Лунный свет.

Сегодня 3 июля. Самый ужасный день для Харучиё. В этот день он всегда осазноёт, что мог бы и не рождаться. И как же ему не повезло появиться в этом гнилом мире. Он очень часто раньше думал- «Что же удерживает меня здесь?» Но теперь он знает, что именно заставляет его оставаться живым. Лунный свет опадает на его кровать. Ему нечего делать. Хотя собственно как обычно. Майки ещё спит. Хорошо, что за столь долгое время он наконец-то лёг поспать. Ведь не спит уже 4 дня, так и сдохнуть можно. Только вот Харучиё вот-вот сдохнет от скуки. — Кажется, там оставалось что-то в холодильнике… Парень лениво встал с кровати и направился в сторону кухни. — Блять, всё же ничего нету. Придётся в магаз переться, а то жрать охото. Розововолосый оделся и пошёл в ближайший магазинчик. Там он взял бутылку молока, хлеб, десяток яиц и плитку шоколада. А после пошёл домой. Когда он зашёл в двухкомнатную квартирку, то заметил, что там его уже ждал сонный Майки. — Доброе утречко. С натянутой улыбкой клоуна на лице произнёс Харучиё. Но блондин лишь посмотрел на него и пошёл посидеть на диване. Санзу отправился разбирать пакет. — Ты голодный? Спросил он у своего друга. Тот же просто посмотрел и ели- ели покачал головой. Он уже 2 дня ничего не ел. Хару уже переживает. — Ты помнишь, что сегодня за день? Каждый год этот «клоун» спрашивает у Манджиро этот вопрос, но тот же всегда отвечает отрицательно. — Худший день твоей жизни. Сано произнёс это тихо, но Хару всё равно услышал. В таком случаи лучше не злить Майки и просто промолчать. Через 15 минут завтрак был уже готов. — Я ведь ответил, что не голоден. Этот упёртый баран как обычно за своё. — Майки, ты не ел уже 2 дня. Я правда пережи… Не успел Санзу договорить, как сразу отлетел на пару метров от грубого и тяжёлого удара Манджиро. — Заткнись, псина. — " Нет, нет, нет " Это единственное о чём успел подумать Харучиё. Он уже на пределе нервного срыва. Он смотрит в пол и улыбается своей сумасшедшей улыбкой. Его глаза, они наполнены страданиями. Из носа и изо рта течёт кровь. — Что же ты замолчал, Хару? Пока Майки под контролем чёрного импульса его ничего не остановит. И как раз таки Хару это прекрасно знает. Но что же с ним, он не вёл себя так последние 15 лет. Тут он резко посмотрел на Манджиро. Эти зелёные глаза сумасшедшего, они великолепны. В то время как Санзу пялиться на своего короля, Майки приходит в себя. — Хару, что с тобой?.. Король озабочен. Ведь за столь долгое время его слуга себя не вёл так. — Хахаха, хааа. Сегодня Харучиё ещё не успел принять, так почему же он такой странный? Майки очень внимательно рассматривает его. О Господи, эти зелёные глаза… Как же красиво отражается в них лунный свет. Как будто в кристально чистой воде… Хару очень тяжело дышит и весь дрожит. Ещё и побледнел… — Санзу, это не смешно… Хах, неужели, теперь Майки чувствует себя на месте своего верного друга? Харучиё падает в обморок. — Блять. Хоть по Манджиро и не скажешь, но он очень дорожит своим другом. Ведь он у него последний близкий человек, так ещё и понимает его лучше всего. Он берёт Санзу на руки и относить на кровать. Спустя 10 мини он всё же приходит в себя. — Хару! Наконец то ты очнулся. Всё хорошо? Харучиё только проснулся, а уже в шоке. Последние лет 10 как минимум он не видел Майки таким. — Почему ты молчишь? Скажи что-нибудь, умоляю! Хару правда хотел бы много чего сказать, что скопилось у него за этот десяток лет. Но он не может. У этого ангела нету сил на это. Он слишком слаб сейчас. — Я правда не хотел, прости меня, Хару. Пожалуйста… Но тот всё ещё молчит. У Майки уже наворачиваются слёзы. — С днём рождения… Светловолосый парень ели сдерживает слёзы. Но Хару ещё молчит. И тут резко происходит объятие. Такого объятия парни не чувствовали уже очень давно. Зелёноглазый парень всё крепче и крепче прижимает друга к себе. Они обнимались и валялись в кровати весь оставшийся день. — Хару, прости меня… — О чём ты? — Прости меня за всё, умоляю. Я… Не успев договорить Майки впадает в крепкие объятия Харучиё. И именно эти прикосновения окутывает лунный свет. Именно под этим лунным светом прошло воссоединение двух сломанных и разбитых душ. Под этими лунными лучами они обнимались до самого утра. Лунный свет помог им выбраться из этой запутанной судьбоносной петли.