Любовь не ошибается

      Юна и Чонгук стояли около аудитории, где обычно проходили занятия по экономике. Лекции по этому предмету Чонгуку всегда нравились меньше всего. Они были скучными и занудным. Профессор, ведущий их, говорил тихим монотонным голосом. На его уроке обычно все мирно засыпали.       Прикрыв глаза, Чонгук облокотился о стену, краем уха слушая болтовню девушки.       — Ну так вот, сегодня у меня, — закончила изложение своих мыслей Юна.       Отмерев и посмотрев на подругу вопросительным взглядом, Чонгук спросил:       — О чём ты?       — Ты меня опять не слушал? Хотя кого я спрашиваю, конечно, нет,— закатив свои красивые глазки, упрекнула его подруга.       — Я тебя всегда слушаю. Так о чём ты говорила? — Невозмутимо продолжил Чон.       — Мои родители уехали проведать бабушку, поэтому сегодня у меня дома будет вечеринка. И твоё присутствие на ней не обсуждается.       В ужасе посмотрев на подругу, Чонгук произнёс:       — Ох, нет, Юна, пожалуйста, смилуйся. Ты помнишь, чем закончилась прошлая?       — Помню, но то, что ты напился в хлам и приставал к каждому проходящему мимо тебя человеку, ничего не меняет, — спокойно ответила она, но трясущиеся плечи выдали её тихий смех.       Хмуро посмотрев на девушку, Гук продолжил:       — Вечеринка ведь не твоя. Не спорь,— сказал парень, увидев, что Юна хочет возразить. — Я знаю, что её устраивает твой брат, а значит там будут и все остальные.       — Нет, вечеринка моя и Чимина. И да, его друзья тоже придут, но ты не будешь меня бросать. Тем более там будет и Чхве, так что компанию себе найдёшь.       Немного помолчав, Чонгук согласно махнул головой.       Юна начала визжать от радости, привлекая внимание всех стоящих рядом людей. Заметив это, Чон начал успокаивать её:       — Всё, хватит, успокойся.       — Что, стесняешься меня? — Заглянув в глаза друга, спросила бета.       — Нет, просто не надо так делать.       Юна на это качнула головой, легко соглашаясь с прихотью друга.       В это время мимо них проходила довольно-таки симпатичная омега. Кажется, её звали Джису, она была на год младше Чона и перевелась в этот колледж на прошлом курсе. В учебном заведении омега имела дурную репутацию. Грубила учителям, надевала иногда такую откровенную одежду, что даже Чонгуку становилось стыдно, и он пытался спрятать свой взгляд куда подальше, с парнями обращалась, как с перчатками: то с одним походит, то с другим. Вот и сейчас она направлялась к Тэхёну с явным намерением охмурить.       Чон не слышал их разговор, но видел как Тэ, после её появления, поморщился. Джису либо не увидела, либо не захотела увидеть этот жест презрения, продолжая выставлять грудь и говорить что-то своим слащавым голосом. Чимин, стоящий рядом с этой парочкой, насмешливо смотрел на искажённое в отвращении лицо друга. Заметив взгляд приятеля, Ким лишь фыркнул.       Девушка, переставшая говорить, выжидающе посмотрела на альфу. Тот, вздохнув, ответил омеге что-то неприятное. Та, заломив изящные брови, хмуро буравила его взглядом.       Под конец своей речи, Тэхён похлопал девушку по плечу. Взбешённая таким отношением к своей персоне, Джису поджала губки и быстро ретировалась с места разговора.       — Похоже, плохой из тебя собеседник, Ким, — не смог сдержать издёвки Чон.       Повернувшись в сторону говорившего, Тэхён с прищуром посмотрел на него.       — Вокруг тебя тоже немного-то ищущих твоего общества, только заучка Чхве и она, — махнув головой в сторону беты, пренебрежительно сказал Ким.        Чонгук уже был готов сказать что-то колкое в ответ, но его опередил Чимин.       — Ви, это всё-таки моя сестра, будь повежливее.       По какой-то неизвестной для Гука причине, близкие друзья Тэхёна звали его Ви.       Тэхён не успел ответить, прозвеневший звонок перебил его. Посмотрев в последний раз на Чона, Ким прошёл мимо него в аудиторию.       — Ты же обещал с ними не враждовать, — возмущённо произнесла Юна.       Чонгук на это лишь пожал плечами.       Попращавшись с девушкой, Гук зашёл в кабинет следом за Паком и Кимом.                                     ***       Дом брата и сестры Пак находился в богатом районе. Ухоженные улочки, на каждом участке имелся ровный покров газона. Обычно здесь было тихо и спокойно: соседи часто использовали эти участки, как дачи. У дома семьи Пак была установлена звокоизоляция, так что проблем из-за вечеринки с оставшимися соседями возникнуть не должно .       Добрался Чонгук на такси, и таким же образом он планировал от сюда в скором времени уехать. Не стучась, он вошёл в здание. В уши сразу ударила громкая музыка. Тут и там танцевали и пили люди. С некоторыми он был знаком лично. Вон, например, в самом центре импровизированного танцпола Джису танцевала с каким-то парнем, соблазнительно изгибаясь всем телом. Около стола с напитками стоял Чимин, явно выпивший уже не один стакан.       — Ну что ты здесь стоишь? Пойдём танцевать, — сказала внезапно подошедшая Юна. Взяв Чонгука за руку, она потащила его в середину просторной гостиной, пьяно при этом похрюкивая.       Куча народа двигалась в ритме какой-то неизвестной Чонгуку песни. Юна присоединилась к этому безумию и утянула за собой Чона.                                     ***       Спустя некоторое время, когда ноги уже подкашивались, в голове возникла мысль выпить. Около напитков уже не было Чимина. Оглядевшись, Чонгук заметил его рядом с какой-то омегой, они самозабвенно целовались. Рядом, на диване, со стаканом в руке сидел Тэхён, погрузившийся в свои мысли. Его черные вьющиеся пряди волос спадали на такие же чёрные глаза. Одну ногу он закинул на другую, и эта поза придавала ему некой аристократичности. Порой Чонгук думал, что Тэхён — эстетика во плоти, но признаться в этом он никому никогда не сможет.       Осознав, что он размышляет о Киме, Чонгук схватил первый попавшийся стакан и осушил его. После этого наступила некая расслабленность.       — Тебя тоже Юна заставила прийти? —спросил подошедший Чхве.       — Ага, — кратко ответил Гук, обнимая друга.       — Ты не пей много, а то помнишь...       Закончить ему не дал тычок от Чона.       — Чонгук, почему ты меня бросил? — проныла Юна, только выскочившая из толпы танцующих.       Подойдя к столу, она взяла стакан и залпом выпила его содержимое.       — Жажда замучила, — объяснила она на неодобрительный взгляд Чонхо.       — Алкоголь не очень-то освежает, — с умным видом изрёк он.       Юна на это заявление сморщилась.       — Ладно, мне уже пора, — оповестил их Чхве.       — Нет, не уходи, — просила его девушка, но посмотрев на твердый взгляд друга, отступила. — Ладно я тебя провожу. А ты, Чонгук, стой здесь.       Друзья направились в сторону выхода.       Чонгук же присел на стул, и начал разглядывать толпу, которая со временем становилась всё меньше.       Завтра хоть и не было учёбы, но многие просто не выдерживали. Не у всех же такой опыт, как у Чонгука.       Под конец вечера здесь были лишь пара омег, включая Джиссу, друзья Пака, его сестра и сам Чонгук. Уйти не получилось. Юна вцепилась, как клещ и просила остаться. А что Чонгук? Он остался.       — Давайте поиграем в бутылочку, — предложил Чимин, садясь рядом с развалившейся на диване сестрой .        Никто не был против. Чонгука не спросили.       — Итак, правила игры, — подхватил мысль друга Хосок. — Садимся в круг, крутим бутылочку. Тот на кого показывает донышко — загадывает желание, тот на кого горлышко — исполняет.       Взяв бутылку, которая валялась рядом Чимин положил её на стол, вокруг которого собралась толпа, и закрутил.       Горлышко указало на Юнги.       — Итак, хм… Выпей всё, что находится в этом стакане, — немного подумав, произнёс Хосок, на которого указало донышко.        Передав бокал с чем-то непонятным, Хосок начал смотреть за реакцией Юнги.       Приняв напиток, Мин залпом выпил неизвестную жидкость, после чего поморщился.       — Что ты туда намешал? Хитро посмотрев, Хосок ответил:       — А вот это тебя не касается. Продолжим.       Бутылка снова пустилась по кругу. В этот раз она остановилась на Юне и Тэхёне.       — Как думаешь, какое нижнее бельё на трёх из этой комнаты? — сверкнув глазами, спросил Тэ.       — На Чонгуке чёрные, на Джиссу кружева, а у Чимина с сердечками, — быстро проговорила девушка, закрывшись руками в защитном жесте.       — Эй, — уже хотел возмущаться Пак, но его перебил смех Тэхёна, который свалился со стула, но даже на полу продолжал смеяться.       Пнув Тэхёна, чтобы тот заткнулся, Чимин снова покрутил бутылку. Завертевшись, сосуд остановился на Тэхёне, который теперь сидел на полу, и омеге оставшейся с Джису.       — Поцелуй всех присутствующих в разные части тела. Не повторяйся, — посмотрев на подругу хитрым взглядом, она.       Джису на это лишь лёгко улыбнулась. Она явно отступила в своём решении покорить Ви.       Немного нахмуревшись, Тэхён всё же встал и подошёл к этой самой омеге. Взяв её за руку, он, как джентльмен, поцеловал тыльную сторону ладони. Дальше была Джису, ей достался поцелуй в другую руку. Смеющемуся Чимину — в лоб, а Юне — лёгкий чмок в щеку. Юнги сказал поцеловать его обувь, но Тэхён его никогда не слушал, так что он получил материнский поцелуй в свою мятноволосую макушку. Лежащего Хосока получилось поцеловать в живот. И оставался только Чонгук, к которому Ким не спешил подходить.       — А это обязательно? — со страдальческим видом спросил Ви.       Все кивнули, выжидающе смотря на эту сцену трагикомедии.       Вздохнув, Тэ подошёл к Чонгуку и наклонился к его шее. Горячие дыхание обожгло. Поцелуй выбил из груди весь воздух. Странно, но он не был мерзким, хотя Чонгук, конечно, для вида скривился.       — Так, продолжим.       Спустя пару ходов, за время которых у Джису нарисовались усы, а Хосок остался без футболки, очередь, наконец, дошла до Чонгука.       — Итак, Чон, ты…— создав драматическую паузу, проговорил Пак, — станцуешь сексуальный танец на пилоне.       Услышав желание, Гук удивлённо посмотрел на Чимина. Тот в свою очередь смотрел на него с усмешкой.       — Где я пилон тебе найду? — вскинув бровь, спросил Чон.       Пак лишь показал пальцем в другую часть гостиной.        Около окна, выходящего в сад, стоял металлический шест. Раньше он не был виден из-за гостей, а сейчас же он смотрел на Чонгука во всей своей красе.       — Приступай.       — Я в джинсах, будет неудобно, — начал придумывать отговорки альфа.       — Можешь снять их, — непринуждённо ответил Чимин, крутя в руках бокал с чем-то янтарным.       Остальные на всё это смотрели с непониманием: «Как Чонгук должен это сделать, не умея танцевать?» — их лица выражали именно такую мысль. Но на самом деле, Чонгук знал, как это делать.       Где-то полтора года назад, когда вражда с Кимом была в самом разгаре, он записался на курсы. Кто же знал, что на эти же занятия пойдёт Чимин. Сначала, конечно, было много споров и оскорблений с обеих сторон. Но позже стало понятно, что далеко они так не уйдут, да и девушка, которая вела курсы стала шептаться по поводу того, какие они бездарные. Что бы доказать обратное, был установлен мир. Год прошёл тогда отлично: Чонгук довольно-таки уверенно держался на пилоне и даже научился садиться на шпагат. Но позже забросил. Какая-то однокурсница заметила. Тогда Чонгук отделался малым, лишь сходил с ней на одно свидание. Чимину же было всё равно, так что уже через несколько дней все знали о его увлечении. Конечно, многие альфы стали его задирать, но после того как он сломал одному такому «умнику» руку, все резко отстали.       