Nevermind. На грани безумия

— Выпусти меня! После того как Тэхен ушел, Чонгук, конечно же, встал, намереваясь идти за ним. Место, в которое был воткнут нож, болело адски. Было больно не то что шевелиться, даже просто дышать. Но он же сказал, что не отпустит его одного. Не обращая внимания на Мина, который сначала просил, а потом стал раскидываться проклятиями и угрозами, Гук медленно поплелся к выходу. Ключ, который Тэ оставил рядом с ним на полу, он спрятал в карман. До того как стал общаться с Чимином, Юнги довольно часто влезал в драки. Но даже так, выпускать его нельзя. В конце концов, вряд ли тому понравится, что будет происходить на крыше... Если не Тэхен, то он сам вывернет Лиджуна наизнанку. Умрет, но вывернет. Здание, в котором они находились, было похоже на заброшенную тюрьму. И, кажется,она располагалась вдалеке от населенных пунктов. Перед уходом Лиджун объяснил, как попасть на крышу, поэтому с этим проблем не возникло. Сложность вызывало все сильнее ухудшающееся самочувствие. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Гук добрался до нужной ему лестницы. Он весь обливался потом, кроме того, было трудно из-за сбившегося дыхания. Он буквально задыхался. Но боль и усталость забылись мгновенно, когда послышался выстрел. Он заставил с силой бьющееся сердце мгновенно замереть. Сжав зубы, Чонгук перешел на бег. Резко открыв дверь, он застыл, смотря на открывшуюся перед ним картину. Лиджун сидел на полу, держа в руках нож, лезвие которого было в крови. В крови было и его правое запястье. Правее него возле поставленных у стены длинных досок валялся Чимин, который, кажется, оказался там из-за удара. Потому что его нижняя губа была разбита. Но больший шок вызвали не они. Тэхен. Старший стоял, прижимая раненую левую руку. Он смотрел на Лиджуна, и в его взгляде читалось чуть ли не безумие. Глаза, в которых был странный блеск, казалось, отдавали красным цветом. Улыбка же напоминала оскал. Было ощущение, что Тэ прямо сейчас кинется на парня и перегрызет ему глотку. Придя в себя, Лиджун хотел подобрать пистолет, который валялся недалеко от него, но раньше него его схватил Чимин. — Сдохнуть решил? Верни! Парень хотел накинуться на Пака, но прежде чем он хотя бы дернулся, Тэхен схватил его за волосы на затылке. — Вот зачем пугаешь его? — голос Тэ был осуждающим. Не обращая внимания на маты, он оттащил парня чуть в сторону. — Ты хотел, чтобы все закончилось на крыше? — подобрав нож, который Лиджун по глупости выкинул, в надежде добраться до пистолета, он усмехнулся. — Будем считать это твоим последним желанием. Все и правда закончится здесь. На приход Чонгука так никто и не обратил внимания. Именно поэтому ему удалось беспрепятственно подойти к Чимину. Когда к щеке Лиджуна приставили нож, проводя по нему лезвием, кажется, старший хотел кинуться к Тэ, чтобы остановить. По нему было видно, что меньше всего он хотел чьей-то смерти. В конце концов, разве они не должны сдать парня полиции? Но Пак успел сделать лишь шаг, как Чонгук, схватив за локоть, прижал его к стене. — Гуки… — Постой так, хен. — Его надо остановить! Он же убьет… Чимин хотел обойти Чона, но тот приложил руки по обе стороны от него, перекрывая путь. — Я не дам тебе вмешаться. Если же попробуешь вырваться силой, я умру от потери крови. Ты ведь не забыл, что меня пырнули ножом? — Чонгук улыбнулся, когда в глазах Пака отразился ужас. Этой улыбкой он хотел успокоить. Хотя вряд ли это было в данной ситуации вообще возможно. — Просто стой так. Чимин был близко. Друг от друга их отделяли ничтожные сантиметры. Старший ниже его ростом и