Наистраннешая история мистера Хайда

Жаркий июль на улицах Лондона стоял такой, что на солнце было такое ощущение, будто плавиться кожа! Ненавидел лето. Не знаю, зачем я вообще на улицу вышел? Люди вокруг все куда-то спешили. Причем выглядело это очень смешно : мужчины, эти разодетые джентельмены с побрякушками, и женщины, одетые в пышные, тяжелые платья, пыхтели и изливались в поту (у женщин хотя бы был веер, мужчинам меньше повезло в этом плане), но, все равно, все куда-то неумолимо неслись. Я же не спешил вовсе. Я шел непринужденно, за своей какой-то неведомой целью, которая мне ни к чему. Я наблюдал и в открытую ехидничал, глядя на всех. В отличие от них, я давно понял, что одежда никак не влияет на статус, поэтому оделся довольно легко. И наверное, поэтому вся эта зажравшаяся аристократия на меня смотрела, как на идиота, ведь люди моего сана сейчас выглядили очень разодето во все оружия: расшитые камзолы и фраки, пряжки с драгоценными камнями, кружевные рубашки, шляпы с металлическими блестками... Я оделся слишком просто для высшего света, нацепив на рубашку черную жилетку и жабо на скорую руку. Конечно, эбеновая трость и пара перстней добавляли мне изюминку и более дорогой вид. В конце концов, когда я остановился, потому что мне приглянулись золотые часы на цепочке, какой-то мужчина, статный, видный, лет сорока, заигровавший с дамами, четко произнес, чтобы я слышал: - ...А вон тот молодой джентельмен явно не сможет позволить себе те часы ручной работы! - послышались девичьи хихиконья. Я через плечо гневно зыркнул на мужчину. Тот, в свою очередь, гордо подняв подбородок, смотрел на меня. У меня промелькнули в голове сцены самого разного характера. Та сцена, где я его разрываю на куски мне очень по душе, но трогать такое отродье - только руки зря марать. Вместо этого, я подошел к торговцу. - Какие часы здесь самые дорогие? - смолвил я так же, что бы они могли слышать. - Вот эти, сэр! - улыбнулся мне купец, указывая на золотые часы с выбитой гравировкой в виде какого-то узора на подвеске, - Они самые точные из всех, что здесь есть, и самое главное, изысканной ручной работы мастера! Еще во внутрь можно вставить маленькую фотографию, сэр. - продавец раскрыл их, чтобы я мог убедиться в подленности его слов, - Вы не пожалеете, что купили их, сэр! Это, считайте, экслюзив, который можно увидеть не в каждой лавке... - Сколько? - четко спросил я. - Всего 50 фунтов, сэр! - я слегка поморщился и про себя выругался. Какая-то обычная безделушка, которая есть почти у каждого человека, стоит таких денег! И все из-за арнамента и примочек! Но раз я принялся за это дело, то... - Покупаю. - четко и ясно сказал я. Торговец заискрился, выпалил "неприменно, сэр!", стал заворачивать их в коробочку и, повязав ее лентой, вручил мне. Я протянул руку во внутренний карман жилетки. После расплаты, торговец по-прежнему улыбаясь мне, произнес: "Счастливого пользования, сэр!", и я обернулся через плечо, чтобы узреть происходящее. И был полностью доволен собой: этот выскочка вместе дамами глядел на меня обескураженно, даже дар речи потерял, судя по его открытому рту. Я стал подходить к ним ближе, как бы обходя их, продолжая гневно сверлить в нем дыры, произнес: - Этот выскочка не может позволить себе нормальных манер и угостить дам обедом... Клянусь, если он мне попадется на глаза, я обязательно покажу ему, как стоит обращаться с настоящем джентельменом! Я еще долго ходил по Кавендиш-сквер, гневно проклиная этого непутевого дамского угодника, пока не навел себя на мысль, что в горле совсем пересохло. Я знал тут один такой паб, который не может обслужить человека, подходящего под мой сан. Но ничего не могу с собой поделать, сильная жажда мучает меня, а идти до бара далеко... Стоило мне только показаться в дверном проеме, как бармен, официанты и здешние посетили в страхе выпучили глаза. На это я лишь цыкнул, подходя к стойке. - Бармен, нашел ли ты выпивку, подходящую под мой статус? - начал