Сейчас, идя к пилону, Чон был не против сам что-нибудь сломать Чимину. Нос или туже самую руку.       Обхватив одной рукой пилон, альфа попробовал покрутиться вокруг него.       Заиграла какая-то мелодия. Посмотрев в сторону колонки, Чонгук заметил возле неё Юну, которая поддерживающе подняла большой палец вверх. После этого простого жеста стало легче.       Обхватив шест подколеном и держась за него одной рукой, он ещё раз покрутился. После чего, поняв, что терять ему нечего, он забрался выше. Прогнувшись в спине, Чон согнул одну из ног в колене, а вторую наоборот отставил. Эта поза быстро сменилась той, при которой он оказался вверх тормашками.        Быстрые вращения, выгибание спины и изящные движения руками, делали это представление завораживающим.       Чимин смотрел оценивающе, с лёгким удивлением: талант Чонгука всегда поражал его. Джису с похотью в глазах наблюдала за Чоном: она нашла новую жертву. Лицо Тэхёна нельзя было описать каким-то одним словом. Его расслабленная поза показывала полное равнодушие, но рука, сжимающая подлокотник стула, говорила о его напряжённости.       Тем временем Чон заканчивал своё маленькое выступление. Облокотившись спиной о шест, он медленно спускался вниз. Когда он, наконец, отошёл от шеста, послышались аплодисменты.       Юна и Чимин хлопали ему, широко улыбаясь.       — Где ты научился так двигаться? — спросил с восхищением в голосе Хосок.       Его танцем был поражён не он один. Обычно равнодушный к таким вещам Юнги, сейчас сидел в какой-то прострации. Джису облизывала губы, глядя на него, а Тэхён хоть и смотрел на него, но явно не видел. Его взгляд проходил сквозь Чонгука, как будто его здесь и нет.       — Он ходил со мной на курсы, — ответил за Гука Чимин. — Но потом бросил. Его видела какая-то омега и он испугался.       — Я ходил на них только для проработки мышц. И я не испугался, я просто понял, что это не моё, — нахмурившись, сказал Чонгук.       — Нет, ты струсил, — покачав головой, возразил Пак. — Для тебя было важно мнение окружающих.       — Это бред. Я осознал, что у меня плохо получается и дальше заниматься этим казалось бестолковой тратой времени, — уже закипая, сказал Чон.       — У тебя хорошо получается, — тихо проговорил Хосок.       — Нет,— отрицая правду, сказал Гук, а после повернулся к Чимину. — Зачем ты заставил меня это сделать, показать всем, что я слабый, или просто захотел надо мной посмеяться?!       — Нет, Чонгук, ты не слабый, и я не хочу над тобой смеяться, — ответил альфа, попытавшись сделать свой голос более спокойным. — Я хотел чтобы ты понял, как хорошо ты танцуешь. Учительница восхищалась твоим талантом.       — Ну так и радовался бы, что ты теперь её фаворит, — гневно воскликнул Чон.       — Нет, Чон, послушай... — договорить он не успел, ведь был сбит с ног внезапным толчком от Чонгука.       — Это ты меня послушай. Не влезай в мою жизнь. Я сам решу, что для меня лучше, а не буду слушать таких неудачников, как ты.        — Хватит, Чон, — угрожающе прорычал Ким, тихо подошедший к ним.       — А ты не затыкай меня, Ким, — оскалив клыки, проракатал Гук.       Атмосфера в комнате накалялась. Каждый чувствовал это. Недалеко было до кровавой расправы, и было не понятно, кто в этой битве одержит победу.       — Гук, Ким, успокойтесь, — нервно попросила Юна, отступая от них назад.       Повернувшись в сторону подруги, Гук заметил в её глазах каплю страха. Впервые она боялась его. Это осознание окатило его, как холодной водой. С ужасом посмотрев на подругу, он сделал несколько шагов назад и, быстро развернувшись, побежал в сторону двери. Никто не пытался его остановить. Только Юна подняла руку ему в догонку, но быстро опустила, поняв, что другу надо успокоиться.