по габаритам значительно меньше. Что позволяло хоть как-то перекрыть тому обзор. Кроме того, Пак с силой вжимался в стену, стараясь оказаться от него как можно дальше. — Его не остановить, поэтому не смотри. Когда раздался душераздирающий крик, Чимин вздрогнул. Он хотел оттолкнуть Чона, но, кинув взгляд на рану, передумал. — Тебя… Тебя он не пугает? Старший нервно кусал нижнюю губу. Кроме этого, было заметно, что дышал он слишком часто. На лбу и шее выступила испарина. Он отказывался поднимать глаза, смотря ему куда-то в ключицы. Осознание появилось мгновенно. — Нет. Если не он, то это сделал бы я. Мы с ним не такие уж и разные. Но ты и так это знаешь. Я прав, хен? После его слов Пак неосознанно поднял взгляд. В его глазах было столько страха. Без сомнений, он знает про тот день, когда его похитили и привязали к кровати. Именно поэтому, находясь так близко от него, он чувствует чуть ли не панику. Звук падающего тела и очередной крик заставил Чимина еще сильнее впиться зубами в нижнюю губу. Для них все кончено. Чонгук это понимал. Пак больше никогда не подойдет к нему, не заговорит. Они не смогут общаться как раньше. Они не смогут собираться все вместе в клубе и вести себя так, будто ничего не произошло. Это конец. Для него ничего нельзя исправить, но прямо сейчас он изо всех сил старался защитить в глазах Чимина хотя бы образ Тэхена. Все не так страшно, пока тот не видит. Он бы и зажал ему уши, чтобы ничего не слышал, но… — Гуки… Чонгук с силой сжал кулаки, когда в глазах внезапно потемнело. Силы стремительно заканчивались, но он упорно продолжал стоять, упираясь руками в стену. — Я… Я не буду вмешиваться и не буду смотреть! Поэтому… Ты должен сесть! Пак не успел договорить, так как раздался очередной крик. — Чимин! Останови его! Чимин! Пожалуйста… — голос Лиджуна оборвался внезапно. Вместо этого послышались хрипы. — Ого, — голос Тэхена выглядел удивленным. — Ты знаешь это слово? Надо же. Кстати, ты, кажется, хотел, чтобы кто-то из нас сбросился с крыши. Думаешь, это весело? Проверим? Вслушиваясь в происходящее за спиной Чонгука, Чимин даже дышать перестал. На самом деле, Гук действительно надеялся, что между Тэ и Паком еще не все потеряно, если тот ничего не увидит, но… Ладно, по крайней мере, старший не увидел кровавое месиво, которое устроил Ким. В конце концов, среди них, Чимин единственный нормальный. Он даже не дрался ни разу. Пусть таким и остается. После того как послышался звук чего-то упавшего с высоты, на какое-то время повисла тишина. — Чим-Чим, — голос Тэхена выглядел, как всегда, беззаботным, — пошарься в карманах крольчонка. Там должен быть ключ. Юнги-хен уже, наверное, поседел от нервов. Не хочешь сходить к нему? Не веря в услышанное, Чимин посмотрел на Чонгука. По мере понимания ситуации ужас в его глазах увеличивался в геометрической прогрессии. — В правом. Прийти в себя у Чимина получилось через пару секунд. Кинув пистолет на пол, он быстро достал ключ из правого кармана на джинсах Чона. После этого он хотел кинуться к выходу, но перед ним все еще была рука, преграждающая путь. — Все в порядке. Иди. Только после слов Гука Чимин юркнул под его рукой, оказываясь на свободе. Ему нужно было пробежать Тэхена, но, кажется, он понял, чего боялся и добивался Чон, потому что, пробегая мимо, он смотрел исключительно себе под ноги. Он не видел ни следы крови на полу и стене, ни переломанную пополам палку, которая была в таких же следах. И он не видел внешний вид самого Кима. — И все-таки он очень милый. Чонгук хотел подтвердить слова Тэ, но внезапно ноги подкосились. Опустившись на пол, он