Отрицание

      Тейлор неоднократно видела членов Новой волны – на фотографиях, разумеется. Но Славу она встречала и вживую, когда спасала Дину и столкнулась с Неформалами. Сейчас же перед ней находилась целая группа из всё той же Славы, Брандиш и Панацеи, причем последняя едва ли не пряталась за спинами у двух первых.       Насколько помнила Тейлор, кейпов в Новой Волне было гораздо больше, но додумать данную мысль она не успела, потому что на нее налетела Слава и ухватила за руку.       — Это ведь ты избила Бакуду стулом! – воскликнула она. – Господи, как же я смеялась! Постоянно натыкаюсь на ту гифку на ПЛО.       У Тейлор плохо получалось общаться с людьми – особенно с красивыми девочками школьного возраста. Поступки, слова и просто интонации Славы должны были спровоцировать ответную реакцию, поскольку очень сильно напоминали попытки Эммы вести себя мило. Паранойя неустанно твердила о том, что такие люди говорили одно, а делали совсем другое.       Но ничего подобного почему-то не происходило.       К немалому ужасу Тейлор, она умудрилась покраснеть, после чего пробормотала:       — Это... ерунда...       Слава рассмеялась.       — Ты шутишь? Тебя затащили в школу, где ты сначала поставила на место Луна, а затем выбила всё дерьмо из опасной злодейки, взявшей в заложники три сотни человек. Как ни крути, это вовсе не ерунда, а самый что ни на есть героический поступок!       Ее слова были очень приятны. Тейлор сразу же почувствовала себя особенной – настоящим героем!       Эмма пыталась использовать схожий метод, чтобы причинить как можно больше боли и страданий, но в искренности Славы – нет, пожалуй, все-таки Вики – сомневаться не приходилось. Она была гораздо лучше Эммы. Если Тейлор повезет, то когда-нибудь у нее появится такая же подруга, и ничего плохого больше не произойдет.       — Нанесенный Бакуде при аресте ущерб несколько выходит за рамки допустимого, – произнесла Брандиш, тем самым как будто вылив Тейлор на голову ведро холодной воды.       Вики неодобрительно посмотрела на мать.       — Всего лишь обращаю на это ее внимание, – пожала плечами та. – Учитывая все обстоятельства и количество жизней на кону, я сомневаюсь в том, что хоть кто-то рискнет выдвигать против тебя какие-либо обвинения, Отрицание. Но в такого рода делах всегда стоит проявлять крайнюю осторожность. Преступники могут и станут заваливать тебя различными претензиями, серьезно усложняя жизнь. Лично мне совсем не хочется, чтобы герой с твоим потенциалом погряз в бесконечных судебных разбирательствах.       — Директор Пиггот мне об этом говорила.       Брандиш кивнула.       — Хорошо. К слову, мне как раз нужно с ней встретиться. Виктория, оставляю тебя за старшую. Проследи за тем, чтобы Эми полностью вылечила Отрицание, как мы и договаривались. Рада нашему знакомству, Отрицание.       Она ушла прочь, не дожидаясь ответа, и вскоре Тейлор осталась наедине с Эми и Вики. Но все сомнения и опасения моментально улетучились, стоило последней опять взглянуть на нее. Она ощутила себя не какой-то там чужачкой, а неотъемлемой частью их маленькой компании.       — Не обращай внимания на маму. Она не в настроении с самого начала взрывов. К ней постоянно приходят родители, желая узнать, кого и на какую сумму получится засудить. Как будто на детей им вообще наплевать. Идиоты... – фыркнула Вики, даже столь грубым действием не нанеся ни малейшего урона собственному очарованию. – Кстати, Рыцарь здесь? Мне нужно перекинуться с ним парой слов.       Тейлор с некоторым трудом вырвалась из транса и попыталась осознать смысл ее фразы.       — Он... был где-то в помещении для Стражей.       — О, спасибо, – лучезарно улыбнулась Вики.       Если бы она снялась в рекламе какой-нибудь зубной пасты, то продажи возросли бы многократно.       — Тогда я вернусь перед тем, как мы отправимся домой. И надо будет обязательно погулять вместе. Какие-нибудь истории друг другу расскажем. Ты любишь ходить по магазинам?       — Да, – солгала Тейлор. – Обожаю.       — Замечательно! Тогда не дави слишком сильно на Эми, ладно? Ты тоже, сестренка! – подмигнула Вики. – Пожалуйста, не зли Победительницу Дракона, чтобы она не обеспечила тебе чересчур близкое знакомство со стулом!       Вики рассмеялась своей собственной шутке и полетела по коридору в том направлении, в котором в данный момент, предположительно, находился Рыцарь.       "Не уходи..." – подумала Тейлор, но озвучивать свои мысли не стала.       Даже шепотом.       Вместо этого она смущенно отвернулась, чтобы не чувствовать себя совсем уж глупо, но тут же ощутила кое-чей внимательный взгляд.       Эми Даллон – Панацея – рассматривала ее с не до конца понятным выражением лица. Тейлор сумела разобрать в этой смеси усталость, раздражение и какую-то задумчивость.       Панацее не нравилось, что ее игнорировали?       Тейлор вздрогнула.       Производить хорошее первое впечатление и заводить себе друзей у нее никогда не получалось. Опыт обучения в Уинслоу развитию столь полезных навыков ни капельки не способствовал.       — Привет, – произнесла она, протянув руку.       Панацея некоторое время изучала ее ладонь, после чего все-таки ответила на рукопожатие.       — Я – Отрицание. Страж. Ну, не совсем. В том смысле, что Страж, но не должна им быть. Я не парачеловек. По крайней мере, не такой, как ты. Я имею в виду, что ты – Панацея, которая сделала столько всего хорошего в больницах.       "Убейте меня кто-нибудь..."       — Ты даешь мне разрешение на то, чтобы я тебя исцелила? – совершенно равнодушным голосом спросила Панацея.       — О, конечно, – поспешила кивнуть Тейлор. – Я имею в виду-...       — Микротрещины в костях руки, – сказала Панацея. – Готово. Можешь меня отпустить.       Тейлор снова вздрогнула и торопливо выполнила ее указание. Лучше она себя не почувствовала, но и о каких-либо травмах ей известно не было. Вероятно, эффект от исцеления оказался практически незаметным.       Несмотря на то, что встретились они впервые, Тейлор уже успела чем-то разозлить Панацею. И как теперь следовало исправлять ситуацию? В конце концов, Стражи очень часто сотрудничали с членами Новой Волны. Наверное... Тейлор понятия не имела, как там у них обстояли дела.       — Спасибо, – сказала она, выбрав самый простой и безопасный вариант. – Тебя ради этого, полагаю, выдернули из дома? Извини, что потребовалось приходить сюда из-за такой ерунды.       — Я находилась в больнице.       "И исцеляла людей. А я ей в этом помешала..."       Теперь Тейлор почувствовала себя еще хуже.       — П-прошу прощения, что так получилось. Я и не думала обращаться за медицинской помощью. У меня ничего не болело, так что ни о каких травмах я и не подозревала.       — Не травмах – микротрещинах, – недовольным голосом поправила ее Панацея.       — Да... эм... Извини.       "Отличная работа. Просто замечательная. Столь выдающиеся дипломатические способности заслуживают медали. Шоколадной".       — Я не хотела тебя обидеть, – предприняла еще одну попытку исправить ситуацию Тейлор. – Но Бакуда взяла в заложники целую школу и потребовала от нас с Луном-...       — Я видела ее ультиматум, – слегка прищурившись, произнесла Панацея. – Почему ты сотрудничала с Луном?       — Что?..       — Он – чудовище. Убийца. Его банда похищает девочек и заставляет их заниматься проституцией. А еще Лун – злодей.       Создавалось такое впечатление, что для Панацеи самым худшим из всего перечисленного было именно последнее.       — Так почему ты с ним сотрудничала? Ты должна быть героем.       — Я вовсе не герой, – пожала плечами Тейлор.       Панацея вздрогнула, отдернула руку и отступила на шаг назад. То, о чем она наверняка подумала, дошло до Тейлор лишь через секунду.       — Нет-нет-нет, ты меня не так поняла!       Казалось бы, разве можно было ухудшить и без того плохое первое впечатление? Но Тейлор с подобной задачей пока справлялась просто замечательно.       — Я имела в виду, что не являюсь настоящим героем! У меня даже сил нет!       — Для тебя всё это – игра? – откровенно ядовитым тоном уточнила Панацея. – Какая-то шутка?       — Что?.. Нет, конечно!       — Тогда почему ты относишься ко всему так, будто это игра?       Теперь уже Тейлор отступила на шаг назад, почувствовав себя незаслуженно обиженной. Панацея оказалась совершенно непохожей на свою сестру, причем не в лучшем смысле.       — Для меня происходящее вовсе не игра. Я – самый обычный человек – застряла среди тех, кто считает, будто у меня есть какие-то суперспособности.       — Ты победила Луна. Ты победила Крюковолка. Ты победила Бакуду.       — Из-за чистой удачи!       — Удача – это тоже сила некоторых паралюдей.       — Ага, как же! – возмутилась Тейлор. – По такой логике что угодно можно считать проявлением тех или иных сил. Я ничего не сумею сказать или сделать, потому что ты всё спишешь на мои гипотетические "суперспособности", так? По-твоему, злодеев обычные люди остановить вообще не могут? Считаешь, что они совершенно беспомощные?       — Да, – ответила ей Панацея.       Тейлор даже утратила дар речи.       Для нее подобная позиция выглядела откровенно расистской, если, конечно, этот термин был применим по отношению к обычным людям и кейпам. Панацея только что, по сути, оскорбила девяносто девять процентов жителей Броктон-Бей, включая саму Тейлор и ее отца.       — Если у героя есть силы, то он должен применять их для помощи окружающим, – продолжила Панацея, отвернувшись от Тейлор. – А если он предпочитает ничего не делать, то и героем называться не должен.       — А если он не герой и не парачеловек?       Панацея буркнула что-то совершенно неразборчивое и двинулась к выходу, из-за чего пришлось отскакивать с ее пути.       О причинах подобного поведения оставалось лишь догадываться. Разумеется, Тейлор привыкла, что ей никто не верил, но такую реакцию ее слова вызывали, пожалуй, впервые.       "Или дело тут не во мне, а в ней... Сука бешеная".       Пожав плечами, она направилась в сторону помещений для Стражей, надеясь еще раз увидеть Вики.       Дину очень повезло начать встречаться с кем-то вроде нее...

***

      Колин Уоллис – Оружейник – обнаружил Эми Даллон в небольшом алькове ведущего к комнатам для Стражей коридора. Она что-то тихо бормотала себе под нос, но ему оценка чужих эмоций всегда давалась крайне плохо. Об этом не уставали напоминать директор Пиггот, Ханна и даже Дракон, хотя последнюю данный факт не очень-то и расстраивал.       Вероятно, более умелый в такого рода делах человек спросил бы у Эми о том, что ее тревожило. Колин просто откашлялся, дав знать о своем приближении и натянув на лицо одобренную отделом по связям с общественностью улыбку.       Новая Волна являлась ценным союзником, но назвать их членов своими товарищами и соратниками, как героев Протектората или Стражей, он все-таки не мог. Впрочем, это нисколько не мешало ему уважать готовность Эми Даллон лечить людей, а также тот строгий моральный кодекс, которого она придерживалась. Колин неоднократно приглашал ее вступить в ряды Стражей.       — Панацея, – произнес он. – Ты уже осмотрела Отрицание?       Эми нахмурилась, но причину подобной реакции на обычные слова Колин понять пока не мог.       — Да. У нее были микротрещины в руке. Я их исцелила.       — А зрение исправила?       Эми отвела взгляд в сторону и проворчала:       — Об этом меня никто не просил.       И данный факт говорил лишь о недоработке самого Колина, не подумавшего правильно сформулировать запрос и тем самым более эффективно воспользоваться временем Панацеи.       