— Без смазки плохо трахается...

***

Однажды вечером… Даже можно сказать ночью, в одной из квартир Йокогамы, где был прописан молодой писатель, было на удивление довольно шумно. Но, этому было логическое объяснение, он был не один, с ним был его «давний знакомый», которого По до сих пор считал своим соперником… Но… Картина, которая перед ним представилась, дала понять о том, что… — По-кун, а что ты читаешь или перечитываешь? — спросил Ранпо — А… Я… Пока не могу сказать… — немного растерявшись ответил По — В смысле?! От меня есть секреты?! Интрига! — Ну, просто, хотел преподнести совершенный детектив… Поэтому, перечитать его — самое-то — Ты до сих пор для меня пишешь «сложнейшие» детективы? — немного помолчав задал вопрос Эдогава, а после произошла попытка приблизиться поближе, которая увенчалась успехом, — неужто, до сих пор хочешь одержать победу? — Ну, не совсем так… Просто, думаю, для нас обоих было бы полезно это. Для меня — добавление опыта, да и это неплохое хобби. А для тебя — отличный повод развлечься и поразмышлять — разгадывать мои загадки — пояснил Эдгар, а после отвлёкся от своего сочинённого детективного романа и перевёл взгляд на своего собеседника, — Ранпо-кун, а тебе не кажется это… Ну, немного… — Какие же у тебя мысли витают… — с усмешкой ответил великий детектив. Карл, который наблюдал за этими действиями, сначала ничего не понимал. Потом, что-то ему картина не понравилась. « Да ну их, я хочу спать » — эта мысль пронеслась у зверька в голове, и он решил удалиться. — Да ты не о том подумал! Честно! — начал уверять Аллан. — Ага, тогда почему тебя смутила столь «Интересно-сексуальная картина»? — С чего ты принял такое решение?! — Я — Великий детектив! И ты серьёзно думаешь, что я не могу тебя раскусить? — Тут… Я правда не заметил ничего такого… — наконец устало завершил писатель и отложил свои рукописи подальше. — Врё-о-о-ёшь — на распев ответил Рампо — признай это, и я больше не пристану с этими расспросами — Но… Ладно, признаю, правда… Эдогава ожидал такого ответа, но это было необычно. Признаться в такой вещи, да ещё и от того, кто всё время отрицает эти версии, прям, жизнь удалась на славу. Но, столь ожидаемый ответ, всё равно заставляет немного краснеть. Но вот Эдгар сейчас, покраснел почти что до кончиков ушей. — И что теперь, так и будешь меня хотеть? — заинтересовался Рампо — или что-то сделаешь? Что думаешь, я просто так что ли «приполз» к тебе…? — Как это понимать?! — Хех, я нашëл тот самый листок! — гордо улыбнулся японец. — Ты о чëм…? Какой листок.? — нервно улыбаясь поинтересовался Аллан, хотя все он прекрасно знал и понимал. — Не прикидывайся, ты всё знаешь. — Ранпо приблизился к шее своего друга, легонько поцеловал, одарил горячим вздохом и шепнул на ухо: Может, хватит прелюдий и мы займёмся сексом.? Это снесло американца на повал. Двое парней сидели так близко друг другу, пока один из них не поцеловал другого в огалëнную шею. Эдогава сладко простонал на это действие, но не сегодня он нацелен на приятные ласки. Сегодня он хочет сразу перейти к любовному делу, без всякой этой возни попусту. — По-кун, прости, но сегодня я не вынесу твои нежности — даже по-своему дерзко осведомил Ранпо, укладывая своего товарища на кровать, сам же садясь ему на бëдра. — мы сегодня приступим сразу к делу! Эдгару ничего не оставалось делать, как недоумевающе смотреть на товарища. Не всегда можно понять, что там у него на уме? Японец знал, что в квартире писателя смазки нет, так как, Аллан не планировал спать с мужчиной, он предполагал, что найдëт девушку, потому однажды решил приобрести презервативы, мало ли что, но судьба распорядился иначе. За это время проживания вместе, никто и не задумывался об интиме между ними. Из-за этого, смазки здесь оказаться не может, но ничего, не из такого выбирались! Детектив чуть смущается своей затее, но зато полностью уверен в ней. Берëт два пальца в свой рот, чувствуя даже здесь привкус сладостей, но почти тут же достаëт их, лишь наделив их своей слюной, далее заводит за свою спину прямиком к тому самому местечку. Вокруг анального отверстия покручивает одним пальцем, позже запускает внутрь. Узковато, но терпимо, неприятно, но в целом пойдёт. Вообще, Эдогава немного стонет, чуть вздыхает, замечает уже изменившийся взгляд своего партнёра. С этой картины По уже подвозбудился, принимает решение трогать своего похотливого дружка. Сладкоежка одобрительно смотрит, продолжает двигать внутри себя, поддаётся ласке. Американец проводит рукой по боку Ранпо, немного мнëт. Но трогать за бочок — это слишком утомительно и нудно, лучше помять за соски, конечно можно было бы и покусать, если бы По не лежал. Японец больно вздыхает от этих «ласок», цокоет и вытаскивает из себя пальцы. — Нет, По-кун, успокоися, я думал, ты будешь по-мягче, но нет! — недовольничал Ранпо, ëрзая возле паха друга. — Прости, я не специально… Эдогава огаляет половой орган писателя, даже не измеряя его размер, пытается насадиться. Первые несколько сантиметров было вполне нормально, мол, там ещё расстянуто, но позже было больно. Если бы Аллан расстягивал его тельце, то может быть было больше растянуто внутри. Детектив оказался полностью заполненым изнутри, ну кто же знал, что размер этого скромного парня будет таким… С уст младшего срывается шипение, с приступами боли. — Может, мы с тобой приостановимся, раз ты так. — Нет! Мне очень нужно это знать! Мало ли что! — звонко озвучил пассив, двинув вверх. Охо, это было больно и грубо изнутри. Председатель монголоидной расы болезненно цокнул, даже пустил слезу. Ему больно, но он слышал, что это нормально первое время-то, вот только в обычное время все используют смазку и презервативы, а не как тут! Эдогава опять легонько подпрыгивает, в очережной раз болезненно отдаваясь в голосе, такое чувство, будто разрывают изнутри. Эди, будучи лежащим мало как может изменить боль в другую сторону, максимум погладить может, тыльной сторону ладони поцеловать или что-то нежное нашептать, хотя последнее вряд ли может помочь. Сладкоежка снова попргывает опять-таки отдаëтся болезненно и едко, но. — Ладно, нет, я не могу этого вынести… — признал Ранпо. — Солнце, это нормально, что ты так это чувствуешь… — По придумывал слова утешения и поддержки — это всё-таки… — Да, спасибо… Может, по лежим пока немного.? — робко, дрожащим голосом, спросил Эдогава, слезая с достоинства товарища, также больно цокая. — Хорошо, раз ты этого хочешь. — Аллан, как только его друг лëг рядом, принялся зацеловывать его: в щëки, в нос, в лоб, в районах шеи и конечно же в губы. Японец все ещё чувствовал ту боль у анального отверстия, но уже вперемешку с приятными и влажными поцелуями. Может быть, они так и никогда не переспят, но зато будут нежно-принежно любить друга!