contiguity

Леонардо ненавидит прикосновения. Он пересекает любые касания к себе, будь это враг, друг или семья. Не здоровается с Кейси, когда тот, видимо, по какой-то привычке тянет ладонь вперед, чтобы получить «пять» и лишь закатывает глаза, прежде чем отправится в путь вместе с ним и Рафаэлем, Он уклоняется, когда на него падает неуклюжий и вечно неглядящий под ноги Донни, и слышит, как брат ругается из-за того, что разбил какой-то из своих изобретений. Никто уже не обижается на подобную предвзятость, которая, казалось бы, появилась настолько давно, что уже и не вспомнить. – Эй, живой? - слышен голос со стороны, когда учёному помогает подняться знакомая рука, а лидера снова сверлит знакомый взгляд зелёных глаз из под повязки. – Ты так и будешь продолжать делать вид, что ничего не происходит? И тем не менее Сплинтер не оглядываясь проходит мимо, заваривая свой чай и прихрамывая, прежде чем присесть за стол. Учитель остаётся нейтральным к перепалкам сыновей, но тем не менее проявляет понимание по отношению к двум братьям. – Почему он такой, учитель? – Бывает, что каждому живому существу не хочется, чтобы их никто не касался, - когтистые пальцы охватывают гладкие края чаши, прежде чем усы немного намокают под воздействием воды. – Будь этот кто-то другом или даже семьей. – Но всегда ведь есть исключения из правил? - в голосе звучит надежда, но темперамент не понимает, почему сенсей улыбается так и не ответив на вопрос. Все давно смирились с тем, что обладатель пары мечей отходит в сторону, когда в его сторону летит жизнерадостный и тактильный Майки, из-за чего младший врезается в ближайшую поверхность, снося на пол ближайшие вещи. Леонардо хмыкает и просит больше не пытаться его обнять, наверное, в сотый раз, который как и все остальные будут проигнорированы, ведь Микеланджело не сдается. – Ты не можешь уже перестать выебываться? - слова не удивляют, и Леонардо отводит глаза, прежде чем может встретиться с колючим взглядом. – Я не раз его предупреждал, разве нет? – Не верю, что говорю это, но ты бы не сломался от одних объятий, Лео. Он твой брат и... – Раф, не нужно из-за меня ссориться, - зелёная трепалая ладонь ложиться на плечо обладателя красной повязки, сохраняя тон голоса по-привычному непринужденным, хоть и перебивает старшего. – Я ведь и правда был не прав по отношению к Лео... У каждого своя зона комфорта. - парень подмигивает темпераменту, привычно улыбаясь. – К тому же, все знают, что он готов за нас жизнь отдать, а это значит, что мы ему не безразличны. Не так ли? Лидер спокойно улыбается, скрестив руки перед грудью и кивнув. Иногда у младшего оказывается ума больше, чем Рафаэля. Приятно осознавать, что его понимают все. Все, кроме того же Рафа. И его можно понять, лишь потому что он сильнее всех ждал возвращения старшего. – Отдай одеяло. - сонно бурчит Раф, ворочаясь в чужой кровати и пытаясь перетянуть желанный кусок тепла на свою сторону. – Ты припёрся посреди ночи, так ещё и решил, что можешь оставить меня без одеяла? - старший злится, и обладатель алой повязки слабит хватку, поворачиваясь к брату лицом. – Какие вообще монстры под кроватью? Нам ведь не по пять лет. – Желаешь, чтобы я ушел? - спрашивает, и кажется что теперь уже зелёные глаза темперамента смотрят прямо душу, отчего лидер внутренне ежится. Лео минутно замолкает, секундно задумывается над поставленным предложением и не хочет. – Ты каждую ночь приходишь, лезешь под одеяло и, что самое странное, обнимаешь меня, - и все же Леонардо хочет ответов на мучающие всё это время вопросы. – Почему ты не можешь обнять так же Донни или Майки? – И тем не менее, ты меня не отталкиваешь, - ответ не меняется, как и то, что Раф не отводит от взгляда. – Почему? Ладонь брата скользнула по его щеке, но того самого отвращения, как к касаниям остальных, нет. Парень спокойно прикрывает глаза, чувствуя как пальцы медленно поглаживают кожу и буквально ощущая, как негодует младший. – Почему ты не реагируешь так на меня же, как на остальных? – Я не знаю, - они встречаются взглядами, и Леонардо медленно выдыхает. – Возможно, потому что ты не пытаешься задушить меня в объятиях или придавить меня своей тушей. Панцирь тут же соприкасается с кроватью, и лидер недоуменно моргает, когда оказывается зажатым в кровать собственным младшим братом. Не понимает, что происходит, когда его руки зажимают над головой, а лицо напротив оказывается неприлично близко, словно он забыл о