я, пока мужчина опомнился. - Кхм... Сию секунду, господин Хайд. - подозвал официантку и что-то шепнул ей. - Меня мучает сильная жажда! Я не могу долго здесь торчать, пошевеливайся! - приказал я, на что они оба вздрогнули, и официантка пробежала в подвал. Бармен пока натирал фужер. Официантка принесла две бутылки в ведре со льдом. Передав их бармену, поспешила удалиться, чтобы не пересекаться со мной. Я схватил ее за локоть. - Постой-ка... Разве тебя не учили, что нужно здороваться с клиентами, м? - грозно сказал я. Она задрожала, как осиновый листочек на ветру, и тихим, едва разборчевым голоском, говорила: - Добрый вечер, сэр... Я фыркнул, но девчонку отпустил. Официантка, чуть ли не бежа, удалилась в коморку. Бармен поставил передо мной чистый фужер, извлек одну из бутылок и принялся ее откупоривать. С приятный звуком, пробка хлопнула - и бармен стал разливать рубиновое вино в фужер. - Прошу вас, господин. Я взял фужер, покрутил в руках, разглядывая, как переливается оттенками красного жидкость. Вдохнув опьяняющий аромат вина, отпил. Ах, то что нужно. Терпкое, вишневое вино с приятной кислинкой. Освежает. Хорошо было бы подать к этому живительному нектару мясные блюда, но сейчас они незачем. За милую душу опустошив фужер, я поставил его на стойку. - Как вам, господин Хайд? - спросил бармен. - Налей еще. - смолвил я, краем глаза видя облегченную улыбку бармена. Вечерело, и я к этому времени разделался с двумя бутылками вишневого вина. Я немного посидел, осмотрел посетилей. Один из клиентов, который что-то бурно обсуждал с другими, достал из кармана часы и начал вставать, зовя официантку. Я тоже сейчас вспомнил про сегодняшнюю покупку. Вытащив коробку из кармана, я распаковал часы. Доходило девять часов. Засиделся я тут. - Сэр, вы уже уходите? - обратился ко мне бармен. Я посмотрел на него через плечо. Достал из кормана кошелек, кинул на стойку несколько пенни. - С-сэр... - растерено произнес мужчина. Я встал, не сказав ни слова, пусть скажет спасибо, что я вообще заплатил. - Ах, господин Хайд, приходите еще!... - на одном дыхании произнес бармен, когда я был в дверях. Я шел медленно, опустив голову. Я думал о чем-то. Пока я так ходил, я пришел в "Глухой переулок". Сейчас все торговцы закрывались, покупатели расходились, на улицах стали зажигаться фонари... С приходом темноты, улицы постепенно начинают утихать, жара схлынивает, поднимается небольшой ветерок. Я ненадолго приостановился. Посмотрел на часы. Время летит незаметно за такой непринужденной прогулкой, уже доходит десять. Что-то я подустал... Пора разворачиваться домой. Сегодня выдался довольно насыщенный день. Я решил пройтись до дома длинным путем. И все бы шло без проишествий, я бы дошел до своего жилища, улегся бы в постель, и уже, возможно, забылся дивным сном, но... - Эй, господин!... - произнес невнятный голос позади меня. - Эй, ну постой же ты, господин! Я обернулся, чтобы узреть нарушителя моей тихой идиллии. Мужчина, шел ко мне в раскачку, махал мне руками... - Что тебе нужно от меня, грязное отродье? - рывкнул я, гневно зыркая. Тот немного опешил, но потом снова заговорил. - Слушай, парниша, одолжи старику пару пенни... - произнес мужик, подойдя к мне. Он выглядел, как обычный пьяница, которых полно на Сохо. Я молчал, все так же яростно хмурясь. - Хэй, ну что ты молчишь, м? - мужчина наклонился ко мне, пытаясь положить руку мне на плечи. Я отпихнул его тростью, рыча: - Не лезь ко мне, бестолочь! Не хватало еще подцепить от тебя что-нибудь. Тот упал на землю, не совладав с равновесием. Охая и ахая, он все же смог встать обратно. - Я с тобой по-хорошему, а ты вон как! Дурачье, да ты знаешь кто я?! - стал он возмущаться. - Я и не хочу знать кто ты. Я не общался и никогда не буду общаться с такими жалкими отбросами, как ты! - я стал звереть. Он делал уверенные шаги в мою сторону, закатывая рукава своей оборванной рубахи. - Ну, парниша, я предупреждал... Он замахнулся на меня. Я пришел в