Контактные линзы, которые Тейлор придется носить вместе с костюмом, являлись уязвимым местом, и это следовало обязательно исправить. Для поддержания привычного образа гражданской личности хватило бы и очков без диоптрий.       Вероятно, Эми слишком сильно устала, а Тейлор не захотела ее беспокоить по таким "пустякам". Но для того, чтобы сделать хоть какие-то выводы, следовало сперва узнать, как именно прошла их встреча, а для этого требовалось всё же начать диалог.       — Ты не возражаешь, если я задам несколько вопросов насчет физиологии Отрицания? – поинтересовался Колин. – Это связано с ее силами.       Не став дожиться какого-либо ответа и вообще давать Эми время придумать повод отказаться, он продолжил:       — Ты заметила что-нибудь необычное, когда притронулась к ней?       — Нет.       Колину хотелось услышать более развернутый ответ.       Из собственного опыта он знал, что самой эффективной тактикой в данном случае будет просто стоять и молча смотреть. По крайней мере, Стражи и их сверстники тогда начинали нервничать, отводили взгляд и выдавали нужную информацию без дополнительных запросов. С Дракон, директором Пиггот и старшими членами Протектората подобный метод не работал, поскольку они просто интересовались причинами столь "странного" поведения, но с подростками он действовал безотказно.       Панацея тут ничем не отличалась от Крутыша или Висты.       — Я не заметила каких-либо изменений в ее теле, сигнализирующих о наличии сил Бугая, Оборотня или Движка. И никаких необычных энергетических потоков тоже не обнаружила, – вздохнула Эми. – Но она ничего и не делала, так что, полагаю, ее силы не были активны. Думаю, в ином случае я бы точно что-нибудь увидела.       Либо не увидела, поскольку эффект Скрытника не позволил бы ей это сделать. Но ответ Эми вполне соответствовал тому, что говорили другие свидетели применения способностей Отрицания.       Панацея была известна тем, что не работала с мозгами и не умела лечить саму себя. То есть у нее отсутствовала физическая возможность заметить влияние чужих сил на ее собственные когнитивные процессы, а потому даже успешно полученная информация легко стиралась.       Пока Колин молча размышлял, его тактика "жди и смотри" принесла очередные плоды.       — Мне показалось, что я прикоснулась к совершенно обычной девочке: ни сил, ни какой-либо активности в Corona Pollentia – просто нормальная девочка-подросток с не слишком хорошим здоровьем и отвратительным зрением.       — Понятно.       Колин задумался, следовало ли ему погладить Эми по голове и утешить тем, что куда более могущественные кейпы не сумели разгадать эту загадку, а потому расстраиваться из-за неудачи ей не стоило. Но затем он решил не задевать гордость Эми и не пытаться подтолкнуть ее к выполнению работы, которой занимался сам. В конце концов, Панацея уже взвалила на себя немало обязанностей и к тому же принадлежала к Новой Волне.       — Оружейник, – через некоторое время нарушила молчание Эми. – А Отрицание и вправду герой?       — Она сыграла ключевую роль в аресте Луна, Крюковолка, Руны и Бакуды, – без каких-либо сомнений или колебаний ответил Колин.       Пусть общение с людьми и давалось ему с огромным трудом, но Тейлор уважала его и безоговорочно доверяла, чего вряд ли стоило ожидать от того же Бесстрашного, а потому он моментально бросался на ее защиту.       — Как еще стоит называть Отрицание, если не героем? – поинтересовался Колин.       — Но она ведь отрицает-...       — Мы подозреваем, что это является одним из важных аспектов ее силы. Судить Отрицание по ее словам примерно так же разумно, как стыдить Случаи-53 за измененную физиологию. Если тебе так будет проще, то можешь считать, что она отрицает наличие у себя каких-либо способностей против собственной воли.       Эми опустила голову.       Видимо, сказать ей было больше нечего.

