Ангел-хранитель

Всего их было четверо. Трое совсем «зелёных» агентов толпились в коридоре и изо всех сил имитировали полезность: Барри Нодел вдумчиво изучал обстановку через северное окно, за которым сейчас лил дождь, Грант бдительно патрулировал холл, а рыжий парень по имени Перри обеспечивал Гранту «поддержку», что бы это ни значило. Она же была единственной девушкой в группе. Причём самой молодой — недавно исполнилось девятнадцать. За внешность и пол её оставили обеспечивать «всем необходимым» непоколебимую леди Смоллвуд, которая уже сорок минут молча стояла у дверей палаты. На улице в это время бушевала гроза — раскаты грома пробивались внутрь даже сквозь мощные стеклопакеты с решётками. Вообще ей дали чёткие инструкции. Правда, немного. В основном они сводились к молчанию, чтобы не натворить глупостей на глазах у члена британского парламента, но девушку это мало беспокоило. Те, кто её хорошо знал — по учёбе или спец-тренингу — могли бы об этом предупредить, но куда там. Руководителем группы почему-то назначили Барри Нодела, а он ни во что не ставил чужое мнение, особенно её мнение. Она считала Барри полнейшим кретином. Долгое время ничего не менялось. Смоллвуд стояла в полуметре идеально прямо: руки скрещены на груди, грозовой взгляд — прямо в белую дверь палаты. Рядом на пластиковых стульях лежали её мокрый плащ и портфель с документами. Смоллвуд примчалась сюда с самолёта, собственно, за ней их и посылали — чтобы привезти сюда. Взгляд против воли очертил фигуру женщины от нитки жемчуга на шее до подола строгой чёрной юбки-карандаша. С виду не больше тридцати. Ну, может, тридцати двух, а ведь Элизабет Смоллвуд старше её лет на двадцать минимум. Неплохо. Было в этой женщине что-то такое… удивительное, что ли. Какая-то головоломка, которая проявлялась кусками далеко не сразу, заставляя приглядываться снова и снова. А ещё в Смоллвуд сразу же ощущался стальной стержень, хотя сейчас леди и казалась холодно раздражённой сложившейся ситуацией. Чистая невербалика. Люди в парламенте всегда знают, где и какие эмоции показывать, так что эта невербалика сейчас была намеренной. Внезапно из палаты в коридор вывалился мужчина. Вероятно, он пытался выйти спокойно, но не смог сделать это чисто физически, упав на колени. Они вдвоём со Смоллвуд кинулись помогать. — Боже, да что случилось? Он что, на вас напал?! Грант с Перри бросили свой патруль, а Барри Нодел отвлёкся от окна, чтобы спросить у Смоллвуд, не нужна ли какая-нибудь помощь. Она только отмахнулась. Вместе они усадили стонущего от боли мужчину на ближайшее пластиковое кресло, и когда он вернул съехавшие очки обратно на переносицу, внезапно оказалось, что они почти погодки. Не больше пяти лет разница, надо же. — Если бы Рудольф Шерринфорд действительно хотел причинить мне вред, мы бы сейчас не разговаривали, — прошипел он, растирая лодыжку. — Всего лишь подвернул ногу. Пустяки. Леди Смоллвуд сощурилась. — Вы уверены? — Да. — Майкрофт? — с нажимом переспросила Смоллвуд. — Разумеется! Он сказал это с такой бездной презрения, что пришлось приложить усилие, чтобы не хихикнуть. «Интересный кадр. Классный костюм», — пронеслось в мыслях автоматически. — «Нет, даже шикарный костюм». Очки в стальной оправе у него безупречно сочетались с запонками и заколкой для галстука, причём сам галстук явно стоил среднему агенту зарплату, а то и не одну. Смоллвуд присела и решительно задрала брючину вверх. — Это сильный вывих. Майкрофт поморщился, а леди Смоллвуд встала и посмотрела на часы. — Времени осталось только на дорогу. Боюсь, в таком состоянии вы просто не сможете… — Вы ошибаетесь. Леди Смоллвуд