существовании словосочетания «личное пространство». – Тебе противно? - он слышит голос отдаленно, сосредотачиваясь на зелёных серьезных глазах прямо напротив. Так близко, как никогда раньше с кем либо ещё... – Нет... Что ты делаешь? - Лео чувствует, как под ними прогнулась пружина кровати, немного отталкивая их назад, так же, как и теплое дыхание от губ на губы. Никакого отвращения все ещё не следует. По странному хочется ещё более близкого контакта, больше касаний и невидимого тепла исходящего от тела напротив. Разве черепахи теплокровные существа? – Почему? - этот эксперимент не принес совершенно никаких результатов, и это все ещё продолжает понемногу раздражать Рафаэля. – Почему я... - в голове всё перешивается в густую кашу, больше явно не позволяя рационально мыслить. – Блять. Лидер медленно выдыхает и мысленно считает до пяти. Единственное, что сейчас напрягает так это то, как его брат зациклен на неприязни к прикосновениям. – Раф... – А если я поцелую, то тебе станет противно? Он зависает, и внутреннее чутье подсказывает, что решительность в глазах напротив явно не поддельная. Мысли медленно расползаются, пытаясь побыстрее дать место здравому рассудку, который бы с радостью спал до утра. – О чем ты вообще? - глаза начинают нервно бегать от чего-то чувствуя себя смущенным, чувствуя как к щекам ползет небольшой румянец. – Мы братья... Да и у меня нет желания, чтобы ты был первым, кто это сделает. – Тогда ты хочешь поцеловать первым? - теперь Рафаэль кажется сонным и заебанным, не понимая до конца сути сказанного, но продолжая сохранять на лице хмурое выражение. – Ч.. Чего? Глаза со всей готовностью собираются переезжать повыше на лоб от очередного заявления, а здравый смысл нервно курит в сторонке и отправляет сигналы «SOS» в неизвестном направлении нервной системы. – Тебе будет противно или нет? - повторяется вопрос, и лидер подумывает, что черепаха, которая сейчас вжимает его в кровать вовсе его братом не является. Хотя нет, эту рожу он узнает из миллиона одинаковых... – Откуда мне знать? - нервишки начинают активно шалить, и Леонардо даже немного повышает голос, но заметив, как напряженно стушевался брат, выдыхает. – Отпусти меня уже хотя бы... Темперамент садится рядом и опускает голову к низу, пытаясь собрать мысли в кучу. Видимо, рассудок решил, что пора бы вернуться, вот только никаких свершений это не принесло. – Я просто не понимаю, - младший сцепляет пальцы, хмурясь и не поднимая глаз. – Как только ты вернулся, то уже никого не подпускал к себе, не позволял трогать вовсе... Даже когда мы в спарринге, не позволял себе лишних прикосновений. - таки поднимает голову, и обладатель мечей прекрасно видит озадаченное лицо. – А тут вдруг оказывается, что я могу тебя коснуться и ты не оттяпаешь мне руку, но продолжаешь говорить что Донни и Майки тебе неприятны в этом плане... Почему именно я? Или может это временно? А если... Поток вопросов не заканчивался, и Леонардо прекрасно осознавал, что виноват сам, хоть и сделать мог мало чего. – Рафи... - да, перебивает, да детским прозвищем, да бессмертный. – Если я тебя поцелую тебя это в чем-то должно убедить, не так ли? – Я хотел понять просто, почему именно я... и мне показалось, что это как то поможет. – Ладно. – Что? – Если это поможет нам наконец уснуть и поспать нормально, то я не против. - его начинают забавлять эмоции Рафаэля. – Хочешь или нет? – Я.. Ну.. - неловко начинает парень, мнется и выглядят немного смушенным, прежде чем его мягко тянут обратно на кровать, а губы сталкиваются с губами напротив. Казалось, что пары секунд было бы достаточно, но руки темперамента уже обвивали шею старшего, сидя где-то на бедрах, пока чужой язык без препятствий хозяйничает у него во рту. Дыхание понемногу спирает где-то в районе груди, когда Раф чувствует знакомую гладкость чужой кожи под пальцами, блаженно выдыхает в непозволимо мягкие губы напротив и... зависает, шокировано глядя на парня напротив. – Уходишь? - Лео замечает, как младший немного пятиться, пытаясь отсесть. – Нет... Но я так и не понял.. – Я тоже, но, Раф, - ладонь скользит вверх по щеке брата и лидер немного улыбается. – Мне всё ещё не противно.. Видимо, ты исключение из правил. В этот раз обладатель пары сай тянет лидера сам, обдав щеку горячим дыханием, прежде чем оставить там лёгкий поцелуй. В груди приятно грело непонятное нечто, пока они смотрят друг другу в глаза. – Я рад, что являюсь исключением.. Почему-то...