Любопытство

       До закрытия кафе оставалось не больше получаса. Тэхен вымыл посуду, очистил технику и приготовился к уборке зала. Денек выдался не из легких. Сначала новая помощница умудрилась обжечь руку посетителя, передавая тому стаканчик с напитком. В середине дня мамочка с ребенком закатила скандал. Пирожное, что умяло ее чадо, оказалось слишком… маленьким. Такого поворота Ким не ожидал. Поржал, конечно, предложил купить еще одно. Женщина потребовала предоставить угощение бесплатно, аргументировав высокой стоимостью. Спас Тэхена Джун, вовремя приехавший со своими пацанами за любимым фраппучино.        — Проблемы? — наклонился к женщине Намджун. Любимая устрашающая ухмылка мужчины сработала. Кто бы не струсил? Представьте, что огромная махина, с перебитой в трех местах бровью, смотрит прямо в глаза, а со спины к вам подходят еще двое в черном.        — Все… в порядке, — проблеяла наглая посетительница и, подхватив орущее дитя на руки, исчезла в неизвестном направлении.        — Мой шикаррррный мужчина, ты как всегда вовремя!              — Да-да, Тэхен, скидку гони мне и пацанам.        Ох уж эти скидки. Тэ скрягой не был, но считал, что его труд должен оплачиваться в полной мере. Всех этих приключений парню хватило сполна. Он мысленно уже распластался в горячей водичке с бокальчиком игристого. Планы нарушили поздние посетители. Больше всего на свете Тэ не любил Последышей, так он называл тех, кто приходил незадолго до закрытия. Последыши всегда заказывали только кофе и, как большие ценители, наслаждались каждой каплей не только напитка, но и терпения бариста.        — Зачем ты притащил меня в эту забегаловку? — брюнет, тот, что покрупнее, демонстративно смахнул со стола невидимые крошки. — Могли бы пойти в бар или ко мне.        Тэхен глаза закатил.        «Не нравится, пиздуйте с богом» — хотелось съязвить, но парень решил не вляпываться в очередную неприятность. Его ванна ждет, уж простите.        — В баре ты бы нажрался, а дома разнес все к чертям, — фыркнул незнакомец с кукольным личиком.        — С чего вдруг? Я не алкаш и не дебошир.        — Чонгук, все было круто, но нам нужно расстаться.        — Ох, бля, — вырвалось у Кима.        Оба посетителя смерили его презрительными взглядами. Пришлось имитировать активную деятельность на кассе. С геями Тэ не был знаком. Любопытство паренька распирало. Вооружившись тряпкой, он принялся полировать столешницу рядом с занятым столиком. Уши навострил, притих.        — Почему? — вздохнул брюнет, откидываясь на спинку. — Что именно тебя не устраивает?        — Мне не хватает твоего внимания, Гук. Ты то работаешь, то в зале, то с друзьями. Достало.        — А как же чувства? — мальчик-куколка скривился, — Понял. Хорошо. Свободен.        — Это я тебя бросил!        — Да-да, — кивнул Чонгук, — а теперь пиздуй с богом.        Тэхен заржал. Не мог сдержаться. И пока мальчик-куколка оскорблённо сбегал, Чонгук не сводил глаз с обнаглевшего бариста.        — Поржал?              — От души, — просиял Ким.        — Рад, что хоть кому-то весело. Спиртное продаешь?        — Нет, но у меня кое-что на черный день припрятано. Жди, — унесся в подсобку Тэхен.        К его приходу, Чонгук стянул с себя куртку и заполнил помещение сладким черничным ароматом электронной сигареты.        — Вот, водка. Мне друзья в подарок привезли. Будешь?        — Буду.        Три рюмки Чон влил в себя молча. Тэхен шутил, пытался раскачать нового знакомого на разговор, но тот, видимо, был еще тем молчуном.        — Спасибо, — коротко и хмуро. Чонгук быстро ретировался, оставив Тэхена с почти опустошенной бутылкой.        — Вот, — Тэ икнул, погрозив окну кулаком, — и поговорили.        