После тяжёлого дня, в любимые руки

Время давно перевалило за полночь, Юджи звонил уже не единожды, и не то чтобы Сукуне нравилось такое расположение дел, но квартальный отчёт за него никто не сделает. Да, он был главой отдела, да, он вроде как должен сидеть в своём большом кожаном кресле, и командовать подчинёнными, но доверить важный отчёт с которым ему придётся отчитываться перед начальством, он мог только себе. Поэтому сейчас, сидя в кабинете, на своём большом кожаном кресле, Сукуна хотел лишь одного, поскорее вернуться домой к своему мужу и их маленькому сыну, да даже к их двум ненормальным котам и огромной собаке, которую Юджи подобрал по доброте душевной. Тяжко вздохнув, он продолжил вчитываться в текст, одновременно стараясь допить остывший кофе. Голова начала болеть с новой силой и таблетка выпитая несколько часов назад, перестала давать нужный результат. Вскоре вернулся тихий и противный гул системника, что до этого был где-то на фоне, а настольная лампа вдруг начала светить как-то слишком ярко, раздражая и без того уставшие глаза. Рёмен решил, что хватит, и резко поднялся с кресла, конечно, это возымело эффект, и поясницу сковало болью. Застонав сквозь сжатые зубы, Сукуна пинком отодвинул от себя кресло и вышел из-за стола. Он медленным шагом прошёлся по кабинету, параллельно стараясь размять ещё и многострадальную шею, одним словом чувствовал он себя отвратительно. Остановившись у окна, Сукуна взглянул на своё отражение. "Да уж, красавец". Усталое лицо и взъерошенные волосы, едва ли придавали ему шарма. В любом случае Юджи любит его любым, этого вполне достаточно. Развернувшись от окна и подойдя к столу, Сукуна выключил компьютер и собрал бумаги в стопку. Он разберётся со всем завтра, обязательно. Монитор вспыхнул в последний раз, и помещение погрузилось в блаженную тишину. Подхватив пиджак со спинки кресла, Сукуна щёлкнул кнопкой на лампе и направился к выходу из кабинета. Цоканье его каблуков, эхом разносилось в пустом коридоре, кое-где ещё горели слабым светом дверные проёмы. Видимо такие же трудяги как он, решили заработать сверхурочные, либо же уснули сидя за столом, как было пару раз и с ним самим. С грустью взглянув на нерабочие после полуночи лифты, Сукуна завернул за угол и стал спускаться по запасной лестнице. Как бы ему сейчас хотелось опереться на зеркальную кабину лифта и просто постоять пару секунд. Но вместо этого, ему приходится вышагивать с восьмого этажа прямо до цокольного, где находится парковка. Вытащив смартфон из внутреннего кармана пиджака, Сукуна провёл пальцем по экрану и тут же расплылся в улыбке. Его маленький утёнок, смотрел на него своими красивыми карими глазками прямо как у папочки, с рабочего стола. Сообщение от Юджи висело непрочитанным. [25.07.ХХ 00:37] Родной: Суку, мы ложимся спать, твой ужин в микроволновке! Только разогрей его, я тебя очень прошу, не ешь холодное!! Люблю тебя. — И я тебя, солнышко. — прошептал Рёмен. Заблокировав смартфон, Сукуна убрал его обратно в карман. Вскоре, показалась заветная дверь, и толкнув её рукой он вышел на парковку.

