Пятьдесят оттенков Хидана

Такие, как Какузу, не влюбляются. Какузу и не влюблялся. Он просто взял то, что захотел: такие, как Какузу, всегда берут то, что хотят. Без метаний и терзаний, без сожалений и сомнений. Без всей этой чуши. Любовь для дураков. Романтика — для слабоумных. Таким, как Какузу, есть чем заняться в жизни. — Хей, — Хидан напрыгивает на него со спины и дышит в затылок, — погнали трахаться. — Я ещё не закончил, — Какузу поднимает взгляд от документов, с которыми он, честно говоря, при всём желании сегодня не закончит. — Да пох, — улыбается Хидан. Прихватывает ухо губами, разминает пальцами уставшие плечи Какузу, шею. На самом деле это очень приятно. Такие, как Какузу не позволяют собой манипулировать. Не столь простыми способами уж точно. — Хидан, не сейчас. — Да брось. Сегодня День влюблённых, а я вот прям дохера влюблён, — Хидан берёт его руку и в доказательство прикладывает к своей ширинке. — Если ты меня любить не будешь, я вырежу тебе сердце и сожру его нахуй. — Поэтично, — выгибает бровь Какузу. — Хуетично. Хидан тянет его из-за стола, заставляя подняться. Таких, как Какузу, невозможно заставить. Они делают только то, чего хотят сами. Только то, чего… Хидан запускает ему руки в штаны, орудует там, как у себя дома. Получается, такие, как Какузу, тоже не железные… — Дей сегодня спросил, не наскучило ли мне за шесть лет спать с одним и тем же человеком, блядь, вот еблан, — Хидан то ли удивлён, то ли возмущён. — Нахуй мне ещё кто-то, когда у тебя такой хуй. Какузу хмыкает. Сам не понимает, что за странная реакция рождается внутри на эти слова. — Всегда можно найти получше, — он пытается придать словам шутливый тон, но что-то идёт не так. Вместо того, чтобы сморозить очередную хрень, Хидан вжимается ему в шею лицом. — Спорим, когда мы впервые трахнулись, ты не представлял, каким я могу быть верным? Какузу не спорит. Он тогда думал, что Хидан та ещё шлюха. — Не представлял, — соглашается он. — Любишь меня? Такие, как Какузу, выше всего этого словоблудия. Они не бросаются признаниями и громкими словами. Не сотрясают воздух напрасными объяснениями. Но такие, как Какузу, умеют быть честными. Умеют смотреть правде в глаза. — Люблю, — говорит он, и Хидан удовлетворённо стонет, опускаясь перед ним на колени.