обессиленно сел, опираясь о стену спиной. Из-за сбившегося дыхания дышать было практически невозможно. Когда он открыл глаза, перед ним было лицо Тэхена. На его носу и щеке были следы чужой крови. Она была и на волосах с одеждой. Старший всматривался в него пристально. Казалось, он хотел залезть ему в душу. — Крольчонок, я все понять не могу, почему ты иногда смотришь на меня так пристально? Что ты видишь в моих глазах? Возможно, Чонгук бы и ответил на поставленный вопрос, но… Он снова завис на глазах старшего. Они действительно имеют на него какое-то магическое влияние. Это невозможно объяснить. — Ты очень красивый. — Так, понятно, — внезапно брови Тэ нахмурились. Слегка отстранившись, он достал телефон, начиная кому-то звонить. — Хен, где тебя носит?! Крольчонок умирает! Даю тебе две минуты, чтобы... Не дав Киму договорить, Гук забрал у него мобильный, сбрасывая вызов. — Хен, нормальные люди не угрожают другим. — Кто сказал, что я нормальный, — усмехнувшись, Тэ сел рядом. Потянув на себя, он уложил голову Чона на плечо. — Но если с тобой и правда что-то случится… Крольчонок, ты особенный, поэтому тебе нельзя меня оставлять. — Не переживай, хен. Не оставлю. Но… Твоя рука… — С ней все в порядке. Там всего лишь царапина. Да и про боль я почти забыл. Благодаря Лиджун-хену. Знаешь, после всех эмоций, что я испытал сегодня благодаря ему, он даже стал мне нравиться. Надо было оставить его в живых. Он хотел, чтобы ты запер Чимина в подвале? Его идеи довольно неплохие. Я бы тоже поместил его в клетку. Из него бы получилась неплохая зверушка. Дыхание с каждой минутой становилось все тяжелее. Казалось, на грудь что-то давит. Во всем теле слабость, из-за чего даже боль от ранения казалась не такой сильной. Удары сердца становились все медленнее. Сил не было не то чтобы поднять руку, даже держать глаза открытыми удавалось с трудом. Именно поэтому Гук закрыл их, выдыхая. Очень хотелось спать. — Крольчонок, когда выберемся отсюда, и ты поправишься, нужно что-то решать с твоим отцом. Хочу отправиться в путешествие, а он вряд ли позволит. Кроме того, хочу снова сходить на каток. Мне понравилось там последний раз. Еще подумываю бросить универ. На самом деле, Джин-хен стал разбираться с незаконными делами нашего отца. Он, конечно, не такой изверг, как твой. Но проблем у него прибавится. Думаю, он даже в тюрьме посидит какое-то время… Пока Тэхен без умолку говорил, Чонгук вслушивался в его голос. В каждом звуке, доносимом со стороны старшего, чувствовалось волнение. Это волнение ощущалось и в руке, которая сжимала его ладонь. Старший нервно перебирал его пальцы в своих. Они слегка дрожали, кроме того, в них чувствовалось напряжение. Но больше всего поразило не это. Перед Чонгуком все еще стояло лицо Тэхена, который слегка наклонился к нему. Его голос был беззаботным, но глаза наполнены страхом. Почему-то это воспоминание заставило слегка улыбнуться. Улыбку вызывало и тепло, которое разливалось по всему телу. Все то, что он испытывал сегодня в этом здании, теперь казалось чем-то нереальным. Вся агония, которая возникла от слов Тэ, испарилась, будто ее и не было. Чонгук хотел сказать, что, на самом деле, он тоже попросил Сокджина о помощи. Он скинул тому весь компромат на своего отца, но… — Хен, — говорить получилось с трудом, так как сил совсем не осталось, — знаю, ты мне не поверишь, но… Я очень тебя люблю. Сознание все сильнее погружалось в темноту. Но прежде чем окончательно отключиться, Гук успел услышать фразу «Я тоже очень тебя люблю, крольчонок», и почувствовать легкий поцелуй, оставленный на его виске.