Кольцо для тебя

      Через год я встал на ноги. Первые шаги всегда даются сложно. Но у меня не было выбора. Врачи прогнозировали, что я могу и не встать. Охранники, которым было приказано не отпускать меня, практически ранили меня в спину и сердце. Но хорошо, что моё "сердце" они не тронули. Не знаю, как в главной семье, но в нашей, побочной, если кто-то увольняется, он должен себя уничтожить. Ведь только раз входят в воду, а на берег добираются не все. В редких случаях, как почетного телохранителя, его убьет командир. Но Пхит остался жив. Я боялся, что и по нему начнут стрелять когда я упал от выстрелов в спину. Уверен, они бы не посмели стрелять по мне если бы мы были на равных и я не был повернут спиной.       Вернувшись в свой дом я застал анархию. Мелкие шишки пытались захватить власть. Хотя побочной семьи как таковой уже не существовало. Был я. А я всегда хотел править. Вести за собой. Но идти за таким как Порш. Нет, спасибо.       Пришлось покинуть дом. Собраться с силами, продумать план, окрепнуть.       Брата пришлось завести к старому и далёкому другу. А Пхиту солгать что я еду навестить отца. Только так он мог меня отпустить. Он знал, что я не люблю с кем-то навещать отца. Чужое дыхание, чужие следы на дорожке к могиле отца меня выводили из себя. Мой отец умер за правду. Он в самый нужный момент дал слабину показав все свои изъяны.       Уйдя утром с дома на краю города в котором мы обосновались с Пхитом я прихватил все нужное.       Оседлав свой как всегда прекрасен и верен мне мотоцикл я ринулся вперёд. – Порш, Порш! – в комнату пропахшех сном и хлебов ворвался Танкхун.       Спящие нехотя проснулись. Они были максимально не рады возникнувшему ниоткуда Танкхуну. – Что там? – первый подал голос сформировавшийся глава - Порш. – Вы что! – удивился не на штуку тупости и безпечности сонных копуш старший в этой комнате, – Встаньте, встаньте! А вы посмотрите в окно! – ещё громче и резвее начал он.       Порш поднялся прикрывая наготу одеялом, а в это время Кинн все ещё сонно лежал нагишом на кровати.       Под наигранное, готовящееся блевануть лицо Танкхуна глава посмотрел в окно.       В Порша отвисла челюсть. Там стоял давно забытый и потерянный Вегас. – Что он хочет? – с напряжением в голосе спросил глава. – А мне то откудова знать? Как будто я тут всем заправляю и должен знать все о всех. Мне что допросы вести? – оглянулся старший по сторонам, – О! ОТ ВАЗА! Ваза, как давно ты стоишь пустая? Почему в тебе нету даже воды, –все знали к кому этот допрос – к Кинну который уже и забыл о романтизме. – Ладно, я сейчас к нему выйду, – держась за голову ответил Порш выталкивая резвого Танкхуна с комнаты.