сморгнула, как будто ослышалась. Майкрофт поправил стрелку на брюках и ещё раз повторил: — Ошибаетесь. Сцена становилась всё интереснее. Леди Смоллвуд усмехнулась в ответ. — Не мне вам напоминать о важности сегодняшнего приёма. Приёма, Майкрофт, даже не ужина. — Боюсь, если бы не я, этого — приёма — вообще могло не быть. Не правда ли, леди Смоллвуд? — на этот раз голос Майкрофта звучал ласково. Атмосфера неумолимо накалялась. В полной тишине коридор осветился вспышкой молнии, после чего прозвучал раскат грома. — Майкрофт, — Смоллвуд произнесла это имя снисходительно, точно уговаривая ребёнка, — как вы собираетесь простоять на вывихнутой ноге следующие три с половиной часа? Он медленно обвёл коридор невозмутимым взглядом. Взгляд точно сканировал пространство в поисках какого-то выхода. Любого выхода. Наверное, она его просто пожалела. — Возьмите. Совсем новый, купила на прошлых выходных. Под ошарашенным взглядом леди Смоллвуд она протянула Майкрофту чёрный зонт, который до этого стоял прислонённый к стене. Только сейчас на неё соизволили обратить внимание — так, что даже окатили пристальным взглядом с головы до острых носков туфель. В отличие от Смоллвуд, Майкрофта больше интересовал механизм зонта. — Да, сойдёт. — Это же смешно, незачем травмировать себя! — леди Смоллвуд скрестила руки на груди. — Вы, кажется, забыли, но я участвовала в разработке стратегии ещё до вашего привлечения. Уж поверьте, я прекрасно справлюсь сама… — Какая чушь, — пробормотал Майкрофт, оборвав её на полуслове. — Будем надеяться, к приёму вы возьмёте себя в руки. Так. Вы — да, именно вы — помогите мне дойти до машины. Делать было нечего. Пришлось в неловкой связке медленно двинуться дальше по коридору мимо ошарашенных Гранта и Перри, а затем и мимо красного от злости Барри Нодела с его вожделенным окном. Их парочку провожали такой очередью взглядов, что будь Смоллвуд способна убивать таким образом — они не дошли бы и до конца коридора. «А эффектные женщины у нас в парламенте». — Майкрофт Холмс, — светски представился он уже в лифте, как если бы они познакомились в сугубо официальной обстановке безликого кабинета очередного департамента. — А вы какое имя предпочитаете? Вопреки тону, вопрос был неожиданным. На её губах невольно вспыхнула улыбка. — А что, можно любое? Майкрофт безразлично кивнул. — Если собираетесь работать на меня, настоящее вам редко понадобится. Двери открылись на первом этаже. До выхода оставалось недалеко, однако каждый шаг, судя по всему, стоил Майкрофту немыслимых усилий, даже несмотря на зонт. Холмс старался опираться на него на манер трости. На улице всё ещё лило как из ведра, так что они промокли до нитки, пока молча доковыляли до машины. Она так и не придумала, что ответить. — А вы не быстро соображаете... Боюсь, у меня нет столько времени, так что пусть будет Антея. Чтобы открыть дверцу машины, ей пришлось отпустить Майкрофта и впервые поднять на него прямой, скептический взгляд. — Вы что, сейчас дали мне новое имя? — Без риторических вопросов. И лучше по смс. Теперь уже Антея медленно кивнула, переваривая свой новый статус. Звучало как повышение, вот только какое-то странноватое. Вместо того, чтобы сесть в машину, Майкрофт свободной рукой стащил с носа очки и швырнул их на асфальт. Антея меланхолично проследила этот полёт взглядом. — Начнём с простого. Запишите меня к окулисту, чем раньше, тем лучше. Здоровой ногой он несколько раз наступил на оправу, будто желая убедиться, что очкам теперь уже точно ничто не поможет. — Хотите заказать новые? Майкрофт посмотрел на неё, как на полную идиотку. — Хочу избавиться от них навсегда.