***

Пустые полосы и зелёные сигналы светофора, приветливо махали ему рукой, поэтому он смог добраться до дома в кратчайшие сроки. Зайдя в лифт, он нажал на цифру тринадцать и облегчённо выдохнул, почти дома. Открыв дверь, Сукуна зашёл в темноту квартиры и прислушался. Никто не идёт его встречать, видимо даже собака и коты, устали ждать его с работы. Не став включать свет, он аккуратно снял обувь и отодвинул её ногой в сторону. Только дойдя до кухни он включил свет рядом с вытяжкой и осмотрелся. На столе стояла кружка Юджи, до краёв наполненная чаем, недоеденная каша Шинджу и полураскрытая пачка кошачьего корма. Поставив таймер на микроволновке, Сукуна оставил ужин разогреваться, а сам ушёл в ванную, чтобы принять душ. Быстро помывшись, он вышел из душевой кабины и, особо не заморачиваясь, надел халат на мокрое тело, так высохнет. Шлёпая босыми ногами по полу, Сукуна несколько раз наступил на сухой кошачий корм, эти маленькие засранцы, вечно ныкают еду по углам, а потом играют с ней. К тому времени как он помылся, еда уже давно успела согреться и немного остыть. На тарелке его ждали тонкацу*, мелко надкусанные тонкацу! Фыркнув, Сукуна легонько хлопнул себя ладонью по лицу. Видимо Шинджу добрался до его котлет, пока Юджи не видел. Рядом с ними, лежал маленький стикер. "Приятного аппетита:)" Как же все-таки здорово, когда о тебе заботятся. Покончив с ужином, Сукуна вымыл грязную посуду, досыпал живности корма в миски, и отправился спать. Аккуратно открыв дверь в спальню, Сукуна понял, что сон на кровати, ему сегодня явно не светит. Включённая лампа стоящая на тумбе, являла Рёмену картину маслом. Посередине в позе звезды, прямо как король, спал Шинджу, над его головой уместился Хару, пушистый рыжий кот. Сбоку, поджав колени к груди, спал Юджи, в обнимку с Ричи, большим чёрным псом, и где-то в уголочке, в ногах, спал белый кот по кличке Пельмень, любимец Сукуны. Как-никак именно он выбирал ему имя, самое то, по его же мнению. Тяжко вздохнув, Сукуна прикрыл дверь и направился в гостиную, не видать ему сегодня объятий от любимого муженька. Завалившись на мягкий диван, Рёмен выбрал наиболее удобную позу, и закрыл глаза.

***

Сквозь сон, Сукуна почувствовал тяжесть на своём теле, а затем холодные руки, что пытались протиснуться ему под спину. Вскоре обладателю рук-ледышек это удалось, и он удовлетворённо вздохнув, прижался носом к его шее. — Ты чего такой холодный? — хриплым ото сна голосом спросил Рёмен. — Мой муж отказывается со мной спать и соответственно греть меня. — Твоему мужу не досталось места на кровати. — Сукуна достал руки, что до этого были под головой и обнял лежащего на нем Юджи. — Ты ел? — Ел. — Еду разогревал? — Разогревал. — Мой умница, — Юджи поднял голову и прижался щекой к щеке Сукуны. — я по тебе жутко соскучился. Сукуна отстранился, а затем медленно начал целовать лицо Юджи. — Я тоже родной, я тоже. В коридоре послышался скрежет когтей по полу, а затем в дверном проеме появился Ричи. Он тихонечко гавкнул и стал ходить кругами возле своей лежанки, через пару секунд он затих, удобно уместившись. — Я унёс Шинджу в его комнату, а животинок разогнал по местам, пойдём спать на кровать, м? — Юджи прижался губами к губам Сукуны в медленном поцелуе. Вскоре он почувствовал тёплую руку на своём бедре, которая медленно, но верно лезла под край его спальных шорт. — Пойдём. — ответил Сукуна, всё ещё продолжая лежать и гладить бедро Юджи. — Вставай. — чмокнув Сукуну в нос, Юджи встал с него и направился в другую комнату. С тяжким вздохом и хрустом позвоночника, Сукуна пошёл вслед за мужем, по пути развязывая пояс халата. Зайдя в комнату, он подошёл к шкафу и надел нижнее белье, бросив халат на одну из полок, утром уберёт. Юджи уже лежал на кровати, укрывшись с головой. — Ледышка моя. — Сукуна залез под одеяло и сгреб мужа в объятья. — Грей меня. — Слушаюсь и повинуюсь, мой Господин. Господин тихонечко засмеялся, теснее прижимаясь к груди мужа. — Доброй ночи, милый. — прошептал Юджи целуя Сукуну в уголок губ, и закидывая руку ему на талию. — Сладких снов, детка. Бросив последний взгляд на электронные часы стоявшие на тумбочке, Сукуна понял, что спать ему до будильника осталось ровно три с половиной часа. "Что ж, не так уж и мало". — подумал он. Ведь самое главное, что Рёмен засыпает дома в объятиях любимых рук, а не сидя в своём рабочем кресле.