Он бы и забыл о произошедшем, память короткая, только загадочный гей появился снова. Как ни в чем не бывало, проигнорировав Тэхена, заказал кофе. На стаканчике должны были написать «Чонгук», но Тэ решил добавить кое-что от себя, очень уж ему не понравилось кислое личико брюнета.        — Шутки за двести? — нахмурился Чонгук, прочитав «Чего такой грустный, член сосал не вкусный?» на своем стаканчике.        — Улыбнись, красавчик, — отмахнулся Ким, расплываясь в ухмылочке.               — На. Хуй. Иди.        — Приятно, что предложил, но жаль не заинтересовал.        Чон брезгливо оттолкнул стаканчик. Не будет он тратить время на идиотов и больше сюда ни ногой. И чего приперся, около работы полно кафе и ресторанчиков.        — Эй, ты чего мелкого обижаешь? — Намджун вырос в поле зрения. Когда только успел. Или Тэ так задумался о незнакомце, что смог проморгать громилу в розовых очках.        — Знаешь его?        — В зал его хожу, недалеко отсюда. Пару раз даже вместе зависали. Хороший пацан.        — Хм, да, пожалуй, стоит извиниться. Передашь ему кое-что?        Намджун душа добрая, отчего и не передать. Взял коробку с кексами и стаканчик кофе, отнес пареньку на работу. Все равно по пути.        — О, бро, ты мой спаситель. Кофе-е, — расплылся Чон в улыбке.        — Тебе передали, — довольный собой, Нам с важным видом протянул маленькую записку от Тэхена.        «Розы алые, ромашки белые, а ты голубой. Ой»        — Кажется, я догадываюсь, кто передал.       Кофе в мусорку, а кексики удалось спасти, Намджун грудью (животом) защитил. Чонгук кафе Тэхена теперь за километр обходил и Джуну запретил что-либо передавать от него. Но мелкий пакостник все равно умудрялся втесаться в спокойную рутину Гука. Теперь стаканчики с кофе пугали парня, он перешел на соки с трубочкой и мороженое.        «Я знаю, как ты любишь сосать» — очередная записка, и как только бариста умудрился оставить ее на столе под пачкой апельсинового сока. Нужно разобраться с дерзким пареньком, сил нет.        Чонгук приходит к закрытию, поджидает у мусорных баков.               — Любишь заходить с черного входа? — хмыкает у уха Тэ, который давно заметил слежку и вынес мусор через главный вход.        — Нарываешься?        — Веселю.        — Хах, — Чон замахивается, бьет в живот, но силу контролирует. Мало ли. Парниша перед ним не в его весовой категории. Почти мальчишка, худющий, слабенький. Желтожопик.        — Бьет, — хрипит Тэ, — значит любит.        — Сука, молчи. Не могу понять, ты гомофоб или просто придурок.        — Я геев люблю, наверное. Ты единственный, кого я знаю.        — Понятно. Придурок.        — Эй, — Ким хватает парня за руку, — Не уходи, чего ты? Я же подружиться хочу.        — В лицо ты хочешь. Отвали.        Чон толкает парня к стене.        — Мне всего лишь любопытно. Поболтаем, я кофе угощу, — напирает неугомонный Тэ.        — Любопытно? Хочешь попробовать?        Чонгук набрасывается на парня, хватает за волосы, оттягивая назад, чтобы губы распахнул в немом вопросе. Целует жадно, сразу языком ныряет. Дыхание сбилось и кровь в висках застучала. А бариста, сука, сладкий. Отвечает робко, неумело. Это ему не девушек целовать. Чонгук сам берет, вылизывает, кусает, пока хватает воздуха в легких.        — Ну как? — хрипит в ухо, все еще сжимая каштановые пряди между пальцев. — Продолжим?        — Ахуенно, у меня встал. Гейство заразно? — так же хрипло, но глубже, до мурашек пробирает.        — Блять, ну ты и дебил.        Чонгук придурошного отпускает. Хотел проучить, а в результате и себя раззадорил, и паренька.              — Завтра, если не струсишь, утолю твое любопытство сполна. В это же время заеду. Жди.        — А, стесняюсь спросить, кто кого? — лукаво с ухмылочкой, добивает Тэ.        — Я всегда сверху.        — Так это, — Тэ зависает, наблюдая за удаляющимся Гуком, — мне жопу мыть надо?        — И рот с мылом. Очень советую.