бешенство от его выходки! Как он смеет! Я тот час же увернулся, потом взял трость за древко и нанес ему удар в затылок. Мужлан взвизгнул и упал на землю. - Стой! Пощади! - стал причитать мужик, закрываясь руками. Я подошел и стал проводить серию хаотичных ударов тростью. Спустя еще несколько ударов, мужчина перестал дергаться. В своей ярости, я не заметил этого сразу. Я все бил его, с таким бешенством и силой, что, кажется, добил до асфальта. Я не помню, как ушел оттуда, но лишь когда на меня снизошло осознание, что улица превратилась в свалку, я повертелся на месте. Моя одышка только усилилась. Я закрыл глаза, уткнулся в собственные ладони. Я попытался успокоиться. Еще раз переварил все. О, Эдвард, ты сходишь с ума! Определенно бредишь! Это нужно научиться контролировать! Ах, если бы не этот пьяница!... Я же не виноват! Затем поднял взор наверх, стремясь увидеть темную синеву. Но вместо этого, я в удивление распахнул глаза - все небо было усыпано падающими звездами. Это метеоритный дождь! Я впервые видел такую красоту... Я много читал о таком явлении, но в чтобы в живу... Это... поразительно. Я вспомнил, когда я сидел в том пабе, за соседним столиком болтали какие-то молодые люди. Один упоминал, что этой ночью будет удивительное событие - звездопад Персеидов... Да, так оно называется! Персеиды... Это так изумительно. В эту ночь, когда я шел домой, я наблюдал за кометами. Точно завораживало меня в этот миг то, как они появлялись и растворялись во мгле. Такие же короткие мгновения, как жизнь того буйного пьяницы, что растворялся в одном темном переулке грязного Лондона. Я шел медленно, задрав голову вверх. Прохладный ветер словно благословение в эту жаркую июльскую ночь. Мне было любопытно, что скрывается еще в этой бесконечной черноте. Еще в том пабе, в котором я сидел этим вечером, краем уха я услышал от этих же ребят, что если загадать желание в эту ночь, оно сбудиться... Ха, какой абсудр! Я уже подходил к порогу своего жилища. Но недолго постоял, поглазел еще на звездопад. В голове снова пролетела эта фраза про желание. - Желания, желания... Что за глупости? - еще раз хмыкнул я. Через пару секунд, на небе появилась яркая вспышка. Я ее сразу заметил, потому что она выделялась среди белых однотипных полос своим золотистым хвостом. - Желаю убраться из этого проклятого Лондона! - выкрикнул я, глядя на звезду. Скучный и однотипный Лондон, со своим монотонным и серым гулом будней, чертовки надоел! Ничтожный город, я желел, что здесь родился! Выпивка и еда невкусная, книги неинтересные, люди гнилые, все для элитного общества, не живешь, а выживаешь! Душа моя просит простора, а не этой скукотищи... Возможно, будь у меня этот новый простор, я бы точно начал жить по-другому! Интересно, в будещем все будет так же, как сейчас? Золотая звезда прощально сверкнула и растворилась во тьме. Умерла, как все остальные. Я даже вгруснул от этой мысли. Я еще не много постоял, подумал о чем-то хаотичном. Затем прошел в дом. Меня встретила моя горничная, никому не нужная, непутевая старуха, которая не успев появиться, сразу же мне наскучила. Одна тоска и только. - С возращением, господин Хайд. - сказала она протяжным, гнусавым голосом. Раздражает. - Хм! Я устал, не до тебя! - высказал я, злобно хмурясь. - Я приготовила вам постель, господин. - смиренно, говорила она. Я обошел старуху и направился прямиком в свою комнату. Я жутко устал, даже не было сил думать о том, как я бы ее выгнал из своего дома, чтобы глаза мои не мозолила! Войдя в комнату, я даже не стал раздеваться, камнем упал на кровать в чем был. Как только я принял удобную позу и закрыл глаза, я тут же почувствовал, как проваливаюсь в темноту. Мое тело расслабилось, я так устал, будто тягал какие-нибудь ящики. На последок, я еще раз вспомнил про свое желание. Перед глазами я увидел ту самую яркую золотую звезду, на которую я заговаривал свои слова. Меня ослепила ее вспышка, перед тем, как меня окончательно обуяла тьма...