***

      Тейлор не хотелось покидать штаб-квартиру СКП, но такое "затворничество", похоже, не считалось чем-то здоровым, а потому пришлось "разнообразить" жизнь и другими "развлечениями".       Они с отцом продолжали привычно изображать двух незнакомцев, вынужденных сосуществовать в одном доме. Их общение сводилось к различным жестам, нечленораздельным звукам, в которых значение имела только интонация, а также редким односложным ответам.       Пришедшее как-то утром письмо из Уинслоу стало настоящим сюрпризом. Худшая школа Броктон-Бей внезапно озаботилась качеством образования своих подопечных и решила возобновить процесс обучения, дав им всего неделю на то, чтобы оправиться от последствий атаки Бакуды.       Лично Тейлор винила в этом пристальное внимание прессы, а также желание Блэквелл изобразить заботу о детях и уровне их знаний. Сбор средств в Интернете для помощи школе тоже наверняка внес свою лепту, добавляя ей энтузиазма.       Вот именно поэтому Тейлор и сидела сейчас в своем родном классе, размышляя над тем, что конкретно успела натворить в прошлой жизни, если в нынешней настолько сильно страдала.       Школа была практически цела.       Перекрыли лишь одну лестницу – ту самую, по которой взбирался Лун, да еще класс мистера Глэдли по-прежнему представлял собой иллюстрацию к сказке о Снежной Королеве, облепленной множеством разноцветных ленточек с кучей всяких предупреждений.       На них, само собой, никто внимание не обращал. Все хотя бы по разу сходили туда, чтобы удовлетворить свое любопытство, а детишки из Империи и вовсе устроили перед классом каток.       Учителя, как и обычно, никому замечаний не делали.       Впрочем, Тейлор беспокоило другое: не забыли ли в СКП о том, что все уже знали гражданскую личность Отрицания?       Честно говоря, неделя выдалась такая, что она и сама обо всём позабыла, вспомнив лишь тогда, когда азиатские школьники начали провожать ее взглядами, словно видели перед собой существо с другой планеты. И как будто этого оказалось мало – детишки из Империи принялись брать с них пример, едва ли не убегая при встрече с Тейлор.       Поскольку у Кайзера не имелось ни малейших причин опасаться случайной гибели Отрицания, чтобы настолько сильно запугивать своих подчиненных, она сделала вывод, что либо в Империи наслушались баек о ней, либо получили подтверждение кое-какой информации от азиатов.       Вероятно, стоило напомнить Оружейнику об этой проблеме. Пока же Тейлор устроилась за своей партой, подперев щеку ладонью и старательно игнорируя множество направленных на нее испуганных взглядов.       "Такое чувство, что я – готовая вот-вот взорваться бомба..."       И к такому отношению ей, видимо, придется привыкнуть.       Именно в этот момент что-то полилось на голову Тейлор. Жидкость вовсе не была холодной, но вызывала весьма неприятные ощущения. Подняв взгляд, она обнаружила вовсе не оставленную одной из бомб Бакуды дыру в потолке, через которую внутрь проникал дождь, а пластиковую бутылку в чьей-то руке.       Сладкая и липкая жидкость продолжала литься на лицо и волосы, стекая по подбородку на рубашку. Тейлор моментально оказалась мокрой.       Реакция окружающих была такой, словно из реанимации вернулась Бакуда, на этот раз притащив с собой ядерную бомбу.       Двое школьников-азиатов перевернули парты и укрылись за ними. Другие поспешили отбежать к стенам. Вошедшая в класс Мэдисон совершила резкий разворот и, не теряя скорости, вышла обратно в коридор. Бретт – ярый сторонник Империи – подскочил к ближайшему окну, выбил плечом стекло и вывалился наружу, судя по звукам, приземлившись в кусты.       Вот почему рядом с Тейлор инстинкты самосохранения у них работали гораздо лучше, чем во время атаки Бакуды?!       Возле нее упало что-то тяжелое. Посмотрев туда, Тейлор заметила стул, а затем перевела взгляд на корейца, который показал ей большой палец и скрылся под учительским столом. Еще один сторонник Империи составил ему в этом компанию. Идеологические разногласия ничуть не помешали им совместно спрятаться от вероятного гнева Тейлор.       "Ага, никто даже и не подозревает о том, кто такая Отрицание на самом деле..."       — Ой, Тейлор... – раздался радостный голос Эммы. – А я тебя и не заметила.       Она вытерла очки о сухую часть рубашки, лишь после этого подняв взгляд на Эмму и замерев, когда увидела, что именно та носила.       Тейлор не помнила, чтобы в СКП продавали черные футболки с изображением Отрицания и подписью крупными белыми буквами: "ОТРИЦАЙ СВОИ ПРЕДЕЛЫ". Похоже, кто-то уже успел наладить подпольное производство – вероятно, где-нибудь рядом с рынком на Лорд-стрит.       Тейлор покачала головой, стряхивая с волос последние капли газировки со вкусом апельсина, и сделала глубокий вдох, по-прежнему не находя слов. Вид заклятого врага, которым Эмму можно было назвать, даже несмотря на существование Луна, причем врага, носившего фанатскую атрибутику с изображением самой Тейлор в костюме Отрицания, несколько выбивал из колеи.       — Эмма, – сказала она. – Я сейчас не в настроении.       — Я вот подумала, что довольно странно получилось, Тейлор. Ты отсутствовала в школе как раз в тот день, когда психопатка из АПП взяла всех в заложники.       Эмма оглянулась по сторонам и слегка нахмурилась, заметив странную реакцию окружающих, после чего продолжила:       — Не думаю, что будет слишком большим допущением предположить, что ты заранее обо всём знала. Неужели настолько успешно торговала собой, что удалось уговорить АПП прийти сюда?       — Эмма, тебе надо остановиться.       — Но ведь подозрительно получается, правда? – ухмыльнулась та, посмотрев на Тейлор. – Где ты была, когда всё произошло?       Один из азиатов высунулся из-за парты и громко спросил:       — Она что, совсем тупая?       Тейлор понятия не имела, что собиралась делать дальше, но точно не сидеть здесь и терпеть всё это. В конце концов, совсем недавно ей довелось поучаствовать в драке с Луном и Бакудой.       Она медленно поднялась, стараясь не обращать внимания на испуганные вздохи школьников, которые напряженно застыли и вообще вели себя так, словно в класс сунул голову один из Губителей. Вместо этого Тейлор повернулась к Эмме и подумала о том, чем ей ответить.       Наиболее заманчивым решением оказалось вернуться обратно в прошлое и не спасать ее от Бакуды. Куда реалистичнее выглядели варианты с ударом в лицо кулаком или по голове услужливо предоставленным стулом.       Тейлор набрала в грудь побольше воздуха, а затем медленно выдохнула и двинулась к выходу.       Эмма не стала ее останавливать.       Вероятно, она сочла отступление Тейлор своей победой. Впрочем, той было наплевать. Подобные мелочи прекратили ее волновать после того, как она в шестой раз едва не рассталась с жизнью.       — Бежишь, Тейлор? – бросила ей в спину Эмма. – Давай, убегай. Пусть все знают, какая ты трусливая.       "Все и так знают, но совсем другое..."       Она открыла дверь класса и лицом к лицу столкнулась с Софией. Та вздрогнула, а затем сделала это еще раз, когда заметила состояние одежды Тейлор. Желания разговаривать еще и с ней не имелось никакого, а потому она отодвинула Софию плечом и направилась прочь по коридору.       Тейлор решила прогулять школу.       Впрочем, в СКП ее за это вряд ли упрекнут, когда поймут, сколько народу знало о гражданской личности Отрицания. И Оружейник, и директор Пиггот наверняка скажут, что она поступила правильно, не позволив злодеям застать ее врасплох и создать угрозу безопасности школьников.       Едва Тейлор покинула здание Уинслоу, так и не столкнувшись ни с кем из учителей, как одна конкретная злодейка застала ее врасплох и создала угрозу безопасности школьников.       Перед ней стояла Лиза – та самая девушка с крыши, которую звали "Болтуньей" или чем-то вроде того. В руках она держала два пластиковых стаканчика с кофе и коричневый пакет с какой-то едой, а на лице у нее застыла смущенная улыбка.       Покачав пакетом, Лиза спросила:       — Поговорим?       Тейлор захотелось взвыть.       Она решила не отказывать себе в этом удовольствии и, задрав голову к небесам, издала полный ярости вой.       Лиза вздрогнула.       — Моя сила подсказывает, что ты не рада меня видеть...       "Да неужели, Шерлок?!"

