала он убьет всех, Люмин останется одна наедине с Альбедо и их будет разделять долгий взгляд в глаза наполненные злостью. Звезды с луной просыпаются, ночь. Альбедо сидит за своем столе и пишет в свой блокнот разные мысли. С каждой минутой обоих покидают силы и они идут спать. Люмин привыкла ко всей это неудобной обстановке, ей так свободно во снах. Поэтому девушка засыпает и погружается в сновидения Моны и Сахарозы. Люмин попала в сон, пока-что это самый идеальный сон, который она видела. Ее окружали звезды, огромное звездное небо, на котором были разбросаны созвездия ее друзей. На удивление звёзды имели разный оттенок. Созвездие Дилюка-красный, Барбары-голубой. Оттенок соответствовал глазу богу, это еще больше предовало красоты небу. Так же летали водные небольшые пузыри. И люмин догадалась, что это сон Моны, великий астролог мертва. Но кроме этого она видела, как везде пархают кристальные бабочки. Это было конечно очень красиво. Одна бабочка светло-зеленого цвета подлетает к Люмин и растворяется в ней, отдавая свою силу. Девушка почувствовала свободу и она смогла летать, как сама эта бабочка. Хм, кристальные бабочки? Сахароза!! Люмин взлетела и плавными движениями полетела вверх разглядывая такую красивую обстановку во сне. И недалеко она видит, как Мона и Сахароза спокойно висят в воздухе перекинув ногу на ногу. Сахароза находилась внутри хребта, будто лежала в нем, крылья ей не мешали, а череп теперь был как обычной маской. Кажется, Альбедо ее пожалел в этом сне, что вернул ее голову обратно, хотя череп она никак не могла снять с себя. Но она спокойно через него все видела. Люмин сначала очень испугалась вида Сахарозы и подлетела к ней. -Мона, Сахароза? -Здравствуй, Люмин.-отвечают обе девушки одновременно. -Сахароза, это была такая жестокая расправа.-сказала жалостно Люмин. -Это было ужасно, но в какой-то степени я счастлива во сне. Так еще и с Моной, мы теперь стали чаще общаться и провожим время только вместе. Но тут эксперементами теперь не займёшься. Я так скучаю по своему прежнему виду, даже свои ушки мне стали нравится. -Ахх, Мона, что насчет тебя? Мона сразу же сделала немного испуганный вид, перестала висеть в воздухе подложа руки под свою голову и положиа ногу на ногу. -Я была близка к победе, а насчёт сна тут прекрасно. Только Сахароза добавила только бабочек, неужели ты и вправду не хочешь чего-нибудь еще?-спросила Мона поглядывая на Сахарозу. -Нет-нет!! Кристальные бабочки играют тут большую роль, они же подарили нам полет, это разве не прекрасное добавление? Так еще и красиво смотрятся!! -Аа, а с тобой и не поспоришь. Девушки так хорошл общались между собой, они и вправду счастливы. Их обоим не мешал пугающий вид друг друга, Мона с ужасом слушала историю смерти Сахарозы. Хотя во снах не обращают на внешность, но истории очень ценят, так как они всегда интересны и жестоки. Люмин была рада за них, что они создали такой прекрасный сон и за то, что им есть о чем поговорить. Им здесь точно не скучно. -Мона, ты до сих пор видишь судьбы? -К сожелению нет, это ненастоящее небо, вальшивые звезды, судьбы закрыты от меня. Но оно потресающе. -Вы и вправду постарались над сном. Жаль, что я проснусь, вновь погружусь в рутину. Сны так спасают, но я теряю вас. -Люмин, все когда-то заканчивается.-сказали одновременно девушки с нотой счатья. После этих слов Люмин просыпается. Ее мысли были светлы, а после этого сна было такое хорошее чувство, что у девушки это вызвало улыбку.