***

       Шутки шутками, любопытство вещь страшная, особенно когда доводит до клизмы. Тэхен в жизни над собой так мучительно не издевался. На подготовку ушло более трех часов. Это же как нужно любить в жопу трахаться, чтобы над собой так измываться. Геи несчастные парни. Обнять, плакать и больше не какать.        Весь день попа чесалась из-за пробки. Возможно, Тэ ее на форуме посоветовали зря, ни присесть нормально, ни булки расслабить. Приходится почти ежеминутно проверять, не сползла ли, не видна ли.        Чонгук себя ждать не заставляет, приезжает вовремя. Сразу к делу. В машину и домой. По дороге засасывает пару раз, так, что у Тэхена от стояка ширинка вот-вот лопнет.        — Ты понимаешь, на что напросился? — еще раз переспрашивает Чонгук. Насиловать он не собирается и сейчас, на пороге его квартиры, самое время Тэхену струсить и свалить.        — Да. Читал. Теорию освоил, давай приступим к практике.        — Ненормальный, — нервно смеется Чонгук.        Перед Кимом небольшая квартира-студия. Кровать у окна, туда-то парень и направляется, быстро раздеваясь.        — Сил нет, как чешется. Вытащи скорее пробку.        Чонгук офигевает, наблюдая за Тэхеном. Вот уж точно у кого комплексы отсутствуют. Пять минут в квартире, а уже голый, на четвереньках отставляет зад. Если бы он еще и заткнулся, Чонгук был бы в восторге.        Раздевается, поглаживая упругие ягодицы. Шлепает на пробу. Тэ прогибается сильнее, отзывчиво стонет, поддаваясь умелым рукам. Чон знает, где ущипнуть, где погладить и как свести с ума поцелуями вдоль позвоночника, так чтобы парень под ним охрип от своих же стонов.        — Пробка, — напоминает бариста, повиливает бедрами.        — Размер не для новичка, но я не удивлен.        Чон выдавливает на ладонь смазку, осторожно вытаскивает игрушку и тут же массирует пальцами покрасневший анус. Мягко, горячо, только входи. Презерватив на член и вперед. С Тэхеном Чон не осторожничает, входит резким толчком, глубоко и мощно.        — Ох, бля-ять…- скулит Тэхен, — хуже клизмы.        — Захлопнись, настрой сбиваешь, — шипит Гук, толкаясь внутрь. Узко. То, что нужно. Бедра в руках дрожат. Бариста напрягся, пытается подстроиться, но толчки слишком грубые. Колени предательски подводят, разъезжаясь в стороны, а руки не держат. Тэ утыкается носом в покрывало, стонет и хрипит. Больно, однако. Чонгук спасает ситуацию, стимулируя опавший член паренька. Поглаживает, надрачивает, пока головка не начинает сочиться. Волосы в руку и голову вверх, Тэхен прогнулся послушно, позволил управлять собой. Его трахают, он от происходящего в шоке. Вот только где, удовольствие?        — Не рыпайся, — перехватывает чужую шею Чонгук. Вжимает лицо Тэ в матрас, чтобы не брыкался. Нависает ниже, меняя угол проникновения. И вот тогда до бариста доходит, почему геям так нравится анальный секс. Гук бьет по простате, сам кайфует и парня под собой погружает в экстаз. А тот так сладко стонет, что зубы сводит от удовольствия. Чонгук из последних сил держится, ждет, когда кончит сумасшедший Ким. Тот угрем вьется между ног, шипит, смеется и вдруг резко дергается, сжимая член Гука внутри.        — Су-ка-а… — стонет надрывно Чонгук, кончая в презерватив.        — Я понял, — мямлит Тэхен, — охуенно-о.        — Вот сейчас согласен.        — Слушай, — Гук помогает парню перевернуться на бок, — кажется, я влюбился.        — В меня? — устало смеется Чон.        — В анал.        — Придурок.        — Возможно. Но тебя я все же развеселил, — улыбается Тэхен. — Возьмешь в мужья за старания и страдания?              — Идиотина, — Гук затыкает парня поцелуем и что-то ему подсказывает, что он от него больше не отделается. Да и не хочется уже.