***

      Софии Хесс очень хотелось придушить Эмму, которая не могла выполнить даже самую простую просьбу.       "Не устраивайте неприятностей".       Именно так она сказала им с Мэдисон после того отстранения от занятий. Если учесть, что обе едва не погибли во время нападения Бакуды, то София и не думала, что им придется о чем-либо напоминать.       К счастью, паникующей Мэдисон хватило мозгов прибежать к ней и рассказать о произошедшем.       — Эмма, послушай меня, – произнесла София, взяв ее за плечи и как следует встряхнув, а заодно попытавшись не обращать внимания на довольную ухмылку и кошмарную футболку. – Тебе нужно перестать доставать Тейлор... Доставать Эберт.       Она не знала, с каких пор начала называть Тейлор по имени, но это довольно легко исправлялось. Просто стоило чуть более внимательно следить за словами.       — Ты меня поняла? Она вне нашей досягаемости. Забудь о ней.       — О чем ты говоришь? Тейлор была прямо здесь, – прошипела Эмма, вернувшись в реальность из своего состояния эйфории. – А вот где она находилась, когда я едва не погибла?! Готова поспорить, что именно Тейлор натравила на нас АПП и-...       — Проклятье, не так громко, – прервала ее София, оглянувшись по сторонам и потащив Эмму в ближайший туалет.       Возможно, именно в нем неделю назад Тейлор и обнаружила Бакуду.       — Во-первых, успокойся, – уже там продолжила София, убедившись в том, что никого лишнего рядом не было. – Ты ведь выжила, так? Пережила вторую атаку АПП?       — Благодаря Отрицанию, – кивнула Эмма, моментально перейдя от злобного шипения обратно в мечтательное состояние.       Это случилось настолько резко и неожиданно, что София закашлялась.       — Она спасла меня и избила злую ведьму, превратив ее в ничто! Я... я хочу с ней встретиться. Познакомиться. Ты же ее знаешь, правда? Вы ведь работаете вместе. Познакомь меня с ней!       "Очень плохая идея..."       — Всё не так просто, Эмма.       — Пожалуйста. Я готова сделать что угодно, лишь бы ее поблагодарить.       — Что угодно? – переспросила София. – Как насчет того, чтобы перестать приставать к Эберт?       — Нет, – покачала головой Эмма. – Не могу. Ее здесь не было, София. Эта бесполезная-...       — Эмма! Эберт и есть Отрицание! – перебила ее София. – Сложи уже два и два, идиотка! По-моему, в Уинслоу ты осталась единственной, кто этого еще не сделал. Отрицание и Тейлор Эберт – один и тот же человек. Ты вылила сок на девчонку, которая спасла тебя от Бакуды, а также избила Луна и Крюковолка! Не надо ее злить!       Эмма на пару секунд застыла в шоке, и когда София подумала, что всё же сумела до нее достучаться, расхохоталась.       — Вот это действительно смешная шутка.       — Что?.. Я тебе серьезно говорю!       — Тейлор – это Отрицание, – закатив глаза, фыркнула Эмма. – Действительно смешно, София. Но речь ведь у нас идет о Тейлор. О той самой Тейлор, у которой фигура напоминает жердь. Ты точно видела Отрицание?       — Это костюм, дура! Вся ее фигура создана в отделе по связям с общественностью. Эберт и есть Отрицание. Я сейчас очень сильно рискую, говоря тебе это, но Эберт и в самом деле является Отрицанием.       — Ага, – ухмыльнулась Эмма. – А я – Чистота.       — Господи... – прошептала София. – У тебя самой стадия отрицания...       — Ничего подобного, – фыркнула Эмма. – Кроме того, Тейлор, как и обычно, сбежала. Отрицание ни за что бы так не поступила. Не способна жалкая Тейлор получить силы, а даже если бы такое все-таки произошло, то это было бы нечто слабое и мерзкое.       — Стадия отрицания... – повторила София. – Отрицание насчет Отрицания!       Авторский омак:       Контесса вздохнула.       Путь демонстрировал ей способ убедить всех в своей правоте, но включал в себя тысячи лишних шагов и вдобавок труп Тейлор Эберт.       — Ладно, – наконец сказала она. – Но путь требует, чтобы Отрицание работала под моим началом.       — В таком случае оставляю ее на твое попечение, – улыбнулась Александрия.       Отрицание тут же начала паниковать.       — Что мне делать? Что делать?! Я ничего не умею!       Она недоуменно посмотрела на сунутую Контессой ей в руки кружку.       — Эм?..       — Сделай чай.       — Что?..       — Отныне ты отвечаешь за чай, – повторила Контесса. – Больше от тебя ничего не требуется. Уж с чаем-то даже ты напортачить не сможешь...

***

      Через две недели Отрицание сделала Контессе чай с миндальным молочком, который утащил и выпил Эйдолон. Никто и не подозревал о наличии у Дэвида аллергии на миндаль, так что его смерть стала шоком для всего Котла.       Контесса не могла проложить путь через его силу. Через силу Губителей тоже, а они, к слову, застыли и перестали совершать нападения. Но получить ответ на вопрос, что именно с ними произошло, у Контессы по-прежнему не выходило, а потому оставалось только сердито смотреть на Отрицание.       — Я лишаю тебя привилегии делать мне чай...