Изолятор

      Преподавательница обнимает Медведеву в очередной раз, пока они стоят в проёме чёрного выхода из дворца, где проходила церемония награждения Школы Леди. Лаура Альбертовна аккуратно поглаживает золотую брошь на платье Киры. Она гордо осматривает выпускницу, будто Медведева первая смогла кардинально поменяться. — Прошу простить меня, Лаура Альбертовна, но мне нужно спешить домой.       Кира поправляет платье и пытается поспешно развернуться в обратную сторону. Тогда у преподавательницы не остаётся шанса остановить выпускницу Школы Леди. Лаура Альбертовна шёпотом говорит прощальные слова, видимо, чтобы СМИ не добрались до девушки по дороге. Кира уже ничего не слышит.       Медведева ускользает по тёмному внутреннему двору дворца, останавливаясь, выглядывая за стену. А за ней можно было увидеть основной вход во дворец, из которого прямо сейчас выходили гости и все остальные.       Кира щурится, внимательно приглядываясь к каждому человеку. Она помнила, как выглядела Лиза сегодня. Вопрос был лишь в том, для кого девчонка устроила показушный наряд с глубоким вырезом на её отточенном бедре. Медведева прокручивала раз за разом её образ в своей голове. Открытые изящные руки, уже без синяков и порезов - тело полностью восстановилось. И такой подходящий к ней цвет платья. Глубокий оттенок индиго.       Медведева сильнее щурится, проклиная своё зрение. Девушка была готова выйти в толпу, к СМИ. Её охватывало напряжение с головой. Я тебя снова потеряла? — Ты кого-то ищешь?       За спиной веет прохладой. И дело не в погоде.       Кира выпрямляется, но не оборачивается. Желание прочувствовать всю усладу момента сильнее.       Не только Медведева её искала. Получается, Лиза тоже была заинтересована в их встрече. — Да, потеряла одну даму в синем.       Кире не нужно было оглядываться, чтобы увидеть ухмылку на лице Андрющенко. Размеренный ветер на улице будто бы доносил до Медведевой всю картину, происходящую за её спиной. — Опрометчиво терять свою даму среди огромной толпы, не думаешь?       Андрющенко не подходила ни на метр. Казалось, она будто играет во что-то.       Медведева оборачивается. — Добрый вечер, Елизавета.       Кира не отвечает на вопрос девушке, включая разум. Она не могла найти её лишь ради того, чтобы поговорить. Лиза была жертвой во многим ситуациях, но и в тоже время, она была безумно хорошим стратегом. Девушка умела промышлять дальнейший исход событий, который отыгрывался в её пользу. И Кира это знала. Вета немного облокачивается на стену дворца, скрещивая руки и поднимая подбородок вверх. Любимая поза Лизы. — Так, кого ты искала? Медведева продолжает молчать, осознавая, что девушке очевиден ответ на вопрос, но она продолжает требовать устного подтверждения. — Елизавета, вы тяните наше общее время. Лиза морщит нос, тем самым показывая насколько ей не приятен формальный тон собеседницы. — Я задала вопрос тебе, Кира. И Медведева заметно пытается избегать прямых ответов на какие-либо её вопросы. Так было всегда. Тогда на что надеется девчонка? — Ты не услышишь ответа. Не сейчас. Лиза бесшумно ударяет стену своей мягкой и нежной рукой, царапая костяшки. Но она не отрывает взгляда от Киры. — Я солгала. Последние слова Лизы выходят из неё полушёпотом. Кира видит как ей сложно признаваться в этом. — Я рада твоей победе. Ты молодец, что справилась.       Андрющенко крепко прижимает костяшки к каменной стене, царапая их сильнее. Она больна. Но Кира не пытается её остановить. И Лиза будто ищет спасения в той, кто сейчас стоит с уже побеждёнными психологическими проблемами. Но действительно ли Медведева - спасательный круг?       Лизу раздражает молчание девушки в ответ. Она не ищет жалости в её глазах. После их совместной жизни в этой Школе, ей казалось, что их должно что-то связывать. Незримое. То, что не смогли почувствовать другие между ними, но смогли ощутить они.       Андрющенко разворачивается спиной к Кире. Что и является главной ошибкой любого нормального человека в компании с тем, кто когда-то страдал маниакальными повадками. — Прощ...       Лиза не успевает договорить. Перед её лицом резко возникает из темноты рука. Она чувствует, как её сжимают в талии, перекрывая воздух, сжимая живот и грудь. А другой рукой прижимают к лицу тряпку с каким-то странным ароматом. Лиза всё понимает. Если бы сейчас кто-то мог видеть её глаза, они могли бы в них рассмотреть страх, обиду и полное разочарование.       Вета слышит где-то в тёмном пространстве эхо голоса Киры. — Не сегодня, дорогуша... Я не из тех, кто даёт возможность своим жертвам жить.